Зазеркалье

      Денни ненавидел многое. Казалось, что из одной только ненависти и выкована его личность. Даже на свою дочь он не мог глянуть без горящего в груди пламени. Ему хотелось взять в руки оружие и уничтожить всех, кто сотворил с ней весь этот ужас. Как горько было сознавать, что в этом есть доля его вины. Часть той дряни, которой травили его маленькую Совушку, попала в город с его молчаливого попустительства. У банд было много способов доставлять наркотики в город. Один из них пролегал через докеров.       Раз в месяц приплывал небольшой катер. Докеры экономили как могли, а доставка морем была дешевле. К тому же порт давно мёртв, береговая охрана существует разве что на бумаге, этот канал поставок просто некому контролировать. Докеры экономили как могли… даже если это было не совсем законно. Ничего предосудительного они не возили — инструменты, детали, расходники. Те вещи, что просто необходимы им для работы. Могла ли Империя оставить такую возможность без внимания?        Раз в месяц приплывал небольшой катер. Большая часть груза отправлялась Союзу, но примерно треть ящиков забиралась неприметными людьми на неприметных машинах. Иногда эти ящики были относительно лёгкими, иногда неподъёмно тяжёлыми. Раньше Денни старался не задумываться, что же скрыто за слоем дерева. Нацисты неплохо платили, а Союзу нужны деньги. Да и рабочим доплачивали за молчание. Зелёные бумажки в кармане лучше свинца в голове и Денни молчал. Обычный человек в любом случае был беспомощен против банд, а система… Полиция боялась, ведь за бандами стояли кейпы. Герои тоже боялись, ведь эти кейпы могли избить их всех разом.       Денни больше не боялся. Злоба душила его, мешала сосредоточиться, требовала крови. Игнорировать? Как можно, ведь эта дрянь могла попасть к его дочери. У Денни не было сомнений — Тейлор не сможет удержаться от соблазна, если что-то из этого окажется в её руках. А оружие и патроны, что лежали в некоторых ящиках, могли обернуться против его дочери. Он больше не мог спокойно смотреть, как докеры сноровисто разгружают катер.       — Бросайте их в воду. — спокойно сказал Денни. Послышались удивлённые возгласы.       — Бросайте сраные ящики в воду! — рявкнул он.       — Что случилось, Денни? Какая муха тебя укусила?       Ничто в этом человеке не выдавало принадлежности к Империи, но именно он в этот раз должен забрать ящики. С ним было несколько быдловатого вида охранников.       — Союз больше не сотрудничает с Империей, — ровно ответил Денни.       — А вправе ли ты принимать такие решения, мальчик? — усмехнулся ему в лицо имперец и, как бы невзначай, распахнул полы куртки, демонстрируя пистолет. Кобура была расстёгнута. В примитивном сознании имперца это означало готовность к бою.       Денни больше не боялся. Его враг легкомыслен и расслаблен.       Враг не успел отреагировать. Денни выхватил его пистолет, единым движением снял предохранитель и прострелил имперцу колено.       — Оружие на землю! — рявкнул он остальным. Двое повиновались, но третий попытался выхватить оружие и получил пулю в плечо. Крики раненых прошли мимо сознания Денни. Он не слишком хорошо стрелял — весь его опыт ограничивался редкими походами в тир с друзьями. Но основы он знал, а с такого расстояния не промазал бы даже Люцифер.       Денни подобрал пистолеты, потом вынес оружие из машины — несколько автоматов и пяток гранат. Перепуганные докеры сноровисто бросали "лишние" ящики в море. Хорошие работяги, но храбрецы среди них встречались редко. Имеющие волю к битве шли в банды, полицию, армию или СКП. Те, кто не жаждал сражаться, но имел решимость, покидали Броктон-Бей. Город медленно разлагался, отравляя миазмами отчаяния и злобы каждого, кто находил здесь приют. Денни не мог винить тех, кто хотел покинуть его… лишь жалел, что когда-то давно не дал Аннет уговорить себя на переезд.       — Ты не понимаешь, на кого наехал! — сквозь зубы процедил раненый имперец. — Крюковолк...       — Передай своему хозяину, — перебил его Денни, — что эта собака сутулая может прийти и лично высказать своё мнение по этому вопросу. Поговорим, выпьем чаю, приготовим посинтхан*. И побрей голову, а то ещё блох подхватишь.       

      ***

      Крюковолк был далеко не самым терпимым человеком. Он легко впадал в ярость и тяжело возвращался обратно. Убийство не было для него чем-то особенным. Ценность человеческой жизни? Для него это звучало как шутка. Ещё он был очень гордым. Если решил потоптаться по эго Крюковолка, делай это подальше от мясной лавки. Отличить твои останки от фарша будет тяжело.       На территорию СРД Крюковолк примчался уже через час. За такое оскорбление он будет мстить лично. Этот идиот станет примером.       — З-здрав-вствуйте, мистер К-крюковолк, — заикаясь, поприветствовал его охранник. — М-мистер Х-хеберт ж-ждёт вас. П-позвольте вас пров-в-в-водить.       Крюковолк лишь усмехнулся. Разумеется, этот трус ни за что не выйдет к нему самостоятельно… но остальные слишком трусливы, что защищать своего коллегу. Перепуганный охранник привёл его к какому-то полузаброшенному складу. Внутри были целые горы разнородного хлама, лишь в центре расчищена небольшая площадка. Посреди неё стоял стол, сервированный на двоих. Стейк с кровью, гарнир из жареной картошечки, несколько пиал с различными соусами, бутылка вина и пара бокалов.       Крюковолк смотрел на это с круглыми от удивления глазами. Он словно на романтический ужин пришёл, а не на разборки.       — Присаживайтесь, Крюковолк, нам есть что обсудить. — спокойно сказал Хеберт, отрезая очередной кусок стейка. — Сегодня в меню мясо особой прожарки.       Крюковолк взревел, выпуская лезвия и одним движение руки отбросил стол в сторону. Хеберт проводил стол равнодушным взглядом. Злодей замешкался. Этот человек не боялся его. Даже не нервничал. Он был так спокоен, словно сидел на толчке в собственном доме, со свежей газетой в руках.       — Значит, ты выбрал смерть. — усмехнулся этот безумец. Крюковолка рывком швырнуло в кучу хлама, придавило каким-то мусором и засыпало порошком.       — Грузовой электромагнит. — охотно пояснил Хеберт. Злодей задёргался, выпуская всё больше лезвий. Они с лёгкостью крушили хлам и рвали металл. Вот только до Крюковолка слишком поздно дошло, что в слове "электромагнит" ключевая часть "электро". В данном случае так уж точно. Лезвия легко пронзили металл и вонзились в обмотки. Ослепительно вспыхнула электрическая дуга.       — И термитная смесь. — с улыбкой сказал Денни. Крюковолк его не слышал. Крюковолк кричал. Истошно и страшно, как может кричать лишь сгорающий заживо человек. Температура горения термитной смеси больше двух тысяч градусов. Она легко прожигает железо и сталь. Даже если пламя не доберётся до плоти сквозь все эти лезвия, то банальный нагрев сделает своё дело.       — Сегодня в меню мясо особой прожарки! — безумно и радостно рассмеялся Денни.       

      ***

      Герои не убивают и этому есть причины. Наивные видят в этом благородство и честь. Циники грешат на пиар и деньги. Оружейник видел в этом банальную рациональность. Когда кейпы начинают убивать кейпов… Чтобы понять результат, достаточно взглянуть на Африку — бурлящий котёл бесконечных парачеловеческих войн. Или на Мексику, где есть свои ограничения, но соблюдаются они гораздо хуже. Неписаные правила защищали не кейпов! Они защищали простых людей! Когда кейпы сражаются насмерть, разрушения поражают воображение. Некоторые могли уничтожать целые города. Даже Виста, которая казалась обывателям абсолютно безобидной, могла стереть Броктон-Бей с лица земли. Надо лишь немного фантазии и банального знания физики.       Могло ли местное отделение Протектората очистить город от злодеев? Дайте месяц на подготовку и Оружейник убьёт всех в одиночку. Создать мощное оружие не проблема. Разработать нечто эффективное, но не летальное гораздо сложнее. Но мог ли он убить их всех, не обратив попутно половину города в руины? Нет. Поэтому приходилось сдерживаться, всеми силами избегать эскалации.       Среди неписаных правил было ещё одно, никогда не произносимое вслух. Обыватели не убивают кейпов. Даже если здесь и сейчас ты способен на это — лучше отступи. За убитого отомстят и даже бывший враг поднимет оружие против дерзнувшего. Несчастному останется лишь радоваться, что это происходит не в Азии. Там бы вырезали всю родню до третьего колена. Особо злобные — ещё и соседей, друзей, случайных свидетелей.       Денни Хеберт уже был мёртв, но пока не знал об этом. СКП предложило ему спасение — оплачиваемый переезд в другую часть страны и участие в программе защиты свидетелей. Не лучший вариант для Пиггот — вместе с Денни город покинула бы и его дочь. Да и это рушило некоторые планы Оружейника, но всяко лучше, чем на практике выяснять, что станет с Зазеркальем после потери отца. Увы, Денни отказался от их предложения. Хотя, наверное, рано об этом говорить — труп Крюковолка ещё не остыл, адреналин кипит в крови, а адекватность Хеберта где-то далеко. Вот только решение надо принимать срочно, ведь Империя уже знает, кто убил их офицера. В этом у Оружейника сомнений не было.       Хеберт, казалось, совершенно не беспокоился. Он скинул ботинки, уселся на потемневший от времени деревянный ящик, скрестив ноги по-турецки и играл на флейте. В музыке Оружейник разбирался плохо, но, на его непрофессиональный взгляд, получалось у Хеберта хорошо. Хотя и хуже, чем у его дочери. Или тут дело во флейте? Флейта Хеберта была тем, что приходит в голову обывателю при слове "флейта" — что-то вроде небольшой деревянной трубки с дырочками. У его дочери был серьёзный семидесятисантиметровый инструмент с клавишами вместо дырок. На этом познания Оружейника заканчивались.       — Мистер Хеберт.       — Оружейник, — откликнулся мужчина, откладывая флейту. На лице его была лёгкая улыбка, а программы героя показывали, что Денни находится в состоянии благодушного спокойствия.       — Вы уверены, что не хотите принять наше предложение? Мы в любом случае обеспечим охрану, но не можем гарантировать ваше выживание, если вы останетесь в Броктон-Бей.       — Я бы и от охраны отказался, — отмахнулся Хеберт. — Поверьте, меня есть кому защитить. Я договорился… кое с кем.       — Могу я...       — Позже, — перебил Хеберт. — Вы всё узнаете в своё время. А пока…       Он изобразил виноватую улыбку с долей сарказма (Оружейник мимолётно посетовал, что даже с помощью своих программ не может понять, что это должно значить) и вновь начал играть.       

      ***

      Верхушка Империи медлила. Ну не может обычный человек вести себя ТАК нагло! Он либо безумец… либо кейп. И то, что Крюковолк был убит без использования парачеловеских сил мало о чём говорило. Более того — это могло быть частью ловушки, в которую их заманивали.       Рядовые члены банды такими сложностями не заморачивались. В их понимании всё было просто. Крюковолк с истинно арийским благородством явился на стрелку, где был подло и вероломно убит крысиным ударом в спину. Оставшись без страшного начальника, эти бравые ребята немного слетели с нарезки и, со свойственной им простотой, шли убивать подлого унтерменша**. Их было десять, а враг один. У них была гордость и честь, а враг — пидор. Сложными размышлениями они не маялись.       — Гля какая краля идёт! — заорал один из них. Этот район освещён лучше, чем доки. Из трёх фонарей работал только один, а света полной Луны хватало, лишь чтобы разглядеть силуэт незнакомой женщины.       — Чё, мужики, развлечёмся перед серьёзным делом?       Толпа одобрительно загудела, но женщина вышла на свет и крики смолкли.       Куча крысиных туш склеившихся, переплетённых, живых, непрерывно копошащихся складывались в приятный глазу силуэт.       — Какого ху… ! — закричал один из нацистов, вскидывая пистолет.       Женщина закричала. Истошный визг сотен крысиных глоток разорвал ночную тишину. Низкий, многократно усиленный, он отражался от стен, отдавался ноющей болью в костях, закладывал уши и туманил голову. Сердце словно начинало вибрировать в тон этому рёву и каждый из слышавших его был готов поклясться — в следующую секунду оно просто взорвётся. Но секунда проходила, а смерть не торопилась смыкать свои объятия. Зато рос ужас. Нацисты побежали. Ничего перед собой не видя, не разбирая дороги. Полчища крыс хлынули из подворотен, подхватывая чудовищный крик.       Пятна крови на асфальте — всё, что нашли от храбрецов наутро, когда перепуганные жители соседних домов вызвали СКП. Ночью они боялись даже пошевелиться — вдруг Ужас явится и по их души? Только один человек не дрогнул пред лицом неведомой жути. Утром СКП с удивлением узнало, что обитатели «Паралюди Онлайн» уже успели устроить срач, обсуждая видео, залитое одним из местных троллей.       А Денни Хеберт мирно спал в своей постели. Его не тревожили кошмары, не терзала бессонница. Ему явно снилось что-то хорошее — за всю ночь улыбка ни разу не покинула его лица.