Мы эхо друг друга

Лисса оглядела высокий, кремовый потолок с тонкой каймой росписи. Комната, куда ее привели, была больше, чем вся их изба. Лисса представить не могла, зачем кому-то одному столько места. Она фыркнула, усевшись на огромную, заправленную кровать. Матрас был таким мягким, что Лисса увязла в нем как в болоте, а потом повалилась на копну подушек в изголовье. Забавно, что еще вчера она ютилась на худой деревяшке, а сегодня валяется на мягчайшей перине. Но не ради таких перемен Лисса сбежала. Нет, они конечно радовали ее, но особой ценности в позолоченном трюмо или в шелковом тряпье она не наблюдала. Вот если бы все это принадлежало Лиссе, а не являлось лишь тонкой ширмой, за которую ей позволили заглянуть… Лисса перевернулась на бок и вспомнила, что стоит ей чего-то захотеть, как надо всего-то хлопнуть в ладоши. Об этом ей поведал странный, человекоподобный механизм, который и встретил их с Нортоном у ворот. Огнев сказал проводить Лиссу в гостевые покои и сообщил ей, что до вечера она сможет отдохнуть и привести себя в порядок. Самого же Нортона, как оказалась, уже ждала королева. На последнем Лисса не сдержала усмешки. Кажется, каким бы надменным гордецом не являлся Огнев, а мать им помыкает. Впрочем, об отношениях в этой семье Лиссе лишь предстояло узнать и в самое ближайшее время. Нортон перед тем, как сдать ее на попечение клокера (так он назвал тот странный механизм) заверил, что «матушке»будет весьма интересно познакомиться с ней и встреча их пройдет за ужином». Лисса пожала плечами. Черная Королева для нее была не более чем расплывчатая туманная клякса на стекле. И, лишенная особой робости и стеснения от природы Лисса совсем не тушевалась — напротив, хотелось побыстрее убедить эту женщину признать ее и сделать своей ученицей. Вот тогда для Лиссы начнется новая жизнь… В дверь постучали. Лисса одернула юбку и нахмурилась. Вряд ли то был Нортон. Он покинул ее с явным облегчением, так как долгая совместная дорога, вместе с предшествующими ей разборками знатно утомила обоих. За дверью стояла худощавая светловолосая девушка в изящном, светло-зеленном платье. На служанку она не походила, на королеву впрочем, тоже. Да и вряд ли у той такое молодое, растерянное лицо. — Я Нира… меня попросил зайти к вам Нортон. Разрешите? — ее голос звучал мягким прибоем, но Лисса все равно напряглась. — Да и я сама бы заглянула к вам… спросить, чем смогу помочь. — Разве для этого мало слуг? — что-то в этой незнакомке ей не нравилось. Лисса сама не понимала, вглядываясь в нежные, приятные черты. — Простите… конечно, проходите. Лисса пропустила Ниру, не спуская с нее оценивающего взгляда, а та вся как-то сжалась, будто это она очутилась в чужом доме и теперь хотела что-то получить с его обитателей. Нира оказалась ниже Лиссы, ее волосы были такими же светлыми, как у Нортона, а глаза отливали зеленью. Может, то была его сестра? Хотя по нраву она явно уступала брату, или тот совсем подавил бедняжку. — И зачем Нортону понадобилась подсылать вас? Боится, что я сбегу и не стану дожидаться вечера? Нира тоже разглядывала Лиссу, но скорее с вежливым, мягким интересом. Ее взгляд задержался на ее мятом, пыльном платье, а потом стыдливо стек в ноги. Лисса хмыкнула и лишь расправила плечи. Саму ее собственный вид особо не смущал, хотя к королеве она предпочла бы пойти, в чем поопрятнее. — Нет, конечно. Просто… я слышала, вам непривычна подобная… обстановка. Поэтому я могу помочь. — Так Нортон боится, что своими лохмотьями я опозорю его перед матушкой? На светлых скулах Ниры загорелся малиновый румянец. Она замотала головой, словно вот-вот и примется уверять Лиссу, что та хороша в любом рванье. — Я не так выразилась… простите. Вы очень красивая, правда, но, видите ли… дворцовый этикет такая морока, — тут глаза Ниры вспыхнули лукавыми огоньками, которые тут же потухли, — я сама только недавно начала разбираться в нем. И матушка до сих пор бывает журит меня. Но Нортон обмолвился, что вы хотели бы о чем-то попросить ее… а значит, вам лучше не гневить королеву и выглядеть так, как того требует протокол, леди. Лисса выдохнула. Эта девушка, кажется, старалась оставаться с ней любезной и вела себя так, что и дальше перечить ей было бы откровенным хамством. К тому же, она назвала королеву «матушкой» а уж из кем-то из детей ее величества поладить не помешало бы. — Хорошо. Только давай хотя бы сейчас нарушим этот ваш этикет. Нира приподняла бровь, а по ее губам засквозил немой вопрос. — Меня зовут Лисса. Просто Лисса. К тому же даже с твоим братцем мы так не расшаркиваемся… Тут Нира замялась и ее глаз сузились. Но уже через миг девушка взяла себя в руки и мягко кивнула Лиссе. — Все мои братья остались в Астрограде. Нортон мой… друг. Мы близки с самого детства и оттого я иногда позволяю себе некоторые вольности в общении с ним или с его семьей. Не хотела вводить вас в заблуждение. — М-м-м, просто вы с ним похожи, — Лисса пожала плечами, оставив попытки сблизиться. — Ну внешностью… а как же вы оказались в Чернолюте, так далеко от своей семьи? Нира пристально следила, как Лисса устроилась на кровати, подогнув ногу. Юбка при этом замялась, обнажив худые, острые коленки. — Мой отец эфларский посол при ее величестве. Некоторое время я обучалась в придворной школе лютов и фертид, а позже, когда батюшка отбыл обратно, ее величество предложила мне продолжить обучение, но уже под ее личным началом. Я согласилась, хотя, признаюсь, истосковалась по семье и Астрограду. Лисса кивнула. Эта девушка казалась ей вырезанной из прозрачной фольги: они были столь непохожими и чужими, что один их разговор казался чем-то нереальным. Дочь посла, ученица королевы, желанный гость в любом часовом доме — Нира обладала всем тем, чем Лисса была обделена с рождения, но почему-то зависти к девушке она не питала. — А я выросла в лесу. Меня подбросили под иву в студеную ночь. Я бы так и замерзла, если бы одна старушка не подобрала меня и не отвела сухой угол в своей избе. Повисла тугая тишина. Лисса усмехнулась, разглядывая, как безукоризненная вежливая маска Ниры дает брешь. Но реакция девушки была удивительной: Нира тоненько и звонко рассмеялась, прикрыв рот ладонью. — Вы шутница… выдумать подобное за час. Нортон рассказал, что вы дальняя родственница одного его старого друга из другой параллели. Хотя, признаюсь, ваша версия звучит более захватывающей. Лисса прищурилась. То, что Огнев решил за нее, кем ей представиться, было ожидаемо, но крайне подло. Это загоняло Лиссу в зависимость от него и заставляло подстраиваться под его историю о ней же. Дальняя родственницы дальнего друга… одно это звучало так, будто Лисса попала в их мир случайно. — Нортон вам наврал. Уверена, не в первый раз, — отчеканила Лисса, — мы познакомились с ним день назад и, поверьте, обошлись без лишних любезностей. Нира хлопнула своими зеленоватыми глазами и напомнила Лиссе заводную куклу, чей механизм дал сбой. — Думаю, у него были причины выдавать именно такую трактовку вашей встречи, — ее голос заметно похолодел, — а у вас, леди, есть причины к такой трактовке прислушаться. Нортон не зря попросил меня зайти и проведать вас. Думаю, так вам будет легче понять, с каким образом ужиться при дворе станет проще. Если вы, конечно, планируете осчастливить нас своим присутствием. У Лиссы загорелись щеки. Она выпрямилась, поймав взгляд Ниры, вмиг очень напомнивший ей прищур Нортона. В ее словах красной нитью мелькало предупреждение. — Тогда думаю, мне еще многому предстоит у вас научиться. Все-таки вы со своим образом успели уже значительно сродниться. Нира поджала губы, но смолчала. Она отвернулась к окну, секунду разглядывая дворцовый парк, а когда вновь взглянула на Лиссу, то ее лицо не выражало ничего, кроме участливого интереса. — Кажется, нам пора выбрать платье, не находите… Лисса?

***

Нортон отвел малевала в стоило и лично проследил, чтобы того вычистили и проверили копыта. После он зашел к себе, где с удовольствием скинул пыльный, пропахшей дорогой жилет, оставшись в одной рубашке. Нортон подумывал и ополоснуться, чтобы окончательно распрощаться с привкусом жженой травы на губах, но с каждой минутой терпение матушки истончалось. Он давно перерос тот возраст, когда бежал к ней по первому зову, но и сейчас старался не доводить их и так натянутые отношения до обострений. Правда сначала стоило связаться с Нирой и попросить ее об одной услуге. В безотказности девушки Огнев не сомневался, но и открыто пользоваться ей не хотел. Все-таки с Нирой его связывало общее детство и пара-тройка приятных моментов. Только потом сам Нортон эти отношения перерос и покинул родной мир, приняв приглашение Духа Осталы, а Нира так и осталась ждать его. Она даже отказалась покидать Чернолют, в котором стала бывать чаще самого Огнева. И каждый раз, возвращаясь домой после длительного отъезда, Нортон стал замечать, что все больше тяготится ее обществом, словно переношенным костюмом. Нира для него так и осталась той девочкой, с которой они порой босоногими бегали по траве, когда как сам Нортон давно шагнул вперед, приблизившись к кругу избранных. Оставив Нире короткую записку и отправив ее по часолисту, Нортон покинул комнату. Его задумка с Лиссой во многом была авантюрой в лучших традициях деда, и ее исполнение зависело от череды удачных карт. Да и самой Лиссе предстояло занятно повертеться, чтобы расположить к себе матушку. Сам Огнев не собирался ей помогать — в его силах было замолвить пару слов, предоставить легенду, за которую девчушка сможет уцепиться, если не растеряется, а в остальном пускай мотается сама. Впрочем, если все пойдет прахом, то Нортон вновь рассмотрит последние события и подумает, а так ли понял замысел деда. — Матушка, — он постучался в дверь кабинета и тут же открыл ее, не дожидаясь ответа. Черная Королева подняла на сына тяжелый, задумчивый взгляд. На ее коленях лежала книга, а сама женщина сидела рядом с окном и скорее наблюдала за выпасом малевалов, чем читала. Нортон обошел стол и встал так, чтобы его тень упала на королеву. — Смотрю с годами, мои слова все меньше и меньше для тебя значат, дорогой. Или ты находишь дела поважнее, нежели материнские поручения даже в ее же доме? — Ваше слово бесценно для меня, — сухо заметил Огнев. — Полно, Норт. Ты вполне доказал это два года назад, когда удрал к Духу, оставив позади и мои уговоры, и просьбы и угрозы. Нортон заставил себя не кривиться. Эта тема, его ученичество у Астрагора, была самой натоптанной мозолью во всех их спорах. Два года назад мать устроила настоящую истерику, перетекшую в скандал и кончившуюся разгромной ссорой. Нортон думал, что после такого от него отрекутся и Чернолют навсегда закроет свои двери, но со временем королева остыла и даже смирилась с тем, что сын теперь «под крылом у главного врага всей Эфлары». Но что-что, а память у его матушки была отменная. Так что в каждой их беседе имя Великого Духа проскакивало хотя бы дважды. — То было крайней мерой, матушка. И позволю себе напомнить, что давно вырос из-под вашей опеки, — Нортон постарался разобрать строки из книги, но те сливались, — впрочем, мы с вами отклонились от темы. Вы хотели меня видеть? Королева нахмурилась, но поправлять его не стала. И на том спасибо. — До меня дошли слухи, что ты прибыл не один. Надеюсь, ты не привез с собой еще один скандал, который с радостью обмусолит каждый из моих подданных? Ведь наследника Огневых в свите остальской змеи им уже мало. — Под скандалом вы понимаете бастарда, коих так любил плодить мой покойный батюшка? — Нортон гадливо поморщился. Забавно, но ни один из отпрысков его отца его не пережил, кроме самого Огнева разумеется. — Матушка, я надеялся вы обо мне более высокого мнения. — Признаюсь, о подобном я не помышляла. По сравнению со своим олухом-отцом ты весьма разборчив в женщинах, — тут королева выдохнула. — Хотя лучше бы ты заигрывал со всеми служанками Чернолюта, чем с темным часодейством на Остале. Но все же, кого ты привез, Нортон? — Ее зовут Лисса. Она весьма… — тут Нортону пришлось сделать над собой усилие, но иначе бы матушка не прислушилась к нему, — талантлива. И обладает неплохим запасом часовых сил. Думаю, степень вторая, а то и первая. Решил, что вам было бы интересно поработать над ней. Королева мнительно прищурилась, разумеется, не поверив и в треть его слов. — С каких пор ты тащишь в дом всех «талантливых»? Думаешь, без твоих забот ко мне не стоит очередь из таких же напыщенных лунопташек, каждая из которых уверена, что уж она-то общелкает меня и займет трон. — У Лиссы весьма любопытная история. Думаю, половина ваших «лунопташек» попряталась, стоило бы мне достать стрелу. — Так ты с ней бился? Нортон вспомнил их самый долгий поединок, уместившийся в секунд десять. Ровно столько потребовалось, чтобы достать стрелу и пустить глушащий эфер. А ту ментальную, истеричную атаку, которую Лисса попыталась провернуть в долине, он считал скорее сумасбродством. — Долго и мучительно. Боялся за свою жизнь. Королева погрозила ему пальцем. — Я же вижу, что ты затеял, Нортон. Не думай, что уже дорос, чтобы всерьез играться в наши игры, — она откинулась на спинку, — но мне, правда, стало интересно. Хорошо, я взгляну на твою Лиссу, а потом уже приму решение. — Даже не спросите, откуда я ее привез? — Милый, у тебя на лице написано, что ты наврешь мне от и до. Сама все узнаю, а заодно и гляну, насколько твоя лисица сообразительна. — Боюсь, тут она вас не удивит, — Нортон усмехнулся, вспомнив, с какой прямотой Лисса каждый раз бросается в атаку. Королева нахмурилась, не спуская с сына тугого взгляда. На ее лице промелькнула быстрая, хлесткая мысль, которая тут же растворилась в едкой усмешке. — Надеюсь, когда ты в следующий раз спросишь о самочувствии Ниры, то твои глаза заблестят так же, Нортон. Огнев оставил ее выпад без ответа. Спорить еще и по этому поводу не хотелось, особенно, если все слова матушки шли мимо цели.

***

Лисса разглядывала себя в зеркале, выгнувшись так, чтобы увидеть драпировку на спине. Платье было затянуто до хруста ребер, словно ее позвали на скачки, а не на ужин. Сам же наряд казался чудным: узкий лиф, струящиеся рукава, которыми так легко зацепиться за любую корягу на пути, ну и длинная юбка, тянущаяся следом. В лесу от этого тряпья остались бы одни ошметки уже после первой прогулки к ручью. Но тут был не лес. Лисса снова выдохнула, примиряясь с новым чувством сдавленности в груди. — Этот цвет вам очень идет, — Нира кивнула в зеркало, — уверена, матушка, примет вас со всем радушием… если вы, конечно, проявите должное ей почтение. Лисса чуть крутанулась, отчего юбки пеной скользнули по голеням. Нира нахмурилась, но поправлять ее не стала. — Спасибо, что помогли… надеюсь, Нортон это отметит. — Я старалась не только для него, — Нира следила, как Лисса устраивается на пуфике, подминая под себя юбку, — когда я очутилась в Чернолюте, то тоже не имела друзей… все здесь казалось мне чужим и неприветливым. Поэтому я как никто знаю, какого это быть тут одной. Она села рядом с Лиссой и замешкалась, но потом словно переборола себя — ее рука легла на чужую коленку, легонько сжав. — Если вам потребуется совет, то обращайтесь. Лисса вздрогнула. Нира смотрела на нее чистой, весенней зеленью и улыбалась так, словно видела перед собой лесную нимфу. Все внутри похолодело и струной натянулся тонкий, робкий порыв сжать эту руку в ответ. Но Лисса отвернулась, впервые по-настоящему смутившись. Она знала, как встречать чужие насмешки и неприятие — яростным, диким протестом; знала, как быть с надменностью и безразличием — отплатить тем же… но вот, что делать, если тебя пытаются приласкать, Лисса не знала совсем. Сама себе она показалась запуганным, жалким зверьком и такое сравнение тут же привело в чувства. Лисса чуть повела ногой, отстраняясь от Ниры. — Не хочу, чтобы меня жалели. — Принимать помощь, когда в ней нуждаешься, порой необходимо всем. — Я в ней не нуждаюсь, — уже жестче отчеканила Лисса, — а вам… вам стоит быть поаккуратнее с такими предложениями. Кто-нибудь да согласится. Нира вздернула бровь, но ответить не успела. В дверь тихо, но ощутимо постучали, а через миг та приоткрылась, пропуская Нортона Огнева. Тот безучастно скользнул взглядом по комнате, задержав его на сидящих в притык к друг другу девушкам. Губы Нортона дрогнули, но тут же опали. Нира как-то резко поднялась, одернув светлые юбки и обняв себя руками. — Мог бы дождаться разрешения, — мягко упрекнула она. — Я предположил, что не желай ты никого впускать, то поставила бы эфер. А раз дверь была лишь прикрыта, то вы явно закончили, — тут он снова осмотрел Лиссу, — не оставишь нас? Встретимся уже в зале. Нира кивнула, беспрекословно выскочив за дверь и, кажется, оставшись ждать там. Лисса притворилась, что занята складками на подоле. Она боялась, что если первой откроет рот, то разом выльет на Огнева все мысли по поводу его очередной подставы. — Это платье сидит на тебе явно лучше, чем предыдущее, — прохладно заметил он, — надеюсь, тебе не составит труда соответствовать ему. Лисса наконец подняла взгляд на Огнева, который также переоделся. Его дорожный костюм с плащом и высокими сапогами сменила рубашка с прямыми брюками и какой-то то ли жилеткой, то ли пиджаком — Лисса слабо разбиралась в мужской моде. Выглядел Нортон неплохо, но она бы скорее откусила язык, нежели призналась, что отметила это. — Я не привыкла подстраиваться под тряпки. — Уверен, и привыкать было особо не к чему, — тут же парировал Огнев, но потом отвернулся, словно одергивая себя, — ты поняла, какую историю своей жизни стоит поведать матушке? — Хм-м-м, может ту, где ты сначала пытался сжечь меня, а потом копался в голове? Думаю, последняя часть ее особенно заинтересует, — Лисса встала с пуфика и подошла к Огневу, — а твоя матушка знает, что ее сын делал в заповедном лесу? Или лучше сразу перейти к встрече с тем самым господином, что так ловко обставил тебя у меня же в голове? — она остановилась в шагах трех от Нортона и почувствовала, как воздух сворачивается между ними. Лисса усмехнулась, держа взгляд Огнева, — видишь, не один ты можешь вывернуть события себе на руку. Нортон не двинулся и его лицо осталось спокойным, лишь отчетливее затвердели скулы. — Ты в моем доме всего час, а уже пытаешься ставить свои условия? — его голос остался привычно безучастным, но глаза начинали поблескивать золотом — верный признак раздражения. — Нет. Всего лишь отвечаю на попытки загнать меня в рамки. Или ты думал, что я не догадаюсь, зачем тебе такое участие в моей судьбе? Нортон хмыкнул и глянул на Лиссу, словно та была неразумным ребенком, полезшим в библиотеку. — Ну и? К каким выводам пришла? Лисса сделала еще шажок. Теперь стоило вытянуть палец — и он бы уперся в грудь мужчины. Она задрала голову, чтобы не разрывать взгляда, и увидела в зеленных глазах что-то новое. Нортон смотрел на нее со странным предвкушением, природу которого Лисса понять не могла. Это ее чуть сбило… — Ты хочешь контролировать меня. А как это сделать лучше, если не поставить меня в полную зависимость от своей прихоти? Вместе с этой подставной историей ты даешь мне не только статус и прикрытие, но и вынуждаешь подстраиваться под себя, — Лисса перевела дыхание и на миг свела челюсти. — Благодарю, но я справлюсь сама. — И как же? Представишься лесной бродяжкой? Думаешь, королева возьмет подопечной вчерашнюю дикарку, или… — тут его взгляд заострился, а крылья носа дернулись — совсем как у гончей на охоте, — или у тебя есть причины думать иначе? Лисса все-таки опустила взгляд, не понимая, что взбрело в голову Огневу. Чутье сказало ей отойти от мужчины, но она лишь сжала кулаки, так и оставшись подле него. Плечи обожгло, когда Нортон сжал их, совсем как тогда, в долине. Лисса замерла, готовая при любой угрозе достать стрелу. — Отпусти, — прошипела она. — Это он заставил тебя увериться в подобной ереси, верно? — будто не слыша, продолжил Огнев, — внушил тебе, будто судьба сама возведет тебя к мечтам? О-о-о, это бы объяснило и твою непомерную гордость и крайнюю глупость. Лисса поджала губы, чувствуя, как внутри все вытягивается струной. Нортон не позволял ей отойти и теперь от их близости немели колени. Даже захотелось, чтобы он как тогда наслал на нее эфер и вновь постарался пробиться к заветным воспоминания — с этим Лисса понимала, что делать. — Я сказала, — она вновь дернулась, в этот раз настойчивее, — отпусти. Ты плохо слышал? — Нет. Но думаю, так материал ты усваиваешь лучше, — его губы изогнулись в хлесткой смешке, — видишь, Лисса, я терпеливый учитель и ко всем подбираю свой подход… но вернемся к твоему тайному, — тут он насмешливо дернул бровью, — гостью. Ты была настолько глупа, что поверила ему? Хотя… кто не верит в недостижимое, светлое будущее, особенно, когда его пророчат именно тебе? — Я… не хочу обсуждать это с тобой, — Лисса отвернулась. Об ее разговоре с Родионом лучше молчать. Думается, Нортон будет способен из любой оброненной крупицы извлечь смысл и, возможно, так он и разводит ее на откровение. Лисса усмехнулась, стоило прийти к таким мыслям, как в ней вновь проснулась уверенность, — разве твоя матушка не заждалась нас, Нортон? И Нира, конечно же. Ты ведь оставил ее под дверью. Нортон застыл, и миг его взгляд полыхнул золотом. Кажется, он едва сдерживался, чтобы не поставить ее на место каким-нибудь хлестким словцом. Лисса поспешила добавить. — И пожалуйста, не мни платье. Не хочу объясняться королеве еще и за это. Огнев шагнул назад и достал стрелу. Лисса судорожно потянулась за своей, но не успела — ее тут же окутал невидимый купол, а потом все складки на юбке разгладились и даже волосы раскинулись на пробор. Нортон как ни в чем не бывало осмотрел результат. — Как и говорил, прелестно выглядишь. Лисса вгляделась в него, будто в затаившуюся в траве змею. Что это? Она угрожала, грубила и насмехалась над ним? И ей все сойдет с рук? Огнев вот так просто признает ее и… нет, в такие она не верила. Просто не могла… Но Нортон уже предложил ей свой локоть и выглядел так, будто минутой ранее они обсуждали погоду за окном. — А как же… разве тебя не ждет Нира? — выдавила Лисса, с сомнением косясь на руку. — Уверен, ей не нужна мой помощь, чтобы дойти из одной комнаты в другую. К тому же, мне как хозяину стоит проявить гостеприимство, не так ли? Лисса позволила вывести себя из комнаты, все еще сбитая с толку такой переменой. И только Нортон искоса поглядывал на нее, а его губы едва изогнулись, словно какой-то старой шутке. В зале их уже поджидала Черная Королева.