Фотографии

      Сережа смотрит в затонированное окно. На улице еще светло, хотя уже почти девять. Машина петляет в узких коридорах питерских домов, пока не останавливается у старого подъезда. Олег поворачивает голову назад из-за руля, смотрит на Сережу. Он уже собирается открыть рот и сказать, но Разумовский говорит первым:       - Я уверен, - произносит быстро, затем сразу сглатывает. Олег нашел место прямо у подъезда, что не может не радовать.       - Если что-то пойдет не так, мы сразу уйдем, - кивает Олег и открывает дверь.       Он помогает Сереже выйти из машины и набирает код домофона, который журналистка прислала в сообщении. Разумовскому нравится, что у него интервью будут брать не в дорогой студии с огромным количеством персонала, а в квартире, где журналистка все оборудовала.       - Красивая парадная, - Разумовский оглядывается и берет Волкова под руку. Сережу немножко потряхивает, он бледный, как лист бумаги, кадык быстро ходит под кожей. Он оглядывается на Олега, такого же спокойного, как и всегда.       Они поднимаются на лифте, Сережа неотрывно смотрит на себя в зеркало, облизывает губы и трогает волосы. Под глазами залегли мешки от бессонной ночи, из-за нервов лицо потеряло цвет, щеки слегка впали.       - Прекрасно выглядишь, - вопреки говорит Олег. Он нежно кладет руку на плечо Сережи и слегка массирует. - Ты самый лучший. Всего одно часовое интервью, и мы поедем домой. Хочешь, по дороге купим мороженое?       Сережа кивает, и двери лифта открываются на нужном этаже. Перед квартирой стоит миловидная девушка с красными волосами. Одета она по-домашнему, но аккуратно и стильно, что сильно контрастирует с костюмом Разумовского. Тот сглатывает и натягивает нервную улыбку.       - Добрый вечер, Сергей, - она улыбается и протягивает руку. Сереже кажется, что где-то он ее уже видел, но мало ли в Питере девчонок с ярким цветом волос.       - Здравствуйте, - он пожимает руку, а затем сразу же поворачивается и встречается взглядом с Олегом. Сережа знает, когда Волков напряжен, сейчас не тот случай. Значит, и Разумовский может не волноваться.        - Проходите, - она указывает на открытую дверь. - Как я могу к вам обращаться во время интервью?       - Сергей. Просто Сергей без отчества, - Сережа входит в квартиру, Олег тенью за ним. Выглядит довольно уютно, по-питерски высокие потолки, обжитая мебель, приятный запах корицы с медом витает в воздухе.       - А к вам? - журналистка проходит последняя и закрывает дверь. Она проскальзывает мимо Олега и мягко направляет Сережу в самую освещенную комнату.       - Ко мне? - переспрашивает Олег с недоумением. - Ну, Олег. Как тебе удобнее.       - Хорошо, Олег, - она указывает на диван, на который направлены софиты и две камеры. - Чай, кофе, вода, кола?       - Воды, если можно, - Сережа садится и оглядывается по сторонам. Камеры еще не включены, вокруг провода и разные приспособления для съемок, у стены стоят свернутые зеленые фоны.       - Я бы не отказался от кофе, - добавляет Олег и опускается на стул, стоящий за камерами. Отсюда он сможет наблюдать за Сережей и поддерживать с ним зрительный контакт. Журналистка уходит на кухню, а Сережа пытается вспомнить ее имя. Он смотрит в надежде на Олега, а тот, поняв без слов, говорит одними губами: "Юля".       - Так, пока я не включила камеры... вот, держите, - она протягивает Олегу чашку кофе и стакан воды Сереже, когда возвращается. - Пока я не включила камеры. Мы будем затрагивать тему слива или сделаем вид, что интервью было записано позавчера?       - Нужно ее затронуть, - говорит Сережа, неотрывно глядя на Олега. Он не пьет, просто держит стакан, но трясущиеся руки выдают волнение. - Можно Олег сядет рядом со мной?       - Конечно, - бодро отвечает Юля. Она настраивает камеру на лицо Сергея. - Я планировала взять комментарии у вас обоих. Ведь к сложившейся ситуации Олег имеет непосредственное отношение, я права?       - Да, - Сережа подтверждает и с нетерпением похлопывает по дивану рядом с собой. Олег быстро поднимается, делает глоток кофе и подходит к нему. Разумовский облегченно выдыхает, когда чувствует тепло чужого тела рядом с собой. Тем временем Юля переместилась ко второй камере и старательно что-то подкручивает там.       - Не волнуйтесь. Я постараюсь не давить, и подробностей давать не надо будет. Мой канал специализируется на политике и новостях, а не на грязном белье знаменитостей, - Юля говорит очень четко, слышится выработанный годами профессиональный акцент.       Олег поворачивает голову на Сережу, который забирается рукой в руку друга. В глазах Разумовского читается страх, неуверенность в себе и боль, а Волков смотрит нежно, оберегая. Сережа чувствует себя правильно рядом с ним. Им не нужны слова, чтобы понять друг друга.       Юля поправляет толстовку, протягивает им два микрофона-петлички, свой она уже прикрепила. Сережа трясущимися руками не справляется, и Олегу приходится нацепить сначала на Разумовского, потом на себя. Только когда все готово, журналистка садится на другой конец дивана и нажимает кнопку на небольшом пультике, чтобы все оборудование включилось.       Сначала идет стандартное приветствие, какие-то новости внутриканальные, представление гостей. Потом простые вопросы, на которые у Сережи имеются заготовленные ответы. Сегодня утром он старательно придумывал, как стоит отвечать на вопросы, но ответы для самого главного не придумал. Журналистка иногда спрашивает Олега, на что получает односложные ответы.       Минут сорок Юля ходит вокруг да около самой интересной темы, за что Разумовский хвалит ее в своей голове. Олег сжимает его руку и позволяет расслабиться, иногда Сережа поворачивается, чтобы увидеть одобрительную оценку своим словам на лице Олега. Сережа почти расслабляется.       - Ну, я наконец могу задать интересующий всех вопрос. Даже блок вопросов, - Юля сдержанно улыбается в камеру, а потом переносит взгляд на Сергея, затем на Олега. - Фотографии. Что вы можете по их поводу сказать? Может дать какие-то комментарии?       - Да что тут говорить, - уверенность в себе у Сережи просто испаряется. Олег чуть сильнее сжимает его руку, и Разумовский продолжает. - Да, на этих фотографиях я и мой телохранитель, мой друг, Олег Волков. Никакого фотошопа там нет. Мы... ну.. как это сказать... мы вместе, - Сережа нервно хихикнул. - Ну... я гей, всегда был им и всегда буду. Мне не нравятся женщины и никогда не нравились... Я не знаю, что еще сказать.       - За последние сутки на Сергея свалилось огромное количество критики, к которой он был не готов, - Олег впервые за интервью заговаривает первым, за что Сережа ему очень благодарен. - Не думаю, что он заслужил такого. Сергей Разумовский - лучший человек, которого я знаю, а злые комментарии по поводу его... ориентации безосновательны.       - Ого, - Юля старается смотреть Сереже в глаза, но тот смотрит на свои коленки в дорогих брюках. - Это очень смелый поступок - в нашем обществе сделать каминг-аут. И достойно похвалы, нужно огромное мужество для этого. Олег сказал совершенно верно, и поэтому, если на моем канале есть гомофобы или этот ролик смотрят гомофобы, выключайте видео, ставьте дизлайк и уходите. Не нужно писать оскорбительные комментарии.       - Спасибо, - Сережа снова поднимает глаза. Ему страшно. Страшно, будто он снова стоит у школьной доски и пытается рассказать стихотворение, которое учил всю ночь, а строчки предательски путаются. Но сейчас он вырос. Олег кладет руку на коленку Сережи и поглаживает нежно и аккуратно.       - Как давно вы вместе? - спрашивает Юля. Она говорит тише, чтобы лишний раз не нервировать Разумовского, который весь дрожит.       - Это очень сложный вопрос для нас, - Сережа поворачивает голову и смотрит на лицо Олега. - Мы познакомились в детском доме, лет в шесть, наверное. С тех пор мы не расставались. Когда дружба перетекла в любовь? Лет в пятнадцать, наверное.       - Больше половины жизни вместе, - говорит Юля в камеру. - Олег, что вы скажете?       - Я всегда любил его, - Олег говорит медленно, чтобы Сережа почувствовал каждое слово. У Разумовского бегут мурашки по спине. - Всегда. Насколько мог в шесть лет, насколько мог в пятнадцать, насколько мог в двадцать и насколько могу сейчас.       - Когда вы почувствовали это? Вашу ориентацию, - Юля старается переключиться на обобщенные темы.       - В пятнадцать, - Сережа не врет. Слова даются с трудом, но он говорит. - Как осознал, сразу сказал Олегу. Просто я всегда знал, что я гей, но слова, определения не мог подобрать.       - А вы? - Юля переводит взгляд на Олега.       - Я никогда не задумывался над этим, - он пожал плечами. - Я не думал, как это называется, я просто любил одного человека. Всю жизнь.       - А окружающие что-то замечали? Может в детском доме или уже в университете? - Юля наклоняется вперед рефлекторно, потому что ей очень интересно, что ответит Сергей.       - Не думаю, что они замечали именно это, - Сережа сглатывает, понемногу начинает успокаиваться. Теплая рука Олега, которая теперь приобнимает его за талию, очень способствует этому. - "Пидор" - это же как оскорбление. Не имеет отношение к ориентации. Просто я был похож на девчонку, хотя что "был", до сих пор похож. А в наших реалиях это очень непросто.       - Олег, были ли какие-то проблемы в армии? Насколько я знаю, армия, как тюрьма, очень жестокая и гомофобная среда. Это так? - Юля, закончив длинный вопрос, потянулась за водой, чтобы расслабить горло.       - Это среда, которая подчиняется грубой силе. Если она у тебя есть, ты в безопасности, - говорит Волков. - Спрашивали: ждет ли меня кто-то на гражданке? Я говорил: ждет. Вот, дождался. За что я очень благодарен.       - Вы ведь провели в разлуке пару лет, пока Олег был в армии, верно? - журналистка возвращается с прежним интересом. - Трудно вам было в разлуке? Немногие пары переживают армию, немногие дожидаются.       - Я посвятил себя учебе, - Разумовский слегка улыбается, это выглядит нервно и неестественно. - Потому что знал, что потом придет Олег, который не будет давать мне сидеть за компьютером по ночам за курсовой. Ездил к нему в часть по 6 часов в плацкарте раз в месяц.       - Это очень круто. Не каждый бы так смог, - в глазах и в голосе Юли звучит уважение.       - Ну а я смог, - Сережа улыбается, вспоминая ужасный душный и забитый плацкарт, в котором он старался читать учебник по механике. До сих пор тот учебник помнит.       Сережа чувствует безграничную любовь во взгляде Олега. Она согревает его на протяжении всего интервью. Журналистка искренне старается, избегает угловатых тем, все ее вопросы отточены и нет места импровизации. Постепенно Разумовский расслабляется, может даже шутить и вспоминать моменты из жизни.       - Может есть что-то, что вы хотели бы сказать в конце? - два часа проходят незаметно, Сереже так хорошо чувствовать на себе руки Олега, не стесняясь.       - Да, - Сережа готовил эту речь долго. - Если вы не разделяете автора и его детище, то можете перестать пользоваться Vmeste. Я переживу. Я переживу, если вкладчики уйдут. Я постараюсь это пережить. Если разделяете, то примите то, что я люблю мужчин, хотя понятия не имею, как это делает мой проект хуже или лучше. Я Сергей Разумовский, и Вместе мы сможем преодолеть все трудности.       На последок Сережа показывает фирменный знак. Юля щелкает кнопку пульта и лампочки камер погасают. Олег поджимает губы и смотрит на Сережу, мол, мы справились.       - Отличное интервью, - говорит журналистка и встает. - Напоследок могу предложить чай с печеньем и морс.       - Да, давай, - Сережа пытается встать, но спотыкается, чуть не падает. Сейчас он понимает, что ноги совсем не держат, переволновался. Олег поддерживает его за плечо.       - Где туалет? - спрашивает Олег, получив ответ, шепчет на ухо Сереже: - Давай, сделай несколько шагов. Подержишь руки под теплой водой, согреешься.       Сережа не ожидал, что шаги дадутся с таким трудом. Он тяжело переставляет ноги, опираясь на Олега. Юля уходит на кухню ставить чайник. Вдруг в голове Разумовского появляется истеричная мысль, что он все сделал не так. Он ошибся в последней речи, а голос дрожал, как сейчас дрожат руки.       Олег помогает ему сесть на крышку унитаза, настраивает теплую воду, а потом придерживает, чтобы Сережа мог помыть руки. Уверенность куда-то испаряется, чувство стыда накатывает волной, слезы подступают к глазам, удушье.       - Сереженька, - Волков выключает воду и поворачивает его лицо к себе. Берет тонкое личико в свои руки и медленно целует уголки глаз, откуда уже скатываются первые слезы.       - Я... я... люблю тебя, - произносит Сережа, заикаясь. Он не понимает, откуда столько любви к нему. Как ласково Олег отвечал на вопросы журналистки.       - Ты большой молодец, Сереженька, - повторяет Олег. - Ты сделал все правильно. Сказал все правильно. Не обращай внимание на гомофобные комментарии. Ты миллиардер, создатель соц-сети, ты чертов Сергей Разумовский, понимаешь? Ты добился большего, о чем мог мечтать. Я люблю тебя, и это самое главное. Сейчас мы попьем чаю с Юлей, - она же тебе нравится, да? - потом поедем домой, купим по пути мороженое, какое ты захочешь. А потом будем лежать на нашей кровати в обнимку, есть твой любимый мармелад, посмотрим мультик, как захочешь. Все будет так, чтобы тебе было комфортно, мой гениальный мальчик?       - Как ты меня назвал? - Сережа всхлипывает и плавится от нежности. Хочется больше Олега. Весь мир сузился до маленькой ванной комнаты в старой питерской квартире. До рук Олега, которые согревают холодное лицо Сережи.       - Мой гениальный мальчик, - повторяет Олег. Сердце Разумовского замирает. Это приятнее, чем признание в любви. Это нежнее, чем банальные слова.       - Называй меня так, когда мы будем одни.

***

      Они действительно попили чай, довольно долго просидели, пока Юле не позвонил ее молодой человек. Потом поехали домой, купили две коробки с мороженым, потому что Сережа не мог определиться: ванильное или карамельное. Олег не любит сладкое, почти не ест, поэтому Сереже самому придется разбираться с запасами.       Все происходит, как говорил Олег. Они посмотрели несколько мультфильмов, Сережа сидел у Волкова на коленях и уплетал за обе щеки мармелад. Очень редко глава огромной корпорации может позволить себе сидеть на коленях своего парня и беззаботно есть сладости, поэтому они наслаждались каждой секундой.       Через два дня вышло видео, взлетело в тренды просто мгновенно. Разумовский периодически заглядывал почитать комментарии, хотя и Юля, и Олег запретили это делать. Они так смотрят друг на друга. Это любовь. Всего самого лучшего этой милой паре.

Если они расстанутся, я перестану верить в любовь!

Каминг-аут - это очень ответственный шаг. Хорошо, что Олег был рядом. Желаю всем такой крепкой любви сквозь года.

Они такие нежные, смотрю и не нарадуюсь. Будут прекрасными родителями!

      Когда рядом Олег, страхи Сережи рассеиваются. Когда рядом Олег, Сережа чувствует себя целым. Недоброжелатели всегда будут, будут завистники и просто глупые люди. А еще будет Олег. Сережа даже представить себе не может жизнь без Олега. Поэтому, когда Волков дома спрашивает, держа его голову на коленях:       - Что ты будешь делать вечером того дня, когда я умру?       Сережа отвечает:       - Вечер для меня не настанет.