Холден Уайт. Часть Третья.

В четверть двенадцатого, вечером Холден появился на заднем дворе «Дырявого Котла». В Лондоне было пасмурно и ветрено, моросил холодный косой дождь вперемешку с колючим мелким снегом. Юноша оглянулся на Аллею Диагон, освещенную фонарями. Она была прекрасна, он не мог припомнить, что бы ему приходилось бывать здесь ночью. Улыбка промелькнула на его лице при воспоминании о первом визите сюда. Как давно это было! Холден поправил на плече рюкзак и нырнул в гостиницу. Медленно он подошел к стойке. Уставшая миссис Лонгботтом взмахом палочки заставляла стулья переворачиваться и подниматься на столы. Женщина подняла глаза на вошедшего и, конечно, как он и ожидал, искренне заулыбалась. - Холден, милый мой мальчик! – воскликнула она. Юноша едва сдерживая улыбку покачал головой. Сколько раз он просил не встречать его этими фамильярными приветствиями, но хозяйка "Дырявого котла", или не слышала или не хотела его слышать. - Добрый вечер, миссис Лонгботтом, - махнул он рукой и, подойдя к стойке, оперся на нее руками. - Ох, ты будто сильно изменился… - Глупости, вы не видели меня всего несколько месяцев. - Ты растешь. Сколько в тебе? Поди шесть с половиной футов? – хитро улыбнувшись, спросила женщина. - Да что вы? Не больше шести. - Ах, какой ты хорошенький, Холден. Тут миссис Лонгботтом вышла из-за стойки и, подойдя к юноше, ласково потрепала его по щеке. Холден хотел было увернуться, но решил позволить ей этот сентиментальный жест. В конце концов, она относилась к той группе людей, которые заботились о нем в меру своих возможностей все его детство. Когда Холден приходил в Дырявый Котел, он неизменно получал самый вкусный пирожок, самую вкусную булочку… - Береги себя, - сказала она, как-то печально посмотрев ему в глаза, а затем поспешно спросила: - Давно ты здесь? Ведь вы с профессором Снейпом теперь в Канаде живете, я слышала! Тебе, наверное, нужна комната? - Да, я пробуду здесь несколько дней. Дела, - он усмехнулся, и миссис Лонгботтом понимающе закивала. - Ну что ж, твой номер, самый лучший в нашей гостинице, всегда ждет тебя. Она махнула палочкой и маленький ключик тут же оказался в ее руке, она тут же отдала его юноше: – Держи. Ты знаешь как найти комнату. Холден кивнул и тут же направился к себе. Да он знал, как найти комнату. В этом году он прожил здесь почти два месяца, перед тем, как уехать в Канаду. Комната была все та же что и всегда. Неизменно чистый и уютный номер. Холден бросил рюкзак на кресло и, не зажигая камин, подтянул стул к окну и сел. Под ним расстилалась аллея Диагон, но он видел лишь размытые пятна света и темноту. Дождь уже успел превратиться в полноценный и весьма сильный снегопад. Большие снежинки склеивались в комки и прилипали к окну. Тоскливо. Темно… Через четверть часа Холден разделся и забрался в постель. Нужно было хорошенько выспаться. Завтрашний день обещал быть безрадостным и полным забот. *** *** *** В десять утра Холден добрался до Уилтшира. «Ночной Рыцарь» оставил его прямо у ворот поместья Малфоев. Юноша, пошатываясь, вышел из автобуса, и дверь тут же захлопнулась за его спиной. Холден оглянулся, но «Рыцаря» уже и след простыл, только и остались борозды колес на снегу. Тогда Холден развернулся и осмотрел дом. Он впервые его видел, огромное роскошное сооружение столь же внушительное сколь и пугающее. Он протянул руку и попытался дотронуться до ворот, но рука его наткнулась на невидимую упругую преграду. Холден не сомневался, что так и будет. Он взмахнул палочкой: - Экспекто патронум. Перед ним тут же возник серебристый барс. - Dic ergo eis: Это Холден Уайт. Я пришел к брату. Vade! (Скажи им: Это Холден Уайт. Я пришел к брату. Ступай! (лат). Холден махнул рукой и Патронус тут же, просочившись сквозь решетки, направился к поместью. Юноша потер начавшие замерзать руки и сунул их в карманы, топчась на месте. Через пару минут Холден заметил, как двери дома отворились и на крыльцо вышел высокий, худой блондин. Это был Драко Малфой. Им уже приходилось встречаться, но говорить - никогда. Мужчина приблизился к воротам и снял защиту легким мановением руки. Несколько секунд оба молчали, пока Холден собравшись с силами, не сказал: - Доброе утро, мистер Малфой. Драко молчал. Губы его дрогнули, он поморщился, презрительно сузил глаза и, наконец, прошипел зло, приблизив свое лицо к лицу Холдена: - Я надеюсь, что ни это утро, ни последующий день, и ни те дни, которые вам осталось жить, не будут добрыми. - Меня зовут Холден Уайт, - невозмутимо сказал юноша, протянув руку мужчине, впрочем не особо рассчитывая на рукопожатие. Драко действительно проигнорировал этот жест и спросил: - Что вам нужно, Уайт? - То же, что нужно было вам, когда вы наведались к леснику Хогвартса и потребовали лису. - Вы его не получите! - Я ничем ему не угрожаю. Мне нужно лишь видеть его и поговорить с ним. - Вы уже достаточно хорошо пообщались с ним, разве нет? - Это было необходимостью. Я мог убить его или спасти… - Это вы называете спасением! Вы подлец! Но эти ваши жестокие козни – цветочки по сравнению с тем, что Райнер устроит вам, когда придет в себя и я буду на его стороне, когда он станет мстить! - Я вижу, вы очень любите своего двоюродного брата. Мистер Поттер рассказывал мне, что вы были не лишены благородства, хоть и были трусоваты… - Трусоват? – переспросил Драко злясь все сильнее. - Но я не вижу никакого благородства в том, что вы поддерживаете Райнера в худших его побуждениях. Неужели вы не понимаете, что он опасен? Драко уже собирался возразить и набрал побольше воздуха в грудь, но не начавшуюся тираду прервал донесшийся с крыльца оклик: - Драко! Вернись в дом, я поговорю с мистером Уайтом. Люциус Малфой шел по дорожке к воротам. Он приблизился к сыну, положил руку на его плечо и, посмотрев ему в глаза, сказал строго: - Иди в дом. Я сам. - И что ты скажешь ему? Что он молодец? Я знаю, что вы ненавидите Райнера, - начал было Драко, но Люциус молча покачал головой и указал подбородком в сторону дома. - Как скажешь, - Драко развернулся, направился к дому и, не оборачиваясь, бросил: - Но этот мерзавец не увидит Райнера, даже если мне придется сражаться со всеми вами, ясно? Когда дверь за ним захлопнулась, Малфой старший протянул руку Холдену и тот ее с готовность пожал. - Мы не знакомы лично, но мне многое о вас приходилось слышать, - сказал мужчина. – В числе прочего, я знаю о каждой вашей… Дуэли с моим племянником. Не могу сказать что одобряю ваши методы. - Мои методы? - Я бы на вашем месте давно убил его. Та угроза, которую он в себе несет – стала бы вам хорошим оправданием. Но… вы не убийца, нет. В этом ваше самое большое отличие от вашего отца, я полагаю. Услышав это, Холден тут же впился своими глазами в глаза Люциуса Малфоя и заметил, как в уголках их собрались морщинки – мужчина улыбнулся: - Вы ведь не думали, что мы не знаем. Райнер нам рассказал. Но вам не о чем беспокоится. Верьте мне, в этом доме двое против вас и трое за вас. - Я не понимаю. - Что тут не понятного, мистер Уайт? Я и Нарцисса…. Мы вынуждены были опекать Лестрейнджа. Вам, конечно, знакомо такое понятие, как Непреложный обет. Я дал его Беллатрисе Лестрейндж. Я клялся, что позабочусь о ее сыне. Это все что связывает меня и Нарциссу с ним. Драко, к сожалению, испытывает к нему настоящую привязанность, как к брату. Астория - его жена от этого не в восторге. Скорпиус – всего лишь мальчишка. Мы не можем поддержать вас открыто, но вы можете быть уверены, что препятствовать мы вам не станем. Сейчас не время и в дом вы не войдете, вы видите, что это грозит крупным конфликтом. Райнер слаб еще, и он никогда больше не будет достаточно силен, чтобы встретиться с вами один на один, в честной дуэли. - Это значит, он планирует нечто иное. - Да, это значит, что вам следует быть осторожней. Мы будем удерживать Райнера здесь в поместье всеми силами, мы попытаемся успокоить его. Но сомневаюсь, что у нас это получиться, - Малфой нахмурился, словно серьезно обдумывая что-то, а затем сказал: - Я напишу вам, мистер Уайт, если он попытается сбежать, исчезнет или если я узнаю о его замыслах, но не особо рассчитывайте на меня. И в следующий раз, когда вы встретитесь, вы должны убить его, потому что если вы этого не сделаете, он найдет способ убить вас. И помните, это будет не дуэль… Малфой кивнул Холдену, словно ставя точку в своем монологе. Холден ответил ему таким же кивком в знак того, что понял все. Тогда мужчина закрыл ворота и взмахнул палочкой, восстанавливая защиту. - Прощайте, - сказал он уходя. – И хорошенько поразмыслите над моими словами. Когда Люциус Малфой скрылся за дверью, Холден смотревший ему в след отвернулся и, подняв ворот куртки, отошел от поместья на несколько шагов. Он снова оглянулся, смерил взглядом дом, постоял, погруженный в размышления с минуту и, вздохнув, резко повернулся на каблуке. На аллее Диагон было шумно. Волшебники сновали туда-сюда. Множество детей пробегало мимо, в Хогвартсе продолжались Рождественские каникулы. Холден зашел в небольшое уютное кафе, чтобы выпить чашечку горячего кофе и согреться перед очередной прогулкой. Он решил пройтись по здешним магазинам, присмотреть себе парочку приятных и полезных вещиц, просто чтобы побаловать себя. Холден собирался остаться здесь еще на пару недель. За это время ему нужно было еще побывать в Хогвартсе, повидаться с Эвелин и, конечно, поговорить с профессором Грэйнджер. Ей наверняка не терпелось обсудить с ним сложившуюся ситуацию, дать парочку полезных советов и расспросить о самочувствии профессора Снейпа. «Да, я и впрямь становлюсь каким-то мягким. Прежде, я не испытывал этого чувства долга: сходить к тому, посетить другого, поговорить с третьим. Старею…» - подумал Холден и, улыбнувшись себе, он поднялся из-за стола, оставил на столе пять сиклей за кофе и чаевые и, все еще посмеиваясь, покинул кафе.