Из века древних богов, воителей и королей

Еще в Потейдеи, где готовая похоронить прошлое вместе с собой Зена нарвалась на армию Дрейко и нечаянно встала на путь добродетели, она поняла, что Габриэль импульсивна и непредсказуема. Хотя, впрочем, предсказуема, конечно, ведь всегда ожидаешь, что она выкинет что-нибудь эдакое. Чаще всего ее фокусы сходили ей с рук, только укрепляя блондинку в правильности такого поведения. А Зене оставалось только воспользоваться преимуществом высокого роста в битве за место у бойницы и восхищенно наблюдать за тем, как мастерски Габриэль расправляется с великаном – наверняка вечером еще и хвастаться будет. Да что там вечером, недели две, не меньше. Зато хоть спустит пар. Габриэль давно уже не наивная деревенская девчонка, полная юношеского максимализма, она должна понимать, что некоторые вещи на войне неизбежны... Пожиратели снова отступили, чтобы зализать раны: в своей агонии великан как минимум покалечил многих. Тираны и завоеватели любят привлекать на свою сторону такую силу, и даже не думают о том, что будет с ними и их армией, если великан вдруг обратится против них. Зена заметила одну странную вещь: великаны этого времени выглядели хуже прежних, словно деградировали, откатились в каменный век. Она еще помнила Голиафа и его жену: те были мирными, культурными людьми, а эти просто звери, живущие жаждой крови. Чтобы не терять времени зря, враги подогнали другого великана к стене, и Зене пришлось давать детишкам обещанный урок по легкому и простому не магическому способу уничтожения этих тварей. Небезопасно было стоять прямо перед выбитым настежь окном, но через бойницу не постреляешь из пращи, а Пожиратели все равно отступили подальше, наученные опытом, и с такого расстояния им точно не дотянуться до нее своими разноцветными лучами. Великан, привыкший, видимо, только к волшебникам, усмехнулся при виде крутящего пращу человека – с улыбкой на лице и умер, когда камень с неприятным треском врезался ему в мягкое место на черепе прямо над переносицей. Старательно оббегая падающее на спину тело и не веря своим глазам, Пожиратели потянулись было к замку, но Зена уже ушла под защиту стен. Детям больше не требовалось особого приглашения: на врага обрушился шквал чар разной степени смертоносности. Это дало им полчаса, в течение которых Пожиратели обсуждали тактику, и еще столько же времени, которое понадобилось, чтобы согнать оставшихся великанов к воротам. По стене забарабанили грубые дубины из вырванных с корнем деревьев и обструганных, прямых, похожих на корабельные мачты столбов – Зена ни за что не признала бы в них столбы электропередач, как некоторые магглорожденные. Замок снова сотрясся. Пыль, щебень и дрожь земли надежно прикрывали великанов, и только одному из защитников удалось попасть из арбалета между глаз великану, кроме самой Зены, конечно. Воодушевленные твари залупили по стене с удвоенной силой, а один из них, подобрав молот, что было сил треснул по воротам, почти ломая их надвое. Враги радостно взревели. Зена выругалась. – Что теперь? – спросил побледневший Невилл. Зена поправила выбившуюся из собранных на затылке волос прядь и вытянула меч из ножен. – Мы идем вниз. Остальные продолжают стрелять по великанам. Цельтесь наверняка, стрелы не бесконечные. – Отчего же? – на второй этаж поднялись деканы Рейвенкло и Гриффиндора. МакГонагалл удалось поразить воительницу прошлого простейшим – для нее – заклинанием дубликата, удвоившим количество сложенных у стены колчанов с арбалетными болтами. А Флитвик задорно подмигнул заметно успокоившимся при виде профессоров детям и застывшей с удивленным лицом Зене. – Помона побежала к ребятам в засаде, они решили добавить еще сюрпризов нашим захватчикам, – весело начал профессор, поднимая и свою палочку. – А мы с вами давайте-ка вспомним, что мы все-таки волшебники! Взмах, и вспыхнувшее на мгновение огненное кружево опустилось на оттягивающее руки оружие подростков. Стрельба пошла веселее – следующий же болт, попавший в великана, взорвался с приличной мощностью, оглушив и жертву, и двух ее ближайших соседей. И дав им фору с воротами. – Хм, неплохо, – склонившей голову в признании собственной неправоты и забывчивости Зене пришлось сделать над собой некоторое усилие, чтобы побороть удивление. Хорошая все-таки вещь эта магия, ничуть не хуже старой доброй Черной Пудры. Собравшись, она рванула в Холл, увлекая за собой воодушевленного Невилла. – Будешь командовать своими людьми в засаде. Объяви им готовность. Как только с ними поравняются вошедшие в замок, – она мотнула головой в сторону треснувших, активно добиваемых молотом ворот, – пусть бьют через коридор на поражение всем, что у них есть. – А вы? – для Лонгботтома странновато было действительно заботиться о судьбе человека перед ним, даже если он и не являлся больше Северусом Снейпом. Но этот человек был их последней надеждой. Даже если и сражался мечом вместо магии, и сжимал сейчас этот меч с решительным и отстраненным взглядом готового умереть. – А я заманю их к вам. Вперед, выполнять, солдат! В который раз подавив отклик “Есть, сэр!”, Невилл со всех ног побежал в противоположную сторону от ворот, куда направилась Зена. Перехватив меч поудобнее, чтобы сразу начать отражать летящие в нее заклинания, она встала точно напротив разрушающихся ворот и считала оставшиеся удары. Один – створки почти разошлись, два – треснули посередине, поперек, и разваливаются на четыре части, удерживаемые лишь запорами. Три – разлетаясь щепками по холлу, выпали вовнутрь, по инерции проехав по гладкому мрамору пола, остановившись прямо под ногами Зены. Злорадно скалящееся лицо великана на миг промелькнуло в проеме и уступило дорогу осторожно пробирающимся внутрь воинам авангарда. Пятнадцать человек. Жаль, что не больше – чем больше их тут погибнет, тем меньше останется держать осаду. Эти не гадали по поводу лояльности Северуса Снейпа к своей организации, они вряд ли даже разглядели, кто перед ними, в этих клубах каменной крошки и пыли. Но точно удивились, когда Зена с резкими яростными выкриками приняла первые зеленые лучи на клинок, отбивая их обратно. Два ударились в стены, заставив некоторых тревожно пригнуться, а один угодил прямо в лоб одного из удачно столпившихся посреди холла Пожирателей. Не дожидаясь, пока они опомнятся или даже пока рассеется пыль, Зена выхватила метательный нож с пояса и запустила его в следующего, даже не успевшего схватиться за неожиданно появившуюся в груди рукоять. Зена злобно расхохоталась и отсалютовала им мечом, прежде чем развернуться на месте и броситься прочь, в дальний конец коридора. – За ним! Предсказуемо. Они погнались за ней прямо в ловушку. Если бы только у нее было больше времени, она и вдвоем с Габриэль смогла бы оборонять этот замок, запустив всю их армию внутрь и устраняя по одному. Вот бы она поскорее явилась с подмогой. Зена пронеслась мимо одной из ловушек, почти физически ощутив взгляды переволновавшихся детей и еще что-то настолько же тревожное и опасное. Хорошо, что они удержались от мгновенной атаки и не выдали себя, хотя это почти наверняка стоило им всех запасов выдержки – и почти наверняка было заслугой профессора Спраут. Да и Невилл схватывал все на лету. Первый пост открыл огонь только когда с ними поравнялся хвост бегущего за Зеной отряда. Вместе с условно-убивающими заклинаниям защитники забросали врагов какими-то странными снарядами, издававшими совершенно душераздирающие звуки из глубин Ада. Зене пришлось плотно зажать уши, а потом на бегу упасть на пол, чтобы уклониться от шквала заклинаний, выпущенного по догоняющим ее Пожирателям вторым постом. Новая партия не спешила заходить в замок. Защитники, засевшие у бойниц, старательно осыпали чарами и зачарованными стрелами вяло отвечающих Пожирателей, а те, очевидно, ждали, пока авангард расправится с ними, освободив дорогу внутрь для всех остальных. Не будь их плана с Габриэль и кентаврами, Зена приказала бы Минерве направить на них своих железных и каменных големов – но те пока были нужны для маневра с вылазкой, с минуты на минуту. Великаны, как они обычно и делают, решили не следовать выбранной тактике своих человеческих соратников – подначиваемый своими собратьями, тот, кто добил ворота, решил сам заняться “лучниками”. Он тряс землю, подпрыгивая и в прыжке пытаясь достать дубинкой до окон второго этажа. Парочку проломил, но в основном его урон прошелся по психике юных защитников, не ожидавших такого. Зене нужно было что-то сделать. Или подняться наверх и привести до сих пор не понимающих слово “война” детишек в чувство парой пинков, или самой разделаться с великаном. Радиус обстрела отогнал Пожирателей далеко за пределы внутреннего дворика, а “попрыгунчик” поднимал достаточно пыли, чтобы человека под его ногами никто не заметил. Зена подхватила брошенную кем-то из железных големов алебарду и выскользнула за ворота. Удачный бросок и в очередном прыжке великан наступил прямо на выставленное лезвие, оглушительно взревев от боли. Не теряя времени, Зена выбежала и полоснула его мечом по икре здоровой ноги, заставив великана взвыть еще громче и комично перепрыгнуть на другую. Напрыгавшись и перестав поднимать столько пыли, великан заметил мелкую помеху и замахнулся на нее дубиной. Но Зене было не занимать ловкости даже в заимствованном теле – дубина впустую ударила по земле в нескольких метрах от нее. Этот промах стоил гиганту болезненного глубокого пореза на запястье. Он жалобно взвыл и покачнулся. Зена успела заметить, что около нанесенных ее мечом ран слегка чернеют вены – не так заметно, как это было бы у человека, из-за исключительно толстой кожи великана. Значит, ее клинок еще и отравлен – какая все-таки уникальная вещица! Выходит, получится извести этого монстра еще раньше – от кровопотери из мелких ран он умирал бы слишком долго. Один на один Зена могла бы хоть весь день играть с ним в кошки-мышки. Движения гиганта, и без того не отличавшиеся ловкостью, все замедлялись из-за проникающего в кровь яда. Ей достаточно было сделать шаг в сторону, точно танцуя. Но соратники этого парня не стали просто смотреть – все уцелевшие великаны, которым удалось поместиться в разрушенном дворике – в общей сложности пятеро, – присоединились к веселой игре “пристукни Зену”. Вдобавок, шаг за шагом, насколько им удавалось в этой толчее и пыли, великаны теснили Зену от ворот, заставляя подставить спину подтянувшимся Пожирателям. Танцевать со смертью стало существенно сложнее. Чиркающие мимо заклинания не причиняли практически никакого вреда великанам, но, уворачиваясь от них, Зена могла пропустить удар дубины – а достаточно было пропустить только один. Великаны знали это и скалили зубы в улыбке. Возможно, один из них даже сожрет ее перед смертью – впрочем, вряд ли они понимали, что отравлены ядом василиска. Зена и сама не знала, что это за яд и как долго он должен действовать. Поранить каждого она не успела – меч все-таки пришлось вложить в ножны и перекрутить перевязь на спину – иначе он мешал бегать и прыгать. Заклинания летели почти сплошным потоком, и со стороны притаившегося на безопасном расстоянии врага доносились смешки забавлявшихся человеческими мучениями извергов. Зена бросалась из стороны в сторону, пытаясь обойти великанов и прошмыгнуть обратно к воротам, перепрыгивала и перекатывалась, но те уверенно теснили ее прочь, ближе к своим соратникам-людям. Удалось разве что укрыться от разноцветных лучей за обломком последней из почти уцелевших стен внутреннего дворика, но это было ловушкой. Места для маневра не осталось. Разве что запрыгнуть к одному из них на дубину и по руке добраться до горла, повторив подвиг Габриэль – а что, идея. Зена подобралась и приготовилась к прыжку, когда первый великан занес свое оружие над ее головой, торжествующе хрюкая, но вдруг откуда ни возьмись в его лбу, в том самом мягком месте, выросло зеленовато-черное оперение стрелы. С диким гиканьем и свистом по относительно ровной поляне из леса несся внушительный отряд кентавров. Голов пятьдесят на первый взгляд, хотя, конечно же, меньше. Сбивая ноги в галопе, они орали ошеломляющий воинский клич и без устали пускали стрелы в смешавшиеся ряды врага. Зена, подавив облегченный вздох, повернулась к стене и издала переливчатый свист-сигнал. Из ворот высыпал отряд големов и яростно бросился на Пожирателей. Подошедших было снова к стене оставшихся великанов встретила волна арбалетных стрел. Темная фигурка во главе клина кентавров взмахнула удерживающей лук рукой, и стадо плавно повернуло в сторону ворот, прямо на соединение с железным воинством. Уже изрядно покалеченные арбалетчиками великаны оказались между молотом и наковальней, а не пристрелянные кентаврами Пожиратели спешно убирались в сторону, не желая быть растоптанными. Только окрик военачальника заставил их сделать попытку сомкнуться за спинами спешащего стада. Те ответили парфянским выстрелом, что кентаврам давался просто без всяких проблем в силу физиологии, и последний рывок увенчался успехом. Резко притормаживая на брусчатке и скользя копытами по мрамору пола, воинство кентавров залетело в холл, и МакГонагалл с Флитвиком, подняв палочки, дружно проревели “Репаро”. Ворота скакнули с пола прямо на свое законное место, потрепанные, но более-менее целые. Перепуганные дети, которые по идее должны были оставаться на своих местах, высыпали к ним вслед за Невиллом и его призовой командой. Потрепанная боем с великаном Зена подавила желание броситься к Габриэль, которую аккуратно ссаживал со своей спины лидер кентавров, и вместо этого скомандовала детям и профессорам: – Давайте вместе! Ответом был многоголосый хор – “Репаро!”. Все двадцать с небольшим студентов и чуть более десятка оставшегося персонала дружно подняли палочки, и ворота стали почти как новенькие. Дальше пошел колдовать уже один Флитвик, причудливо выворачивая сверкающие фигуры своей палочкой. Только теперь Зена позволила себе пойти за утешением к родственной душе, глядевшей на нее с тем же болезненным беспокойством, какое, несомненно, читалось сейчас на лице самой Зены. К очередному удивлению остальных они заключили друг друга в крепкие объятия – кем бы ни приходились друг другу прежние хозяева их тел, сами они не испытывали ничего, кроме любви. Любовно взъерошив волосы Габриэль, Зена заметила с улыбкой: – Способ номер три? А как же зеркала? Та фыркнула, блеснула довольными глазами и прижалась щекой к груди подруги. – Ты вечно будешь припоминать мне ту историю? Зена еще раз взъерошила ее волосы, вызвав протестующий возглас. Их ссора была забыта – до поры. Как неспокойно ей было, когда они с Габриэль разделялись, особенно в этом, чужом для них мире, где кроме друг друга, у них не было никого. Магориан, лидер кентавров, старательно игнорировал шокированные взгляды детей, и вспоминал слова Ронана. Среди их стада и поколения, Ронан владел сильнейшим Даром – звезды говорили с ним. Даже несдержанный Бэйн прислушивался и смирялся в его присутствии. Магориан приблизился к высокому черноволосому человеку, обнимавшему ту, что назвалась Габриэль – принцессой амазонок. Судьбы действительно идут неведомыми тропами. – Зена, как я понимаю? – начал он, нервно хлестнув черным хвостом по боку. Человек склонил голову и охотно пожал ему руку. Зена. Зена, воительница прошлого, когда-то Враг кентавров, уж они-то помнили, а затем – Друг, наравне с Борайесом, которого, как они доказали, Зена все-таки не убивала. Та, кто спасла всех кентавров и амазонок – на время, но все же, – и помогла заключить между ними вечный мир. Та, кто принесла в этот мир Зенана-Праотца, приняв его у матери. Та, кто защитила Зенана-Праотца от гибели, а заодно и его жену и сына. Неоднозначная героиня в теле неоднозначного директора Снейпа. Люди могли писать в своих газетах, что им было угодно, люди могли распускать свои сплетни и строить интриги, но кентавры знали об убийстве предыдущего директора. Даже без всякой мистики: сам Магориан был тем, кто подслушал разговор старого директора с нынешним от начала до конца, и поразился такому – принудить человека отдать свою кровную невинность, и ради чего? Завоевать доверие врага? К чему такие ухищрения, не проще было бы убить именно врага? – Спасибо, что пришел, – просто сказала Зена, глядя ему в глаза. Магориан еще раз хлестнул свой бок хвостом, переступив ногами. – Твоя подруга привела неоспоримые аргументы в пользу этого решения, – осторожно отозвался лидер кентавров. Зена тепло улыбнулась. – Это она умеет. Бросив быстрый взгляд на стоящую рядом безмятежную амазонку в теле мальчишки, кентавр облизал пересохшие губы. Это она нашептала ему про слабое место великанов, когда стадо замерло в ужасе на границе леса. Их же затопчут, думал тогда Магориан, от них останется только воспоминание, и не настоящее – а так, людские легенды. Но он поднял свой верный лук и выстрелил, когда одна из тварей повернулась к лесу лицом. Глупая тварь – даже не удосужилась забрать шлем с трупа товарища. Амазонка не солгала про уязвимость: его стрела пробила череп с такой же легкостью, как череп оленя. Магориан не обладал сильным Даром, и звезды с ним не говорили, но зато он мог попасть из своего лука в глаз зайца через все Черное озеро в ветреный день. – Каков твой дальнейший план, Зена? Воительница мгновенно поменяла выражение лица на серьезное, деловое. Все, что кентавр знал о Зене – легенды и предания глубокой старины – вдруг стали осязаемой правдой. – Если у твоих есть раненые, скажи любому из наших, они отведут их в госпиталь. Затем собери своих лейтенантов и встречаемся в Большом Зале. Нам нужно посовещаться. Зена ушла, увлекая свою Габриэль и парочку профессоров и студентов. А Магориан застыл, глядя ей вслед. Зена, Разрушительница Наций, Королева Воинов, фаворитка Ареса. Когда-то давно она могла завоевать весь мир, и завоевала бы, если бы Борайес не остановил ее. Ценой своей жизни. Своей кровью он залил огонь в ее душе, огонь, жаждущий уничтожить все живое. Звезды в чем-то были правы, когда предрекли, что грядет неведомая сила, такая сила, в сравнении с которой Волдеморт, главная угроза столетия, – просто пшик. Магориан всерьез испугался, когда прорицатели-звездочеты донесли это до стада, и начал готовиться к войне на уничтожение. Но теперь в его сердце поселилась надежда. Если та сила – Зена, то они спасены, а не прокляты.