Зазеркалье

      Мисси делала уроки в общей комнате штаба Стражей. Математика давалась с трудом — все мысли крутились вокруг поверженного Лунга и странного поведения Стояка и Зазеркалья. Тейлор буквально липла к Деннису, хотя обычно дичилась их штатного балагура. А вот Деннис почему-то смущался. И это удивляло больше всего — Мисси всерьёз считала, что смущаться шутник не умеет. Ну хотя бы Тейлор была не такой мрачной, как после сражения с Лунгом. Мисси её жалела — победить сильнейшего злодея Броктон-Бей и вместо награды получить кучу бюрократии на голову. Мисси видела ту стопку документов, которую пришлось заполнять Тейлор. Девочка готова была поклясться, что от бумаг исходила зловещая аура и где-то на самом краю слышимости раздавались стоны и крики терзаемых в Аду грешников. Мисси никогда не считала себя религиозным человеком, но эта гора бумаги вызывала в ней ровно тот тип ужаса, что испытал бы глубоко верующий человек, узрев перед собой Сатану.       Ровный ход мыслей прервала выскочившая из своей комнаты Тейлор. В пижаме. В шесть вечера. Вся всклокоченная, растрёпанная, глаза бешеные, телефоном размахивает. На шее, на манер воротника, висел Люцифер (очень довольный своим местоположением). Мисси привычно удивилась той лёгкости, с которой эта хрупкая на вид девушка таскает своего щенка. По весу он уже обогнал саму Мисси на целый килограмм! Ещё и пушистый настолько, что кажется раза в два больше, чем на самом деле.       Тейлор попыталась что-то объяснить Мисси, но вместо нормальной речи у неё получались только несвязные, но очень эмоциональные восклицания. Наконец она сунула свой телефон под нос Мисси.       — Во-первых: я сомневаюсь, что такое возможно физиологически. А во-вторых — я слишком молода, чтобы показывать мне такое, — сурово сказала Мисси. Тейлор застыла, но уже через пару секунд начала возмущаться вдвое активнее.       — Тихо! — рявкнула Виста. Тейлор тут же замолчала. — Дай угадаю: какой-то моральный урод нарисовал с тобой отвратительную порнуху, да ещё и не постеснялся прислать тебе результаты своего труда.       Тейлор отрывисто кивнула.       — Добро пожаловать в клуб. — пожала плечами Мисси. — Просто смирись.       Мисси не совсем понимала, что её так возмутило. После тех видео какие-то картинки не должны вызывать таких эмоций. Или всё дело в том, что тут использовали образа Зазеркалья, должный быть защитой от всего этого?       — Тебе двенадцать! — от возмущения у Тейлор даже голос прорезался.       — Было десять, когда я впервые обнаружила подобный «контент». И это не помешало какому-то недохудожнику нарисовать меня ещё моложе.       Виста невольно фыркнула. Всё это её нереально бесило. Сейчас она почти смирилась с этим дерьмом, но поначалу изрядно паниковала. Хотя мальчишки относились к этому проще, а Софии, кажется, это даже льстило. Наверное. Прямо она об этом не говорила, только хмыкала презрительно, но она была единственной, кто даже не интересовался, можно ли как-то всё это удалить.       — Но ведь можно же с этим что-то сделать! Это педофилия! За такое сажать надо! — вновь начала возмущаться Тейлор.       — Это интернет. Что попало в интернет остаётся там навечно. СКП и Протекторат считают, что проще не обращать на это внимания, поэтому мы просто делаем вид, что ничего такого не видели и даже не догадываемся о его существовании.       — НО ПОЧЕМУ?! — раненым зверем взревела Тейлор.       — Вы чего орёте? — заглянул к ним Кид Вин.       — О, Крис, ты же видел то самое фото Александрии? — хитро спросила Мисси.       — К-какое фото? — поспешно уточнил мальчишка, краснея как помидор.       — В начале двухтысячных был у Александрии один неприятный бой — от всей брони остался только шлем. Кто-то сделал фото и выложил в интернет. — пояснила Мисси для Тейлор. — Пять лет СКП пыталось бороться. Суды, подкупы, шантаж. Привлекали технарей с хакерскими специализациями и даже Дракон. Результат? Теперь каждая собака видела эту фотку.       Люцифер протестующе гавкнул.       — Прости, Люци. Я это образно. — покаялась Виста. Щенок фыркнул, всем своим видом показывая, что не собирается обижаться на такие мелочи.       — И совсем ничего нельзя сделать? — жалобно спросила Тейлор.       — Ну кинь жалобу на того идиота, что скинул тебе эту дрянь. Пусть его хоть на ПХО забанят.       

***

      Эми крутилась перед зеркалом, придирчиво оглядывая свой наряд. Облегающая кожаная юбка, короткая настолько, что Эми боялась делать шаги шире обычного — задерётся ведь! Кожаный топик который прикрывал чуть больше половины её груди и… и всё. Ещё раз придирчиво осмотревшись, Эми содрала с себя это непотребство. Её жажда эпатировать публику не столь сильна, чтобы появляться на улице в ЭТОМ.       — Как можно в одежде ощущать себя более раздетой, чем вообще голышом?! — возмутилась она в пространство. Лиза даже не услышала вопроса — была слишком занята. Изо всех сил изображала, будто что-то делает в своём ноутбуке, а не пялится на Эми. Дразнить её было забавно — Лиза и сама не знала, как реагировать на новые для неё эмоции и ощущения. Эти метания были такими милыми, что хотелось просто затискать эту милашку. С другой стороны, Лиза знала Эми лучше самой Эми и просто обожала выбивать её из равновесия. И тогда «мило метаться» начинала уже Эми.       Зазвонил телефон, отвлекая от подразнивая Лизы.       — …эй, эй, потише, Тейлор, я и слова не могу разобрать! — прервала Эми поток невнятных возмущений. Подошла к окну — из квартиры Лизы открывался потрясающий вид на залив и Вышку, а односторонняя зеркальность окон позволяла не переживать за собственную наготу. Очень удобно, учитывая, как редко они с Лизой были одетыми.       — Добро пожаловать в клуб, подруга! Знала бы ты, сколько такого дерьма со мной! Вот они, минусы известности. — посмеялась целительница, словно невзначай покачивая попой. Очень хотелось обернуться, посмотреть на лицо Лизы, но это бы всё испортило.       — Не переживай ты так. Ничего страшного не случилось. И вообще… АЙ! ЗА ЖОПУ ТО КУСАТЬ ЗАЧЕМ?! Ээээ, прости, Тейлор, тут… эм, кошка, да кошка кусается!       На том конце несуществующего провода заливисто рассмеялись:       — Ладно, тогда не буду тебя отвлекать от этой милой киски. Передавай привет Лизе! Пока!       «Тейлор — прелесть», — твёрдо решила Эми. Редко когда встретишь такого понимающего и тактичного человека.       — Ты чего творишь? — возмутилась целительница. «Кошка» стояла перед ней на четвереньках и сверлила злобным взглядом.       — Подразнить решила, значит, — сказала она голосом низким и бархатистым. Целая орда мурашек пробежалась по спине Эми от этого голоса. — Ты моя добыча и я тебя съем.       Нагло заявила Лиза, одарив подругу таким взглядом, что той захотелось немедленно оказаться «съеденной». Однако Эми, из чистого озорства, ринулась бежать, глупо хихикая. Догнали её моментально, тут же вцепившись зубами в ляжку. Целительница невольно взвизгнула — кусалась Лиза ощутимо даже для её укреплённой кожи.       — Эй, полегче! — возмутилась Эми, но тут же получила увесистый шлепок по попе. Попытка скинуть наглую кусательницу успехом не увенчалась. Ей ещё и руку за спину заломили, не давая пошевелиться. Острые зубки впились в плечо, а коготки прошлись вдоль спины.       — Ты перегибаешь, — стараясь звучать спокойно сказала несчастная жертва.       — Правда? — прошептала Лиза, едва касаясь губами уха. — Мне так не кажется.       Свободной рукой она схватила Эми за волосы и болезненно потянула. Зубы впились в шею, потом в ухо. Лизу уже трясло от нетерпения. Она резко вскочила, заставляя Эми подняться следом, всё ещё удерживая её руку в нарочито неудобном захвате, вынуждая целительницу семенить на цыпочках. Уткнула её лицом в диван, поставив в неприличную позу с оттопыренной вверх попой.       — Дрянная девчонка! — рявкнула Лиза, звонко шлёпая целительницу. — Я тебе покажу, как меня дразнить!       И вновь повторила первый укус.       — Ну больно же! — прохныкала целительница.       — Ещё слово и я возьму ремень. — буквально прорычала Лиза.       — А вот это уже не смешно! — Эми всерьёз попыталась вырваться… но не смогла. Лиза издевательски усмехнулась, стягивая с пояса ремень. Резкий свист, шлепок, обиженный вопль и Лиза кусает ровно в место удара. Вопль превратился в визг, а потом в не слишком убедительные стенания.       Впрочем, Эми не осталась внакладе. В конце Лиза старательно зализала все «раны». И не только их.       

***

      Эми проснулась в то неопределённое время, когда утро плавно переходит в день. Офисные работники уже налакались кофе, начальники потихоньку подтягивались на рабочие места, крепко спал криминал, а ей, Эми, хотелось пошалить. Причём не в смысле разврата (что странно, ведь Лиза так уютно спала под боком). И у Эми была отличная идея для шалости. Мерзко хихикая она взяла телефон и открыла ПХО. Может быть, она об этом пожалеет. Позже. Сейчас идея казалась ей просто восхитительной!       Закончив с ПХО, она растолкала Лизу и отправилась умываться. И подруга не обманула её ожиданий.       — ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ, ПОЕХАВШАЯ?! Какой ещё конкурс, какая натура?! Я не буду в этом участвовать! — наорала на неё Лиза, стоило только выйти из ванны.       — Будешь, милая, будешь, — злобно оскалилась Эми. В этот раз она не собиралась шутить и «забывать» о трёхкратном превосходстве в физической силе, скорости и реакции. Лиза витиевато выругалась и ушла в ванну, обиженно хлопнув дверью. «Ну и чего она паникует? — мысленно хмыкнула Эми. — Подумаешь, объявила конкурс рисунков 18+ про нас. Ну выставила наградой возможность нарисовать ещё один арт. С натуры. Я же сразу объявила, что любой, кто решит, будто это призыв к чему-то большему, будет подвергнуть общественному порицанию, анафеме и вечной импотенции».       Эми сладко потянулась. Тщетно попыталась поправить сбившуюся простынь. Нахмурилась.       — А с чего я вообще взяла, что это — хорошая идея? — задумчиво протянула целительница. Лиза с самым ехидным видом выглянула из-за двери.       — Хочу напомнить, что сегодня вечером у нас ужин с твоими родителями! — и быстро скрылась обратно.       Эми сделала глубокий вдох и…       — БЛЯ-Я-Я-Я-Я-я-я-я!!!       

***

      Безграничная неловкость — именно так Деннис мог описать их свидание. Для Тейлор это был новый опыт и она просто не знала, как себя вести, о чём говорить и что вообще положено делать на свидании. Она жутко нервничала, стеснялась, тупила, путалась в словах. Смотрела на Денниса жалобно и заискивающе, с надеждой и страхом. Тейлор — непобедимая Зазеркалье, скрутившая Лунга в бараний рог — банально боялась его разочаровать. Какая ирония — ведь Деннис тоже её побаивался. Видел, во что она превратила Лунга буквально за пять минут. А уж о психологической нестабильности Зазеркалья Стражам все уши прожужжали. Страшно подумать, что она может сотворить, если он разобьёт ей сердце.       И тем не менее, его талантов не хватало для этого свидания. Их чувство юмора совершенно не совпадало — Тейлор даже не всегда понимала, что он шутит. Общих тем для разговора не было. Общих интересов — тоже. У Тейлор вообще всё плохо с интересами. Она смогла назвать только чтение, но, смущаясь, признала, что уже давно не бралась за книги. Деннис банально не знал, чем с ней можно заняться. Нет, Тейлор бы с радостью согласилась на что угодно, но её фальшь напрочь убила бы всё веселье.       Даже в постель её не потащишь. Стоило включиться голове и у Денниса появилось мерзкое чувство, будто он насильник какой-то. Логика твердила об обратном, но совесть это не успокаивало. Тейлор НЕ ХОТЕЛА. Пускай она и слова против не скажет, но было в этом что-то чудовищно неправильное, словно он то ли невинного ребёнка развращает, то ли куклу трахает. Всё вместе, в смеси отвратительной и тошнотворной. С Тейлор что-то серьёзно не так и Деннис не хотел этим пользоваться. Уж точно не так.       Самым худшим в этой ситуации была брезгливость. С ней оказалось на удивление трудно бороться, когда верхняя голова была на ведущих ролях. Деннис не знал, сможет ли заставить себя хотя бы поцеловать Тейлор. Чёрт, она же облизывала дохлую крысу, вот как с ней после этого целоваться?! Да и в целом ему была отвратительно мысль быть с девушкой, которой пользовались всякие… всякие. Сколько бы он ни твердил себе, что её вины в этом нет, что Тейлор лишь жертва, но брезгливая часть его личности не умолкала ни на миг.       В конце концов, он просто признал своё поражение и повёл её в кино. Хороший выбор, если нужно укромное местечко для поцелуев. Совершенно ужасный для всего остального. Деннис не собирался целоваться. Просто других идей у него не было.       

***

      Безграничная неловкость — именно так Эми могла описать семейный ужин, а её «шалость» только подлила масла в огонь. Да и Лиза подкидывала говна на вентилятор, виртуозно выставляя свою любовницу жутким монстром. Чего только стоил её практически честный ответ на вопрос Виктории: «Как вы познакомились?». Репутация и честное имя Эми были безвозвратно уничтожены. Вики наверняка и в страшном сне привидится не могло, что её сестра будет шляться по дешёвым барам, затаскивать туда беззащитных девушек, спаивать и совращать. А когда Лиза призналась, что это был её первый сексуальный опыт вообще и раньше о девушках она никогда не думала в таком смысле… Кажется, Вики хотела швырнуть в Эми стол. Целительнице хотелось умереть от стыда — в такой формулировке она и сама чувствовала себя мразью. Ехидные взгляды Лизы и осознание полнейшей злонамеренности её слов помогали мало.       С другой стороны, даже Кэрол перестала смотреть на Лизу как на мировое зло. Вики и вовсе записала её в подружки. Вот как она это делает? Эми, даже осознавая, что Лиза нагло играет роль, не могла перестать умиляться этому кусочку солнца. Этот образ так остро контрастировал с привычной ехидной лисой. Даже не верилось, что из-за вот этого солнечного лисёнка Эми до сих пор не слишком приятно сидеть. Так и подмывало ляпнуть, что за все грехи Лиза её уже «наказала» и посмотреть на реакцию. Но приходилось сдерживаться — пускай уж лучше считают её подругу невинным и светлым ангелочкам. Может, Кэрол даже перестанет возражать против их отношений.       «А ведь неплохо! — с удивлением подумала Эми. — Не думала, что этот ужин может не быть абсолютной катастрофой.»       

***

      — Как прошло ваше свидание? — спросила Виста, буквально лучась любопытством. Патруль — не лучшее время для такого разговора, но эта часть города была относительно безлюдна будними вечерами, так что всё будет нормально, если не упоминать имён. Но тема оказалась не столь безобидна. Зазеркалье дёрнулась, словно от удара. Вместо весёлого девичьего щебета — тягостное молчание.       — …ужасно.       «Как одно слово может сделать ситуацию настолько некомфортной?» — отстранённо подумала Виста. Ещё и Оружейник хоть и был рядом, но ехал слишком далеко для разговора. Не мог хотя бы сегодня обойтись без своего мотоцикла?!       — Почему ты общаешься со мной? — тихо спросила Зазеркалье и теперь уже дёрнулась Виста. Она хотела что-нибудь сказать, но боялась сделать только хуже.       — Я отвратительная, мерзкая шлюха. — плечи девушки затряслись. — Он… он даже…       — Забей на этого придурка! — эмоционально воскликнула Виста, мысленно обещая сделать с Деннисом что-нибудь ужасное. — Все мальчишки — придурки! Ты моя подруга и ты — классная! Вот! И не слушай всяких идиотов.       Зеркальная маска не может передавать эмоций, но Виста кожей чувствовала что-то нехорошее во взгляде Зазеркалье. Не опасное (уж точно не для неё), но… что-то похожее она ощущала, когда ссорились её родители. И даже тогда это чувство неправильности, раскола, было не столь острым.       Мимо проехал полный автобус туристов — он замедлился возле них, толпа туристов прилипла к стеклу, замерцали вспышки камер. Наверняка едут к набережной, смотреть Вышку и попутно выглядывают героев. Обычное дело. Виста и обратила на него внимание, только чтобы не смотреть на Зазеркалье. Так же, как она старалась не обращать внимания на своих родителей, когда они ссорились. Как же невыносимо ощущать эту стыдливую беспомощность! И вдвойне хуже оттого, что приходится чувствовать это в роли Висты.              

***

      Какую часть моих способностей сто́ит показать? Сложный выбор. Косить под дуру не выйдет — дел я наворотила знатно. Даже забавно вышло — врываются Оружейник, Мисс Ополчение и Бесстрашный, оружие наготове, серьёзность так и прёт. А я просто сижу. Воду пью. Несчастный охранник забился в угол, бугаестойкая дверь разорвана, в камере полный хаос — отработали все системы защиты.       — Пить очень хотелось. — сонно заявила я, зевнула и уснула, стоило только уложить голову на стол. Жаль не видела их лиц в этот момент. Больше меня не запирали.       Всех очень интересовало, что там с моей силой, а мне не слишком хотелось это раскрывать — слишком уж стрёмные ассоциации возникают. Но ведь необязательно показывать именно силу? Я и без неё кое-что умею. И вновь дилемма. Показывать всё не хочется, но у этих возможностей есть серьёзное отличие от кейповских сил — к ним нет инструкции. Мне нужно учиться, тренироваться, изобретать. Словно новая конечность, которой мне только предстоит научиться владеть. Да и что-то мне подсказывает — тот же Оружейник за пять минут додумается до всяких крутых штук, которые я сама буду изобретать годами.       Скрытность оставит мне пару козырей в рукаве, но есть ли в этом смысл, если можно все карты в моей колоде сделать равными по силе тем козырям? Думай, София, думай. Чёрт, если бы голова так не раскалывалась! В любом случае, врать всегда сложнее. Правда — это просто. В правде нельзя запутаться, ты не проколешься на какой-то мелочи и сраные технари со своим сраным тинкертехом не разоблачат твою ложь. С такой позиции выбор становится совсем простым.       Мы на одном из загородных полигонов Протектората. Панельные дома, разнообразные мишени. Дёшево и функционально. Другие герои зарылись в бетонные норы, вместе с отрядом СКПшников. Ждут, смотрят, изучают.       Настало время повеселиться!       Разум окунается в безумный поток информации. Мир — такой непривычный и странный. Океан энергии, беззащитный перед моей волей. Материя — ложь. Охватить вниманием крошечный кусочек в центре одной из мишеней — бетонного куба с меня ростом. Материя — лишь форма энергии. Разум рвёт незримые связи. С громким хлопком куб раскалывается и рассыпается на части. Меня распирает от ощущения могущества. Гравитация? Хуевитация! Осколки куба стремительно падают в небо. Становится так легко и радостно. У меня есть власть над миром, которая и не снилась кейпам! Я срываю электроны с орбит, и осколки охватывают десятки крохотных молний. Остро пахнет озоном. Пришла пора по-настоящему проверить свои силы. Я вскидываю руки.       Мир — нечто большее, чем просто океан энергии. А значит, возможно всё.       Реальность дрожит между моих ладоней. Физика брыкается как строптивая лошадь. Константы плывут. Мир подчиняется моей воле.       Я СОЗДАЮ ЭНЕРГИЮ ИЗ НИЧЕГО!       Что-то во мне безумно ревёт от восторга. Хочется орать и прыгать. Я могу завалить на лопатки даже энтропию!       Физика брыкается всё сильнее. Колебания нарастают. Часть энергии утекает из моего захвата, обращаясь в свет. Меж моих ладоней вспыхивает ослепительное сияние. Оно дрожит и пульсирует. Ладони обжигает. С каждой секундой держать всё сложней и сложней, восторг медленно отступает. Мир пытается вернуть всё на круги своя, я сопротивляюсь, но с каждой секундой всё сложнее. Лишь на секунду я утрачиваю концентрацию и энергия высвобождается в единой вспышке.       Воняет палёным пластиком и горелым мясом. Меня потряхивает от адреналина. Ладони выглядят просто ужасно — кожу буквально прожгло, а мышцы прожарило до черноты. Боли не чувствую — она придёт позже, когда схлынет адреналин. Я только усмехаюсь. Да, практиковаться придётся усердно.       — Надеюсь, кто-нибудь додумался захватить сюда медиков, — кричу я героям, показывая пострадавшие конечности. Осторожно сажусь на землю. Голова кружится и тянет в сон. Ничего, могло быть и хуже. Такую мелочь Панацея минут за пять исправит. А я пока посплю.