Особенности эволюции в параллельном мире

- Доволен, исследователь хренов?! – кровь из сломанного носа стекала в рот, пришлось неаристократично сплюнуть. – А я предупреждал… - Кто-то говорил, что слышит Лес, а сам оказался хуже глухого ирри! Из-за разбитых губ ядовитая отповедь получилась невнятной. Тайри зло сверкнул на меня единственным целым глазом и снова напряг руки, в тщетной попытке разорвать травяные путы. - Силь, Тайри. Сейчас не время ссорится. Кайрин почти незаметно поморщился и откинулся спиной на ствол поваленного дерева. Извиваясь, я придвинулся к мужу, с затаенным страхом глядя на расплывающееся по рубашке в районе груди кровавое пятно. - Совсем плохо? - Задело неглубоко, кровь скоро должна остановиться, - Кай тяжело вздохнул и прикрыл глаза. С такими ранами связанные за спиной руки явно причиняли ему боль. - Силь, ты понимаешь их речь? Я отрицательно покачал головой. Свист и курлыканье, издаваемое нашими пленителями едва ли вообще можно было назвать речью. Предчувствие неприятностей еще ни разу в двух жизнях меня не подводило, работая точнее швейцарских часов. Тайри только открыл рот под требовательным взором старшего брата, как на меня внезапно нахлынуло ощущение приближающейся опасности. Лес безмолвствовал, но это не было умиротворенной тишиной. Так на мгновение затихает природа перед мощным ураганом. Кайрин беспокойно заозирался, вскинув руки к мечам – чутье опытного воина тоже подавало предупреждающие сигналы. - Нужно убираться отсюда, - понизив голос до шепота предупредил я. – Тайри, бери Вайлера и… Мы не успели. С глухим хлопком на расстоянии пары метров от нашего лагеря образовался окутанный зеленоватым туманом разлом, словно кто-то разорвал саму материю мира как старую тряпку. И вышедшие из него зеленокожие разумные выглядели отнюдь не дружелюбно. Случившееся дальше даже боем назвать не получалось. Нас просто скрутили будто паршивых котят, подавляя сопротивление в лучших традициях десантников с поправкой на местные реалии. То есть отметелили по всем чувствительным частям организма кулаками, ногами в тяжелых сапогах и древками копий. Кайрину и Тайри, закрывающему собой бессознательного Вайлера, досталось больше. С ужасом осознав, что способность управлять растениями исчезла, будто и не было, я кинулся на помощь товарищам. Боевая подготовка нападающих превосходила мою на голову, потому схватка получилась недолгой и болезненной. Если меня в каждой драке будут так бить по голове, скоро совсем дураком стану. Это было последней связной мыслью. Повторно очнулся на незнакомой поляне, связанный по рукам и ногам. Болело все, что в принципе может болеть, в голове звенел гигантский колокол. Увидев рядом так и не очнувшегося, но тоже связанного Вайлера, к своему стыду ненадолго позволил эмоциям взять верх над разумом. Конечно, винить одного Тайри в произошедшем было глупо. Мы с Каем могли отговорить его от авантюры, могли отказаться идти к башне. Да я мог просто закрыть ему проход по Лесу. Мы недооценили уровень опасности и теперь закономерно выгребали последствия. Опустив голову и скосив глаза, я наблюдал за разумными, напавшими на нас. Сомнений, что столкнулись с моими генетическими родственниками в новом мире, не осталось. Зеленая кожа, зеленые волосы всех оттенков от темно-мохового до светло-салатного. Удивляло другое – в десятке захвативших нас в плен воинов не было ни одного мужчины. Все женщины выглядели молодо, отличались высоким ростом и крепким телосложением. По сравнению с ними я казался унылым дистрофиком. Облачение воительниц было непривычным, больше напоминая лесной камуфляж, который носят земные военные. В сочетании с копьями и короткими изогнутыми мечами на поясе смотрелось это немного сюрреалистично. Сколько не вслушивался, разобрать в звуках, которыми временами обменивались женщины, ни одного понятного слова не смог. Их язык не имел ничего общего с языками остальных народов Обитаемых земель. Убедившись, что Вайлер дышит и лежит достаточно удобно для своего положения, я задумался. Благо время пока было, а вопросов появилось слишком много. Как наше месторасположение вычислили настолько точно и быстро? Нет, не то. Почему нас вычислили только сейчас? Если разрушенный форпост имел систему оповещения, почему в первый раз никто не явился проверить наличие названых гостей? Мы с Каем провели там несколько дней. Вопрос второй – почему Лес не предупредил о надвигающейся опасности? Хотя у древнего народа могли быть свои способы скрытного передвижения, Лес мог их просто не засечь. Возможно, причина произошедшего в том, что в этот раз с нами был маг разума. Сигнальная система среагировала на ментальную магию. В комнате с кристаллами Вайлер говорил что-то о предупреждении и наказании… Учитывая прошлые разногласия, агрессия лесных жителей по отношению к нашему интернациональному отряду вполне объяснима. Однако нас не убили на месте. Ведут на допрос? Собираются принести в жертву? М-да, вопросов много, а вразумительных ответов ни одного, только догадки. Задумчивость прервало восклицание Тайри, оборвавшееся болезненным вскриком. Менталист пытался объяснить одной из воительниц, что нашему младшему товарищу нужна помощь, указывая на Вайлера и упирая на то, что он почти ребенок и пришел в Лес не по своей воле. Особые модуляции в голосе парня указывали на то, что он пытается применить мягкое внушение. Ой, зря! Чутье подсказывало, что лишний раз злить этих дам не стоит. Женщина с копной темных, почти черных волос, которую я определил, как предводительницу отряда, внезапно зашлась неприятным смехом. Словно заскрипело под ударами ветра старое сухое дерево. - Ребенок? Твой народ не щадил наших детей, - на языке дроу воительница говорила с жутким акцентом. В грудь Тайри уперлось листовидное острие копья. – Тебе он дорог? Готов отдать за него жизнь? Остальные женщины подтянулись поближе и зашлись таким же скрипучим смехом после слов предводительницы, будто услышав забавную шутку. Я вглядывался в лица обступивших нас воительницах, и холодок страха пробежал по позвоночнику, сворачиваясь ледяным клубком в животе. Одинаковое выражение на разных лицах, когда-то бывших вполне красивыми, одинаковый нездоровый блеск в глазах. Женщины наслаждались происходящим. Нашей беспомощностью, нашим страхом. Своей властью. Похоже, слишком долго варившиеся в котле собственной ненависти воительницы древнего народа изрядно повредились рассудком. Вайлер тихо застонал и открыл глаза, явно не осознавая, где он находится и что произошло. И когда понял, что связан, забился в приступе бесконтрольной паники. Напрягая руки до рвущихся жил, я пытался освободиться и одновременно мысленно умолял Тайри не делать глупостей. Его магию заблокировали, так же как и мои способности, сопротивляться не лучшая идея в данный момент. Однако демиурги этого мира по-прежнему понимали меня в какой-то извращенной манере. Хотя винить Тайри я не мог. Увидев нацеленные на Вайлера копья менталист немыслимо извернулся, падая на бок и закрывая моего друга своим телом. Острый слух уловил повторяемые шепотом слова: - Не бойся, маю. Я рядом. Я защищу тебя… Никто не тронет… Просто не двигайся… Я кожей чувствовал, как напрягся Кайрин, походя на натянутую тетиву. Путы на руках никак не желали поддаваться, скользя по запястьям и предплечьям, как живые, от усилий в переносице поселилась горячая тошнотворная боль. Воительницы лесного народа продолжали смеяться, тыкая остриями копий в спину Тайри, сворачивающегося плотным клубком, стремясь закрыть Вайлера полностью. Раны пока не были опасными для жизни, но, похоже, причиняли сильные страдания. Менталист вздрагивал всем телом, по видимой половине лица беззвучно текли слезы. - Прекратите! – голос Кайрина разнесся над поляной, звуча уверенно и спокойно. – Я командир отряда, таны. Вся ответственность лежит на мне. С меня и спрашивайте. Иррациональное облегчение при звуках голоса мужа смешалось с приступом отвращения к самому себе. За последний день я все время опаздывал, не успевал помочь друзьям и любимому. Странно, что меня бывшие сородичи практически игнорировали, хотя в их глазах я должен был выглядеть предателем, приведшим в Фарн чужаков. Предводительница коротким взмахом руки оборвала ею же начатое «веселье». - Не имеет значения. Кровью отвечать за пролитую кровь. Так гласят законы твоего народа, - удивительно, но с Кайрином она говорила без злой насмешки, лишь в темных глазах все так же таился огонек безумия. – Все пришедшие с тобой ответят соразмерно вине своих народов. Промолвив эти слова, предводительница повернулась к своим воинам, резко заклекотав. Одна из женщин вышла на середину поляны, наклоняя голову, будто вслушиваясь в звуки Леса, и плавно развела руки в стороны. В воздухе возник уже виденный зеленоватый разлом. Нас вздернули на ноги, крепко удерживая с двух сторон и втолкнули в портал. Раньше пользоваться таким способом передвижения мне не доводилось. Оставалось порадоваться, что последний раз ел достаточно давно. Больше всего по ощущениям напоминало попытку протолкнуть воздушный шарик через игольное ушко. Причем воздушным шариком был я. Вывалившись в кипу мягкого и пахнущего гнилью, мимоходом удивился, что еще могу дышать и думать. Тело будто скрутили, как мокрую ветошь, и пропустили через молотилку. Судя по сдавленному кашлю, хрипам и обрывкам ругательств мои товарищи по несчастью испытывали те же незабываемые ощущения. Полежать и прийти в себя нам никто не дал. В вертикальное положение вернула сильная рука, вздернувшая вверх за косу. Что ж вам мои волосы покоя не дают, суки! Я пытался мысленно язвить, отгоняя сдавливающий внутренности страх. Словно вернулся на год назад. Снова плен, снова безумные существа с невнятными, но явно недобрыми намерениями… Нужно было взять себя в руки, паника – худший помощник в экстремальной ситуации. Нельзя показывать врагам свою слабость. Но тело било неконтролируемой дрожью, с трудом получалось переставлять ноги, получая болезненные тычки в спину. Отрешаясь от завывающего внутри ужаса, я осмотрелся и сглотнул горькую слюну. Мы шли по широкой аллее, мощенной зеленым камнем, полускрытым палой листвой. Величественные огромные деревья обступали по бокам, как мрачный конвой. Мертвые деревья, роняющие на землю сгнившие, черные и скрученные листья. Место из сна, увиденного вскоре после получения имени… Как странно… Существа, управляющие растениями, не смогли спасти лес вокруг своего жилища или ритуальных строений? Деревья выглядели именно гниющими, а не засохшими, а вся местность вокруг была словно пропитана болезненным увяданием и запустением. Больной умирающий лес и женщины с юными лицами и глазами выживших из ума старух… Молчаливое шествие внезапно было нарушено. Вайлер споткнулся об неровные камни дороги, и конвоирующая его воительница схватила моего друга за плечо, удерживая на ногах. Я шел в середине и потому хорошо видел происходящее. Вайлер побледнел до зелени, будто прикосновение жгло его раскаленным железом и вдруг начал извиняться. - Простите, пожалуйста. Вам больно? Почему вам так больно?.. Кажется, мой друг находился в сумеречном состоянии, не вполне осознавая, что именно говорит. В глазах с ненормально расширенными зрачками отражалось смятение, слова человеческого, эльфийского и языка дроу сплелись в хаотичные фразы. Девица отпрянула и размахнувшись, ударила Вайлера по лицу так, что голова мотнулась, а на губах выступила кровь. - Всем спокойно! – не повышая голоса предупредил Кайрин. – Не сопротивляться. Рванувшийся вперед Тайри застыл на полушаге, стиснув зубы так, что послышался скрип. Вайлер неловко утерся рукавом и уставился себе под ноги пустым взглядом. Молча наблюдавшая за произволом подчиненной предводительница неодобрительно чирикнула, и наша процессия двинулась дальше. У меня смазалось ощущение времени. Казалось, под сенью мертвых деревьев сам воздух загустел и умер, отдавая гнилью разложения, и с каждым шагом это чувство лишь усиливалось. Показавшуюся впереди громаду сперва принял за огромный бурелом, оставшийся после урагана. Беспорядочное нагромождение толстых ветвей, сухих и с бледными слабыми листьями, корней и стволов в ошметках коры производило впечатление тягостное, как некогда полный сил человек, изуродованный болезнью.       Воительницы остановились, как по команде, и приложили руки поочередно ко лбу и к груди. В мешанине ветвей с надсадным треском открылся проход. С первых шагов нас окружила темнота, пронизанная все тем же гнилостным запахом, наполненная едва слышным потрескиванием, шелестами и вздохами. Проход петлял, усиливая мерзкое чувство, будто находимся во внутренностях исполинского полудохлого существа. За очередным поворотом темнота сменилась рассеянным желто-зеленым светом, источаемым разбросанными по стенам пятнами мха. Из напавшего на нас отряда осталась предводительница и еще трое женщин, остальные незаметно исчезли. Окаймленная живыми ветвями в россыпи крошечных золотистых цветов арка контрастировала с остальной обстановкой настолько разительно, что казалась чужеродным элементом. Я невольно задержал дыхание, сбиваясь с шага. Там, за арочным входом, ощущалось присутствие чего-то огромного. Не в физическом смысле. Некой силы, очень мощной, очень древней. Не то чтобы враждебной, однако безмерно опасной. - Вы удостоены чести переступить порог Сееро, - на искаженном застарелой злобой лице предводительницы появилось выражение, похожее на благоговение. – Ни один чужак не попадал сюда уже более двух больших циклов. Улыбка женщины намекала, что последние гости вряд ли радовались такой чести. Подготовив нас таким образом предводительница прошла под аркой, чеканя шаг, как на параде, и опустилась на одно колено в центре овального светлого помещения размером с большой лекционный зал. Стараясь не вертеть головой и вообще не делать лишних движений, я осмотрелся и едва сдержал пораженный вздох. Ровное золотистое свечение, исходящее от стен, заполняло зал, казалось, что в воздухе растекается полупрозрачный туман, слегка размывающий очертания предметов. Пол, покрытый радиальными узорами коричневого, зеленого и карамельного цветов, слегка пружинил под ногами. Я не сразу понял, что материал, сперва принятый за искусно обработанную плитку, на самом деле переплетение корней. Но, пожалуй, самым необычным было возвышение на противоположном конце от арки и восседающий на нем разумный. Корни толщиной в три-четыре обхвата изгибались, образуя нечто среднее между троном и гнездом. Сидящая на троне женщина казалась продолжением окружающего ее древа. Многослойные причудливого вида одежды полностью скрывали тело, оставляя видимым только лицо, красивое и бесстрастное, как у статуи божества в древнем храме, изумрудно-золотой плащ лежал на плечах тяжелыми складками, добавляя облику величия. Предводительница воинов почтительно коснулась пола обеими ладонями и застрекотала, как станковый пулемет, временами чуть заметно кивая в нашу сторону. Трое оставшихся воительниц и вовсе впали в ступор, похожий на неглубокий транс. Скосив глаза, к ужасу убедился, что мои спутники находятся в похожем состоянии. Кай еще держался, упрямо стискивая зубы и мотая головой. Тайри и Вайлер же стояли как два сомнамбулы. Что-то в этом месте влияло на рассудок, причем, чем сильнее ментальная чувствительность, тем сильнее проявлялось это влияние. Моя чувствительность стремилась к нулю, однако и я ощущал вкрадчивое давление на сознание. Словно нечто бесплотное мягко ощупывало и изучало. Женщина на троне не двигалась, никак не реагируя на эмоциональный спич предводительницы, на лице без возраста не дрогнул ни один мускул. Когда из складок одеяний выскользнула тонкая длиннопалая рука и поднялась в останавливающем жесте, я автоматически сглотнул и сжал губы, боясь проронить лишний звук. Засада в том, что «родного» языка я не знал и не представлял, что сейчас наговорила агрессивно настроенная дамочка, и с чего выстраивать линию защиты. С одной стороны, мы без спросу приперлись на чужую территорию как на экскурсию. С другой, башня форпоста пустовала уже демиург ведает сколько лет, никаких предупреждающих и ограждающих надписей на ней не было. Угу, или мы их просто не распознали. - Вижу, ты забыл речь своего народа вместе с данными ему клятвами. Ничего. Все поднявшееся из земли в землю и вернется… От звуков голоса местной правительницы меня натурально пригнуло к земле, будто подрубили ноги и врезали под дых одновременно. С размаху упав на колени, прикусил губу и проглотил непечатные выражения, которые не стоит произносить в присутствии монарших особ. Тело сперва сковало параличом, а после все мышцы безвольно растеклись, от падения мордой в пол удерживала только сила воли и нарастающая внутри злость. Представительницы высокоразвитой просвещенной цивилизации вели себя как дикари или шайка бандитов. - В чем нас обвиняют? – язык ворочался во рту как разбухшая колода, от внутреннего напряжения носом снова пошла кровь, пачкая узорчатый пол. Я должен был защитить свою семью, даже если ценой окажется собственная свобода и жизнь. – Если мы совершили преступление, то я беру всю вину на себя. На точенном лике предводительницы впервые проскользнула тень хоть каких-то эмоций. За спиной дернулся Кай, опускаясь на колени рядом. - Вину супруга разделяю с ним, - громко и четко выговорил мой муж. Да, твою ж мать! Сказанное Кайрином произвело эффект разорвавшейся гранаты. Предводительница взирала на нас с едва скрываемым ужасом и отвращением, явно едва сдерживаясь, чтобы не шарахнуться в сторону. Правительница лесного народа качнула головой и встала со своего места. Потянувшийся следом драгоценный плащ оказался ее собственными волосами, ниспадающими до земли и тянущимися за спинку трона. - Мы не обязаны объяснять что-либо тем, кто истреблял наш народ. Вы ступили под сень Леса, и вы умрете, отдав свою жизнь за жизни всех ушедших. Юный или старый, воин или пашущий землю – для нас нет невиновных. Ты же презрел заветы Леса, исказив свою природу до того, что разделил ложе с мужчиной. Вернуться к началу будет единственно верным поступком. На языке дроу женщина изъяснялась великолепно. Ее голос подавлял, лишал воли. Хотелось ткнуться лбом в землю и просто раствориться, перестать быть, всецело подчиняясь говорящей. Похоже, правительница имела власть над телом и рассудком всех своих подчиненных, и тронный зал усиливал ее влияние. - Я взял Сильванестри в супруги, отобрав у Бездны, когда его народ бросил его умирать. Он мой спутник по законам Обитаемых земель. Внятная речь давалась Каю с трудом, но упрямством дроу могли потягаться с орками. Великие демиурги, Кай, и почему ты не можешь хоть раз перестать лезть грудью на амбразуру?! Хорошо хоть древние дамочки пока не поняли, что под обликом заблудшего родича скрывается самозванец. Что весьма подозрительно – ментальными практиками они явно владеют. Рассудок и так держался некрепко, норовя уплыть, а теперь приходилось еще переживать за мужа, упрямо нарывающегося за компанию. Теплая признательность за поддержку и защиту мешалась с досадой. - Законы других народов не имеют для нас значения, - предводительница смотрела на Кая с брезгливой жалостью, как на дегенеративного ребенка, не способного осознать прописные истинны. – Ваши жизни поддержат Великое Древо. Спустя один короткий цикл ваша кровь напитает его корни. Примите свое будущее как великую честь. Правительница величественно взмахнула рукой, и предводительница воинов радостно подорвалась исполнять приказ. Обвивающие запястья веревки на руках Тайри, Вайлера и Кайрина поползли вверх по рукам, несколькими петлями захлестывая шею. Душить они пока, похоже, не собирались, однако почувствовавший хватку Вайлер вышел из прострации и тонко вскрикнул, тряся головой, словно в попытках стряхнуть помеху. Стоявшая ближе девица ткнула его в бок древком копья, заставляя захлебнуться криком и упасть. Дернувшемуся на помощь Тайри тоже прилетело, сбивая с ног. Золотистый свет перед глазами окрасился алым. Мало что в жизни выводило меня из себя так основательно, как бессмысленная жестокость. Справедливость, мудрость, величие… Как бы не так! - Великая честь?! – губы сводило судорогой, в позвоночник словно загнали раскаленную проволоку, но я выпрямился на одном упрямстве, отталкиваясь руками от пола и вставая на ноги. – Вы просто тешите свое желание мести. Издеваетесь над беспомощными, наслаждаетесь чужой болью. Может, вернете мне силы и сразитесь один на один? Кто смелый? Ты, командир, позволяющая подчиненным избивать связанных? Или ты, правительница, вросшая в кучу веток, так что и шага сделать не можешь? Меня необратимо несло. Даже понимание, что выкопал себе яму уже до центра земли, не останавливало. Я хотел оттянуть внимание на себя, спровоцировать врагов, давая время товарищам очнуться и попытаться бежать. В бою с предводительницей шансов не было ни единого, наши уровни боевого мастерства разнились как ночь и день. Но задержать ее я сумею. Оставалось довести до точки кипения, вывести противника из себя до такой степени, чтобы все его чувства сконцентрировались на одном объекте. Бесить людей я умел и в прошлой жизни, тем более, что сейчас особых усилий не требовалось. - Интересный ход, - на губах предводительницы появилась слабая улыбка, будто ее безмерно позабавило услышанное. – Однако напрасный. Никто не умрет раньше или позже отведенного времени. Отведите их в клети.       Путь до этих самых клетей прошел мимо меня – вспышка гнева опустошила, а приложившая напоследок энергетическая плюха сожгла, кажется, половину нейронов в мозгу. Тесное темное помещение, в котором очнулся, походило больше на большой мешок, чем на клеть. У древних в предках что, картофель был? Откуда такая тяга к темноте? - Вы здесь? Силь? Тайри? Вайлер? Кайрин хрипел как после сильной простуды. Еще в тронном зале я заметил, что его раны на груди выглядят скверно, не переставая кровоточить. Не исключено, что и его вдобавок шарахнули ментальным ударом. - Здесь… - Я в порядке. Значит, нас поместили всех рядом. Неплохо. Насколько неплохо что-то может быть в нашем положении. - Силь? - Живой, - я попробовал вытянуть ноги и сесть удобнее и удивился, когда получилось. Веревки с рук исчезли, разбитый нос перестал ныть. Регенерация понемногу возвращалась. Может и способность взаимодействовать с растениями вернется? Напрягая болящую голову мысленно позвал, но в эфире царила тишина. М-да, хорошего понемножку. - Нужно отдохнуть и выбираться отсюда, - мой муж не терял боевого настроя. – Опишите помещение, где находитесь. - В глубокой жопе, - пробормотал себе под нос и принялся добросовестно исследовать свою камеру. Обмен полученной информацией получился коротким и малоинформативным. Нас поместили в одинаковые по форме и размеру абсолютно пустые комнатушки без окон и дверей, высотой в примерно полтора человеческих роста. Судя по царящей снаружи тишине, местный вариант тюрьмы никто не охранял. Да и зачем, если этот Сееро - живой организм наподобие нашего дома и может легко сообщить хозяевам обо всем происходящем внутри него. Отчет Тайри сопровождался тихим шипением и ругательствами. Вайлер и Кайрин взволнованно расспрашивали его о состоянии ран, менталист отшучивался. Ну, по крайней мере, никто не собирается покорно ожидать казни. Сосредоточив взгляд на участке стены в двух ладонях от пола, показавшимся более хлипким, я увлеченно ковырял переплетение веток. Занятие, может, и не слишком полезное, зато от хаоса в голове и подступающего страха отвлекало. Воздух внутри камеры был немного затхлым, с сладковатым дымным привкусом. - Кай, только мне воняет? – светски поинтересовался у мужа. За стеной зашарудело, послышался сдавленный вздох. - Черный луноцвет. Быстро закройте лицо тканью и старайтесь вдыхать пореже. Бросив бессмысленное колупание стены, я лег на пол и усмехнулся в темноту. Толку то. Перед смертью не надышишься, лиммаю. А смерть от пыльцы черного луноцвета быстрая и болезненная.