No Good Deed

Вокруг царила непроглядная тьма. Холод пронизывал до костей, твердая поверхность под телом казалась ледяной. Воздух был спертым и тяжелым, словно густой саван, сдавливающий легкие. Сакура с трудом разлепила веки. Движения были скованными, словно конечности налились свинцом, а зрение застилала густая пелена. Вокруг хаотично мелькали размытые пятна света. Она медленно моргала, отчаянно пытаясь сфокусировать взгляд на окружающем ее пространстве. Слабые отблески голубоватого света едва пробивались сквозь тьму. Ее сотряс сухой кашель. Поднеся руку к губам, она попыталась его сдержать, согнувшись пополам и прижавшись спиной к холодной стене. Снова открыв глаза, Сакура обнаружила, что пелена рассеялась, и зрение прояснилось. Очертания комнаты стали более четкими. Что… что со мной произошло? Она поморщилась, пытаясь вытереть лицо тыльной стороной ладони, и острая боль пронзила запястье. — Черт возьми, — вырвалось у нее. Инстинктивно прикрыв больное место свободной рукой, Сакура начала направлять чакру, пытаясь облегчить боль. — Дела плохи. Ее подбросило от неожиданности. Голос эхом пронесся по темной, полумрачной комнате, напоминающей пещеру. Взгляд куноичи мгновенно выхватил из тени знакомую фигуру. Итачи. Воспоминания хлынули мгновенным потоком, проносясь в сознании, пока она не осознала, как оказалась в этом проклятом месте. Мгновенно обострив чувства, Сакура едва не забыла о целительной чакре, которую вливала в больное запястье. Ее взгляд вновь метнулся к Учихе. — Что за… Член Акацуки вздохнул и на мгновение прикрыл свои темные глаза. — Стены этой пещерной системы сложены из минерала, который используется для создания наручников, подавляющих чакру. Мы практически лишены возможности ею пользоваться. Ее глаза сузились, и она внимательно изучала шиноби, обдумывая ситуацию. Когда он вновь открыл глаза, его взгляд лишь на долю секунды коснулся ее, прежде чем устремиться в противоположную сторону комнаты. Сакура облизнула пересохшие губы. — Твой Шаринган… — произнесла она нерешительно, настороженно. Его додзюцу не было активировано. Каждый раз, когда она сталкивалась с Итачи, его кеккей генкай всегда был наготове… Может быть, это очередная уловка? Гендзюцу? Учиха глубоко вздохнул, и в его голосе, как всегда, сквозило равнодушие, но даже сквозь эту маску Сакура уловила еле заметное раздражение. — Я же говорил тебе. Минерал здесь подавляет чакру. Я не могу использовать свои глаза больше минуты… — он запнулся и закашлялся, прикрыв рот рукой. Медик попыталась продолжить исцеление запястья, но вскоре оставила эту затею. Кость была цела, а боль немного утихла. Опираясь на свободную руку, она поднялась на ноги, с облегчением констатируя, что, кроме нескольких царапин, с ней все в порядке. В ситуации, когда возможности чакры практически сведены к нулю, это давало ей преимущество… Итачи не мог использовать гендзюцу… Хотя она и не питала иллюзий, Учиху нельзя было недооценивать. Сакура начала ощупывать стену, ища выход, а за спиной ее продолжал кашлять Итачи. — Что с тобой? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно и спокойно. — Ничего, — пробормотал он в ответ, и очередной приступ кашля захлестнул его. Харуно остановилась, почувствовав в одном месте на стене еле ощутимый поток чакры. Небольшой импульс, который она туда направила, указал на слабое место. Она наклонилась, стараясь не обращать внимания на присутствие Учихи, и попыталась уловить хоть какое-то движение воздуха… — Тише, если можешь, — попросила она, напрягая слух и прижавшись ухом к холодной поверхности. — Там другая комната… — сказал он между приступами кашля. — Откуда тебе знать? — Сакура не отрывала взгляда от стены. — Шаринган. Куноичи из Конохи вздохнула, когда брат Саске закашлялся еще сильнее, и отпрянула от стены. Вся эта ситуация заставляла ее нервничать. Внутри все перевернулось от стресса, вызванного встречей с ним на поляне и последующим несчастным случаем. А теперь она застряла с ним в ловушке. Ее обучение шиноби явно не включало протоколы поведения при столкновении с преступником S-класса, являющимся братом ее бывшего товарища по команде, ставшим изгоем, который ко всему прочему оказался ее единственным союзником в западне, созданной матерью-природой. Тем не менее, интеллект и способность принимать взвешенные решения, которым ее обучили Какаши и Цунаде, диктовали необходимость сотрудничества с… ним — по крайней мере, до тех пор, пока они оба не выберутся из этого места. Развернувшись, Сакура постаралась скрыть тревогу в глазах, глядя на Итачи. — Позволь мне осмотреть тебя. Мертвый ты мне не пригодишься.

***

— Две порции рамена со свининой! — Всего две? Голубые глаза Наруто встретились с угольно-черными омутами Саске. В глубине этих глаз на мгновение промелькнуло разочарование, словно тень проскользнула по дну колодца. — Что? Хината приготовила ужин дома. Это всего лишь перекус. — Сам-то есть будешь? Саске покачал головой, подавшись вперед. — Но ты можешь угостить меня порцией саке. — Конечно, — Наруто махнул рукой Аяме. — Одну бутылку саке! — Узумаки лучисто улыбнулся, получив в ответ лишь кивок и взмах руки. Саске подпер щеку ладонью, предплечье слегка касалось прохладной поверхности барной стойки. Растрепанные пряди челки шаловливо спадали на глаза, скрывая часть лица в полумраке. Он небрежно скинул жилет и бросил его на табурет рядом. Ворот рубашки был расстегнут на три пуговицы, открывая взгляду узкую полоску загорелой кожи на груди. Протектор Конохи, символ его принадлежности к деревне, лежал рядом на стойке, словно забытый артефакт. Вечерний воздух был свеж и мягок, ласкал разгоряченную кожу, — подумал Саске. Он идеально гармонировал с приглушенным гулом голосов, доносившимся с улицы, где люди спешили по своим делам, возвращаясь домой на ужин. Стук поставленных на стойку тарелок с раменом и маленького стаканчика с теплым саке почти не тронул Саске. Даже прихлебывание Наруто, уплетавшего свой «перекус», казалось далеким фоном. — Как там Сакура? — пробормотал блондин, жуя лапшу. Саске на мгновение растерялся. Наруто всегда будто знал, как у них дела, или, во всяком случае, думал, что знает. Но прежде чем Саске успел съязвить, он осекся и отпил глоток саке. — Совсем забыл, ты сейчас по уши в работе из-за этого саммита Каге. Наруто кивнул, не отрываясь от еды. — Буду сопровождать Цунаде, пока она и главы других деревень решают, где через пару месяцев пройдет следующий экзамен на чунина. Саске допил свою чашку саке одним глотком и, вздохнув, потянулся за бутылкой, чтобы налить еще. — С Сакурой все в порядке. У нее сейчас напряженка на работе, она немного более нервная, чем обычно, но в целом все нормально, — пожал плечами Учиха в ответ на вопрос друга. — И на что ты сейчас на нее обиделся? — спросил Наруто, набивая рот лапшой. — Все те же старые песни. — А-а… Саске ничего не ответил, уставившись на свой напиток. Он смотрел, как крошечные волны ряби бегут по поверхности жидкости от каждого удара чашки о стойку. Наруто поставил пустую вторую миску внутрь первой, вытер рот и глубоко вздохнул. — Может быть, она боится, Саске. — Чего? — Тебя. Саске открыл рот, чтобы что-то сказать, но Наруто перебил его: — Ситуация деликатная. Ты же знаешь. Тот факт, что мы до сих пор не знаем, что случилось и почему, должен тебе кое-что подсказать. Может, если ты хочешь быть с ней, тебе стоит перестать ждать, пока Сакура расскажет тебе, что произошло, и просто быть рядом. В жизни шиноби полно секретов… от друзей, детей… любимых… Почему между вами должно быть иначе? Саске потер переносицу. — Ты же знаешь почему, — в его голосе прозвучало нетерпение. Этот разговор с Наруто возникал уже не в первый раз. — Ты любишь ее; остальное не должно иметь значения. — Ты не знаешь, — Учиха налил себе еще чашку. Наруто передал пустые миски Аяме и попросил еще одну порцию дымящегося рамена. Саске удивленно приподнял бровь, но ничего не сказал. Узумаки лишь пожал плечами в ответ на его взгляд. — Бесплатная порция рамена при заказе двух. — Хм. Наруто закатил глаза и ухмыльнулся, поставил рамен на стол и разломал пару палочек. — Слушай, влюблен ты в нее, не влюблен, называй это как хочешь. Суть в том, что ты требуешь от Сакуры, чтобы она рассказала, что случилось, а ты хочешь дать ей шанс на нечто большее, да? — Узумаки перемешал лапшу в своей миске. — Можно и так сказать, — неохотно признал Саске. — Пока что этот план не очень сработал. Ты слишком занят тем, чтобы защитить свое сердце. Я советую тебе сделать первый шаг, и все встанет на свои места. — Да-да, — выдохнул он в ответ, продолжая крутить в руках свой напиток. — Думаю, в следующий раз, когда ты снова спросишь меня о Сакуре, я просто скажу, чтобы ты сам у нее все выяснил. Наруто усмехнулся между укусами. — М-м-м… говоря о дьяволе, — пробормотал он и кивнул влево. Саске выглянул из-за навеса раменной и увидел знакомые черные ботинки. — Думаю, мне пора, — пробормотал Учиха, осушая свой стакан саке. — О-о? — Наруто удивленно вскинул брови. — У меня планы на ужин, — шиноби вытер рот и бросил салфетку в мусорное ведро на стойке. До слуха Учихи донесся смешок Хокаге, но он лишь закатил глаза, не удостоив его ответом. Накинув жилет, повязав протектор, он вышел на свежий вечерний воздух. Запах рамена еще витал в воздухе, когда он высматривал Харуно. Заметить ее розовые волосы в толпе было нетрудно, и Саске быстро ее догнал. Сакура шла с несколькими пакетами в руках, вероятно, купила продукты с рынка, чтобы приготовить ужин. Учиха не назвал бы свои действия шпионажем или подкрадыванием, но он не видел ничего плохого в том, чтобы подойти к ней сзади и нагнать. Медик переоделась из больничной робы в удобные черные шорты и красную майку. Ее волосы были заплетены в длинную косу, почти доходившую до середины спины. Саске скользнул взглядом ниже, остановившись на ее бедрах: годы упорных тренировок и работы сделали ее ноги сильными и подтянутыми. Он не винил других мужчин, бросавших на нее украдкой взгляды, хотя дальше этого никогда не заходило из-за сложившегося о ней имиджа. Саске тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли, и, ступая легко и бесшумно, приблизился к девушке. — Если ты прятался и украдкой разглядывал мой зад, то тебе стоит попросить совета у Исао. Вместо того чтобы проглотить наживку, Саске протянул руку и выхватил пакеты из ее рук. Сакура не стала сопротивляться помощи товарища. — Спасибо. — Не за что. Когда у тебя следующая миссия? — Уезжаю на месяц. Медик бросила на него быстрый взгляд, услышав его ответ. Он встретился с ее взглядом. — Исао будет нелегко, в среду у него экзамен на генина и вступление в новую команду. Она слегка кивнула, устремив взгляд на дорогу. Казалось, она довольна. — Ты прав. После этого признания в разговоре повисла затянувшаяся пауза, которая ему не понравилась. Скрытый смысл невысказанного, того, о чем она никогда не говорила, был для него более чем очевиден. — Могу изменить свои планы, если ты этого хочешь. Сакура покачала головой. — Нет, я ценю твою помощь. Ему нравится, когда ты рядом. Учиха кивнул. Она засунула руки в карманы, выглядя более расслабленной. — Каково это было для тебя в то время? — О чем ты? — Расти в одиночестве, когда рядом не было никого, кто бы заботился о тебе. Вопрос удивил Учиху. Такие разговоры были не в стиле Сакуры. Харуно никогда бы в этом не призналась, но она не любила тишину; их разговоры всегда велись на нейтральные темы. — Наруто постоянно твердит об этом. Это помогает. Исао не совсем одинок… но… — В день, когда мне повязали эту повязку, я думал о матери, — ответил Саске с непринужденной легкостью, скрывающей бурю воспоминаний. Давние раны прошлого, особенно детского, всегда саднили при попытке их коснуться… теперь разговоры о тех днях были подобны прикосновению к застарелым шрамам. — Она обещала, что будет ждать меня после экзамена. Отец всегда больше внимания уделял брату, но мать… — Саске запнулся, словно перебирая в памяти драгоценные осколки. — Она сделала этот день значимым. Сакура внимательно слушала, не отрывая взгляда от Учихи. В его сознании всплыл образ того дня: одинокая фигура, стоящая после выпускного, в напрасном ожидании кого-то, кто так и не пришел. — Исао не одинок, потому что он не хочет быть таковым. — Думаю, ты прав, — ответила Харуно с тихим вздохом, возвращаясь к дороге. — Но я был тем еще ослом в детстве; Исао таким никогда не станет. — Сердце Саске слегка дрогнуло, когда он услышал тихий смешок, последовавший за его признанием. — Был? — Сакура приподняла бровь, с любопытством глядя на Саске. Учиха подавил детское желание закатить глаза и проигнорировал ее провокацию. — Он не станет угрюмым ребенком. В этом он больше похож на мать. Его снова пронзил ее пристальный взгляд. — Это комплимент, Учиха? — Факт, — отрезал Саске. — Что ты купила на ужин? Харуно позволила ему сменить тему. И все же, все происходило по-другому.