Часть 5
5 сентября 2021 г., 08:26
Делать вид, что ничего не произошло и в то же время находиться на физическом и эмоциональном отдалении друг от друга было непросто. Первую неделю ребята держались стойко, уверенно игнорируя присутствие второго в своей жизни. Глаза косили посмотреть, увидеть сожаление в произошедшем. Андрей хотел увидеть раскаяние и понимание, что Коля был не прав. Коля обижался и ждал примирения, вернее, первого шага к нему от своего парня, всё ещё дуясь и надеясь, что скоро весь этот цирк закончится.
Через две недели оба изнемогали без прикосновений, без разговоров, без близости, хоть и ставшей в последние месяцы крайне редким явлением.
Было ещё кое-что, что печалило Архипова. Когда счастливый до неприличия Мир вернулся после новогодних праздников от своего парня, он, конечно же, похвастался своим первым настоящим сексом и полностью выбил из колеи и без того опечаленного происходящими между ним и Андреем ревностными стычками. С тех пор Коля несколько месяцев вынашивал план по принятию для себя этого серьёзного вопроса, но с каждым разом случались самые непредсказуемые инциденты, после которых разговор на эту тему откладывался до лучших времён.
После «разрыва» и вовсе пришлось забыть о «настоящем» сексе. А когда репетиторы усилили нагрузку, заставляя Колю усердно трудиться, мотивируя тем, что до экзаменов осталось совсем немного, заветная тема и вовсе ушла на задний план. У парня просто не оставалось сил думать ещё о чём-то, кроме учёбы и нежелания огорчить отца.
Андрей заметил улучшения в успеваемости Архипова и окончательно понял, что принял единственно правильное решение, отдалившись от своего мальчика, тем самым дав ему время на подготовку к экзаменам, да и просто разобраться в себе. Ревность последних месяцев действительно поднадоела и вымотала всегда спокойного юношу.
Ходить на тренировки и просто встречаться с командой у Бортника тоже не было желания. Ещё и чувство вины за травму Жени не давало покоя. Парнишка отстал в учёбе, просидев месяц с гипсом, а затем ещё несколько недель после двух операций из-за неправильно сросшихся костей, и это грозило ему плохими отметками, пересдачами, а то и вовсе остаться на второй год. Подтянуть свои хвосты, да и просто заниматься, чтоб не испортить аттестат и подготовиться к ЕГЭ, также было первой необходимостью. Казалось, времени стало больше, если учесть, что без Коли он стал более свободен, но всё же его катастрофически не хватало.
Была ещё тоска. Тоска по общению, по заботе, которой он привык окружать своего ревнивца, и, естественно, угнетала невозможность прикоснуться, обнять, затискать, умирая от нежности. Глядя на фото Архипова, этого бесёнка, который будоражил кровь, даже глядя с экрана мобильного, тех самых снимков, что были собраны и сохранены в нескольких папках, сердце сжималось от боли, но разум подсказывал, что нельзя срываться. До экзаменов оставалось каких-то двадцать с лишним дней, поэтому было просто необходимо выстоять в этой борьбе самим с собой и дать Коле время для того, чтобы получить нормальный аттестат.
— Привет. Как дела?
— Нормально.
— Пошли поедим?
— Я не голоден.
И так несколько раз, после чего Андрей перестал предлагать.
— Давай подвезу.
Бортник резко затормозил перед Колей, когда тот уже порядком отошёл от школы, не став ждать Андрея.
— Мне тут надо по кое-каким делам, — улыбнувшись, ответил мелкий и ускорил шаг. Из-за угла задумчиво смотрел в пустоту, которая осталась после того, как ничего не понимающий Андрей развернулся и уехал. С тех пор Колю каждый день забирал водитель отца, по просьбе сына не доезжая до школы.
Так и общались — «Привет — Пока», «Как дела? — Хорошо».
— А куда это Андрей ездит после школы?
Несколько раз ожидая застрявшего в пробке водителя, Коля обратил внимание на то, что его рыжий едет в противоположную от дома сторону.
О том, что у парней «пауза», знал Мир и ещё несколько одноклассников. Другие были уверены, что парочка разбежалась.
— А ты не знаешь? Он Женьке нашему помогает. Вместе готовятся к экзаменам.
— Так Женя на два года младше!
— Коль, Андрей ему просто помогает, ну и сам что-то учит, повторяет. Он же вбил себе в голову, что виноват и обязан помочь из-за того случая.
Да, то падение Жени многое изменило в жизни ребят, и Коля до сих пор был зол и уверен, что во всем виноват Андрей. Теперь же, узнав, что он ещё и домой к этому самому Жене ездит и они там «занимаются», мозг у Архипова просто поплыл.
— Коль ты молодец. Так быстро поднял основные предметы.
Андрей улыбался и даже попытался обнять своего парня, но Коля как-то странно глянул, хмыкнул и отошёл, уткнувшись в телефон. Фотоаппарат он больше с собой не носил и снимками не занимался, отдавая предпочтение теории, зависая вечерами на обучающих сайтах. Для себя Архипов решил, что займётся фотоделом на профессиональном уровне, поэтому и вуз выбрал подходящий. Отец был очень недоволен выбором сына, считая это просто увлечением и баловством. Мать решила во всём поддержать сына. А бабушка была на десятом небе от счастья, при редких встречах напоминая, что с её подачи внук выбрал себе специальность высокого искусства.
Перед самым выпускным Коля увидел ИХ из окна автомобиля, когда ездил с мамой менять туфли, купленные ещё зимой, но ставшие «вдруг» тесными.
— Коля, это разве не Андрюша? Давай подвезём.
Коля даже дёрнулся в сторону окна, надеясь, что именно сейчас самая подходящая ситуация для того, чтобы наконец-то закончить эту дурацкую затею с перерывом и паузой. Как раз с помощью мамы можно было решить эту проблему, сославшись, что это она захотела подвезти Андрюшеньку.
Когда глаза нашли рыжую голову, а рядом того самого Женю, причём Андрей одной рукой прижимал его к себе, весело смеясь, а второй рукой трепал густую гриву кучерявых волос, Коля потерялся в этом мире. Женя улыбался ЕГО Андрею, по-щенячьи заглядывал тому в глаза и совершенно не пытался освободиться от объятий. Коле показалось, что тот, наоборот, льнул к этому накачанному и любимому телу.
— Не нужно, — с трудом выдавил из себя севшим голосом Коля, сняв очки, зажимая двумя пальцами область у основания переносицы. — У меня так голова болит, и я хочу пораньше сегодня лечь спать, — нагло соврал матери, отвернувшись от развернувшейся картины.
— Вы так и не помирились? — Жанна приобняла сына, сильнее прижимая к себе. — А давайте после выпускного с папой на неделю к морю?
Коля проморгался в сторону и с благодарностью глянул на родительницу.
— Мам, у меня другие планы.
Своими планами Коля поделился уже на следующий день. С отцом.
— Хоть чем-то ты меня порадовал, — сказал мужчина, похлопав сына по спине, с надеждой прикрыв глаза и что-то мурлыкнув себе под нос.
Новость о том, что сын хочет поступать самостоятельно, грела сердце. Помочь он всегда успеет.
«Молится», — хохотнул про себя Коля, понимая, что действительно сделал отцу подарок.
Оставшиеся перед экзаменами и выпускным дни пролетели, как в тумане. Архипов всячески старался избегать встречи с Андреем, находя способы и причины выйти, быть занятым, отвлекать себя разговорами с другими ребятами, старательно прячась где угодно, лишь бы не попадаться на глаза Андрею.
Андрей заподозрил неладное и теперь вынашивал план примирения, рассчитывая сделать это на выпускном. Хотелось устроить двойной праздник обоим. Для более торжественного воссоединения были куплены чокеры из тонких кожаных полосок с кулонами в виде половинок сердец, на которых он сделал гравировку с их инициалами. Как раз в пару к тем, что висели у обоих на запястьях.
— Коль, давай поговорим. Сразу после вручения. Вся эта бодяга слишком затянулась. Но сам пойми, теперь у тебя аттестат нормальный, и отец доволен. Мама сказала…
— Да. Конечно… — перебил он Андрея, глядя куда-то в сторону и старательно пытаясь сдержать не то гнев, не то слёзы.
Взгляд был направлен на Женю, который, скорее всего, выискивал глазами Андрея. Просто Андрея. Своим его теперь назвать было трудно. Огромный букет в руке и счастливая улыбка на лице были тому доказательством.
— Пошли, — Андрей попытался взять Колю за руку, но тот дёрнулся, как от удара током.
— Я сейчас. Ты иди. Я быстро.
— Хорошо, я жду в зале, — посмотрел с недоумением вслед убегающему по направлению к лестнице Коле. Что-то нехорошее промелькнуло и тут же исчезло.
— Андрей, привет. Чуть не опоздал. Это тебе.
Радость на лице и искры в глазах, к которым за столько времени уже привык Бортник, выдавали в мальчишке больше, чем просто обожание. Но не для Андрея. Чувства Жени он принимал как благодарность.
— А, Женёк, привет. Я думал, ты пошутил насчёт того, что придёшь на выпускной. Ну пошли, уже начинают.
Оглянувшись в сторону, где только что исчез Коля, прицокнул, надеясь, что внезапно возникшее дело не задержит его парня надолго, и он успеет к началу.
К началу Коля не появился. Свободное место так и пустовало вот уже десять минут после торжественного начала. Решив, что пора найти и проверить, не случилось ли чего, Андрей даже начал выползать со своего места, но Женя вцепился в его руку.
— Смотри, уже начинают аттестаты вручать.
Пришлось сесть, хоть голова всё время поворачивалась в сторону входной двери. Когда назвали фамилию Архипова, Коля выпорхнул неизвестно откуда, быстрым шагом прошёл на сцену, получил заветную корочку, улыбнулся директору, в зал бросил подобие благодарного оскала, поймал взгляд мамы и так же быстро спустился и покинул зал.
— Чего это он? — в недоумении спросил Женя, глядя на Андрея, вмиг почерневшего лицом.
— Сейчас узнаю. Ты сиди, никуда не уходи.
— Бортник Андрей, — прозвучало в микрофон его имя, и его обладателю пришлось выходить на сцену, теряя драгоценные минуты для поимки беглеца.
Как только формальность была соблюдена, Андрей, зажимая в руке «свободу от школы», рванул в дверь в надежде успеть всё же поймать Колю. Но ни за дверью, ни в коридоре, ни в туалете его не оказалось.
Через полчаса поисков и расспросов, куда мог деться главный фотограф торжества, Андрей понял, что всё-таки что-то случилось. Телефон Архипова был выключен, и на душе стало ещё тревожнее.
Галя и Жанна после вручения весело щебетали возле окна, ничего не подозревая.
— Тёть Жан, а Коля ничего не говорил?
— В смысле? — удивилась женщина. — Он пообещал нам с папой сюрприз, надеюсь, что это то, о чём я думаю, — потрепала по плечу любимого рыжеволосого парня. — Надеюсь, вы уже помирились?
Обе мамки продолжили обсуждать своё, женское, а Андрей лихорадочно думал, что могло произойти и где искать это очкастое и глупое чудочко.
— Я, наверное, пойду.
Женя обиженно смотрел на тревожное лицо Бортника, прекрасно понимая, что тому не до праздника и уж тем более не до него.
— Да, Женёк, иди, — всё ещё оглядываясь и выискивая любимую фигурку в шумной толпе выпускников, учителей и гостей праздника, ответил Андрей. — Спасибо, что пришёл, и за цветы.
— Это тебе спасибо. Если бы не ты, сидеть бы мне дважды в одном классе или заниматься всё лето.
Женя заглядывал в глаза Андрею и кусал губы. Затем резко бросился на него и крепко обнял.
— Ну ты что, — попытался отстраниться, а затем похлопал по спине успокаивающе. — Давай. Увидимся.
— Не увидимся, — тихо прошептал Женя убегающему парню, в которого успел влюбиться.
***
Как и следовало ожидать, двери квартиры Архиповых отозвались тишиной на почти пятиминутное терзание кнопки звонка, а стучать Андрей не решился, боясь вызвать негодование соседей. Через полчаса ожидания под дверью квартиры появилась Жанна, которая ещё больше удивилась, не найдя сына дома. — Что у вас случилось? Почему он сбежал с праздника и где он? Телефон его выключен. Андрей, объясни мне, что происходит? — Тёть Жан, я сам ничего не пойму. Я сегодня хотел поговорить с ним. Но, видимо, у Коли другие планы. На нас. Рука в кармане крепко сжала чокеры, подвески которых приятно холодили ладонь. Вытащив обе, выбрал одну и, не спрашивая разрешения, прошёл в Колину комнату. Провёл рукой по столешнице, затем по спинке кресла. Присел, уложив обе руки на стол перед компом. Почти всё то же самое, как и несколько месяцев назад. Повесил на угол монитора подарок, чтобы при входе в комнату он сразу бросился в глаза. Окинул взглядом опрятно застеленную кровать и громко вздохнул, желая оказаться в ней вместе со своим очкариком. Любимым и единственным очкариком на свете. Сейчас Андрей очень жалел о том, что сделал эту глупую паузу, изводя и себя, и Колю этими жёсткими условиями. Ведь можно было просто договориться. Или нет? Теперь всё равно. Что сделано, то сделано. В соседней комнате послышался разговор, и мальчишка поспешил туда, наивно полагая, что Коля вернулся домой. Жанна разговаривала по телефону, кивая кому-то невидимому. — Хорошо. Я поняла. Андрюш, — женщина скинула разговор, прижимая руку с телефоном к груди. — С Колей всё в порядке. Он у бабушки. Просил его не беспокоить. К тебе это тоже относится. Прости, но разговаривать он ни с кем не хочет. Кровь прихлынула к и без того алым щекам. — Да. Хорошо. Но… Нам надо поговорить. — Конечно. И вы поговорите. Когда Коля успокоится. Я не знаю, что произошло, но он на взводе. Поэтому просто подожди, мой хороший, — и Жанна сделала то, что делала всегда: обняла рыжего, зарываясь пальцами в его чудесную шевелюру, теперь уже не беспокоясь о его укладке, которая была сделана для праздника. Бессонная ночь в ожидании звонка или хотя бы разблокировки телефона наутро отозвалась жуткой головной болью. Выпив сразу две таблетки, Андрей сел на велик и отправился к своему парню, надеясь, что он до сих пор «свой». Надежда Александровна сразу провела «рыжую бестию» на кухню, усадив за стол напротив себя. — Рассказывай! — приказала женщина, сделав плавное движение рукой, словно царственная особа дала свое высочайшее разрешение. — Эээ… Что? Я, собственно, хотел… — Хотеть ты можешь моего внука, а сейчас объясни мне, пожилой даме, с каких это пор мальчики плачут? Что довело Коленьку до такого состояния? — Надежда Александровна подалась вперёд, приблизившись почти вплотную к лицу Андрея. — Плачут? Коля плакал? С каких хе… Ой, простите. Он правда плакал? Да мы с ним даже не разговаривали. Я ему ничего не сделал. Честное слово. Бортник испуганно пялился на женщину и никак не мог понять, что же всё это значит. — Да где он? Коля где? — Коля уехал. У него поезд через пятнадцать, — взгляд на настенные часы, — через десять минут. — Поезд? Куда? — В столицу. Теперь он там будет учиться. Сбежал от тебя твой Коля. — Но учёба начнётся только в сентябре. А жить где он будет? И когда он успел всё это решить? — О, молодой человек, вы задаёте слишком много вопросов. Но я отвечу вам на все. Кроме одного, если вы его зададите. Надежда Александровна перешла на официальный тон, что означало — пощады не жди. Андрей и не ждал. Минуту назад он понял, что теряет что-то очень важное в своей жизни, и от этого стало так больно в груди, что хотелось выть и крушить всё, что попадётся под руку. — Поступать в другом городе Коля решил несколько недель назад, о чём сообщил только мне. Родителям он написал письмо. Сегодня ночью. Отец оплатит учёбу. Жить он будет у моей подруги, пока не получит общежитие, или отец не снимет ему квартиру. Что ещё? Решение он также принял сегодня ночью, после того, как выплакал ведро слёз. Ну, и что за причина сподвигла моего единственного внука пойти на такой необдуманный, но верный шаг? Я вас внимательно слушаю. Андрей смотрел округлившимися глазами на эту «железную леди» и ничего не понимал. Что такого могло случиться и когда? Вот вопрос, который сверлил и без того распухшие за ночь от мыслей мозги. — Я не знаю, что вам сказать. Мне бы и самому хотелось узнать причину. А для этого нам нужно поговорить с Колей. Но то, что я полный кретин и дурак, я уже понял. — Хм… Ну и скажи мне, зачем моему внуку нужен кретин? Ты знаешь, что я, когда узнала, что Николай гей, хотела продать квартиру и уехать от стыда подальше? Ты знаешь, что в мыслях об этом я сотни, нет, тысячи раз винила и казнила себя и своего сына? Он, кстати, всё ещё верит, что у Коли пройдёт эта ваша любовь. Когда я утром позвонила Пашеньке, он с облегчением вздохнул и сказал, что отдаст любые деньги, лишь бы его ребёнок стал нормальным. Ты понимаешь, к чему я тебе всё это говорю? — Нет, — покачал головой рыжий. — Не ищи его и не пытайся поговорить. Ничего хорошего из этого не выйдет. Андрей, как болванчик, замотал головой. Именно сейчас он не понимал ничего, кроме того, что срочно хочет хотя бы поговорить со своим глазастым чудом. Вытащив телефон, он тут же начал набирать номер, а когда в соседней комнате раздалась знакомая мелодия, подскочил и пулей вылетел из кухни. — Коля, — заорал он, забегая в спальню, откуда раздавались звуки. На покрывале подёргивался в экстазе знакомый телефон, выдавая тот самый рингтон, который оба выбирали для звонков на свои контакты. Комната была пуста. Как и остальные, которые тотчас обследовал Андрей, не забыв заглянуть в туалет и ванную. — А где?.. — Андрей стоял на пороге кухни с мобилой в руке. — Я же сказала, уехал, — кивок на часы, — десять минут как. А телефонами мы обменялись. Так что теперь у него мой, вместе со старой симкой, — женщина хмыкнула предстоящей перспективе несколько дней пользоваться кнопочным телефоном, вынутым из закромов. — И… Не смею более задерживать вас, молодой человек.***
На вопрос, есть ли связь с Колей, Мирослав опустил глаза и ответил отрицательно. Не верить этому милому парню причин у Андрея не было. — Если что узнаешь, свисти, — попросил рыжий, надеясь услышать этот свист в ближайшее время. Эти двое, оказывается, стали за последнее время очень близки друг другу, и вся надежда была только на блондина. После недели постоянных звонков на телефон Кутепова Андрей не выдержал и сам приехал к нему домой. — Мир, я понимаю, вы стали близкими друзьями, но я-то ближе Коле, и мне очень важно с ним поговорить. Я должен разобраться с тем, что произошло. — Мне трудно судить, и я с самого начала предупредил Ника, что… — Ника? — переспросил Бортник, часто моргая. — Да, а что ты удивляешься? Он взрослый парень, звать его Колей — удел родителей. Так вот, я сразу ему сказал, что в ваши дела лезть не буду. Согласен, он вёл себя как придурок, и эта его постоянная ревность кого угодно доведёт. Но то, что ты решил с ним расстаться, было… эммм… скажем так, не лучшим вариантом. Ты просто его послал. А ему было плохо и больно. Знаешь, сколько ночей мы провели за разговорами? Да я со своим Славкой столько не разговаривал, сколько с твоим Колюсиком. — Мир, ты не представляешь, как тяжело мне далось тогда это решение. Он же совершенно поехал крышей со своими зае… И ещё учёба. Мне мать все уши прожужжала, что Архиповы злятся на меня из-за того, что Коля не тянет даже на средний аттестат. Я даже перестал из-за этого к нему домой ходить. Стыдно было. — Ну, с учёбой-то всё сложилось, а вот то, что ваши отношения сошли на нет, полностью твой косяк. Надо было хоть по выходным уделять ему время. — Ты не понимаешь. Если бы я дал слабину, всё началось бы сначала. — А теперь, значит, ты доволен, что у Ника есть хороший аттестат, но нет тебя. — Меня? Я у него есть, а вот его у меня нет. — Андрей. Я бы не хотел лезть… эммм… в твои дела, но скажи, что у вас с Жекой? — Мир скрестил руки на груди, сканируя лицо Бортника на предмет правды и только правды. — С Женей? Что? — возмущение и гнев в глазах рыжего полыхали и искрились. — Мир, ты в своём уме? При чём тут Женя? Ты же знаешь. Все знают. Мы просто занимались. Я помогал ему. И сам готовился. Мы просто друзья. — Да? — ещё больше сощурился Кутепов, до сих пор ни разу не моргнув. — А у самого Женьки на этот счёт другое мнение. И Ник думает так же. — Ник? Коля думает, что я с Женей? Дурдом. Мир, да все ребята знают, что Женька не такой, как мы. То есть… Постой. Ты хочешь сказать, что Женя гей? — Андрей, ты дурак? Мир отвёл наконец взгляд, изобразив на лице пренебрежительную ухмылку. Этот разговор не нравился ему с самого начала. В разговоре со своим парнем они часто обсуждали эту больную тему, потому что Мир действительно очень сдружился с обоими, но Коля был ему ближе, даже со всеми его выкрутасами. Ярослав поначалу смеялся и шутил по поводу «паузы», которую так глупо, по его словам, решил сделать рыжий друг его мелкого. По его словам, это было необдуманно. Обычно пауза — это предвестник расставания. Поэтому неудивительно, что теперь сложилось всё именно так, а не иначе. «Мир, я тебя умоляю, не лезь в их дела. Я знаю, что по доброте своей ты захочешь им помочь. Но, пожалуйста, дай им самим во всём разобраться», — несколько раз просил Ярик Мира по телефону. Мир не лез. Он просто старался выслушать депрессивные и слёзные россказни Оленёнка, поддержать его добрым словом и уверениями, что скоро всё будет хорошо. И так бы оно и случилось, потому что на выпускном Ник обещал подойти к своему Дюше и сказать, что он больше так не может, что, скорее, сдохнет, чем будет поддерживать этот фарс в «разлуку на время». Однако что случилось на выпускном, Мир не знал. Коля попросту перестал ему звонить, а в последние дни в школе старался избегать разговоров. Мало ли, подумал Кутепов, эгоистично радуясь, что его оставили в покое. Позже, сразу после выпускного, он об этом сильно пожалел. Ник пропал с праздника, а затем и из его жизни вообще. На телефон не отвечал, дома его не было. «Уехал поступать», — сказала мама. А через три дня Коля объявился. Позвонил с неизвестного номера. То, что рассказал Ник о последней встрече со своим бывшим, было как гром среди ясного неба. Андрей с Женей.
