Зазеркалье

      Сложно описать, что я чувствовала, надевая костюм. Надёжность, сила, уверенность, лёгкость — тусклые, невыразительные слова. Легче сказать, чего я НЕ чувствовала. Из груди вынули липкий комок неуверенности и страха, что так привычно давил на сердце. Содрали оковы неловкости — здесь и сейчас мне было не важно, что думают обо мне другие. Я больше не казалась себе грязной наркоманкой, лишь по ошибке попавшей в приличное общество. Я — героиня. Я — Зазеркалье. Нет уязвимостей. Нет слабостей. Мне говорили, что костюм тяжёлый, но он не был таким. Костюм тянул меня в небо, совсем чуть-чуть не хватало, чтобы взлететь (или, скорее, упасть вверх). Весы со мной были несогласны, но плевать я хотела на их мнение.        Короче говоря, в костюме я была практически другим человеком и на своё первое геройское мероприятие шла уверенно. Да и чего тут бояться, это даже не патруль! Всего лишь презентация — выйти, толкнуть речь, немного пообщаться с журналистами. Речь мне написали и я её даже выучила. Вопросы тоже известны заранее, но акулы пера могли чего-нибудь учудить. Плевать, я же не обязана отвечать на всё. Народу собралось прилично, хотя и не слишком много — появление нового героя событие не рядовое, но довольно местечковое, интересное не слишком обширной группе людей, увлечённой кейпами. Широкая публика относилась к кейпам как, для примера, к актёрам. За жизнью известных личностей следили многие, но не за восходящими звёздами.        Получилось, смею надеяться, хорошо. Речь я зачитала гладко — без запинок, с выражением, даже в бумажку не подглядывала и с отсебятиной не переборщила. Немного побаловала публику демонстрацией силы и на все вопросы отвечала как по писаному (ещё бы, я же учила!). Хотя нашёлся один мудак, решивший спросить про мой триггер. По протоколу мне просто следовало отказаться отвечать, но я ляпнула, что возрастной рейтинг его издания такое не потянет. Ну да, расстроилась, ляпнула, не подумав, с кем не бывает? Зато больше таких вопросов не было. Вот тупые были и много. Спрашивали про мои политические взгляды (которых у меня в принципе нет — я даже не знаю, чем республиканцы отличаются от демократов), увлечения и хобби, отношения со сверстниками, другими героями (героев приходилось хвалить, даже Софию) и прочие малозначимые детали. Молоденькая журналистка спросила, кто, по моему мнению, сильнее — Александрия или Легенда. Уверила её, что сильнее всего я. Один бородач, самого гиковского вида, упорно пытался вытянуть подробности о моей силе. Ага, размечтался, у меня подписка о неразглашении и вторая подписка, которая запрещает сообщать о существовании первой. Ещё и третья есть, но содержание её настолько расплывчато, что мне так и не смогли объяснить, о чём я должна молчать. Демон меня успокоил — я слишком тупая, так что даже не поняла ту секретную информацию, которую должна скрывать. Забавно, но СКП пыталось уговорить демона тоже расписаться и я устала доказывать им, что воображаемые друзья просто не могут ничего разгласить. Совсем голову потеряли со своей паранойей!        Только когда всё закончилось, я поняла, как сильно вымоталась. Свалиться мне на полпути, если бы не костюм. Нет, такие выступления точно не моё. Зато меня похвалил Оружейник! Папа бы тоже похвалил, но его не пустили — конспирация и всё такое. Точно параноики.              

***

       Уже на следующий день Клара наконец покинула больничные стены. Я регулярно её навещала, но всё равно успела соскучиться по нормальному общению. А вот друзья Клары стали для меня полной неожиданностью. Они не навещали её в больнице, да и на выписку не пришли. Просто не знали куда! Клара тщательно скрывала свои пристрастия и по «официальной» версии всё это время проходила лечение от анорексии где-то в Бостоне. Они давно не общались — сначала Клара отдалилась от них из-за своих пристрастий и завела совсем других друзей, с которыми сейчас порвала все связи, потом долго лечилась от зависимости. Теперь девочки навёрстывали упущенное. Я чувствовала себя чужой в этой компании. Они были такими… нормальными. Пять девушек из весьма благополучных семей. Хорошо одетых, ухоженных и красивых. Клара органично вписывалась в эту компанию, расслаблено со всеми общалась. Я же смущалась и не могла пары слов из себя выдавить. Мне тоже хотелось весело трещать ни о чём, как они, но этот навык был утрачен так давно, что уже и не вспомнить, как это делается. Как же мало общего у меня было с этими светлыми, довольными жизнью девушками.        Первый час я старательно искала способ свалить от этой компании, но со временем немного расслабилась, да и Клара явно радовалась моему присутствию. Всё время пыталась втянуть меня в очередной спор, хвасталась нашими проделками и всё искала, чего бы учудить. Теперь я понимаю, как она связалась с наркотиками — тяга к приключениям в ней была неистребима, мы вшестером едва удерживали её от очередной глупости. Хотя она всё же уговорила меня немного разукрасить розовым лаком полицейскую машину. Только благодаря предупреждению демона мы избежали встречи с хозяевами машины.        Мы почти целый день шарахались по приличным районам города, обошли почти все магазины одежды, я с Кларой почти целиком обновили свои гардеробы, да и остальные девушки хорошо закупились. Мне доходчиво объяснили, что одежду я выбирать не умею и чувство стиля у меня отсутствует напрочь. Поэтому иди-ка, девочка, в примерочную, знающие люди сейчас всё организуют. Ну они и принялись наперебой меня одевать. Скажу честно, в одежде я не разбираюсь. В попытках это исправить на меня вывалили такую гору информации, что все СКПшные пособия и рядом не стояли. Уже на второй минуте я перестала понимать, о чём мне говорят, тупо кивала и покорно примеряла очередные наряды. Спасибо демону, без его подсказок я бы вела себя как не самый сообразительный зомби, а так даже отвечала на вопросы (понятия не имею, насколько были уместны мои ответы — я даже не всегда знала, о чём меня спрашивают и просто повторяла за демоном) и реагировала на происходящее.        Не могу сказать, что мне прям понравилась эта прогулка, но и в ужас от мысли как-нибудь повторить я не приходила. Да и обзавелась вполне симпатичной одеждой. Слава СКП, что теперь у меня всё в порядке с финансами — потратиться пришлось прилично. Если уж совсем честно, то я просто радовалась, что нашлись люди, которые не против со мной общаться. Не из-за работы (насколько членство в Стражах можно назвать работой) или моих сил, а просто так.              

***

       Первый патруль. Сколько раз я представляла его в детских грёзах? Сколько раз мечтала о великих подвигах и толпах благодарных фанатов? Не очень много, если говорить честно, но какой ребёнок не мечтает стать героем? Парить в облаках, сокрушать злодеев, смеяться под градом пуль, от души потешаясь над глупыми злодеями, которые вечно проигрывают. Реальность оказалась не такой красочной. Ни поверженных злодеев, ни пылких взглядов от спасённых красавцев. Даже ни одной кошки с дерева мне снять не довелось. Как объяснил Оружейник (с которым я и патрулировала), большинство патрулей проходят именно так — вяло и скучно. Особенно у Стражей. Никто не хочет отправлять детишек в заведомо опасные районы. Участь наша — развлекать почтенную публику.        В целом, Оружейник разделял все патрули на две группы — парадные и боевые. Парадные совершались регулярно, по безопасным и людным районам. Их цель вовсе не борьба со злом, а демонстрация благодарной публике геройской активности. «Имитация бурной деятельности», как выразился демон. Чем чаще герои появляются на публике, тем спокойнее живётся простым людям и тем аккуратнее действуют злодеи. Люди, по мнению Оружейника, странные существа. Стоит перестать мозолить им глаза и они будут всё меньше и меньше учитывать тебя в своих прогнозах. Словно отсутствие патрулей помешает герою выйти в поле, чтобы надрать пару охамевших задниц. Вот таким пиаром мы сейчас и занимались.        Оружейник, к моему удивлению, во всём этом дерьме неплохо разбирался и очень доходчиво объяснял, как вести себя с публикой. Если, к примеру, Штурм не мог посоветовать ничего конкретней «веди себя дружелюбно», то мой наставник говорил более предметно. Каких жестов и поз лучше избегать, а какие наоборот — использовать и в каких именно ситуациях. Как правильно общаться с публикой, чего говорить не стоит, как реагировать на выходки детей и многое другое. Мы даже походку отрабатывали! Осанка, правильная ширина шага, движения рук, наклон головы и другие тонкости, помогающие казаться уверенной и твёрдой духом героиней. Оружейник был поразительно плох во всём, что касалось взаимодействия с другими людьми, поэтому ему пришлось сознательно усваивать всё то, что для остальных было естественным. Я тоже не очень хорошо в этом разбиралась, поэтому его опыт подходил мне как нельзя лучше.        Боевые патрули сильно отличались от парадных. Они проходили в районах сугубо криминальных, маршруты были непредсказуемы, изменчивы и держались в тайне. Вот на них случалось всякое, но даже так — интересного мало. После осторожных расспросов мне стало ясно, что под «интересным» Оружейник подразумевал серьёзные стычки. Обычные бандиты и мелкие злодеи, предпочитающие бегство, относились к категории скучного. Ну да, с его то опытом такие «мелочи» могли просто надоесть. Я не расстраивалась. Пускай мне хотелось быть героем, но в бой как-то не тянуло. Из меня совершенно никакой боец, да и слишком свежи воспоминания о моей первой и пока единственной схватке. До сих пор стыдно перед Оружейником.        Подводя итог — первый патруль прошёл успешно и очень тихо. Новизна не дала мне заскучать, публика отнеслась вполне благосклонно, а один фотограф даже сделал пару классных снимков, умело использовав особенности моего костюма. Получилось так круто, что одну из фотографий СКП выкупило и уже через пару дней над моей кроватью висел крутой плакат. А судя по продажам — не только над моей. Это вдохновляло.              

***

       А вот школы я побаивалась. Да что там, меня буквально трясло! Если бы не отец, буквально за руку дотащивший меня до дверей, я бы точно сбежала. Но я уже внутри, а значит, бежать поздно. Аркадия разительно отличалась от Уинслоу. Никаких символов банд, никаких рисунков на стенах, всё такое чистое, светлое, словно в слащавом сериале про школьников. И люди такие же — жизнерадостные, открытые. Словно в другой мир попала.        - Привет, Тейлор! — окликнула меня одна из подружек Клары. Я так и не запомнила, как их зовут. А вот демон запомнил.        - Привет, Кэтрин, — неуверенно отозвалась я. Меня захлестнуло волной тревоги. Зачем она подошла ко мне? Зачем поздоровалась? Что ей вообще от меня надо?! Демон сжал моё плечо, тихо шепнул на ухо: «не паникуй».        - Ты же здесь впервые? Давай, пока есть время, я тебе всё здесь покажу!        Меня сбивала с толку её дружелюбность. Всё время чудился какой-то подвох, что вот ещё чуть-чуть и я окажусь жертвой мерзкого и обидного розыгрыша. Но ничего не происходило. Кэт водила меня по школе, показывала всякие места, знакомила со всеми. На меня выплеснулось столько дружелюбия, что я могла бы заработать диабет. Чувствовалась в этом некая фальшь, но не злая, как от трио. «Это называется «вежливость», девочка», - хмыкнул демон. Подошла Клара и остальные девчонки. Даже успели немного потрещать до начала занятий. Я так и не смогла полностью расслабиться, но быть частью компании было приятно. Пускай и довольно молчаливой частью.        Самым весомым отличием от Уинслоу было то, для чего и нужны школы. Даже будь я там отличницей, здесь бы мне пришлось тяжело. Программа была сложнее и намного опережала Уинслоу, но и учителя были лучше, как и ученики. Так странно видеть, что большая часть учеников действительно интересуется учёбой, а не просто отбывает повинность. Учиться было тяжело. Долгое время я готовилась как проклятая, даже догнала программу, но брала отнюдь не интеллектом, а упорством и целой кучей потраченного времени. Сейчас, когда у меня не было возможности медленно всё изучать в своём темпе, я с болезненной остротой осознала, насколько же сильно отупела. Для той Тейлор, что была до наркотиков, учёба не доставила бы никаких сложностей, но не для меня. Особенно тяжело давалась математика. Цифры никак не хотели давать ответа, уравнения казались лабиринтом, бродить по которому приходилось вслепую. Сложно. Придётся заниматься дополнительно. Много заниматься. С протяжным стоном я уткнулась лицом в тетрадь.        - Мисс Хеберт? Что-то случилось? - вежливо спросила учительница математики. Надо же, в Уинслоу в лучшем случае меня бы просто проигнорировали.        - Я тупая. Вот что случилось.        - Терпение и труд, мисс Хеберт. Терпение и труд.        С ещё одним тяжким вздохом я вернулась к этому гадскому уравнению, стараясь игнорировать смешки одноклассников. Демон заверил, что смеются они как над удачной шуткой, а вовсе не издеваются. Я поверила, но неприятный сгусток тревоги возле сердца никуда не делся.        Первый учебный день получился на редкость выматывающим. Ещё и эти расспросы про всё подряд. М-да, на вопросы журналистов отвечать было проще. Клара меня успокаивала, что ещё немного и они отстанут. Всем было интересно узнать про нового человека. Мы ещё немного погуляли с девочками и я пошла домой. С восторгом пересказала отцу свой день. Боюсь, что он мало понял из моей путанной, восторженной речи, но всё равно радовался за меня. Эх, жаль, что нельзя остаться дома.        В штаб-квартире Стражей меня уже ждал Люцифер. Как же сильно он мне радовался! Остаток дня прошёл быстро. Я гуляла с Люцифером, потом играла с Люцифером, делала уроки и долго ворочалась, пытаясь заснуть. Я ждала новый день с надеждой. Мне хотелось вернуться в школу. Странное, давно забытое чувство. Кажется, моя жизнь наконец начала налаживаться. Засыпала я с улыбкой. Меня немного потряхивало от радости и предвкушения. Трудно было просто лежать и не подскакивать постоянно, но я как-то справлялась. Наконец, усталость взяла своё и ад гостеприимно распахнул свои врата. Мне кажется, или сегодня тут чуть-чуть менее холодно?              

***

       Школу я едва не проспала. Папа всё смеялся с моей суетливой спешки. Кажется, ему было совершенно плевать, что я могу опоздать в свой второй день в новой школе! Однако, я всё же успела. В класс я зашла буквально за минуту до звонка. И замерла. Все собрались возле одной из парт, разглядывали что-то, но стоило мне зайти... Все смотрели на меня. Я всё ждала, что демон скажет что-нибудь успокаивающее, но он молчал. По спине пробежал неприятный холодок. На ватных ногах я подошла ближе. На парте лежал телефон. Одна из тех новомодных игрушек без кнопок, но с кучей различных функций. Я не видела, что было на экране, но прекрасно слышала звук. Влажное хлюпанье, шлепки, ругательства и тихие, болезненные стоны. С трудом, но я узнала голос. Свой голос.