Дорога домой

Денис растирал виски. Он проснулся с тошнотой, от которой было не избавиться. Пропажа Кати заставила всю их импровизированную компанию понервничать, и он тоже не остался равнодушен – не так она и плоха была, чтобы желать ей чего-то, о чём даже думать не хотелось. Он ходил с Кольцовым по деревне – жуткой, населённой странными людьми, которые отказывались разговаривать, искал, кричал и страдал от боли в голове и усталости. Мало сил, а он безбожно и бестолково тратит их. К обеду они оба измотались и вернулись обратно. В избе никого не было. - Куда их черт понес? – Кольцов бушевал, не найдя Соню и Элю. - Искать пошли. - А их кто искать будет? Денис оставил этот вопрос без ответа. Он злился – собирался идти в монастырь, а вместо этого убил день на поиски. А ведь дней у него не так много. Таблетки спасают, и большую часть времени Денис слышит боль как будто сквозь пелену. Пелена эта лишает ярких эмоций. Лишает панических атак. Он словно во сне, в каком-то бреду. После скромного обеда он вышел на веранду. Несмотря на день – он тут мутный, серый, солнца не видно сквозь массив облаков – на улицах никого нет. Ни единого признака жизни. Нет ветра. Не поют птицы. Денису начинает казаться, что он уже умер. Но это – худшая из смертей. Он присел на покосившуюся перилу крыльца. Кольцов подтягивался на турнике от скуки, полный сил и энергии, какой Денис никогда не знал и никогда уже не узнает. Было в нем что-то от жизни, что-то простое и, каламбур, живое. То, как он двигался, как поднимался, напрягая мышцы рук, как довольно ухмылялся сам себе. Любит себя, тоже в наше время нужные способности. Денис очнулся не сразу. Остановив взгляд на Кольцове, он так глубоко ушел в себя, в это новое восприятие жизни и смерти, что не сразу понял, что взгляд его заставляет Макса подниматься активнее. Он пришел в себя от грохота, мата и звона упавших ведер. Кольцов сломал турник. Лицо у него до того потешное, что Денис сначала не смог скрыть улыбку, а затем и вовсе засмеялся от того, как Максим разглядывал железную палку турника в руках. Он давно так не смеялся. Это тоже что-то простое, что он упустил. - Чего ты ржешь, а если бы я что-то себе сломал? – Кольцов недоволен, но в нем нет злобы. Ему как будто бы тоже смешно. - Да по хуям вообще, меньше выебываться будешь, - Денис старался сделать серьезное лицо, но ему все равно весело. Так что он просто отвернулся, чтобы ненароком не распалить веселье Максима. - А то ты не смотрел, - донеслось до него. Денис давно не практиковался в скоростных ироничных ответах. Он склонил голову – Кольцов подтянулся на ограде крыльца, вторгаясь в его личное пространство. - А то ты не для меня выебывался, - нарочито тихо произнес Денис. - Ну посмотри хоть, как нормальные мужики могут, - ухмылка Кольцова была неприятной. Денис заозирался в поисках чего-то похожего на турник. Его не задело. Или задело. Он протянул Кольцову зажженную сигарету, и тот зубами ее забрал. Понтушник. Денис тронул какую-то палку, видимо, для сушки белья. Вроде выдержит. Давно он не тренировался. Первый раз – и руки моментально нагреваются. Это приятно. Второй раз – и горячо уже голове. Вероятно, ему противопоказаны физические нагрузки. Третий - и мышцы начинают дрожать, являя всю свою слабость. Четыре – голова кружится. Пять… - Ладно, ладно, я понял, ты еще и спортсмен, мистер труток. Не роди тут ежика. Денис отпустил палку и сложил руки на груди. Его начинало бесить, что для Максима нет никакого понятия о личном пространстве. К тому же ему дико неудобно в таком положении, когда его держат поперек бедер. - Опустишь или до дома донесешь? – с Кольцовым сложно спорить. Он тоже своего рода вампир. Но после перепалок с ним силы не уходят. Денис прислушался к себе – в самом деле. Скорее наоборот. - Ну, а хули нет-то, - и Денис испуганно схватился за его волосы, не ожидая такого резкого старта. Все вокруг странно кружилось. Он неуверенно посмотрел вниз – буйные кудри, забавный неровный нос. Раздражает, но Дениса тянет с ним спорить, иронизировать, обмениваться колкостями. - Куда дальше, мой капитан? – и все равно не отпустил. Макс посмотрел наверх, на Дениса. Серые глаза уставились прямо на него. - А дальше, будь добр, отъебись. И хотя Кольцов заржал над ним, он все же вернул Дениса на землю. *** Дождь вымыл московские улицы до блеска. Пахло ультрафиолетом раннего утра, горелым маслом из макдональдса и бензиновыми парами от вечных местных пробок. Игорь курил, привалившись к машине, и разглядывал мрачные тучи. Дождик то начинался, то прекращался. После перерыва на бургер у Игоря возникло странное ощущение усталости, какой он раньше не знал. Ему дико захотелось лечь и проспать часов двенадцать. Возможно, его измотала тревога. Он глянул через лобовое стекло на Разумовского – тот задумчиво поглощал деревенскую картошку и листал ленту в своём смартфоне. Он облизнул кончики пальцев и перевел взгляд поверх телефона на Игоря. Игорь тут же отвернулся, как будто его врасплох застали. - Нужно будет где-то поспать. Если там что-то стремное, туда лучше въезжать готовыми. У Игоря – странное ощущение, что там не просто стремное, а что-то критически важное. Он заставил себя снова посмотреть на Разумовского и не отводить взгляд. - У Титова большое состояние? Разумовский отвел взгляд в сторону, а затем снова вернул его на Игоря. - Немногим меньше моего, - ответил он спокойно, без доли хвастовства - Его могли просто украсть, подставить, ловушку устроить? - Наверное, все возможно. Игорь терялся в догадках. - Может, личные дела какие? – предположил он. Разумовский, облокотившийся на открытую дверь машины, снова подумал и отвел взгляд. - Боюсь, его предпочтения не предполагают сцен ревности и измен, за которые можно было бы убивать, - едва заметно улыбнулся он. – Но он бы не писал такую смс, если бы его украли. - А если не его хотят украсть, а тебя? У Разумовского – странная улыбка. - Тогда остается их только пожалеть. Игорь поневоле покрылся странными мурашками. - Это как-то связано с тем, что ты метаешь ножи, как киллер? – уточнил он совершенно серьезно. - Как ты думаешь, майор, у меня нормальная внешность? – Сергей заправил рыжие волосы за ухо. - Ну… нормальная, - не сразу ответил Игорь. Вообще-то он порывался сказать другое, но сам не понял, что именно. Разумовский поднял бровь. - Правда? - Может быть, отличается немного, - Игорь понял, что довольно предательски краснеет. Это заставило его вернуться к себе на водительское кресло. Что ему надо было сказать? Красивый он, богатей этот. - Знаешь, сколько раз я получал за то, что «отличаюсь немного»? – у него серьезный взгляд. – Мне пришлось научиться отстаивать право быть собой. За этими словами было много того, о чем Игорь не был готов думать. Он завел машину и покатил по пустой парковке. - Если честно, я бы лучше остановился где-нибудь здесь. Дальше так себе условия, - он снял толстовку, явно разогревшись после горячего кофе, что оставался в подлокотнике. – У тебя другие предложения, Игорь? Если я могу называть тебя Игорь. Игорь решил, что может. И отрывисто кивнул. - Других предложений нет. Я за пределы Питера все равно не выезжал. Я не знаю, что там дальше. - О, отлично, я тут как раз одно место забронировал, - он выставил в навигаторе другую точку. Игорь снова забыл попросить, чтобы оно было неприметным. Он тяжело вздохнул, подрулив к роскошному зданию в самом центре Москвы. Он моментально растерялся, когда у него попросили ключи от машины, и беспомощно посмотрел в сторону Разумовского. Тот прихватил сумку с заднего сиденья и перекинул через неё толстовку. Футболка его, такая же черная, обнажала напряженные предплечья. - Подгоните к семи утра, - Разумовский забрал у него ключи и кинул мужику в форме отеля. Игорь даже не знал, как называются такие люди. Разумовский был здесь как свой, хотя выглядел обычнее некуда. Или не очень обычно. Игорь уже не знал, что ему думать. Он стоял в небольшом отдалении, вернув Разумовскому карту. Тот перехватил ее двумя пальцами и развернулся к стойке регистрации в отеле. Облокотившись на нее и подперев щеку, он ждал, пока девушка их зарегистрирует. Игорь только молча отдал свой паспорт и старался делать вид, что он тут мимоходом. Должно быть, это странно выглядит – он заселяется в один номер с кем-то вроде Разумовского. С кем-то, кто не подходит под традиционные представления. Игорь осознал, что он нервничает. - Ставлю на секту. - Что? - Ну секту. Это где тебе обещают всякие блага мира и спасение, а в результате гипнотизируют и все отжимают. - Но счета Титова в порядке. Мы это проверили. Никто ничего не переводил подозрительного. Разумовский был так расстроен, как будто он уже был готов врываться в секту и во всех кидать ножами. Игорю иногда казалось, что его бросает от спокойствия к какому-то непонятному возбуждению. - Ваш ключ. Приятного отдыха. В лифте они поднимались молча. Игорь думал о том, что один он бы мчал дальше и не думал даже останавливаться, что, наверное, действительно было бы глупо. Он чувствовал себя усталым. Тенью он держался за Разумовским, а потом с некоторым удивлением оглядел апартаменты. Несколько комнат, несколько кроватей – Игорь выдохнул вдруг с облегчением – огромная ванная с гидромассажной ванной, огромный телевизор и балкон с видом на весь центр Москвы. - Дальше просто так себе отели, я посмотрел. Игорь облокотился о поручень вдоль балкона и курил, разглядывая огни Москвы. Столицы он не видел – не было денег и времени путешествовать. Отвечать не стал – об отелях он ничего не знает и не помнит, жил ли когда-нибудь в них в принципе. - А если их больше нет? Игорь провел по волосам. - Есть. Я бы знал. Это могло прозвучать глупо, но он еще чувствовал своего брата. Раздражающего. Бестолкового. Полного хаоса. Неуправляемого. Асоциального и одновременно гиперобщительного. - О, ну тогда ладно. Игорь остался в одиночестве. Он простоял минут двадцать, просто пытаясь освободить мысли, затем зашел обратно в номер. Выбрал себе комнату поменьше, менее броскую, с большой кроватью. Постоял, подумал, а потом прыгнул на нее с размаху. Классная. Его моментально куда-то погрузило и расслабило, матрас подстроился под его тело, от чего Игорь на секунду забылся. Он осознал, что задремал, только тогда ощутил, что на него смотрят. - Блин, я что, отрубился? – Игорь резко сел, потирая лицо. Сквозь расставленные пальцы он посмотрел на Разумовского. Тот сложил руки на обнаженной груди. Грудную клетку его пересекал шрам в виде креста. – О, это откуда? - Что? – Разумовский проследил его взгляд. – А, это. Прошлое, майор, прошлое. Игорь поймал себя на том, что ему приятно все, кроме странной его манеры разговаривать, порой вызывающей. - Ладно, буду это… Переодеваться. И хотя он отвернулся и дал понять, что разговор окончен, Разумовский ушел не сразу. Игорь ощущал на себе его взгляд. И, черт его побери, если он не реагировал. *** Денис проснулся резко, как будто его швырнули в воду. На мгновение он услышал какой-то звук, что-то из больницы. Увидел много белого. А потом перед ним – снова та же деревянная стена, грязный бок печки и на нем самом – чертовы руки. Он лег обратно на подушку, глубоко дыша и стараясь не обращать сейчас внимание на то, что он снова в объятиях. Он почти привык. Опасное привыкание. - Ты заебал, слышишь, - Денис толкнул Максима. Тот недовольно что-то пробормотал во сне. Денис толкнул его еще раз. - Да какого хуя, - Кольцов открыл глаза и нашел его взглядом. Проанализировал руки и ноги, которыми держал Денис. - Ты, блять, что, Сплина переслушал? – Денис осознавал, что просто проецирует свое общее недовольство на Максима, который просто был рядом. - Ты заболел, какого Сплина? – взгляд его еще странный, сонный и ничего не понимающий. - Даже если уснули в разных местах, - простонал Денис. – Отпусти меня, ради бога, дай хоть поссать сходить. - Не, - Кольцов даже в сознании не стал убирать своих огромных рук. – Пропадешь как Катерина, с кем я сраться буду? - Переживешь, - Денис бессильно лег обратно на подушку. – Пропаду и хер бы со мной. - Не, так нельзя. Хер бы с ними, - поправил его Кольцов. - Тебе чего, присунуть некому? – Денис повернул голову. Получалось, что лежали они нос к носу. Идиотская ухмылка Максима была ему ответом. - Есть варианты? – хрипло спросил он, и Денис примерно понимал, почему малолетние дуры так на него ведутся. В нем действительно полно жизни. Энергии. Сумасбродства. Денис на некоторое мгновение пожалел, что он не малолетняя дура. Так было бы значительно проще. - Невинность на соседней кровати, ты попутал, - выдержать наглый взгляд Кольцова не составляло труда. Он усмехнулся еще шире и, наконец, поднял руку, отпуская Дениса. Тот закатил глаза и быстро поднялся на ноги. Он провел в идиотском деревенском туалете минуту или две – отвратительное место – а потом ходил по ночному участку, заросшему травой, и нервно курил. Его что-то отвлекало от мыслей о смерти и раздражало. Кольцов. - Ты метлу забыл, если улететь хочешь. - А нормальные шутки будут, или за триста остались? - Триста… - Ой, блять, нет! - Порадуй программиста! Денис потер щеки. Они горели. Голова ныла, но от всего этого его отвлекало только глухое раздражение. Если подумать, это было не так уж плохо. Он все же отвлекался. Взъерошил волосы нервно – челка отросла совершенно неприлично. - В чем твоя проблема, Ден? Что ж ты заебанный такой? Девчат не трогал давно? – продолжал доебываться Кольцов. Он сидел на перилах веранды и смотрел на него с видом полного психа. - Тебя ебет, кого я трогал или нет? - Конечно ебет, ты меня трогаешь. Денис поднял голову и уставился на него, как на полного кретина. - Это ты свои конечности не в состоянии контролировать, - не нашел ничего лучше Денис, затем понял, что тупо повелся на провокацию. – Дебил, - отозвался Денис и обнял себя руками. – Завтра же уеду отсюда нахуй. Сдался мне этот монастырь… - Зассал что ли? Ты ж как у Сплина хотел, а там выхода нет. - Еще раз твои конечности на меня лягут, я за себя не отвечаю. - А то что? – Кольцов вырос перед ним, разглядывая его сверху вниз с иронией и явно провоцируя. – Ударишь меня? – глаза его нельзя было назвать нормальными. У Дениса не было ответа. Что он сделает этой колокольне? Угрожать кому-то вроде Кольцова с комплекцией Дениса – провально и убого. - Массаж, - нашелся он. - Чего? – Кольцов искренне опешил. - Ну ты хотел, я и сделаю, - Денис постарался нехорошо улыбнуться, как это частенько делал Максим. – Девушки оценят. Кольцов посмотрел на него в явной задумчивости. Он ждал угрозу, но не получил ее, скорее наоборот – впал в ступор. - Контрл-альт-делит, Максимка. Перезагрузись. И он вернулся в дом, ощущая себя так, словно победил. *** Игорь должен был думать о том, что может его ждать в Топях, а перед глазами всплывали совершенно другие картинки. Его проклятье, его болезнь – он снова ощущает это состояние. У него не выходит контролировать это или абстрагироваться. Взгляд бесконтрольно шарит по обнаженным плечам, по выступающим ключицам, по шраму на груди. Влажные волосы, которые Разумовский небрежно завязывает. Его странные глаза, которыми он смотрит на Игоря так, словно видит его насквозь. Игорь пожалел, что вообще согласился. Он вышел на балкон набрать Диму. Шесть утра – он не подумал, что может его разбудить. Услышал только сонное «да». - Москву проедем, а дальше черт его знает, что со связью. - Понятно, - голос Димы был совершенно сонным. Игорь осознал, что слегка скучает. Там все было просто и логично. - У меня ощущение, что там… ну, что-то нехорошее, и оружие там не понадобится, - произнес он свои странные ощущения вслух тихо, чтобы не было слышно из номера. - Хочешь, я приеду? - Нет. Хотел бы… Да нет, вообще-то и не хочет. У Игоря навязчивое чувство, что он его предает с каждым днем все больше и больше, хотя ничего никому не объяснял. - Крутой отель, кстати. - Как ты узнал? - Разумовский постит все подряд. - О, - Игорь и не заметил. - И тебя постит. - Вот мудак. - Игорь… - А? - Осторожнее там, все дела. Ты уверен… Что можешь ему доверять? - Кому? - Разумовскому. - А почему нет? - Он… странный. - Я заметил. - Игорь…. - А? - У меня плохое предчувствие. - Нормально все будет. - Жаль, что я не он. - Что? Дима бросил трубку. Игорь посмотрел на мобильник с вопросами. С этими Топями все пошло по одному месту. - Ты на кой черт меня постишь? – Игорь сложил руки на груди. Он всерьез злился на Разумовского, что потягивал кофе, прислонившись бедром к столу. - Прости, - Сергей перевел взгляд на Игоря. Вообще никакого стыда там не было. – Больше не буду. У тебя из-за этого проблемы? Можно ли считать проблемами обиду Димы? - Просто больше этого не делай. Снова за рулём. Игорь слегка раздражен - ему не нравилось, что Разумовский что-то делает исподтишка. Первый час он смотрел только в ноутбук или телефон, а потом потихоньку заснул, склонив голову к плечу и обняв себя руками. Раздражение Игоря сходит на нет. Когда он был с Ваней, то часто уступал. Ваня был больше него, сильнее, и у него не было... Не было того, что шло от Разумовского. Обманчивая беззащитность. Уязвимость. Изящность. Такого не должно быть у парня, но у него было. Шло ему невероятно. Игорь ловил себя на мыслях и отворачивался. Подумал включить радио. Шла какая-то несусветная дребедень, которую слушали старики на дачах, и потихоньку Игорь отвлекался. Бормотал бессмысленные слова песен, где-то начинал постукивать пальцами о руль, а потом осознал, что тихо подпевает. Стеснялся. Пытался перестать, но ненавязчивые ритмы снова и снова владели его разумом. Он поздно заметил, что Разумовский улыбается с закрытыми глазами.