Зазеркалье

      Кайзер – человек осторожный, но не чрезмерно. Как и любой главарь крупной банды или компании. Иначе не выжить. Будешь слишком осторожным – упустишь слишком много возможностей и окажешься на дне. Слишком рискуешь – рано или поздно проиграешь. Только идя по тонкой грани разумного риска можно добиться успеха. Для кейпов это вдвойне правдивей. Вся жизнь словно на лезвии ножа, в отчаянной попытке удержать баланс.       История с Хебертом решительно не нравилась Кайзеру. Слишком уверен в себе, слишком резко сменил линию поведения. Да и новый кейп, так удачно перехвативший идиотов, собравшихся отомстить за Крюковолка... Лучшим выходом было бы просто отправить Виктора со снайперской винтовкой, но репутация… Империя должна выглядеть сильной, жестокой, непоколебимой. Просто пристрелить нормала, да ещё и издалека – это выглядит как трусость.       Хотя полностью отказываться от этого плана не стали. Виктор остался почти в километре со снайперской винтовкой. Если что-то пойдёт не так – он прикроет. С собой Кайзер взял Фенью, Менью, Штормтигра, Цикаду и Руну. Шесть кейпов на одного нормала явный перебор, но слишком уж это походит на ловушку. До дома Хеберта они добрались на обломке бетонной стены, который левитировала Руна. По прилёте близняшки выросли метров до четырёх, а Штормтигр швырнул воздушное лезвие, разбив одно из окон.       Хеберт не испугался. Он вышел из дома с улыбкой на лице. В левой руке был пистолет, предусмотрительно опущенный стволом в землю. В правой он держал топор, закинув его на плечо. На нём был пояс с инструментами, полный барахла. Молоток, несколько метательных ножей, моток верёвки, скотч, катушка проволоки и всякая мелочь.       – Здравствуйте, дамы и господа. Неужели вы пришли умереть? – со смехом спросил Хеберт. Кайзер немного расслабился – всё-таки обычный псих.       – Боюсь, мистер Хеберт, что умереть пришли вы. Не думаете же вы, что Протекторат успеет вас спасти?       – О, мне обещали помощь сильнейшей героини в мире! – оскалился Хеберт, а Цикада презрительно фыркнула, ведь Александрия точно не стала бы участвовать в мелком местечковом конфликте. – Со мной Зазеркалье!       Кайзер невольно замер. У них были свои люди в СКП, так что про эту девчонку он знал. Эпицентр-10 – это серьёзно. Секунду спустя его сила… исчезла. С жутким хрустом рухнули близняшки, словно гравитация усилилась в сотни раз. Их ноги сломались, осколки костей пропороли кожу, кровь хлынула потоком. Падение смяло ставшие поразительно хрупкими тела. Плоть проседала под собственным весом, кожа лопалась и расползалась, кости сломались с тошнотворным хрустом, а головы просто лопнули, словно перезревший арбуз, который швырнули на асфальт.       Упал камень, на котором сидела Руна. Её скинуло на асфальт, но чудом обошлось без травм. Девочка завизжала от вида близняшек и ринулась бежать. Грохнул выстрел и Штормтигр рухнул с дырой в голове. Пускай Нацисты забыли про Хеберта, шокированные кровавым зрелищем внезапной смерти, но он не забыл про них. Мужчина рванул к ним, а Кайзер с ужасом понял, что не может пошевелиться. Он создавал доспехи и мог в них двигаться благодаря силе. Цикада выхватила свои серпы и ринулась в бой. Будь с ней силы, в исходе не возникло бы сомнений.       Хеберт размашисто ударил топором – неловко и грубо, без всякого умения, но от души и с хорошим замахом. Цикада успела вскинуть свои серпы и приняла удар на них… но ей не хватило силы. Топор вместе с серпами врезался в её плечо. Хеберт ударил вновь. Этот удар достиг цели, легко проломив череп. С трудом вырвав топор, мужчина подмигнул Кайзеру и побежал за Руной. Злодей не видел, что там происходит, но услышал болезненный вскрик. Не прошло и минуты, как Хеберт уже тащит за капюшон вяло сопротивляющуюся Руну. Её голова окровавлена, как и обух топора. Он швырнул девочку наземь, возле одного из фонарей. Чертыхаясь, со второй попытки связал петлю висельника и накинул на шею Руны. Второй конец перекинул через верхушку фонаря и с явным усилием вздёрнул девочку.       «Да где же чёртов Виктор?!» – панически думал Кайзер, глядя на отчаянно дёргающуюся Руну. Хеберт не стал разглядывать свою жертву. Он подошёл к Кайзеру, вскинул пистолет и послал пулю в смотровую щель. Затем вернулся к Руне и перерубил верёвку.       – Не хочу убивать детей, – тихо сказал он, но девочка его не услышала – трясущимися руками она пыталась снять с шеи петлю, с хрипом втягивала воздух и ревела. Денни был глух к её страданиям. Он достал проволоку и туго обмотал её руку немного выше локтя. Варварское подобие жгута. Придавил руку ногой и одним ударом отрубил.       Руна закричала от ужаса. Боли почти не было – шок скрывал всё, но видеть, как собственная конечность отделяется от тела было совершенно невыносимо. Собственный крик казался далёким, а происходящее – нереальным. Словно нелепый кошмар, который никак не закончится. С тем же равнодушием Хеберт отрубил ей вторую руку. Руна смотрела на кровоточащие обрубки и не могла поверить. Это не могло произойти. Она отказывалась верить. Наверняка этот Хеберт просто какой-то стрёмный властелин. Да, это просто иллюзия, но сейчас эту тварь убьют и всё исчезнет. Вот сейчас, ещё немного, ещё чуть-чуть…       Но кошмар не спешил заканчиваться. Прибыло СКП вместе с героями. Руна не смогла бы вспомнить, как оказалась на Вышке и почему вокруг неё столько людей в белых халатах. Сон пришёл незаметно.              

***

      Обнимая холодную, просто ледяную Тейлор, Денни как никогда ясно понимал – за всё надо платить. Зачастую за нас расплачиваются другие. Его дочь трясло, она никак не могла успокоиться, со всех своих невеликих сил прижимаясь к отцу.       – Я так испугалась, – невнятно бормотала Тейлор. – Думала, тебя там убивают, но ты ведь говорил выждать минуту, говорил, что это важно, а я так боялась!       Денни позаимствовал идею у Кальверта. Несколько условных сигналов, один из которых – через минуту «нуллифицировать» их дом. Точность у Тей хромала, так что она накрыла довольно большую территорию – чтобы с гарантией. Об одном он только не подумал. Что испытает Тейлор, получив от отца один из экстренных сигналов?       Его дочь действительно была холодной. Слёзы замерзали на её щеках. От её кожи дул слабый, едва ощутимый ветер. Очень холодный, морозящий не только тело, но и эмоции. Это даже хорошо – меньше чувства вины. Да и можно говорить, что его трясёт просто от холода. Пускай Денни и пытался казаться спокойным и равнодушным, но внутри всё сжималось от тревоги и осознания. Да, натворил он дел. Весь город на уши поставил. И родную дочь перепугал. Денни покрепче прижал к себе Тейлор, наплевав на холод и погладил её по голове. Зашептал всякие успокоительные глупости. Дочка немного расслабилась, ветер ослаб, и холод стал не таким жгучим.              

***

      Чистота давно оставила путь злодея… но там погибли её друзья. Ей уже приходилось убивать. Трудно не испачкаться в крови, когда состоишь в Империи 88. Особенно если ты кейп со столь разрушительными способностями. Ей это никогда не нравилось, но иногда надо делать что до́лжно. Сейчас один из таких случаев. Кайден не собиралась повторять ошибок бывшего мужа. Атаковать Хеберта в лоб, да ещё и «честно» – глупость смертельная. Они и не собиралась так поступать. Честно говоря, нормальный план придумать так и не успели.       У Хеберта есть дочь. Пускай он как мог отказывался от опеки со стороны СКП для себя, но для дочери… Девочку должны спрятать. В надёжное и безопасное место. Где-нибудь под присмотром, подальше от злодеев. Что может быть надёжнее офиса СКП? Крепкая защита, множество персонала, команда Стражей под боком, а герои готовы прибыть по первому зову. Круче только Вышка. В любом случае, ни там, ни там её не достать. Слежку возле офиса оставили просто на всякий случай. Какого же было удивление Чистоты, когда ей сообщили, что похитили девчонку Хеберта! Даже не профессионалы – просто парочка членов банды из тех, кто выглядел хоть немного прилично.       Всё оказалось на удивление просто – девчонка сама покинула здание и выпрашивала сигареты в курилке. Ей навешали лапши на уши и убедили сесть в машину. Интуиция Чистоты шептала – что-то тут не так. Ловушка? За девчонкой следят? К делу привлекли настоящих профессионалов с технарскими глушилками, но никаких следов слежки. Чистота начинала нервничать.       Девчонку вывезли в лес, за тридцать километров от города. Маленький охотничий домик, утопающий в земле, изрядно заросшая дорога – летом и зимой её не найти. Люди не появлялись здесь годами. Вряд ли кто-то, кроме Кайден, знал о его существовании. Они с Максом выбирались сюда пару раз в те далёкие времена, когда ещё были вместе.               Девчонка явно не волновалась. Она… болтала, ни капли не смущаясь ни мешку на голове, ни несколько грубому отношению её похитителей. Даже когда её выпихнули из машины, она продолжала весело щебетать. Чистота не сразу поняла, что говорит она вовсе не с похитителями.       – Да не надо их убивать! – показушно возмущалась девчонка. – Меня впервые похищают. Интересно же! А кормить этим Люцифера я точно не буду!       – Всю дорогу так болтает. – смущённо, словно это его вина, сказал один из похитителей. – То с «демоном» каким-то трещит, то Люцифера поминает.       Мужчина перекрестился. Просто на всякий случай.       – Люцифер – это мой щенок. – охотно пояснила девочка. – А демон просто воображаемый друг. Что? Мне пятнадцать, могу я иметь воображаемого друга?!       Сумасшедшая. И не слишком хорошая актриса. Плечи немного сгорблены, движения суетливые и дёрганые, а пальцы едва заметно подрагивают. Не будь её руки связаны, точно не смогла бы найти им места. Чистота легко могла заметить волнение за маской бесшабашности. Девчонку затащили в домик, усадили на жёсткий стул и сдёрнули мешок с головы. Сияние Чистоты ослепило девочку. Она заморгала, принялась тереть слезящиеся глаза. У Кайден сердце защемило от взгляда на эту, в чём-то даже умилительную, картину. Ну не хотелось ей вредить безвинному ребёнку! Но её отец без капли сомнений изувечил Руну. Они просто платят той же монетой… и всё равно как-то не по себе.       Туман и Ночь деловито поставили перед девчонкой небольшой столик и начали раскладывать инструменты. Нет, Чистота точно не станет на это смотреть.       – Пытать будете? – с любопытством спросила девчонка. – А как?       Туман начал вежливо рассказывать о назначении и способах применения каждого инструмента. Девчонка посмотрела на него удивлённо, но слушала внимательно. Даже вопросы задавала. Она… перестала нервничать. Зато начала нервничать Чистота. Тут что-то точно не так!       – Последний звонок? – вежливо предложила Ночь, доставая телефон. Спутниковый, другие здесь просто не ловили. Разумеется, были приняты все меры предосторожности. Даже Дракон их не отследит.       – Привет пап! – радостно поздоровалась девчонка, когда Хеберт снял трубку. – А меня похитили!       Из трубки послышался усталый вздох.       – Успеешь вернуться до ужина? – равнодушно спросил он.       – Это не от меня зависит. – она совершенно по-детски пожала плечами. – Я демон знает где, так что искать меня будут до… А, нет, он действительно знает. Обещал показать дорогу. Думаю, к ужину успею. Пока-пока!       Пока отец и дочь прощались, до Чистоты наконец дошло. Все подсказки сложились в цельную картину, столь очевидную, что оставалось только гадать – как она не поняла раньше. Зазеркалье помогала Хеберту вовсе не из-за приказа СКП. Эта девчонка была в офисе вовсе не потому, что её хотели защитить. И она спрашивала не о том, каким именно образом её будут пытать, а о том, как они вообще смогут это сделать. Дочь Хеберта и есть Зазеркалье. Они только что притащили эпицентра-10 в собственное логово.       – Она – Зазеркалье! – тут же поделилась своими выводами Чистота. Ночь и Туман замерли. Девочка от удивления открыла рот.       – Вы… не знали?! То есть вы похищаете ребёнка из офиса СКП и вам даже в голову не приходит, что этот ребёнок – Страж?! Поздравляю – вы феноменально тупы. Прям как я. Кто-нибудь знает, что такое «феноменально»?       Воцарилась тишина. Один из похитителей попытался достать оружие, но испуганно замер. На его шее появились несколько тонких порезов.       – Держите своих приспешников на поводке, – весело заявила девчонка. – Мой друг немного… нервный. Ой, да знаю я, что ты не такой, дай мне злодеев-то попугать, ирод! Сам такой!       Она продолжала препираться с видимым только ей собеседником, но её прервал тихий мрачный напев. Девчонка растерянно нахмурилась.       – А это ещё что...       Кто-то запел. Тихо, но до дрожи пугающе:              

Тили-тили-бом

      

Закрой глаза скорее

      

Кто-то ходит за окном

И стучится в двери.

             Дверь сотряслась от чудовищного удара. Медленно и красиво она выпала из дверного проёма. Чистота не сразу поняла, что именно видит – это невнятное, шевелящееся месиво никак не желало складываться в понятную картину.       Кайден была не из тех барышень, что стремятся запрыгнуть на стул от одного только вида крысы. Они вызывали в ней отвращение – по доброй воле она никогда бы не прикоснулась к этим мерзким тварям, но не более. Но эта тварь… она её пугала. Сотни крохотных чёрных глаз пристально следили за ней, носы подёргивались, а уши подрагивали, внимательно прислушиваясь. Их тела непрерывно дёргались, лапами и когтями они вцеплялись друг в друга, пытались ползти, но нечто удерживало их в форме женщины, не давало тварям расползтись. Подобие рук держало свёрток с младенцем, а пальцы – сплетение крысиных хвостов, осторожно гладили крохотную головку.       – Астер, – невольно прошептала Чистота, содрогаясь от ужаса. Она угрожающе вскинула руку, но направила её вовсе не на крысиное скопище. Нельзя рисковать Астер. Её мишенью была Хеберт.       – Отпусти мою дочь или я убью девчонку! – выпалила она. Голос Чистоты дрожал, как и её ноги. Страх собрался в животе комком – холодным и тяжёлым, свинцовыми каплями осел на коже, укрыл глаза густым туманом, лишь одно позволяя видеть ясно – свёрток с её дочерью. Хвосты-пальцы обхватили крохотную головку и каким-то подспудным чувством Кайден поняла – эти отвратительные отростки с лёгкостью могут крушить камень.       Сердце ухнуло куда-то в желудок, разбив комок страха, чьи мелкие осколки разбежались по кровотоку. По ногам потекло что-то горячее. Уже не страх – ужас безраздельно владел её сознанием. Она не могла пошевелиться, не могла даже вдохнуть или отвести взгляд. Только смотреть, как жуткие пальцы аккуратно поглаживают её дочь, грозя в любой момент раздавить.       Резко навалился крик. Его не описать словами – можно лишь передать сотую часть ощущения неправильности, что есть в нём. Этот крик был самой мерзкой вещью, что знала Кайден. Нечто столь противоестественное просто не могло существовать. Даже оксюморон вроде «чёрного света» показался бы естественной и понятной штукой на фоне этого крика. Чистота внезапно осознала, что эта тварь кричит с тех пор, как упала дверь. Просто раньше крик выпадал из восприятия, забывался до того, как разум успевал осознать его существование. Астер тоже кричала – по-детски отчаянно, словно от сильной боли.       У Чистоты сдали нервы и она выстрелила, вкладывая всю силу в этот залп. Но всё пошло не так! Сила забурлила в её руке, сотней тонких лучиков вырвалась наружу, буквально разрывая на мелкие кусочки руку ниже локтя. Мигом позже кровавой взвесью осел Туман, попытавшийся перейти в свою излом-форму и отчаянно завопила Ночь – её тело разрывало изнутри беспорядочными нагромождениями плоти.       Почти секунду Чистота смотрела на остатки левой руки. Крови не было – сила прижгла рану. Что-то щёлкнуло в голове и она рванула вперёд, словно выстреливая собой из пушки, прошибая насквозь чудовище из крыс, одновременно перехватив дочку уцелевшей рукой. Чудом всё получилось, но пока всё тело двигалось вперёд, правая нога попыталась улететь назад и её вывернуло из сустава, слева по рёбрам словно кувалдой изнутри ударили, кожу в нескольких местах разорвало разнонаправленными силами. Но она раздавила большинство крыс! Убила эту тварь! Смолк Крик, и сила заработала как надо. В небо, быстрее в небо! Чистота спешила убраться как можно дальше от этого проклятого места. Даже крысиные потроха, густо измазавшие её костюм, ни капли не смущали. Всё потом, когда она будет далеко.       Но сила пропала. Полёт превратился в падение. Кайден завизжала словно девчонка. Страх, обида, гнев – эмоции душили её, находя выход в простой и понятной форме. Почти у земли, на уровне древесных крон, сила вернулась. Чистота рванула вверх, стремясь хоть как-то замедлить полёт. Листья перекрывали обзор, ветки царапали и норовили выколоть глаза, она лишь молила, чтобы не пострадала Астер.       Чувство опасности резануло как бритва. Листьями и ветками обрисовало неясную фигуру монстра. Чистота дёрнулась в сторону, но незримые когти вспороли бок. Кровь, обрывки плоти, обломки костей. Чистота...       ...оказалась непонятно где. Два огромных существа заполонили собой всё восприятие. Они сворачивались, разворачивались, расширялись и перемещались, не становясь ни больше, ни меньше. Пара двигалась в унисон, закручиваясь в двойную спираль. Каждый оборот всё больше и больше отделял их друг от друга. Смутные образы заполнили сознание, словно диалог, звучащий на незнакомом, невообразимо сложном языке. Всё это казалось Чистоте смутно знакомым, словно однажды выученный урок, крепко затёртый временем. Она никак не могла вспомнить, когда и где это видела.       Всё закончилось внезапно. Земля под самым носом и уже не успеть сбросить скорость, но свёрток в её руках полыхнул нестерпимо ярко и всё вокруг затопило светом. Чувство движения исчезло, а земля не спешила принять их в негостеприимные объятия. Ушла боль, медленно заживал распоротый бок и срасталась кожа, со щелчком встала на место нога. Стало так хорошо и спокойно, но Чистота не расслаблялась.       Свет окружил их сферой, но не мешал видеть. Широкие и мощные лучи срывались со сферы во все стороны, нещадно уродуя лес, вырывая деревья десятками, испепеляя и поджигая. Чистота вскинула культю и выстрелила в сторону домика. Атака получилась сильнее, чем когда-либо.       Сила вновь исчезла, и Чистота опять рухнула, едва не придавив собой захлёбывающуюся в крике Астер. Кайден качала дочку и говорила всякие успокаивающие глупости. Плач медленно сбавлял обороты. Девочка слишком утомилась и теперь буквально засыпала на руках. Хеберт… она молча стояла немного в стороне на одном из своих зеркал. Землю вокруг знатно перепахало и шага не ступить без риска переломать ноги. Чистота уставилась на неё, ожидая расправы. Хотелось кричать, истерить, драться, но сил не было даже встать.       Хеберт что-то пробормотала себе под нос, пожала плечами и мотнула головой куда-то в сторону. Силы вернулись и Чистота решила, что ей предлагают валить куда подальше. Так она и поступила, ринувшись в Броктон-Бей. Забрать Тео и навсегда свалить как можно дальше от этого проклятого города. Как можно дальше от кейпов с жуткими властелинскими силами. Забиться в самую глубокую щель, скрыться от всех… насколько вообще можно скрыться с младенцем-кейпом на руках.              

***

      Пиггот начинала привыкать к постоянной мигрени. С появления Зазеркалья проблемы нарастали как снежный ком. И вот теперь выясняется, что Кайзер – Макс Андерс, президент и главный исполнительный директор Медхолл. Эта компания очень тесно связана с Броктон-Бей. Огромные налоговые отчисления, рабочие места, щедрые пожертвования – Медхолл давал городу многое. Медицинский туризм – один из основных источников денег в экономике города. Многие едут в надежде получить лечение от Панацеи, но и без неё здесь крайне хорошая медицина. Во многом это заслуга Медхолл. Если выяснится, что в верхушке компании засели кейпы-нацисты… Скажем так, мэр сильно обидится на СКП, как и многие простые горожане, оставшиеся без работы. Значит, надо каким-то чудом не только не выдать личность Кайзера, но и как-то объяснить, почему Макс исчез с его смертью.       Масла в огонь подливала Панацея. Их конфликт с Кэрол никак не желал гаснуть, и девчонка делала то, что обычно делают подростки. «Назло маме, не надену шапку и отморожу уши!» Эми словно стремилась подтвердить плохое мнение своей приёмной матери и сделать это как можно более публично. Она курила перед журналистами, устраивала лесбийские игрища со своей подружкой в людных местах, хамила доставучим пациентам (вот за это Эмили её не осуждала), несколько раз её видели пьяной в хлам, а уж мелкие хулиганские выходки выдавались едва ли не по расписанию. Внезапное стремление эпатировать публику приносило много бед пиарщикам. Журналисты ходили по пятам за Панацеей, плодя сенсации и скандалы в нескончаемых количествах, а СКП пыталось сохранить лицо всем причастным. Кроме журналистов. Их не жалко.       Вот только из-за всей этой неразберихи поток страждущих исцеления несколько упал. Кто-то перестал доверять Панацее – очень уж сильно образ бунтующего подростка отличался от мудрого и спокойного целителя. Кто такому доверится? Находились и те, кто не желал исцеления от человека нетрадиционной ориентации. Для некоторых такие вещи были чрезвычайно важны.       Смерть верхушки Империи 88 несла и другие проблемы. Эмили искренне надеялась, что оставшиеся кейпы Империи не разбегутся и возьмут контроль. Иначе неизбежный делёж власти, распад на кучку банд поменьше, перестрелки и прочий шум. Плюс другие банды попытаются откусить кусочек, что может вылиться в войну прямо на улицах города. Расклад, мягко говоря, паршивый. Да и такая смерть кучи кейпов – огромный удар по имиджу СКП. Пиарщики с ног сбиваются, пытаясь превратить дерьмо в конфетку. Осложняется ситуация очередной видеозаписью, стремительно покоряющей интернет. В этот раз сделана камерой, направленной на ворота гаража – кто-то страховался от воров. Бой (или скорее бойня) попал в кадр отрывочно и фрагментарно, а происходящее видно смутно, но не настолько, чтобы сомневаться, что же там случилось.       Но во всей этой бойне её нервировал вовсе не Денни Хеберт, а его дочь. Менья и Фенья на собственной шкуре прочувствовали, что может случиться с изломами при резкой потере сил. Они утратили силу и прочность, но не размеры и массу. Их убил собственный вес. Тейлор, конечно, запретили резко «отключать» чужие силы, но Эмили беспокоило не это. Зазеркалье выключила силы в круге диаметром около пятисот метров. Для этого она создала кучу зеркал в этом своём «зазеркалье». С той же лёгкостью она создаст зеркала в реальном мире. Эмили нервировала мысль, что в её городе живёт нестабильный кейп с таким разрушительным потенциалом. Вот только масштаб доходил медленно. Особенно до вышестоящего начальства. Они, кажется, только-только начинают осознавать, что отчёты Эмили вовсе не попытка сделать из мухи Бегемота.       И даже среди всех этих проблем Крысиная Королева (так обозвали ту жуткую тварь, что столь активно помогает Хеберту) была бельмом на глазу. Контроль крыс, крик с властелинским эффектом, так ещё и козырь! На кейпов она действовала даже хуже Зазеркалья. Девчонка вредила только изломам в момент использования сил. Любые попытки использовать силы, пока кричала Королева стоило приравнять к попытке суицида. Она точно не могла быть действием неких сил Денни Хеберта – эта изящная теория разбивалась о тот простой факт, что Королева сожрала Виктора, пока Хеберт кромсал имперцев топором. Продуктом биотехнарства она тоже не являлась – Чистота раздавила бо́льшую часть «тела» Королевы. Благодаря Зазеркалью, и домик, и тушки крыс уцелели. Нормальные крысы, ничего странного.       Была и другая теория. Что если изменение сил Зазеркалья привязано не конкретно к наркотикам, а к изменённому состоянию сознания, которое они вызывают? А что может быть большим изменением, чем совершенно иное сознание? Демон мог быть не частью её сил, а просто галлюцинацией, воображаемым другом, использующим силы Тейлор, искажённые под его разум. И таким же «другом» могла оказаться Крысиная Королева.