The Devil Wears Gucci

Гарри не смог бы сказать, что проснулся в хорошем настроении. Ночью ранее, когда он ушел после Луи, который оставил его сидеть в замешательстве у фонтана. Но это был лабиринт, и разум Гарри был затуманен, к тому же он не обращал внимания на то, как они добрались до середины лабиринта. Не было ничего удивительного в том, что Луи уже ушел, когда Гарри выбрался. Затем он нашел Найла, который также был готов уходить, поэтому Гарри позвонил резервному водителю, чтобы отвести их обратно. Ему приходилось терпеть веселую болтовню Найла и теории «почему» Луи ушел так рано без предупреждения, на протяжении всей дороги в отель. Когда Гарри добрался до их номера, комната в спальню Луи была закрыта. Поэтому он пошёл вперед, избавляясь от одежды, и провел беспокойную ночь в попытках хоть немного поспать. Для Гарри не было сюрпризом то, что он не увидел Луи тут следующим утром. Гарри знал его расписание, и это немного разбивало ему сердце, зная что, в этот особенный день, Луи может с легкостью избегать его, если захочет. Он знал, что Луи завтракает на бизнес встрече с Ритой, затем шоу «Valentino» (они должны встретиться для этого), но затем у Луи снова запланированный ланч с Саймоном, после этого, шоу «Givenchy». У них не было определенных планов на ужин, но Гарри был готов поклясться, что не увидит Луи после окончания шоу «Givenchy». Гарри решил не забивать себе голову слишком сильно сейчас. Он принял долгий душ, выполнил все свои процедуры по уходу за волосами и кожей, и выбрал кремово-сатиновую рубашку, закатав рукава и оставив две первые пуговицы расстегнутыми. Он взял Ipad и пошел на террасу отеля, чтобы позавтракать. Он заказал только кофе, фрукт, и несколько кусочков хлеба. Он начал просматривать почту, отвечая на некоторые и отправляя другие: с нервозностью и волнением, он отправил Г-н. Баке свое резюме и несколько своих работ, с «если это так и должно быть, это будет» настроем. Достав телефон, он написал Лиаму длинное сообщение с пожеланиями выздоровления. Лиам ответил почти мгновенно, спрашивая как всё проходит и может ли он чем-то помочь дома (что было смешно, так как он оставался в постели на целый день, восстанавливаясь). Гарри рассказал ему про шоу, людей, мероприятия, и честно признался ему, что он бы хотел, чтобы Лиам был тут с ним. После этого, он позвонил Джемме. Она была так взволнованна слышать его, и ему пришлось повторить почти всё, что он говорил Лиаму. Он пообещал ей, что они встретятся как можно скорее, когда он вернется, потому Гарри сможет рассказать ей всё об этой неделе. Разговор с сестрой действительно поднял его расположение духа, поэтому он позвонил своей маме тоже. Она была больше сконцентрирована на здоровье Гарри, чем на самой поездке. Она хотела знать ест ли он правильно, хорошо ли спит, и взял он с собой таблетки от изжоги, потому что она зала как просто Гарри мог заработать расстройство желудка. Гарри спросил её, хочет ли она что-нибудь особенное из Парижа. Она сказала, что всё, чего она желала бы, чтобы её сын вернулся в целости и сохранности обратно в Лондон, это вызвало улыбку на лице Гарри. После разговора с мамой, Гарри отправил одно последнее сообщение Эду, спрашивая его «как дела», и поделился с ним быстрыми новостями недели. Он решил не распространяться подробностями о произошедшем прошлой ночью. После милейших разговоров с любимыми, Гарри провел немного времени на террасе просто наблюдая за гостями и наслаждаясь видом. До того момента, когда уже практически время, чтобы пойти на первое шоу. Когда он вернулся в свой номер, он увидел Луи, печатающего на телефоне в гостиной. — Привет, — поздоровался Гарри, когда вошел. — Утра, — это было все, что ответил Луи, не поднимая глаз. Гарри подошел к столу и поставил Ipad на зарядку. — Нам нужно идти, — сказал Луи. — Готов, когда и ты, — ответил Гарри. Луи встал и поправил свой пиджак: «Хорошо». Поездка в машине прошла в тишине, Луи все время разговаривал по телефону. Гарри показалось, что всё вернулось на круги своя. — Хэй, Луи... — он попытался начать разговор. Луи поднял палец, движением, которое требовало мгновения, и поднес свой телефон, отвечая на вызов. — Уолш, — сказал Луи. И Гарри не представлял зачем Луи должен говорить с Луи Уолшем из связей с общественностью, но разговор был таким коротким и точным, что он ничего не смог понять. Когда Луи сбросил, он не подал никаких признаков продолжения разговора, который пытался начать Гарри, что, по правде говоря, оставило его с зудом в горле и сжатыми руками. Когда они прибыли на подиум, Гарри сказал короткие «привет» каждому и занял свое место прямо за Луи. Он пытался сосредоточиться на светской беседе с Майклом до того, как шоу началось. Когда они оказались за кулисами, Луи совсем не обратил внимания на Гарри. К тому же, Гарри знал больше людей сейчас, поэтому у него не было проблем с общением с другими. Через некоторое время Луи подошел к Гарри: «Я все, встречаюсь с Саймоном сейчас. Увидимся на "Givenchy"». Гарри кивнул: «Тебе нужно что-нибудь ещё?» Луи помотал головой: «Это всё», — и он развернулся. Тогда же Майкл сказал ему, что тоже уходит. Он пригласил его пойти на ланч вместе с другим парнем из «American Runway». Гарри согласился и из-за всех сил старался забыть о Луи и остальном. Похоже, это сработало; Майкл и другой парень, Калум, который работал в креативном отделе, казалось, что им нравилась компания Гарри. В любом случае, они тоже были очень милыми парнями. Казалось, что шоу «Givenchy» длилось целую вечность, кроме того, оно не так сильно ему понравилось? Гарри не знал, позволено ли ему высказывать подобное мнение, но он и не собирался говорить кому-нибудь. Он думал, что история повториться, но когда шоу было окончено, Луи встал и сказал Гарри: «Я все сейчас, увидимся позже». Может, коллекция была действительно не очень хорошей и Луи даже не хотел присутствовать на приветствиях за кулисами. Или может он просто продолжал игнорировать Гарри. В любом случае, Гарри вернулся обратно в отель и хорошо вздремнул. Когда он проснулся, сонный и всё такое, он мог услышать, что Луи был в номере. Незадолго после этого, он также услышал, что он уходит. Гарри взял свой телефон и увидел сообщение от Зейна. — Давай поужинаем. — Заберешь меня из «Ritz»? — ответил Гарри. Не прошло и минуты, как Зейн ответил. — Уже еду. *** Зейн вышел из машины и открыл дверь для Гарри: «Après vous», — сказал он. — Боже, боже, как галантно, — улыбнулся Гарри. — И могу я сказать, насколько сногсшибательно ты выглядишь в этой рубашке? — Ох, эта старая? — пошутил Гарри, махнув рукой. Зейн усмехнулся вместе с ним. Гарри солгал бы, если бы сказал, что улыбка Зейна, и глаза, и даже волосы не заставляют его забыть о неприязни Луи. — Я надеюсь, что ты в настроении отведать классической французской кухни, — сказал Зейн, когда водитель повез их по парижским улицам. — Позволишь выбрать вино? — Гарри захлопал ресницами. Он что, флиртовал? Может. Чувствовал ли он себя плохо из-за этого? Определенно нет. Зейн был прекрасным мужчиной, который показывал интерес к Гарри с первого дня их знакомства, и Гарри чувствовал, что ему позволено почувствовать себя желанным для разнообразия. Зейн привел его в очень модный ресторан с приглушенным освещением и модной маленькой лампой на каждом столе. Каждый выглядел элегантно и Гарри было приятно заметить, что он полностью вписывался в обстановку. Когда официант подошел к их столу, Гарри позволил Зейну выбрать вино и вести разговор. Он серьезно подумывал о том, чтобы пройти курс базового Французского, перед возвращением в Париж в следующем году, если будет случай. Он также последовал совету Зейна в том, что заказать. — А сейчас, скажи мне, каким ты на самом деле считаешь Париж. И не говори «замечательный», я знаю это. Но как индустрия относилась к тебе? Ты чувствовал себя, как Барби-мальчик в мире Барби? — произнес Зейн, пока они ждали еду, начиная пить вино. Гарри сделал глоток, вино было немного сухим на его вкус: «Я не... Я имею ввиду, что он замечательный», — Зейн усмехнулся, «потому что мне очень нравится, как многому я научился, всех людей, что я встретил, это действительно ощущается, словно другой мир». — Ты планируешь когда-нибудь покинуть его мир? — Я не вижу себя, работающим в индустрии моды до конца моей жизни, но я также не могу представить себя, полностью отстраненным от него. Сейчас я чувствую себя довольно комфортно, — Гарри улыбнулся. Зейн поднял брови: «Даже с таким боссом, как твой?» Зейн задел чувствительное место, но Гарри все еще защищал Луи: «Он не так плох, как люди думают, ты знаешь?» — Ну, не говори мне, что его слава требовательной, негибкой, и антагонисткой личности не имеют никаких оснований, — он ответил мягким голосом, даже если слова его были не самыми добрыми. — Я мог бы с легкостью превратить эти прилагательные в позитивные, и ты бы создал из этого отличного бизнесмена. Каким он и является, — Гарри пожал плечами. — Так ли это на самом деле? — спросил Зейн низким голосом. Официант принес еду, прерывая их, Гарри сменил предмет. — Хорошо, а теперь скажи, каким ты находишь Париж? Над чем работаешь тут? — Ну, ты знаешь, жизнь писателя. Я работаю с важными людьми тут, над проектом или двумя. И меня также тянет к этому миру, и к мальчикам с милыми кудряшками тоже, — подмигнул Зейн. — Ты напишешь о них статью? — спросил Гарри, подливая вина в бокал Зейна. — Я уже думаю об этом, — подмигнул Зейн. Гарри издал смешок, который был ужасно близок к хихиканью: «Ты такой мягкий со всеми?» — Что если я скажу тебе, что это так? Ты уйдешь? — Не совсем. Я б просто играл жестче, чтобы получить. — Правда? — Зейн прищурил глаза с улыбкой на губах. — Ну, между прочим, я не со всеми так себя веду. Только с такими милыми мальчиками, как ты, как я и сказал. — Теперь ты говоришь так, только для того, чтобы расслабить меня. — усмехаясь прищурился Гарри. — Абсолютно нет... для этого есть вино. Гарри действительно хорошо проводил время с Зейном. Его глаза гипнотизирующие, его голос звучал, словно карамель и иногда они касались друг друга руками, что было приятно. Но некоторые части разговора звучали слишком резко, например, когда Зейн спросил его что Гарри собирается делать, когда уйдет из «Runway». Тогда Гарри ответил ему, что он не планировал уходить скоро, Зейн ответил, что у него всегда должен быть какой-то запасной план. Что казалось немного грустным, если быть честным. Но когда Гарри спросил Зейна про то, как он начал свою карьеру. Зейн рассказал ему про первом крупном собеседовании на работу, которое у него было. Он ушел с большим пятном чернил на груди, потому, что ранее в тот же день, он работал в типографии. Затем о том, как он получил кофейное пятно в первый день работы, поэтому его кличкой стало Пятно-Зейн. Гарри громко рассмеялся, когда он услышал историю, получив пару неодобрительных взглядов от посетителей в зале. Он винил в этом вино. Они заметили пару, зрелого мужчину с девушкой двадцати с чем-то, и Зейн, и Гарри стали осматривать из, шепча теории о них, в перерывах между хихиканьем. — Они определено в sugar daddy-baby отношениях, — сказал Зейн. — Конечно нет, они отец и дочь. У них идеальный возраст для этого и он не такой привлекательный, она могла бы найти лучше, — ответил Гарри. — О, пожалуйста. Мы в Париже. — Что? Почему тут нет отцов и дочерей в Париже? — Это модный ресторан, с модной одеждой, — отметил Зейн, — они оба приложили немало усилий для своих образов. — Может они празднуют что-нибудь. Может она только что заключила партнерство в юридической фирме. — Она не совсем похоже на адвоката или человека, выполняющего канцелярскую работу. Гарри рассмеялся: «О, мальчик, тогда тебе стоило видеть меня, когда я начинал работать в "Runway". Ты бы никогда за миллион лет не угадал, что я работаю в модном журнале». Зейн рассмеялся: «Что ты имеешь ввиду?» — Я одевался, словно библиотекарь. Ты бы и секунды не посмотрел на меня, если бы встретил меня в то время, — Гарри закончил свое вино. — Тогда, я рад, что встретил тебя после, — подмигнул Зейн. Гарри улыбнулся: «В любом случае, они отец и дочь. Их глаза очень похожи». Официант подошел к ним и спросил нужно ли им что-нибудь еще. Зейн посмотрел на Гарри и он помотал головой. — Non, merci. On a fini, - сказал Зейн так бархатно. — Спасибо за прекрасный вечер, — сказал Гарри. — Как насчет того. Если они, вот там, пара, как я говорю, ты пойдешь со мной на чашечку капучино в мой отель, — ответил Зейн, наклоняясь над столом. — И если они нет? Зейн пожал плечами: «Ты выбираешь». — Если они нет, в другой день ты отведешь меня за crème brûlée, о котором ты говорил некоторое время назад, — улыбнулся Гарри. Зейн усмехнулся: «Договорились». Пока Зейн расплатился за счет, они заметили, что пара тоже закончила платить за свой ужин. Затем они встали и мужчина положил руку на талию девушки и притянул ее немного слишком близко, пока они выходили из ресторана. — Итак, — ухмыльнулся Зейн, — кофе у меня. Гарри рассмеялся и кивнул, расслабленная, под всем вином, что он выпил. Оказалось, что отель Зейна находился прямо за углом, поэтому они прошли расстояние под Парижскими огнями. — Сейчас я понимаю почему каждый обожает Париж, — сказал Гарри, наслаждаясь видом с некоторой легкостью в голове, благодаря вину, — Это так... заманчиво, — он ухватился за фонарный столб и начал вращаться вокруг него. Только он не смог завершить вращение, потому что Зейн внезапно оказался рядом, его лицо было так близко к лицу Гарри. Он даже не заметил этого, а губы Зейна уже были на его губах. Гарри увлекся и ответил на поцелуй, приоткрыв губы, чтобы язык Зейна смог проникнуть внутрь. Зейн прижал его ближе, обнимая Гарри. И тогда Гарри почувствовал, что ему нужно немного воздуха, он отстранился. — Кофе, ты сказал? — это все, что он мог произнести. Зейн улыбнулся, смотря на губы Гарри, и кивнул: «Кофе». Гарри даже не заметил в каком отеле остановился Зейн, но он был не менее модным, чем его собственный. Когда они вошли в комнату Зейна, Гарри снял пальто и подошел прямо к окну. Комната была на самом высоком этаже, поэтому отсюда открывался потрясающий вид. Зейн поднял отельный телефон и заговорил на Французском, заказывая кофе в свой номер. Когда он сбросил, он подошел к Гарри. — От этого вида захватывает дух, — сказал Гарри. — Нет, это ты, — сказал Зейн, взяв Гарри за руку, еще раз, притягивая его ближе чтобы поцеловать его губы. Гарри позволил ему и поцеловал его снова, не сдерживаясь, потому что теперь они были в уединении в комнате. Зейн потянул его к дивану, не теряя контакт, так что Гарри почти приземлился на него. Гарри устроился поудобнее на диване, но он почувствовал, что опрокинул что-то. — Извини, — Гарри прервал поцелуй, чтобы взглянуть на портфолио, которое оказалось на полу. — Все хорошо, — прошептал Зейн. Но Гарри взглянул на то, что было разбросано около портфолио. Гарри полностью отстранился от Зейна и наклонился, чтобы поднять бумаги с пола. — Что это? — спросил он. Он держал то, что выглядело, как различные макеты обложек «Runway». У них был другой шрифт, и более яркие цвета, и модели не выглядели слишком похожими на «Runway». Зейн вздохнул, но на его лице была гордая улыбка: «Я собирался рассказать тебе завтра». — Рассказать мне что? — спросил Гарри, продолжая держать не-«Runway» обложки, с плохим предчувствием в животе. — Вот так будет выглядеть «British Runway», когда Тейлор Свифт станет новым шеф-редактором, — сказал Зейн, улыбаясь, положив руку на колено Гарри. Гарри отдернул ногу: «О чем ты говоришь?» — Да ладно, время Томлинсона окончено. У Тейлор быстрый вкус, это продаст ещё миллионы. Знал ли ты, прямо сейчас, что «British Runway» выживает благодаря рекламе, а не из-за самих продаж? — ответил Зейн. — Тейлор берет на себя руководство и она сделает меня редактором контента. Как это замечательно? — Ты не можешь просто заменить Луи Томлинсона. Он лучший в том, что он делает, — усмехнулся Гарри. — Саймон видит лишь цифры. И это про тех, кто больше продает. Так что для него это не составило труда. Все сделано, — пожал плечами Зейн. — И Луи знает об этом? — Луи большой мальчик, он справиться с этим, — усмехнулся Зейн. Гарри встал и пошел за своим пальто. — Гарри, что ты делаешь? — спросил Зейн, когда Гарри надевал его. — Я не верю тебе, — нахмурился Гарри. — Ты ничего не можешь сделать. Иди посиди со мной, мы веселились. — Зейн похлопал по дивану. Гарри ответил с суровым взглядом: «Никогда больше не звони мне, пожалуйста?» — и вылетел из комнаты.