День, когда ты мне улыбнешься

Почему-то казалось, что это был последний по-настоящему солнечный и теплый осенний денек. Может, сомнения навевал холодный ветер, неожиданно возникающий и столь же стремительно затихающий. Или же причина была в непросыхающих асфальте и земле, напитавшихся влагой за все прошедшие дни. Дожди были как сильные, лившие настоящей стеной с неба, так и мелкие и кратковременные, будто и вовсе начинавшиеся случайно и напоминающие скорее слезы. Слезы по уходящей жизни — вроде необходимые, а вроде уже вымученные. Вэй Усянь никогда не претендовал на статус поэта, но все это виделось ему именно так. Природа снова готовила к смерти то, что она создала, а небо лишь безмолвно помогало ей обернуть все в саван, спрятав взгляд за завесой туч. Почему-то Усянь иногда стыдился своих мыслей и считал их глупыми и наивными. Цзян Чэн бы лишь хмыкнул и сказал, что он говорил слишком напыщенно. Возможно. Хотя, если честно, думать обо всем этом в такой день не хотелось вдвойне. Поэтому Вэй Усянь счастливо зажмурился и поднял лицо навстречу ласковым лучам солнца. Этот день обещал быть хорошим, и он таковым и будет. — Эй, ну чего ты тут расселся? — тычок в плечо заставил выйти из мимолетного транса и недовольно взглянуть на стоящего рядом Хуа Чэна. — А чего мне еще делать? Жду, — Вэй Усянь усмехнулся. Кожу приятно покалывало от тех крупинок тепла, что дарило сегодня солнце. Хуа Чэн что-то пробубнил и сел на скамейку рядом. Мысли от недавнего разговора с Цинцю еще не улеглись. Все мешалось в клубок, в центре которого какая-то мерзкая кошка неприятно скреблась когтями. С Се Лянем поговорить тоже не удалось. Парень лишь писал, что ужасно уставал на учебе и сразу же переводил тему. Как будто ему еще было неудобно после того похода в клуб и той самой ночи. Хуа Чэн хотел поговорить с ним завтра, снова позвав в мастерскую, но тут неожиданно возник Вэй Усянь со своим приглашением в парк. Это было очень кстати. Да, обсудить все в такой атмосфере не удастся, но они хоть смогут увидеться. Просто убедиться, что с Се Лянем все в порядке, уже достаточно. — Уф, ну где же они? — Вэй Усянь тем временем нетерпеливо затопал ногами и запрокинул голову. — Долго! Как долго их держат там! Хуа Чэн согласно закивал. У него самого уже все зудело от ожидания. Похоже, ему так и суждено теперь все время дожидаться Се Ляня за то, что в первую их прогулку он тогда опоздал. Коварная месть судьбы. Правда, от мысли, что они сейчас встретятся, внутри нарастало небольшое волнение. Так обычно бывало, когда узнаешь что-то о близком человеке и теперь пытаешься делать вид, что тебе ничего неизвестно. Хотя обманывать друга Хуа Чэн не хотел. — Идут! Ура! Небеса услышали мое нытье! — Вэй Усянь радостно подпрыгнул, встав на ноги. — Я так смотрю, эти гэгэ совсем нас не любят! — он притворно надул губы и скрестил руки на груди. Пришедшие Се Лянь и Лань Ванцзи молча переглянулись. На лице у первого было написано раскаяние и готовность провалиться сквозь землю, а у второго… А Лань Чжань был просто в шаге от того, чтобы обреченно закатить глаза. Похоже, подобное приветствие Вэй Усяня уже было для него отнюдь не редкостью. Хуа Чэн не без удивления отметил, как эти двое все же умудрились найти общий язык. Хотя могла ли идти речь об этом, учитывая, что один из этой парочки почти все время молчал? Но все же нельзя было не отметить то, что теперь Вэй Усянь постоянно переписывался на парах со своим, как он говорил, новым замечательным другом. Причем писал опять же только он. Но ему исправно отвечали на все его сообщения на перемене. Из-за этого парень просто вылетал из реальности. Эти двое были такими разными, абсолютными противоположностями. — Всем привет! — Се Лянь все-таки поздоровался, как и планировал до этого и смущенно поправил растрепавшиеся волосы. Хуа Чэн вдруг осознал, что те сегодня не был собраны в пучок, и это парню очень шло. — Просим прощения. Ванцзи как старосту попросили зайти в деканат, чтобы сообщить о переносе пар. Второй парень лишь кивнул, подтверждая слова своего одногруппника. Вэй Усянь что-то пробурчал, а потом резко прыснул со смеху, сказав, что не может на них обижаться, когда они строят такие виноватые лица. Хуа Чэн снова недоуменно подумал, почему он говорит «они», если Ванцзи просто стоял и… И все? Но судя по переглядкам того с Се Лянем, это было не просто так. Пришлось признаться себе, что он единственный тут ничего не понимал и не умел читать эмоции Лань Ванцзи. Надо хоть на Хэ Сюане потренироваться. Хотя у того в основном было три базовые эмоции: «ты меня бесишь», «меня бесит все» и «я хочу есть, а меня все бесит». Но даже тут Цинсюань научилась различать и что-то еще, чем постоянно пользовалась. — Парни, все, давайте сдвигаться, а то мы тут простоим еще час! — Вэй Усянь довольно запыхтел и махнул всем рукой, призывая этим следовать за ним. — Сань Лан, а куда мы идем? — Се Лянь тут же поравнялся с Хуа Чэном и дернул того за рукав пальто. Две прядки тут же упали ему на глаза, отчего он принялся дуть на них, слегка скосив глаза. — В парк развлечений. Эта юла планирует сегодня вас развеселить. — Ага, еще как! А то затухнем в этом универе все! — Вэй Усянь громко рассмеялся и затряс головой. — И пусть завидуют те, у кого сегодня еще пары! Ух, пусть Цинсюань кусает свои ноготочки! Се Лянь, скажи Цинцю, чтобы не ленился и приваливал после пары! Нечего там отнекиваться. И Цинхуа пусть за руку хватает! Се Лянь подмигнул — и когда только это у него вошло в привычку и с чего? — и пообещал, что уж надавить на своего соседа он может. Хуа Чэн засмеялся от этого коварного взгляда и совершенно милой и дружелюбной улыбки. — Хуа-Хуа, а ты тащи сюда… — Так, у Бинхэ сдача проекта, и я его никуда не потащу, — он еще слишком хорошо помнил, как его брат сегодня утром нервно пыхтел, что из всей их группы что-то делают только он с Мобэем, пока остальные лишь изображают бурную деятельность над общей работой. — Ты бы слышал, как он сегодня разносил своих одногруппников! Ух! Все же лучше видеть его только добрым и веселым, — немного подумав, Хуа Чэн добавил. — И да, от него я тебе уже все передал. Вэй Усянь кивнул, неосознанно погладив сумку, и тяжело вздохнул. Этих людей точно только в выходные можно всех нормально собрать. Все такие занятые, у всех учеба. Что там ему говорили при поступлении? Много свободного времени? Возможность самореализовываться? Бесконечные студенческие тусовки? Ага, тусовки в столовой, где ты реализовываешь себя как приговоренного к вечному ожиданию в бесконечных очередях жизни. — Так здорово, что мы идем в парк! — тут же подал голос Се Лянь. — Я никогда не был в парке развлечений! Вэй Усянь вдруг так резко остановился, что Хуа Чэн не успел затормозить и врезался в него. — Ну какого бл… — В смысле?! Ты не был в парке развлечений? Не был?! С какой ты планеты, Се Лянь? — Вэй Усянь схватил Се Ляня за плечи и принялся трясти, на что парень лишь тихо рассмеялся. — Кошмар! Так, гэгэ, — обратился он уже к замершему Лань Ванцзи. — А ты когда был в парке? — Никогда, — без промедления ответил парень. — Да вы чего?! — казалось, Вэй Усянь от возмущения и удивления сейчас поперхнется воздухом. — Не, ну так нельзя! Хуа-Хуа, ты вообще слышал? Мы должны исправить это все немедленно! Кошмар! — А, иди уже, — Хуа Чэн подтолкнул возмущающегося друга вперед. — Ну голова от твоих возгласов болит! — Гэгэ! — Вэй Усянь, не обращая никакого внимания на пыхтящего рядом с ним друга, с хитрой улыбкой обернулся к Лань Ванцзи. — Я лично прослежу, чтобы ты сегодня развлекся как следует! Такое заявление от этого человека могло считаться угрозой. И даже не стоило скрывать того факта, что за маской беспристрастности Ванцзи начал паниковать. Хотя он всегда тихо паниковал, когда перед ним возникал Вэй Усянь, ибо не знаешь, чего от него ждать в следующую минуту. Всех людей он мог как-то просчитать. Всех, кроме него. Хуа Чэн улыбнулся и прошептал Се Ляню, что тоже возьмет его под личный контроль, на что тот хмыкнул и несильно ударил его в плечо. А еще Хуа Чэну хотелось сказать, что тому просто невероятно шло ходить с распущенными и растрепанными волосами. Но такое он посчитал излишним даже для себя. Парк развлечений встретил их бурлящей толпой людей, заводной музыкой, раздававшейся из динамиков на входе, и сладкой смесью самых разных ароматов. Пахло сахарной ватой, мороженым, какими-то ягодами, выпечкой и карамелью. Вокруг пестрили краски, горели огоньки каруселей, мелодичные перезвоны смешивались со стуком колес и выкриками торговцев. Здесь можно было сойти с ума. Или же просто войти в ритм этого места и слиться с ним воедино. И все это освещало нежное осеннее солнце, радостно дающее людям провести еще один день, забыв о своих печалях. Словно был не конец осени, а самый разгар лета. Но об обратном напоминали люди, одетые все же в куртки и пальто, и прохладный ветер, несущий запах влаги. У входа в парк Вэй Усянь остановился и дал всем указания о том, что они просто обязаны попробовать все, чего только пожелают. Тогда же он деловито оглянул всех, чтобы убедиться, что все поняли его позицию. И именно в этот момент раздались истошные вопли откуда-то сверху. Трое парней даже не шелохнулись, но Се Лянь испуганно вздрогнул. — Ох, это что там такое? — он смешно принялся выглядывать из-за плеча Хуа Чэна спереди, пытаясь разглядеть причину криков. — Гэгэ, не беспокойся, — Хуа Чэн отошел в сторону, являя вид на огромные и сумасшедшие загнутые «Американские горки», что являлись центром этого парка. — Это люди на аттракционе так кричат. Американские горки. И весело, и страшно, и… — О, а мы можем прокатиться? — Се Лянь дослушивать не стал и радостно выскочил вперед. Он столько слышал об этом опасном аттракционе, что сейчас его аж затрясло от любопытства. И от страха. Все эти повороты, резкие склоны и закручивающиеся в кольца рельсы. Это казалось таким нереальным. Неужели такая хрупкая громадина может вынести такую бешеную скорость? — Но, гэгэ… — Вот! Это я понимаю! Вот это настрой! — Вэй Усянь тут же схватил Се Лянь за плечи и захохотал. — Все, начнем с самого классного, чтобы градус веселья вывести на максимум! Гэгэ, — Ванцзи, кажется, за это время побледнел еще больше. — Ты поедешь со мной, не боись! — но вроде это-то парня как раз и испугало. Хуа Чэн честно пытался держаться. Высоты он не боялся, но рациональная часть сознания твердила, что хотеть довести себя до инфаркта — это ненормально. Он старался уговорить себя, что это все безопасно и вообще очень даже весело! Люди же с радостью туда шли. Сумасшедшие! Он никак не предполагал, что его все-таки поведут на этот ночной кошмар сердечника. Там же умереть можно было уже на первой петле! А их… Хуа Чэн несколько раз поднимал голову, чтобы посчитать петли и повороты, но у него начинала кружиться голова. Он так надеялся, что никому и в голову не взбредет добровольно ехать на этих рельсах смерти. Но что же это за подстава такая, что это предложил именно Се Лянь? Как человек, ни разу не бывший в парке, мог сразу решиться на такое? А где там желание покататься на детских карусельках? Вон, какие милые колокольчики кружились! Или чашечки, что вертелись вокруг себя, пытаясь вывернуть твой желудок наизнанку? Или классика с лошадками?! Почему сразу и на смерть? Где инстинкт самосохранения? Уже в очереди его начало мелко трясти. Но не скажет же он напрямую, что необъяснимо боится ехать на этом до смерти веселом аттракционе?! Он попытался ненавязчиво так всех увести, аргументируя это тем, что очередь длинная и они так пропустят все. Но Се Лянь принялся канючить, что всегда мечтал прокатиться на американских горках. Ну вот и как тут откажешь? Мечта все же. Ванцзи сзади выглядел не лучше. Вэй Усянь вцепился тому в руку и красочно принялся расписывать, как там весело и как здорово чувствовать, как ты падаешь в пропасть, вот-вот умрешь, но выживаешь и едешь дальше, набирая высоту. Нет, терпеть этого уже не было сил. Хотелось схватить бедного Лань Чжаня и убежать с ним от этих двоих ненормальных с недостатком адреналина в крови. Но того крепко держал смеющийся Вэй Усянь, а самого Хуа Чэна все время отвлекал разговорами Се Лянь. В такой внутренней панике он и простоял всю очередь. Он честно думал, что выпрыгнет сразу же, как сотрудник подойдет, чтобы застегнуть на нем все ремни. Но не смог, потому что его парализовало, а ноги задрожали так, что казалось, что он не мог даже пошевелить пальцами на них. Единственное, что Хуа Чэн мог сделать, это через плечо посмотреть на совсем белого Ванцзи и кивнуть ему с таким же страдальческим взглядом. Вэй Усянь и Се Лянь же лишь громко смеялись, споря, кто кого перекричит. Но все же должно быть не так! Он должен был показывать гэгэ прелести безопасных и веселых аттракционов, а не сидеть сейчас, гадая, как будет выглядеть его смерть. — Хах, Сань Лан! — Се Лянь радостно обернулся к нему. Хуа Чэн попытался улыбнуться в ответ. — Если что, я за тебя схвачусь, хах. Все же немного страшно! Нервничаю так! «Да не немного! Тут же уже завещание нужно писать!» — Гэгэ, ну, раз тебе страшно, то давай у… — О, мы поехали! Возможно, адские круги были отдаленно похожи на это. Хуа Чэн вообще не помнил, что произошло. Сначала они ехали спокойно, и ему даже понравилось, но потом их начало бешено вести из стороны в сторону. А про то, как они резко кидались вниз и на мгновение замирали на самой верхней точке этих колец, даже говорить не стоило. Парень просто пытался зажмуриться, но от этого было еще страшнее. Мозг отказывался соображать вообще. Даже мысли о смерти проносились как-то слишком быстро и мимо. Словно мыслительный поток не успевал за их скоростью. Голова кружилась, в ушах шумел ветер. Не было слышно ничего кроме криков. Своих же собственных! Хуа Чэн запомнил лишь то, что на мгновение, когда они опять замерли на спуске, он перевел взгляд на тех суетливых муравьишек, что являлись людьми в парке, и подумал: «Почему им так все равно?» Затем его унесло вниз под прямым углом, и желудок толкнулся о легкие. И все содержимое стало рваться наружу. Головокружения добавляли спирали, в которые закручивались рельсы после поворотов. Дыхания не хватало. Откуда-то рядом доносился голос Се Ляня, но то, что он говорил, было невозможно разобрать. Хуа Чэн не мог сообразить, что ему делать. Все было так быстро и так ужасно медленно. Перед глазами проносились рельсы, небо, люди. Был страх, что защита не выдержит напряжения, что он может сорваться в любую минуту и ощутить это самое свободное падение уже без страховки. А еще нарастала паника, что они не удержатся на рельсах, улетят и разобьются. А вокруг лишь облака. И весь парк виден сверху. Внутри все менялось местами, сердце готово было разорваться, а желудок лопнуть. Поэтому Хуа Чэн был безумно рад, когда они начали окончательно замедляться. Способность видеть возвращалась постепенно, шум в ушах тоже проходил потихоньку. Сотрудники принялись отстегивать их. Счастливые пассажиры расходились, громко смеясь и активно жестикулируя. Хуа Чэн же встать первую минуту не мог вообще. Потом, покачиваясь, он все же кое-как выбрался из этой вагонетки смерти, боясь, что она снова тронется. Друзья уже ждали его рядом. — Ух, я даже пытался ехать без рук! — громко говорил Вэй Усянь, поддерживая еще не отошедшего от всего Лань Ванцзи. — Хах, а когда мы рухнули … Ух! — Да! Это так здорово! — растрепанный Се Лянь рядом смеялся не менее громко. Чувство, что им обоим заложило ушли. — Я уже думал, что сейчас сойдет все с рельсов, а мы полетим вниз! Хах, или когда на петле замерли! Все, думал, что сломалось что-то, и мы так и повиснем! — Ха-ха, да! Ой, а давайте еще раз? — Нет! — Нет! Хуа Чэн и Лань Чжань резко отшатнулись, сбрасывая остатки мандража, и уверенно перегородили парням дорогу. — Да ладно! Вам же понравилось! — Сань Лан, да ты же кричал! Тебе было весело! — Я кричал, потому что у меня была истерика! — эти двое точно ненормальные. — Я думал, меня вырвет! — Ой, а меня тоже подташнивать начало в конце. Так здорово! — Вэй Усянь засмеялся, ухватившись на плечо Се Ляня, и спустя секунду смеялись уже оба. И все же они, наконец, спустились и миновали территорию этого преддверия ада. Вэй Усянь и Се Лянь шли впереди и обсуждали, куда бы им пойти теперь. Лань Ванцзи и Хуа Чэн плелись сзади, пытаясь вернуть себе потерянную координацию. И видя то, как двое их друзей спереди указывают на какую-то вертушку, где людей раскачивало на все триста шестьдесят градусов, они поняли, что пора что-то делать. — Так, я хватаю гэгэ, а ты берешь это голосящее бедствие, — не подумав, Лань Ванцзи кивнул, и в следующее мгновение они набегу схватили двоих парней и разбежались в разные стороны. — Ну, гэгэ! Ну что это такое? — Вэй Усянь хоть и пытался говорить возмущенно, но ему было до невозможного весело наблюдать, как Ванцзи пытался таким образом спастись. Как будто этим двоим это поможет! — Хах, ну и куда мы бежим? Пф, хочешь в «Тоннель любви»? Хаха, там не стра… Ой! — парень вдруг врезался в чужую спину. — Нет! — Лань Чжань не понимал уже, что хуже. — Ну, нельзя же так резко, кошмар! Гэгэ! У тебя спина каменная! У меня так шишка будет! — Больно? — Ванцзи подумал, что перегнул палку и обеспокоено нагнулся к Вэй Усяню, потирающему свой лоб, но тот резко поднял голову и обхватил его плечи руками. — Ты… — Не-а, совсем не больно, — Вэй Усянь хитро улыбнулся и закусил губу. — Ну и что же мы будем делать, раз гэгэ утащил меня так далеко и мы теперь одни? — он не без особого удовольствия наблюдал, как уши его друга начинают краснеть. Все же дразнить этого человека особенно приятно. — А куда ты хочешь? — Лань Чжань сглотнул и удивленно уставился на парня. — Хочу прокатиться на лодке в тоннеле, — Вэй Усянь захохотал, видя полную растерянность на чужом лице. — А что? Ну, не утоплю же я тебя там? — Нет, — Ванцзи вырвался и хмуро отвернулся. — Ой, ну, какой же ты стесняшка! — Вэй Усянь не привык так быстро отлипать от людей, поэтому снова подошел вплотную, но парень ответно отпрянул в сторону. — Эй, не в догонялки же играть! — Вэй Усянь задумался на мгновение, а потом схватил Ванцзи за руку и повел в сторону. — Куда? — На автодром! Ха-ха, будем биться машинами! Теперь ты от меня не сбежишь! Я загоню тебя в угол! Какого же было Вэй Усяню, когда именно Лань Ванцзи постоянно лупил его бедную машинку, которой только и оставалось, что побеждено сбегать от столь грозного противника. Но было очень весело. Особенно смотреть на то, как такой с виду равнодушный Лань Ванцзи в своем белоснежном пальто разъезжает на мелкой электрической красной машинке. Пожалуй, ему со своим ростом было в ней несколько неудобно, если и сам Вэй Усянь чувствовал дискомфорт, но это не мешало тому вести с таким видом, словно он управлял первоклассным гоночным автомобилем. — Эй, гэгэ, не будь таким пафосным! Ты слишком крут для этого места! — Вэй Усянь громко рассмеялся. Но через пару минут его машинку снова резко отнесло вбок. — Ну так нечестно! Я же отвлекся! — Меньше болтай, — Ванзци снова вырулил на него. — Гэгэ, пощади, ахах! Будь это реальность, ты бы не расплатился за ремонт моей тачки! — снова толчок. — Да дай же мне тебя толкнуть! Как здесь педали работают? — Вэй Усянь развернулся к нему, но тот уже поспешил отъехать влево. — Реагируй быстрее, — их машинки снова столкнулись, отчего их вынесло на каких-то пищащих от восторга школьниц. — Эй, девушки, скажите, что этот парень классно водит! — Вэй Усянь весело помахал им. — Получше тебя, — девочки захихикали и отъехали вперед, перед этим толкнув машинку парня. — Ну чего вы?! Это я просто с тормозами не разобрался, но сейчас! — снова толчок сбоку. — Лань Чжань! Ну поезди ты в сторонке! — Ты сказал, тут нужно толкать друг друга, — невозмутимо ответил Ванцзи, слегка отъезжая. — Хах, не воспринимай меня так буквально. Черт, да как тут работают педали? Аттракцион замер, вынуждая катающихся выйти из своих машинок и уступить место другим. Выбравшись, Вэй Усянь притворно нахмурился и принялся тыкать пальцем в грудь Ванцзи. — Ну, гэгэ, ты меня победил, так нечестно! Ты не дал мне шанса. — Просто я быстрее. — Я думал, что обставлю тебя! — Ты не понял, как работают педали. А в первую минуту пытался ехать назад. — И за это ты меня долбил в углу как ненормальный! Моя бедная задница! Там такие сиденья неудобные! Из-за тебя у меня болит задница! — Вэй Усянь поморщился демонстративно потирая пострадавшую часть тела, а Ванцзи, что-то обдумывая, снова смущенно покраснел. Но затем схватил опять парня за руку и куда-то повел в начало парка. — Гэгэ, ну, куда мы? Нет, мы не уйдем! Эй, нужно найти еще этих двоих! Гэгэ! Но Лань Ванзци молчал и уверенно шел куда-то. Усянь послушно следовал за ним, но не переставал по дороге что-то выкрикивать и смеяться. Все происходящее его ужасно забавляло. Все, включая и его друга, у которого на уме было что-то совершенно необъяснимое. И от этого было очень весело. Какого же было его удивление, когда перед собой он увидел ярко-желтый павильон с тиром, из которого доносилась какая-то довольно брутальная музыка. Вэй Усянь непонимающе уставился на Лань Ванцзи, но тот ничего не объяснил и лишь невозмутимо подошел ближе к стойке. Еще больше стало смешно, когда парень взял этот пневматический автомат и довольно уверенно навел его на мишени. Усянь не мог не отметить, что идеальный Ванцзи, искрящий своей белизной, с автоматом в руках смотрелся отменно. Настолько хорошо, что даже он сам не заметил, когда достал телефон и принялся фотографировать того. Он обязательно когда-нибудь зарисует это! В голове тут же возникла идея о небожителе или заклинателе с автоматом. Такое точно всем зайдет! — Хах, ты шикарен, Лань Чжань! Давай прямо в цель! В это время раздался первый хлопок. В центр! Мишень побеждено отклонилась. Вэй Усянь завороженно замер. Почему-то ему подумалось, что пальто довольно сильно сковывало движения. Но, кажется, сам Ванцзи об этом не думал, потому что со свистом отлетела уже третья мишень. Оставалось еще две. Парень неосознанно облизнул уголки губ и снова выстрелил. Вэй Усянь вздрогнул. — Вау, поздравляю! Еще одна и вы получите приз! — совсем лысый мужчина за стойкой восторженно захлопал в ладоши. Последняя мишень была самой мелкой, и попасть в нее было сложнее всего. Вэй Усянь напряженно замер, наблюдая за сосредоточенным Лань Ванцзи. Он слегка прошелся пальцами по автомату и снова вернулся в позицию. Плечи двинулись вверх-вниз. Секунда — раздался свист, а затем характерный хлопок. — В яблочко! Вы молодец! — мужчина ухмыльнулся и хлопнул в ладоши. — Выбирайте приз, — он кивнул на полку у входа. — Кролик, — Лань Ванцзи даже не обернулся, все так же рассматривая мишени. — Отличный выбор! — мужчина поспешно принялся снимать игрушку. — Заходите еще, — он вручил ее победителю и, покачиваясь, вернулся за стойку. — До свидания. Это тебе, — Ванцзи тут же всучил пушистого белого кролика Вэй Усяню в руки и прошел мимо. — Э? — Усянь растеряно заморгал, глядя на мордашку смешной игрушки. — А? Стой! Гэгэ! Спасибо! Он догнал Лань Ванцзи и встал перед ним. Было так забавно. Вот этот серьезный парень перед ним только что так сосредоточенно отстреливал эти несчастные мишени, чтобы выиграть ему кролика? Это был тот самый Ванцзи, который на все его шалости лишь фыркал? Вэй Усянь радостно улыбнулся сам себе и прижал игрушку сильнее. Лань Ванцзи все так же смотрел на него и молчал. Но при взгляде на этого плюшевого кролика, ему вдруг самому стало неловко. — Спасибо, гэгэ. Он очень классный, — Вэй Усянь неосознанно шагнул ближе. — Он такой мягкий! Назову его Лань Чжань и буду обнимать его по ночам. — Глупости, — Ванцзи уже почти расслабился, как услышал последние слова и испуганно отчего-то отшатнулся. Вэй Усянь же совсем не увидел в сказанном ничего смущающего и довольно продолжил рассматривать игрушку. — Вай, он такой пушистый! И белый! Ха-ха, и не улыбается! Ну, точно ты, Лань Чжань! Эй, ты куда? Стой! Ванцзи снова двинулся дальше. Он старался сдерживаться, но рядом с этим парнем держать эмоции под контролем было сейчас тяжело. Да и всегда было тяжело. Абсолютно всегда. Почему он вообще снова наступил добровольно на эти грабли? Вэй Усянь с той самой встречи в кафе не оставлял его в покое. Напрягало это? Нет. Лань Ванцзи считал, что он просто сошел с ума, связавшись всерьез с этим человеком. Искренним, веселым и таким безбашенным. Дверь в его спокойную жизнь просто вышибли с ноги, а ведь он считал, что, наконец, смог поставить надежный замок. Парень ускорил шаг. Вэй Усянь же не отлипал от него и следовал за ним по пятам. Все же им нужно было найти друзей. Оставалось только молиться за бедного Хуа Чэна, которого активный Се Лянь снова мог затащить на адские горки. Толпа редеть не собиралась. Это был один из последних полноценных рабочих дней в парке. Далее начнется зима, некоторые аттракционы придется закрыть, а какие-то палатки свернуть. Поэтому все хотели в этот теплый денек продлить себе удовольствие. Голоса вокруг сливались воедино. Отовсюду пахло карамелью. Весь парк сам был подобен одной огромной карусели. В какой-то момент Ванцзи понял, что парень сзади стих. Он обернулся, чтобы узнать, что случилось, и в этот же момент его схватили за рукав. Вэй Усянь одной рукой прижимал к себе крепко игрушку, а другой теперь держался за белое пальто. И его губы расплылись в широкой улыбке. Он сам не мог объяснить себе, почему этот кролик от Лань Ванцзи вдруг вызвал в нем такую бурю эмоций. Почему-то не хотелось больше ни дразниться, ни задираться. Просто крепко обнять этого строгого и молчаливого парня. И эти чувства все никак не могли улечься. Как будто что-то подобное уже было однажды, очень давно, но сам Усянь как не мог вспомнить, когда и что это было. И в этот момент захотелось уже признаться. Сказать человеку рядом, всю правду о том, почему он сегодня повел их в парк. Почему не хотел провести этот день в одиночестве, дожидаясь вечера. — Лань Чжань, — Вэй Усянь улыбнулся и внимательно посмотрел в глаза Ванцзи. То, как они блестели на солнце, завораживало. — Ты знаешь, какой сегодня день? — Мгм, — он кивнул. Усянь уже собирался хитро усмехнуться, как зазвучало следующее. — Твой день рождения. — Ась? Вэй Усянь поверить не мог, что этот парень его переиграл. Как он вообще мог узнать? Он даже одногруппникам не говорил! Он мог поклясться, что увидел мимолетную усмешку на лице Лань Ванцзи. Но комментировать это никак не получалось. Да и вообще говорить не особо выходило. Впервые в жизни. — Но… В смысле? А как? А кто? — красноречие его покинуло окончательно. Пальцы непроизвольно крепче сжали мех игрушки, мордочка которой из-за этого вдруг тоже стала какой-то насмешливой. Кролики умеют улыбаться? — Просто, — Ванцзи пожал плечами и подошел ближе в ответ. Усянь вдруг ощутимо напрягся, когда его руку сжали в ответ. — Подожди. Вэй Усянь не понимал теперь абсолютно ничего. Его сознание трясло похлеще, чем на тех горках. Лань Ванцзи зачем-то копался в своей сумке, пытаясь что-то отыскать. Все казалось таким подозрительным. И никак не получалось сообразить, откуда про его день рождения стало известно. Нигде в соцсетях он дату не писал, никому не говорил. Даже Хуа Чэну сказал молчать и не раскрывать все карты Се Ляню. Хотя и тот мог так подставить! Он же свихнулся на своем гэгэ! Но тогда бы сам Се Лянь запрыгнул на него в первую секунду их встречи. Почему-то казалось, что было бы так. Но все пошло по совершенно другому сценарию! И теперь правила игры тут устанавливал уже Лань Ванцзи, который сейчас зачем-то протягивал ему… «А что это он протягивает?» — Гэгэ, что это? — Подарок, — Ванцзи просто вложил ему в руку нечто прямоугольное и завернутое в блестящую нежно-золотую упаковку. — Что? Но ты же подарил кролика! — Вэй Усянь не мог сообразить, но внутри его колотил сумасшедший восторг. Что-то внутри искрилось, как бенгальские огни. — Это приз. А это подарок. Я подумал, что тебе нужны линеры, ты же… — Линеры?! Гэгэ… Лань Чжань, да ты невероятен! — и вот внутри что-то уже наконец лопнуло и Вэй Усянь повис на шее ошеломленного Лань Ванцзи, который принялся пятиться, чтобы как-то уйти от прилипшего к нему парня. — Гэгэ, ты невероятен! Невероятен! Спасибо! Ох, спасибо! Ты же понимаешь, что я могу вопить долго? Но как? Блин, ты замечательный! Да я тебя… — Ой, ну я думаю, кто визжит на весь парк, а это Вэй Усянь, — раздался голос Хуа Чэна. Тот подошел сбоку и с подозрением посмотрел на огромного кролика в руках орущего парня. Да тут все и полностью вызывало какие-то подозрения. — Эй, гэгэ, я их нашел. Хах, а ты боялся. — О, вот вы где! — Се Лянь с бутылочкой мыльных пузырей тут же подбежал к Ванцзи, словно пытаясь убедиться, что парень вынес испытанием Вэй Усянем, но обнаружил истерику у другого. — Эм, а что происходит? Лань Чжань, а что случилось? А что это? — У него день рождения, поэтому я вручил подарок. Теперь он орет, — как можно спокойнее ответил Ванцзи, словно речь шла о чем-то настолько обычном, что даже не нужно было лишний раз дергаться. — Что?! День рождения?! Как так? А почему мне никто не сказал? Сань Лан! Это еще что такое? Ну, в смысле? А ты, Ванцзи?! — Се Лянь принялся обиженно бить каждого кулаком в плечо. — Прости, гэгэ, Усянь сказал никому не говорить. Хах, он в последние годы не часто празднует, — Хуа Чэн усмехнулся и хотел похлопать парня по спине, но тот увернулся и хмуро посмотрел на него. — Ну, гэгэ… — Я с тобой не разговариваю, Сань Лан! — Се Лянь демонстративно отвернулся и отошел к Вэй Усяню, уже запыхавшемуся от своих же криков и смеха и все так же крепко прижимавшему к груди кролика и запакованные линеры. — Но гэгэ! — Хуа Чэн непонимающе посмотрел на Се Ляня и растеряно заморгал. — Но я же не виноват, — на что парень лишь выдул в его сторону пару пузырей и фыркнул. — Хах, Се Лянь, прости. Это я сказал никому не говорить, — Вэй Усянь усмехнулся при виде поникшего Хуа Чэна и решил исправить ситуацию. — Я не собирался праздновать, просто хотел провести вечер с друзьями. Потом бы меня повели на семейный вечер в ресторан. Вот и весь день рождения, ничего такого. — Так нечестно! — Се Лянь все не унимался и принялся бить уже Вэй Усяня, который весело отскочил от парня и убежал за спину Ванцзи. — И ты хорош! Почему не сказал? — Гэгэ, а откуда ты узнал? — Вэй Ин выглянул сбоку, чтобы посмотреть в глаза Лань Ванцзи. — Не скажу. — Ванцзи! — Гэгэ! Лань Ванцзи теперь окружили с двух сторон и принялись дергать за обе руки, выпрашивая правду о том, откуда ему стало все известно и почему он ничего не сказал. Но Ванцзи лишь молчал, отказываясь отвечать. Хуа Чэн рядом лишь посмеивался, не решаясь идти на выручку, уж слишком эта картина была забавной. — А откуда вы взяли кролика? — Се Лянь вдруг отвлекся и обратил внимание на игрушку в руках Усяня. — О, это гэгэ мне в тире выиграл! Он офигенно стрелял! Се Лянь наклонил голову, что-то обдумывая, а потом подхватил Ванцзи под локоть и велел ему показать, где этот тир, а также рассказать, что там нужно делать. Вэй Усянь и Хуа Чэн не успели даже вымолвить что-то, как парни понеслись в сторону палаток. «Эти двое очень странные!» Но потом Вэй Усянь посмотрел на погнавшегося за ними друга, зовущего гэгэ, и решил, что, пожалуй, они все странные. Однозначно можно было сказать, что все владельцы палаток, где можно было пострелять, сегодня будут в страхе сворачивать свои вещички и убегать от них. Потому что Вэй Усянь в одной руке зажимал белого кролика, а во второй — бежевую улыбающуюся ласку. Ну, им сказали, что это ласка. Но это не отменяло двух вещей: игрушки были нереально милыми, во-первых, Се Лянь стрелял не хуже Ванцзи, во-вторых. Вэй Усянь даже успел пошутить, что на первом курсе психфака всех студентов сначала учат тому, как держать оружие, а потом уже пичкают теорией о лечении душ. Хах, первое нужно, чтобы как раз отстреливаться от особо отбитых душ, видимо. Се Лянь лишь посмеялся и сказал, что в тире стрелял вообще впервые, а до этого просто смотрел много фильмов с крутыми перестрелками. Хуа Чэн принялся расписывать, какой его гэгэ классный, как он профессионально стреляет и как серьезно выглядит с ружьем в руках. На что Усянь начал говорить то же самое, но громче и про Лань Чжаня. И спустя секунду, они вдвоем пытались перекричать друг друга, а Ванцзи и Се Лянь просто отошли подальше в толпу, делая вид, что они не с ними. — Ну, ничего! В следующем году я точно буду праздновать! За городом! — после примирения Усянь повел всех покупать мороженое, и сейчас все сидели за небольшим столиком и болтали. Для игрушек пришлось брать еще один стул. — Ой, да ну. И салют устроишь? — Хуа Чэн рассмеялся. — Или будет как в прошлый раз? — А что было в прошлый раз? — Се Лянь откусил немного клубничного мороженого и перевел взгляд на парня. — Ой, да мы собирались на его шикарный салют целый час! Потом искали место! Затем Бинхэ все это дело пытался с ним разместить. Я с его братом продрог капец! А в итоге? Там зажглась искорка и с хлопком погасла! Ха-ха, такого грандиозного салюта мир еще не видел! — Хуа-Хуа, не напоминай, — Вэй Усянь хотел толкнуть того, но парень увернулся и рассмеялся. — Я все сделаю по высшему разряду! Да! Хах, нужно еще машину раздобыть! Ну, у Бинхэ же права есть! Он нас и отвезет! Так что ничего на этот день в следующем году не планируем! — Но нас много, — Се Лянь усмехнулся. Настолько далекие планы Усяня его радовали и смешили. Реально ли они будут еще все общаться? Может ли быть такое, что они, как он и мечтал, сдружатся настолько, что через год всей компанией поедут за город праздновать и смотреть салют? — Хм, ну да, — Вэй Усянь задумчиво почесал голову. — О, у Мобэя есть права на мотоцикл! Ну, все! Они с Цинхуа вдвоем поедут на байке! Ну, еще как-нибудь потеснимся! — А почему Цинхуа на байке? — Се Лянь вдруг закашлялся и стал судорожно соображать, мог ли он проговориться о секрете друга. Его же Цинхуа убьет тогда! И Цинцю закопает. — Ну, я не могу, потому что уеду раньше. Ты не можешь, — Се Лянь уже открыл рот, как Усянь захихикал и замахал руками. — Тебя Хуа Чэн не пустит. «О, гэгэ, это опасно! Мы поедем вместе!» Вот так это будет! — Усянь засмеялся, а Хуа Чэн потянулся, чтобы дернуть его за ухо. — Ай-ай, меня трогать нельзя сегодня! — Договоришься! — Ха-ха, ну правда же! Ши Цинсюань Хэ Сюаня не отпустит одного. И без него не поедет. Ой, Шэнь Цинцю заорет, что на этого монстра не сядет, и Ло Бинхэ заботливо уведет его на заднее сиденье машины. Даже пристегнет, — Се Лянь на этом моменте не сдержанно прыснул, представив раскрасневшееся лицо Цинцю. — Ну и вот, ну и все. Останется Шан Цинхуа! Тем более, они и отлично ладят! — Эм, ты забыл про Ванцзи, — неуверенно добавил Се Лянь, покосившись на друга рядом. Вэй Усянь отодвинул стаканчик с мороженым и, поставив локти на стол, подпер руками подбородок. Лань Ванцзи неуверенно посмотрел на него и отвернулся. Что на уме у этого парня понять было невозможно. Но так хотелось. Вэй Ин покосился на стул с игрушками. Улыбка тут же возникла непроизвольно. Все же, пусть этот недотрога и отталкивал его частенько, но он тот, кто каким-то образом узнал про его день рождения и заранее подготовил ему подарок. И этот факт невероятно льстил. Лань Чжань — невероятный человек! Удивительный! Прекрасный! Он с первого взгляда притянул к себе. Он мало говорил, но все его слова были так ценны. Он был добрым, заботливым, порядочным и смелым, но все это прятал за маской безэмоциональности. С ним хотелось подружиться, чтобы сорвать эту самую маску. Да, так тот представлялся Усяню. И он был так рад, что именно такой человек сделал этот день таким незабываемым. Сойдя с американских горок, он устроил их эмоциональное подобие Вэй Усяню сам. — Хах, а Лань Чжань поедет со мной, — Вэй Усянь подмигнул и тихо усмехнулся. — Зажжем фейерверки вместе? Снова раздались громкие крики сверху. Визг людей с аттракционов стал неотъемлемой частью этого парка, его музыкой. Песней восторга, страха, счастья и жизни. Мелодией, что звучала громче при поворотах и спусках. И сейчас она пронзила каждую клеточку внутри, сливаясь с внутренним криком. И все же в жизни страховки от прямых спусков не было.