A Storm needs Lightning

Молния даже не знает какая ситуация хуже: им придется участвовать в гонках с лучшими международными гонщиками в мире или ужасаться от того, что все были в курсе кроме него и Шторма. Молния смотрит на такого же растерянного Джексона, как и он сам. Вокруг радостно ликует толпа. Конечно же они рады! Международный гоночный сезон проходит раз в пару лет и ни с того, ни с всего объявляют о спонсированных гонках с участием гонщиков со всего мира? В это трудно поверить. Почему мистер Стерлинг не сообщил им о предстоящей гонке? Молния и Шторм узнали о мероприятии всего два дня назад. Как все международные гонщики смогли прибыть сюда так быстро? Что ещё более важно, если бы все остальные гонщики знали о гонке, двух дней было бы слишком мало, чтобы договориться о доставке их машин в США. Что-то не сходится. Толпа затихает и мистер Стерлинг собирается продолжить свою речь, указывая рукой на самый крупный тренажёр в Тренировочном Центре. - Как вы уже заметили, здесь собрались самые лучшие гонщики сегодняшнего испытания, - любезно обращается к толпе директор. Молния смотрит на список участников: его имя написано первым, а Шторма - вторым, третьей в списке значится Круз, затем Франческо и еще около 15-16 иностранных гонщиков. Всё это очень странно, Молния не совсем понимает, почему в гонках участвуют только он, Шторм и Круз, тем более что в Тренировочном Центре ещё полным- полно других гонщиков. - Когда начнётся гонка? - кто-то спросил из толпы. Стерлинг улыбается с балкона, встречаясь с взглядом Молнии. - Совсем скоро. Всё-таки мы среди легенды нашего времени. Молния стоит в ступоре. Гонщики со всего мира оборачиваются на него с удивлением. Он старше большинства из них, и не секрет, что его последний сезон был худшим в его гоночной карьере. Даже спонсоры смотрят на него широко раскрытыми от удивления глазами. Он не должен быть здесь. Не говоря уже о том, что он планирует участвовать в гонках вместе со всеми. Что творит мистер Стерлинг? Сначала казалось, что он не хочет, чтобы Молния участвовал в гонках так публично, пока его скорость не улучшится. Так зачем же заставлять его участвовать в гонке без подготовки? Из его мысленных копаний вытаскивает Шторм, дёрнув его за руку. - Мы что, должны участвовать?! - шепчет ещё более взволнованным голосом Шторм, чем Молния. Молния его понимает. Он сам перед тем как отправиться в международный тур тренировался несколько месяцев. Нельзя дать слабину перед лучшими гонщиками со всего мира. А сейчас же, всего через несколько минут они должны сразиться. Молния, прочитав список гонщиков, заметил, что половина имён ему незнакома. Из знакомых, кроме Франческо, никого нет. Неужели все остальные ушли на пенсию? Их заменили более молодые гонщики? Молния оглядывает рядом стоящих людей. Многие гонщики молодые - их легко узнать по ярким цветам формы. Его подозрения подтверждаются, когда он замечает, что большинство гонщиков молодые девушки и парни. Скорее всего это новое поколение. Если бы все эти гонщики были бы новичками, то получается, что они впервые участвовали бы в международных гонках. Международные гонки - это совершенно другая категория соревнований. Вы не только участвуете в гонках с лучшими из лучших, но и должны быть готовы ко всему. Некоторые страны недолюбливают друг друга, а это значит, что вместо того, чтобы сосредоточиться на победе, гонщики подставляют друг друга. Кроме того, есть влияние спонсоров. Богатые спонсоры стараются обеспечить своих гонщиков всем благами: топливом самого высокого качества, шинами самых разных брендов, но даже в этом случае они могли бы прибегнуть к другим способам - повредить машину соперника. Молния не забыл шпионскую историю, в которую он попал. Особенно Мэтра в гуще этих событий. Местные гонки намного проще, чем международные. Чем больше опыта и скорости у гонщика, тем выше шанс, что он победит. Но если у этих новичков нет опыта в международных гонках, то Молния может расслабиться. Что означало самыми большими конкурентами были бы Круз, Франческо и..... Шторм. Не то чтобы Молния не знал, что это произойдёт. Конечно же, он не был в курсе о гонке, но он знал, что когда-нибудь ему бы пришлось соревноваться со Штормом. Это не так уж и важно. У Молнии уже нет того беспокойства, как тогда, когда он впервые встретил на турнире Шторма. Джексон был высокомерен, как и он в молодости. Раньше бы Молния этого не признал, но Джексон и он, как две капли воды, похожи. Похожая капля, хоть и выше ростом и с темными волосами. Молния так просто не сдастся, если Шторм - один из его конкурентов. Но так же Шторм - его друг. Он хочет помочь любыми способами, несмотря на итог гонки. - Шторм, - зовёт его МакКуин. Шторм хмуро поворачивается на него. - Международные гонки - это непривычная для тебя среда. Шторм привык быть лучшим. Кроме Молнии или Круз, в Соединённых Штатах почти нет конкурентов, которые могли бы сравниться с ним по скорости. - Из-за того, что ты самый быстрый гонщик в Америке, ты становишься мишенью для остальных. - Разве ты тоже не мишень? - сердится Шторм. Молния задумался. Шторм прав. Сначала его не затрагивала эта мысль, но по сравнению с этими гонщиками МакКуин выиграл сотни гонок. Он считается одним из самых профессиональных гонщиков, которые всё ещё участвуют в соревнованиях. Если бы кто-нибудь из новых гонщиков смог победить его... нет сомнений, что их популярность взлетела бы до небес. Они оба мишени. Молния соглашается. Ему остается надеяться, что его машина готова к этому. Подождите-ка. Его машина! По выражению Шторма, понятно, что эта же мысль осенила его только что. - Моя машина! Как я поеду?! - вспыхивает Молния, взлохмачивая волосы. Чарли снял двигатель... но модель, которой он его заменил, должна была быть точной копией оригинала. Вопрос был в том, будет ли он готов? Молния сразу же отправился к гаражу, а Шторм гуськом за ним. Гонщики идут против толпы к треку. Пройдя толпу, они переходят на бег по коридорам. Запыхавшись, добираются до машины. Они замечают Чарли, меланхолично протиравшего свои руки тряпкой у стены. Молния сразу же идёт к своей машине и обнаруживает, что она полностью готова. Никаких запасных частей вокруг не валяется, а все инструменты вымыты. Его оригинальный двигатель стоит на полу совершенно целым, без каких-либо повреждений. - Вы уже всё починили? - удивляется МакКуин. Чарли кивает. Молния ошарашенно застыл. Он не понимает, как Чарли смог переключить двигатели за такое короткое время. И в который раз он восхищается талантом механика. Он делает мысленную пометку добавить к чеку ещё несколько тысяч. - Ты лучший! - улыбается Шторм. Молния, разделяя его чувства, согласно кивает. - Я благодарю за такую оценку, но в этом нет ничего фантастического. Я скоро уйду и вернусь за этим двигателем. Здесь я не буду его разбирать, а отнесу в мастерскую неподалеку, - объяснил Чарли. Молния спокойно соглашается, но у него внутри всё ещё бурлят эмоции. - Удачи вам в турнире, - прощается Чарли, похлопывая по плечу Шторма. Времени совсем нет. У Шторма уходит минута, чтобы рассказать о ситуации тренеру и пит-команде. И слыша недовольные стоны с трубки, Молния понял, что их не особо вдохновила эта ситуация. Закончив разговор, Шторм оборачивается к МакКуину. - Удачи, Молния. - И тебе, Шторм. Сказав это, Шторм уходит за своей машиной. Молния садится в свою машину и для пробы заводит ее, чтобы проверить работу двигателя. Машина кажется ему совершенно обычной, и не ощущается никаких изменений в ее скорости. Изменения будут заметны после скорости на 200 миль в час. Он подъезжает к линии старта, замечая, что другие гонщики начинают делать то же самое. Молния смотрит в сторону пит-стопа и видит, как его друзья поднимают вверх большие пальцы. Гвидо снял пиджак и поднял воротничок белой рубашки, чтобы было удобнее двигаться. Он снял повязку с шеи и надел ее на голову в виде импровизированной банданы. Молния рассмеялся бы, если бы его не тронула мысль о том, что Гвидо делает это для более эффективной смены шин у гонщика. Мэтр и Луиджи стоят рядом с ним и ободряюще улыбаются. На лице Мэтра написано явное недовольство. Наверняка он зол из-за того, что его заранее не предупредил Молния о соревновании. Несмотря на злость, Молния читает по губам слова “Удачи, МакКуин”. Молния ухмыляется. Его руки крепко сжимают руль, лицо сосредоточенное. Он надевает шлем и наушники. Он не уверен, что кто-нибудь даст ему совет сегодня, учитывая, что в прошлый раз, когда Мэтр сделал это во время международной гонки, всё прошло не слишком хорошо. Гонщик оглядывает трассу: все огни горят, освещая трассу, множество спонсоров и участников других гонок на трибунах. Они значительно заполнены, чем Молния ожидал, особенно учитывая, что здесь не было болельщиков. Молния наблюдает за Натали Сертаин и другими экспертами по гонкам на верхнем уровне Тренировочного Центра. Через стеклянные окна им открывается прекрасный вид на трассу. Мистер Стерлинг тоже там, и его взгляд без особого интереса скользит по МакКуину. Вместо этого он сосредотачивается на... Круз? Гонщик замечает её через машину. Она напряжённо сжимает руль и выглядит взволнованной; Молния совсем забыл ей дать какой-нибудь совет по гонкам. За это он чувствует себя виноватым. У Круз было меньше всего опыта в такого рода гонках, и вместо того, чтобы попытаться дать ей несколько советов, он был слишком озабочен своей машиной. Он сосредоточился на руле. Сейчас же он никак не может помочь. В конце концов, это была не его вина, верно? Как он мог помочь ей, если не знал о сегодняшней гонке? Круз тоже не знала о гонке до сегодняшнего вечера. Она, скорее всего, в отчаянии. Международные гонки - это большое событие для гонщиков с многолетним опытом. А у неё в опыте только одна настоящая гонка. Как только начинается обратный отсчёт, Молния осматривается по сторонам. Молния борется с чувством вины и неуверенности, когда он обнаруживает, что смотрит в серые глаза. Шторм ничего не говорит. Шлем все равно не позволил бы ему этого сделать, но по напряжению, с которым эти серые глаза смотрят в его собственные, МакКуин понимает, что должен мчаться. Озвучивается финальная цифра и гонщик нажимает на педаль газа. Да начнётся ад. Это самая напряжённая трехчасовая гонка в его жизни. Это борьба за первенство. Гонщики не дают расслабиться Молнии - они каждый раз пытаются подрезать машину. От такого напряжения, Молния чувствует как с него рекой льётся пот. Его пит-стопы проходят стремительно, не оставляя времени на комментарии. МакКуин останавливается в крайние случаи. Гвидо управляется, за то же время, что требуется четырём из другой команды: быстро меняет шины, заправляет бак. Молния хотел бы обнять его, если бы у него было вагон времени. Молния то ускоряется, то сбавляет темп, не позволяя другим гонщикам зажимать его сбоку. Он почти не обращает внимания на своих друзей. Шторм и Франческо едут плечом к плечу в нескольких метрах перед собой. Они почти всю гонку были готовы вцепиться друг другу в глотки. Это не удивляет Молнию, потому что технически машина Франческо быстрее, чем у Шторма. Если ему не изменяет память , то его максимальная скорость составляет 220 миль в час, но он никогда раньше не видел, чтобы итальянский гонщик развивал такую скорость. Молния посмотрел на скорость - 190 миль в час. Недавно его двигатель развивал скорость всего около 196 миль в час, если бы этот новый двигатель был, то скорость была бы ещё выше. Ради эксперимента МакКуин сильнее нажал на газ. Он был приятно удивлен, когда его скорость возросла. Она поднялась выше, до 200. Хоть его машина не способна разгоняться, как машины у Шторма и Франческо, но он обгоняет их. Он улыбается Шторму, когда тот обгоняет его, хотя гонка ещё далеко за горами. Джексон в курсе об этом и разгоняется. К ним присоединяется Франческо, создавая тройную битву за лидерство. Это напомнило его первую гонку, когда он соревновался с Чиком и Диноко. Хотя сейчас же по уровню навыков он больше похож на Диноко. Франческо настолько раздражающий, что идеально вписывается в образ Чико Хикса. Тогда Шторму подходит роль новичка, кем и Молния раньше был. Проезжая, Молния игнорирует другие машины позади него, но замечает несколько аварий на трассе. Это редкость для местных гонок, но не для международных. К счастью, у большинства гонщиков хватает здравого смысла съехать с трассы, когда они понимают, что гонка для них окончена. Вот что происходит, когда недооцениваешь другие машины. Молния начинает ощущать покалывания на руках от сильного сжимания руля. Это приятное чувство. Оно придаёт ему уверенности в том, что он здесь. Он участвует в гонке и не намерен сдаваться, независимо от того, выиграет он эту гонку или проиграет. Гонка стремительно приближается к концу. Они проезжают последние несколько кругов, и Шторм лидирует, а Франческо и Молния идут вплотную за ним. Франческо прижимает Молнию к бортику, не позволяя ехать ему как угодно. Молния, как идиот ухмыляется, повторяя заезженный трюк, как с Кэл и Бобби. МакКуин путает своего оппонента, заставляя поверить, что он затормозит. Франческо замедляет ход, как и ожидал Молния. Гонщик быстро жмёт на газ, затем делает опасный поворот по диагонали между Штормом и машиной Франческо. Теперь он рядом со Штормом, и на последнем круге они оба изо всех сил давят на педаль газа. Машина Шторма по-прежнему технически быстрее, но у Молнии преимущество в дрифте на поворотах, что делает их равными. Оба, не сводя глаза от чёрно-белый полосы, сжимают до посинения руль. Машины рванули вперёд, стараясь обгонять друг друга, и вот, решающие секунды. Финишная линия не за горами. МакКуин вцепился руль, съезжая на середину трассы. Шторм следует за ним по пятам и они уже проезжают финиш. Гонка закончилась, и только благодаря многолетнему опыту Молния на автомате заезжает на пит-стоп. Вот и конец! Кто же победил? Он в отчаянии выходит из машины и смотрит на большой экран над трибунами. Камера показывает заключительные моменты гонки. Гонщик смотрит, не веря своим глазам. Его машина обогнала Шторма практически на полсекунды. Это всего в несколько футов разница, но он выиграл. Выиграл. Молния выиграл. На него обрушился вал аплодисментов от зрителей. Такой реакции не ожидал Молния, он не мог сдвинуться от потрясения, пока к нему не бросились Гвидо, Луиджи и Мэтр. Заразительный смех друзей сказывается на Молнии и он расплывается в улыбки под криками: “Ты выиграл!”. Все радостные, но по внешнему виду понятно, как они переживали: костюм Гвидо в масле, волосы Луиджи взъерошены от нервов. Луиджи обнимает его. - Я знал, что ты справишься, Молния! - он кричит ему в ухо. Молния ещё крепче обнимает в ответ. Несмотря на то, что он вырос как личность и смог смириться со своими поражениями, ему приятно побеждать. Он горд за себя. У него ещё есть порох в пороховницах. Он стоит там, гордясь своей победой, когда Шторм выбегает к нему из своей машины. Он снял шлем, и его темные волосы рассыпались по голове. Молния не был уверен, что Шторм обрадуется, заняв второе место, но он выглядит очень взволнованным. МакКуин не успевает позвать гонщика, когда Шторм резко обнимает его. Он не ожидал такой реакции. Молния думал, что Шторм расстроится из-за второго места, но он почему-то рад. Они посмотрели друг на друга. - Ты победил! - радуется Шторм, от чего у МакКуина становится тепло на душе. Молния расслабляется от такой реакции Шторма. Даже если Шторм и не выиграл эту гонку. - Я выиграл. Шторм отстраняется, скрестив руки на груди с добродушной улыбкой на лице. - Будь на чеку, МакКуин. В следующей гонке победа за мной, - дразнит Шторм. Молния не может сдержать смех, который срывается с его губ. Особенно когда они со Штормом видят, как Франческо бросает шлем на землю и убегает. К нему подходят многочисленные спонсоры. Даже некоторые гонщики нового поколения приносят ему извинения за то, что сомневались в его успехе. Молния тепло принимает их извинения. Он окидывает взглядом Тренировочный Центр и видит, что многие спортивные аналитики смотрят на него с изумлением. Но среди них мистера Стерлинга нет. Это кажется странным. Мистер Стерлинг должен был бы с энтузиазмом пожимать Молнии руку и рассказывать ему и всем окружающим, что он никогда не сомневался в его спортивных способностях. МакКуин закатывает глаза. Допустим. Может быть, Стерлинг где-то в другом месте. Стерлинг наверняка найдёт его и попросит не рассказывать прессе об этой гонке. В конце концов, спонсоры и их гонщики уходят, оставляя в Тренировочном Центре лишь несколько человек. Шторм устало трёт глаза. - Пожалуй, я пойду домой и немного посплю. Увидимся позже, ребята, - прощается он с друзьями. На прощание Шторм улыбается Молнии. - Эй, Молния, мы припаркуем машину, - говорит Луиджи и бежит в сторону машины с Гвидо. Мэтр, стоя рядом с МакКуином, отвлекается на звонок и уходит в сторону. Молния уже догадался кто это. - Это был интересный поворот событий, - за его спиной раздается знакомый женский голос. По земле раздается цоканье высоких каблуков, Молния резко оборачивается. Он встречается лицом к лицу с Натали. Ее волосы туго зачесаны назад, платье идеально сидит по фигуре. На ней нет ни единого изъяна. От её взгляда становится не по себе Молнии. - Это необычно, что Вы стали победителем гонки, мистер МакКуин, учитывая, что у Джексона Шторма намного лучше показатели скорости. Молния задумывается. Неужели Шторм решил поддаться ему? Нет, он так бы не поступил. Молния такой же соперник. Джексон ни за что не отдал бы ему эту победу. Верно? Но эта мысль уже посажена глубоко у него в голове и он решается спросить: - Вы считаете... - Нет, - перебивает его Натали, словно она читает мысли Молнии. - Основываясь на анализах гонки: количество пит-стопов, скорость, гоночная тактика, эффективность пробега и прочее, я могу с уверенностью заявить - Шторм не поддавался. У Молнии аж от сердца отлегло. Он был уверен, что Шторм не позволит ему победить. Он не знает, что ещё сказать Натали и собирается уходить, но она напоследок окликает: - Мистер МакКуин! Я не знаю, как Вы смогли выиграть эту гонку, но я точно знаю, что Вам никто не помогал. Вы выиграли эту гонку исключительно своими силами. На её лице появляется едва заметная улыбка. Это самое близкое к извинению, что он может от неё услышать. - Спасибо. Он направляется к машине, чтобы присоединиться к своим друзьям и с радостью отправиться домой. Когда он наконец ложится в постель после душа, усталость берёт свое, и он чувствует себя самым счастливым человеком за долгое время.

***

Молния просыпается от взгляда человека напротив. Гонщик в ужасе хочет закричать, но присмотревшись к высокой фигуре, понял - это Мэтр. - Мэтр, что ты делаешь в моей комнате? - вздыхает Молния и проводит пальцами по волосам. - Ну, я ждал, пока ты проснешься, а потом понял, что было бы невежливо будить тебя, - Молния пристально смотрит на него. - Значит, ты решил, что лучше постоять надо мной, пока я не проснусь естественным путем? - Да, - прямолинейно отвечает друг. МакКуин скатывается с кровати и встаёт. Он уже привык к таким странностям от Мэтра за их долгую дружбу. - Что случилось? - спрашивает Молния, когда они спускаются по лестнице. - Ничего. Просто хочу сказать тебе, что меня не будет весь день и, возможно, сегодня вечером. Молния поворачивается к своему другу, удивлённо поднимая брови. Он уже догадался с кем его друг будет, но вряд ли Мэтр расскажет, даже если Молния скажет правду. - Повеселись, - только отвечает Молния, присоединяясь к Луиджи и Гвидо за столом. От завтрака его отвлекает телефонный звонок на столе, который, скорее всего, он оставил вчера вечером. - Привет? - Привет, Молния, это я... Шторм, - голос Шторма звучит рассеяно, возможно, он ещё отходит от прошлой гонки. - А, это ты. Что случилось? - Я тут подумал, не хочешь ли ты потусоваться со мной сегодня? На сегодня его день полностью свободен и вряд ли их ждут тренировки. - С удовольствием, конечно. На мгновение в трубке повисает тишина, прежде чем Шторм снова отвечает, на этот раз гораздо более похожим на самого себя голосом: - Отлично! Я, э-э, заеду за тобой. Он отключается. - Что это только что было? - приподнимает бровь Луиджи. Луиджи удивленно поднимает брови. - Что это было? - спрашивает он. - Шторм хочет потусоваться, - отвечает Молния. - А. - Что? Хочешь с нами? Луиджи серьезно обдумывает предложение, но его думы прерывают - он вскрикивает. Молния оборачивается на сердитого Гвидо. Наверняка он пнул Луиджи под столом, только вот почему? - Ах да! Я только что вспомнил, что мы с Гвидо собираемся... пойти в... магазин! - Луиджи нервно отвечает. Молния хмурится. Его друзья, конечно, странные, но он не понимает, почему Луиджи так торопится с ответом. Может они не хотят рассказывать ему куда они собираются? В любом случае, он не собирается лезть в чужие дела. - Ладно, ребята, развлекайтесь там... - отвечает Молния, поднимаясь наверх переодеваться. Шторм появляется через несколько минут и стучит в дверь. Молния открывает дверь, впуская гостя в дом. Сразу за ним выбегает Мэтр. Это очень странно, но лучше не спрашивать, и так выяснится, что Мэтр встречается с Холли. Луиджи и Гвидо поздоровались со Штормом и сразу же выбежали. Молния хмурится. Его друзья сегодня ведут себя подозрительно. Он делает мысленную пометку спросить их об этом позже. Молния следует за Штормом к его машине. МакКуин и не заметил, что у парня сегодня по другому уложены волосы. Может быть, он зачесал их назад? Или намазал каким-то гелем для волос? Молния не уверен, почему ему вообще эта деталь бросилась в глаза. - Итак, чем сегодня хочешь заняться? - спрашивает Шторм с водительского места. Молния задумался. Они впервые наедине собираются куда-то сходить. В основном Мэтр, Гвидо и Луиджи вместе, а Молния не против их компании. А тут они только вдвоем, хотя чаще всего тренировались или участвовали в гонках. Было бы славно расслабиться, хотя это не про них: МакКуин и Джексон постоянно в гонках. Из-за этого Молния немного растерялся. Чем им заняться? - Я даже не знаю, чем нам заняться? - вздыхает Молния. Если Шторм хотел потусоваться, у него должно было быть какое-то представление о том, что он хочет делать. - Как на счёт кино? Вроде бы вышла новая часть “Форсаж”. Мы можем посмотреть на стереотипные гонки, - предлагает Шторм. В его тихом голосе слышна неуверенность. У Молнии нет желания смущать друга. - Ну давай, - соглашается Молния. Он не помнит когда в последний раз ходил в кино, и его действительно смешат все эти безумные, преувеличенные голливудские сцены гонок и автомобильных погонь. Шторм отвозит их в ближайший кинотеатр, и когда они подходят к кассе за билетами, Шторм опережает Молнию. Он просит два билета и платит за них обоих. - Эй, я мог и сам заплатить! - настаивает Молния, доставая свой кошелек. - Считай это подарком за вчерашнюю победу, - отмахивается Шторм, улыбаясь МакКуину. Молния нехотя принимает благодарственный жест. В следующий раз он купит им билеты. Они заходят в кинотеатр после нескольких минут ожидания в очереди за двумя газированными напитками и попкорном. Точнее одной газировкой, а Молнии - чай со льдом. Они занимают свои места в относительно пустом зале. Они хоть и зашли рано, но лучше, если людей будет меньше. Фильм начинается, и сразу становится немного смешно: машины взрываются, падают со скал, совершают невозможные прыжки - полное безумие. Каждый раз, когда происходит что-то подобное, они со Штормом шепчутся друг с другом о нелогичности взрывов машин, почему не лопнули шины, и такие вопросы подымались не единожды. Очень много вопросов к автомобильным погоням. В фильме кажется, что машина всегда следует за ними по пятам, какие бы меры ни предпринимали главные герои, чтобы оторваться от них. Однако на самом деле, когда Молния приказывает Мэтру следовать за его машиной, он теряется ровно через две-три минуты. Он делится об этом с Штормом и он соглашается, что погоня нереалистична. Они весело проводят время, указывая на все неточности фильма, и кино уже заканчивается. Они сидят и смотрят титры. До Молнии доходит, что он хочет продлить их выходной. Это проведённое время было приятным, и МакКуин не желает возвращаться домой. Оставшееся время они тратят на пиццу и обсуждение вчерашней гонки. Когда они заканчивают, Шторм застает его врасплох: - Пойдём на пляж. - Что? Пляж?! У нас нет купальников. - И что? Это будет классно! Пойдём! - настаивает Шторм. Молния действительно любит пляж. Он не был там с тех пор, как они все вместе отправились туда несколько недель назад. Сегодня жаркое солнце Флориды не щадит - это прекрасный день для пляжа. Шторм их довозит за полтора часа. Поездка в машине в основном проходит в тишине, но умиротворённо. Они достаточно близкие друзья, чтобы просто находиться рядом друг с другом без пустых разговоров. Они останавливаются у маленького магазинчика рядом с пляжем, чтобы купить дешёвые полотенца и бутылки с водой. Подойдя к пляжу, Шторм снимает только рубашку, оставаясь в шортах. Минуту спустя он бросается в полосу прибоя и ныряет под одну из разбивающихся волн. Молния следует его примеру, оставляя рубашку на песке и бросаясь в воду. Молния замечает долгое отсутствие под водой Шторма и не сразу ныряет. Его резко затягивает прямо под волну. На долю секунды Молния подумал, что это акула, потому что слушал, как мама рассказывает, что пляжи Флориды были одним из самых популярных мест в мире для нападений акул. Вынырнув, он замечает, что следом за ним выплывает Шторм и беззаботно смеётся. О, он заплатит за это. Шторм уже ждёт атаки, но Молния так легко не играет. Он отомстит, когда они выйдут на песок и усядутся на полотенце. Шторм лежит на животе, закрыв глаза от солнечных лучей. Молния замечает рака-отшельника, медленно передвигающегося по песку в нескольких футах от него. Стараясь ступать как можно тише, он поднимает его и сажает Шторму на спину. В ту же секунду, как он пошевелился, Шторм издал пронзительный крик. Если бы Молния не наблюдал за происходящим, он бы подумал, что это кричит маленькая девочка. Молния истерически хихикает, когда Шторм резко встаёт и проводит руками по спине, чтобы убедиться, что рак-отшельник исчез. - Это было совсем не смешно! Молния смеётся еще громче, когда Шторм ложится на спину и толкает его локтем в бок. Шторму требуется некоторое время, чтобы оправиться от нападения рака-отшельника, но в конце концов его лицо снова становится умиротворённым. Шторм прерывает тишину: - Знаешь, а я не первый раз видел твои международные гонки. - Да? - удивляется Молния. Прошло несколько лет с тех пор, как он в последний раз был в международном турне. Это было шесть лет назад, когда, наверное, Шторм был подростком. Шторм кивает. - Мне было шестнадцать, когда я услышал по радио, что летом ты участвуешь в международных гонках. Я очень сильно хотел сходить на гонку, но мой отец не позволил бы мне просто так слетать в Италию, даже если бы у меня были деньги. - Что ты сделал? - с любопытством спрашивает Молния. - Я знал, что моя школа проводит образовательную поездку в Европу в то же время, что и твоя гонка в Италии, - ухмыляется ему Шторм. - Ты этого не делал! - кричит Молния, почему-то совсем не удивлённый тем фактом, что Шторм использовал свою школьную образовательную поездку как прикрытие, чтобы пойти посмотреть на гонку. Шторм кивает. - Чарли помог мне оплатить поездку, и я сказал отцу, что это была чисто образовательная поездка. Как только самолёт приземлился, я бросил учёбу. В итоге мне пришлось заплатить за двухчасовую поездку на такси, потому что я не представлял, как далеко от аэропорта будет проходить гонка, - смеётся Шторм. - Это невероятно, Шторм! - Да, это стоило того, чтобы посмотреть на твою гонку, поверь мне, - говорит Шторм, глядя на него. - Спасибо, Шторм. Молния осматривает пляж, раскрывающий перед собой невероятный вид: солнце окрашивает небо в розоватые цвета перед закатом, маленькие птички бегают по берегу пляжа вдалеке. Его взгляд цепляется на магазинчике. - Сейчас вернусь, - Молния говорит Шторму. Он идёт к маленькой закусочной с изображением торта в форме воронки, которую даже издалека видно. Он не любитель сладкого, но уверен, что Шторму понравится. Он покупает один и возвращается к другу. Его глаза прикрыты, так что Молния не может разглядеть пронзительный серый цвет глаз под ними. Молния наклоняется, протягивая в качестве подношения горячее тесто, посыпанное сахарной пудрой. - Привет, - говорит он и Шторм встаёт. - Что это? - спрашивает Джексон, хотя Молния знает, что Шторм уже пробовала такой пирог раньше. - Пирожок для тебя. Шторм пристально смотрит на него, протягивая руку, чтобы взять. Кажется, это его немного тронуло. - Спасибо, - нежно отвечает Шторм. - Не за что. Их окутывает тишина. Шторм ест свой пирожок, посыпанный сладкой пудрой, а Молния смотрит на прибой. Вдалеке садится солнце, придавая волнам приятный оранжевый оттенок. Молния замечает, как Шторм переплетает руки рядом с ним. Может из-за передоза сахара он нервный? Молния не уверен. - Молния? - тихо спрашивает Шторм. Молния поворачивается и смотрит на него. Он выглядит немного встревоженным, хотя МакКуин не может понять почему. Может быть, он волнуется из-за гонок? Кажется, он не слишком расстроился из-за того, что занял второе место вчера вечером. Или по другой причине? - Да? - Я бы хотел рассказать тебе кое-что. Эти слова его немного смутили. Неужели, чтобы что-то сказать нужно спрашивать разрешения? Ответ застаёт его врасплох. Он не ожидал, что Шторм попросит разрешения что-то сказать. - Я слушаю. Что такое? Шторм замолкает, крепко сжимая руки. Его лицо раскраснелось больше обычного. Похоже, он получил солнечный ожог. Глаза Шторма опущены, но он поднимает их, чтобы посмотреть на Молнию, и встречается с ним взглядом. Шторм открывает рот, и Молния ждёт, что из него что-нибудь вырвется. Но он не слышит, что Шторм говорит. Все, что он слышит - это пронзительный рингтон, который он установил на своем мобильном телефоне. Брови Шторма удивленно поднимаются, а Молния мечется в поисках своего телефона. Он находит его на краю полотенца и смотрит на звонившего. Это... Круз. Почему она звонит? - Извини, Шторм, одну секунду, - Молния встаёт, чтобы ответить на звонок. - Алло? Собеседница тяжело дышит в трубку. Её дыхание прерывистое, словно, она плакала. - Круз?! Все в порядке? У Молнии возрастало беспокойство за подругу. Прошлой ночью он даже не подошёл к ней. Его окутывает ужас, что он даже не помнит где она была вчера. Он не обращал внимания. Молния совсем не задумался о значении гонки для Круз. Он так беспокоился о себе и своей машине, что даже не обращал внимания на чувства Круз в её первой гонке. У Шторма, по крайней мере, было больше гоночного опыта. С другой стороны, у Круз... было мало опыта на трассе. Её первая гонка, возможно, оказалась настоящим стрессом! Молния даже не нашел её после заезда! Боже, какой он ужасный друг! - Ты можешь... приехать в Тренировочный Центр, Молния? Я здесь, - говорит ему Круз. Молния никогда не слышал её голос таким чахлым. - Конечно! - без раздумий отвечает гонщик. Она вешает трубку, и Молния быстро подбегает к Шторму, натягивая на него рубашку. - Все нормально? - спрашивает Шторм. Молния качает головой. - Нам надо в Тренировочный Центр! Я... Круз позвонила и кажется, она расстроена. Я должен...мы... Ты можешь отвезти нас туда? - торопится Молния. Шторм нахмурился, но молча соглашается и начинает собирать их вещи, возвращаясь к своей машине. Шторм хоть и едет быстро, но всю поездку он сохраняет хмурое выражение лица: его взгляд направлен ровно на дорогу, а руки напряжённо сжимают руль. Молния чувствует себя виноватым. Шторм хотел сказать что-то важное, но пришлось это отложить. Молния потом спросит его об этом. Поездка оказалась короче, чем они ожидали, потому что Шторм почти всю дорогу ехал на большой скорости. Он заезжает на парковку Тренировочного Центра, и Молния врывается внутрь, а следом за ним Шторм. - Круз? - зовет её Молния, но ответа так и не услышал. Они обыскивают Центр и в конце концов находят её в одном из тренажерных залов. Она плохо выглядит: её глаза покраснели и опухли, волосы растрепаны. - Молния? - дрожащим голосом она зовёт. Молния бежит к ней и крепко сжимает её в объятьях. Она обнимает Молнию в ответ и тот замечает дорожку от слез на её лице - что же её так расстроило? Она отступает на шаг и вытирает глаза. - Послушай, Круз, я скоро вернусь, хорошо? Я пойду поищу какие-нибудь салфетки, - говорит он, похлопывая её по плечу. Молния направляется прямиком в кабинет Стерлинга. У него там должны быть какие-нибудь салфетки. Он не так хорошо утешает людей и поиск салфеток всегда дают ему время подумать о следующих действиях. Она наверное, расстроена из-за вчерашней гонки - это единственный вариант событий, который пришёл ему в голову. Он поднимается в кабинет Стерлинга и удивляется, когда дверь легко открывается. Он не подумал о том, что она заперта, но теперь, это странно, что она вообще открыта в выходные. Молния входит в тёмную комнату и находит коробку с салфетками, стоящую на столе Стерлинга. Он берет их и случайно цепляется взглядом за документы на столе. Там много разных бумаг. Некоторые из них выглядят как... фирменные идеи или чертежи для различных предметов. Значительное количество из них посвящено ему, они выполнены в ярких красных и золотых тонах и на них выгравировано его имя. Стерлинг в курсе отношения Молнии к идеи сделать из его имени бренд. Он качает головой. Потом разберётся с этим. Сейчас главное - Круз. Молния спускается по лестнице с салфетками в руках. Он возвращается в тренажёрную и уже собирается войти, когда слышит голоса. Молния замирает. Если Круз хочет признаться Шторму, то он не будет мешать ей. Он останавливается за дверью, затаив дыхание и внимательно прислушиваясь. - Это так тяжело тратить свое время на тренировки и все равно знать итог, в котором у тебя нет шансов, - начала говорить Круз. - Очень тяжело, - Молния слышит саркастический ответ Шторма. Молния опешил. Почему он так говорит? - Ты знаешь хоть где я побывала вчера? Тебе легко говорить! Ты самый лучший гонщик с быстрой машиной! Ты никогда не боролся за то, чтобы получить хоть какой-нибудь шанс на участие в гонках! - она срывается на крик. Тишина вновь заполняет зал. - Ну давай, - фыркает Шторм. - Ты можешь сколько угодно изображать из себя жертву, но я на это не куплюсь. Молния окаменел, его ноги словно приросли к полу. Он знает, что должен войти и остановить это прямо сейчас, но не может пошевелиться. - Ты вообще о чём?! - недоумевает Круз, её голос дрожит. - Не желаю я слушать твою жалостливую историю о том, что ты не можешь участвовать в гонках. Единственная причина, по которой ты здесь - это то, что Молния преподнёс тебе местечко на блюдечке с голубой каёмочкой! Круз делает глубокий вдох, и секунду спустя Молния слышит, как она начинает плакать. Вот момент. Молния врывается и в шоке смотрит на них обоих, крича: - Что здесь происходит?! Глаза Шторма расширяются, когда в комнату входит Молния, но его поведение не меняется. Он по-прежнему хмурится, выглядит сердитым и раздражённым. Шторм ничего не говорит. Молния обрушивается на него, гнев овладевает им. Как он мог так поступить с Круз?! - Что с тобой? Как ты мог сказать ей такое! - сердито спрашивает Молния. Шторм не извиняется, как того ожидает Молния. Вместо этого он ещё больше вспыхивает. - Что я ей скажу?! Я сказал ей правду! Она не гонщица! Она здесь только из-за тебя, Молния! Молния видит насколько плохо Круз: она прячет свое покрасневшие лицо в руках, она такая уязвимая. От её вида Молния ещё больше сердится. - Ты ведёшь себя как придурок! - он кричит на Шторма. Он тут же сожалеет о сказанном, когда видит явную обиду у Шторма, которая сменяется за секунду на гнев. Руки Шторма дрожат. - ТЫ ТАКОЙ ИДИОТ! - кричит на него Шторм. Молния не успевает ответить, как гонщик выбегает из зала. Молния стоит, не веря своим глазам. Какой же он дурак, как он мог такое сказать Шторму? Почему Шторм не верит в Круз? Какая бессмыслица. Молния протягивает салфетки Круз. Она принимает их, вытирая слёзы с лица. - Прости меня, Круз. Я не знаю почему он так считает, - утихает Молния. По правде говоря, он знает, почему Шторм так сказал. Шторм уважает гонщиков, но не Круз. Джексон пришёл к выводу, что она не настоящая гонщица. Молнию гложет вина, что он понимает его и он в глубине души согласен с ним. Без его помощи Круз, скорее всего, не стала бы гонщицей. - Всё в порядке. Знаешь, он прав. Даже после нескольких месяцев тренировок к вчерашнему вечеру я все равно не смогла попасть в число лучших, - шмыгает носом гонщица. - Круз... Это... До Молнии доходит одна истина: как Круз могла месяцами тренироваться к международной гонке? Это не имеет смысла... если только. - Круз, ты знала о вчерашней гонке? - Круз замирает, её глаза расширяются, а лицо застыло в шоке. Значит он был прав. Круз знала о гонке за несколько месяцев, в то время как он и Шторм узнали об этом всего несколько дней назад. Почему, почему от них скрывали эту информацию? Почему все остальные гонщики были проинформированы? Почему она знала, а они нет? Молния отходит от гонщицы на шаг. Круз не отвечает на его вопрос, но её лицо как чистый лист. По её лицу понятно - он не должен был об этом знать. У Молнии бурлят подозрения. Он медленно подходит к двери не сводя глаз с Круз. - Молния, я... - начинает она, но резко закрывает рот руками. Глаза Молнии расширяются, и он пытается обернуться, чтобы увидеть, на что она смотрит. У него это не получается. Тяжелая рука обхватывает его грудь, и он чувствует, как что-то зажимает ему рот. Молния впадает в панику, когда чувствует сильный запах химикатов, исходящий от ткани. Его глаза расширяются, когда он видит сидящую Круз. Она явно в смятении, но ничего не делает, чтобы помочь ему. Осознание этого поражает его. Молния смог отбиться, но на этот момент его тело немеет. Он падает на пол, ощущая резкий удар об него. Молния заставляет себя подняться, пытаясь отогнать черные точки перед глазами. Это не сработало. Последнее, что он помнит, это как его голова падает на землю, и темнота поглощает его.