Она - не тот, кем кажется

Галя могла бы многое рассказать Гольшевину о том мире, откуда пришла. О том комфортном, теплом и рационально устроенном мире хозяев жизни, где Гольшевин никогда не был и не будет. О мире, где можно устанавливать режим солнца за окном и прожить несколько лет, ни разу не ступив ногой на ничем не покрытую почву. Галя жила в столице, в благополучной, обеспеченной семье. Один из ее отцов, Ваня, был репортером, то и дело ездил в разные части мира, в том числе, делал репортажи из горячих точек. Второй ее отец, Герман, был цифровым художником, но в последнее время стал увлекаться ещё и фотографией. Да, роботизация проникла во все сферы человеческой деятельности, и была разработана масса устройств, способных делать фото без участия людей, однако создавать с помощью фотоаппарата произведения искусства такие устройства все еще не могли. Герман решил сделать серию фотографий о войне и упросил мужа взять его с собой на очередное место военных действий. Галя захотела поехать с родителями. Она была избалованным, горячо любимым ребенком, поэтому, несмотря на опасность, даже этот ее каприз был исполнен. Уже на месте выяснилось, что военные действия еще не закончились, и журналист с семьей внезапно оказались буквально в центре сражения. Их самолет был сбит. Ваню и Германа, уже на земле, террористы расстреляли. Пытаясь защитить родителей, Галя метнула в одного из террористов ручную гранату-воспламенитель, которую перед поездкой Ваня положил ей в рюкзак. Так она спалила человека заживо. Ее родителям это не помогло, ей же удалось отвлечь внимание остальных террористов, убежать и спрятаться. Галя выжила, но осталась одна, в чужой местности, без знакомых, без средств к существованию. Теперь-то Галя уже знала, как нужно было действовать. Обладай она теми навыками, что приобрела за время на военной базе, ей, возможно, не пришлось бы потерять родных. Гольшевин тренировал в ней силу, ловкость, скорость реакции. Показывал приемы, как свалить взрослого здорового человека на землю за секунду. Как и где ударить, чтобы отключить на время или навсегда — в зависимости от того, что требуют обстоятельства. Укреплял ее руки разными упражнениями, заставлял подтягиваться на перекладине, отжиматься от пола. Галя настолько воодушевилась своими успехами, что ей захотелось применить на практике полученные умения. Как-то к ним на базу прилетели по делам два чужих сержанта, совсем молодые парни. Разумеется, их удивило присутствие на базе мальчика. В столовой, за ужином они то и дело поглядывали в сторону Гали и обменивались шутками в ее адрес. Она делала вид, что ничего не замечает, хотя смешливые сержанты находились совсем рядом, за соседним столом. Гольшевин, сидящий возле Гали, сурово молчал. — Эй, детка, а тебе не рановато ли в армии служить? — наконец не выдержал один из сержантов. Галя смерила задавшего вопрос презрительным взглядом, но ничего не сказала. — Или ты здесь не для этой цели, а чтобы офицеров развлекать? Если так, твоей заднице не позавидуешь… И оба парня снова захохотали. — Гольшевин, можно я покажу этим двоим, как работаю левой? — Даже не думай, — негромко приказал Гольшевин, не поворачиваясь к ней. — Ну, пожа-а-алуйста, гражданин лейтенант, — не отставала Галя. — Захлопни пасть, мелкий. Ты же знаешь, не положено, драк еще не хватало тут мне. Галя сложила руки на груди и насупилась. Ей совсем не сложно было в тот момент изображать обиженного мальчишку. Все в ней просто кричало о несправедливости. Допив свой чай, Галя быстро вышла из-за стола. Она дождалась, пока ее обидчики вышли из столовой, и незаметно проследила за ними. Когда они были возле казармы, Галя вышла из-за угла и преградила им дорогу. — Ну что, развлечемся, ребята? Это был риторический вопрос. Не дожидаясь ответа, Галя подскочила к одному из сержантов и ударила ногой в живот, свалив на землю. На второго она обрушила серию ударов кулаком по корпусу, кружа возле него, как возле боксерской груши. Все происходило очень быстро, Галя и сама не успевала подумать о своих движениях. Когда первый поднялся на ноги и зашел к ней сзади, она предупредила его захват и ушла в сторону, затем собрала все силы, какие в ней были, и вложила их в кулак, двинув им в челюсть сержанта. Тот пошатнулся и застонал от боли. Подбежавшие офицеры не дали драке продолжиться и крепко схватили Галю за руки, сержантов оттеснили на некоторое расстояние. Один из них держался рукой за лицо и отвечать не собирался, зато второй был явно намерен дать сдачи. — Ринат, мать твою, ты чего взбесился? Какого дьявола ты творишь? — недоумевали парни, окружившие драчунов. — Да, Ринат, с гостями так себя не ведут! — И куда только Гольшевин смотрит! Неизвестно откуда взявшийся Кешка вытащил Галю из «окружения» и увел с собой. Он был свидетелем всей сцены, и увиденное произвело на него сильное впечатление. — Могла бы меня позвать. Если бы я только знал, что ты собираешься отметелить тех двоих, я с удовольствием помог. Они добрели до спортивной площадки и уселись на нижних перекладинах соседних лесенок. — Мрази, — тихо бросила Галя, уставившись себе под ноги. — Тебе еще повезло, что никто из начальства не видел! — хохотнул Кешка. — Гольшевин видел? — быстро повернула к нему голову Галя. — Неа, его там не было. Но ему все равно передадут. Слушай, ты здорово двигаешься, и вообще откуда в тебе столько силы взялось?! Галя отмахнулась. Она уже успела пожалеть, что пошла на поводу у своей злости. С тоской предвкушала реакцию Гольшевина и тяжелый разговор с ним. Кешка продолжал выражать свое восхищение: — Это они еще не знали, что их девчонка отделывает! Вот же хохма-то, — он засмеялся. — Не хотел бы я попасться тебе под горячую руку! — Гольшевин разозлится, — уныло протянула Галя, подперев щеку кулаком. — У тебя все мысли только о нем, — улыбаясь, заметил Кешка. Галя кивнула. Да, о ком же еще. Она уже не могла представить себе и дня без него. С ужасом вздрагивала иногда от мысли, что скоро придется навсегда с ним расстаться. — Знаю, как это глупо, но, кажется, влюбилась. Она подняла глаза и встретила Кешкин понимающий взгляд. Он почему-то даже не смеялся, как обычно. Галя еле переставляла ноги, возвращаясь во времянку Гольшевина. В глубине души надеялась, что он уже спит и не станет устраивать ей взбучку. Вдруг позади послышались шаги, кто-то догонял ее. Она даже не успела испугаться, как рядом замаячил знакомый строгий профиль. — Слышал, ты сейчас ввязался в драку с теми двумя уебками, — раздался над ней недовольный баритон Гольшевина. Галя опустила голову, про себя матерясь, что не вернулась домой часом позже. — Жаль, что я это пропустил, — продолжал Гольшевин, тон его стал другим. Галя не поверила своим ушам и быстро посмотрела ему в лицо. Он шагал рядом с ней, смотрел вперед и широко улыбался.