Не отдавай меня ему

Сексуальное желание в Реджине поугасло. Восторг в глазах Робина окатил ее ледяной водой. К ней вернулась малая часть воспоминаний, для неё это было почти что ничем, зато Робин воспринял это как победу. Она чувствовала, что была счастлива с ним, что любила его всей душой и сердцем, любила такой любовью, которая не проходит, но сейчас… Она ощущала себя так, будто должна научиться любить его заново. Поэтому Реджина поспешно застегнула блузку, уронив взгляд в пол.       — Мой рабочий день подходит к концу, я должна вернуться домой.       — Вернуться… Что? Ты с ума сошла? Я не пущу тебя туда!       — У тебя есть предложение получше? Подняла глаза, и их взгляды встретились. В его голубых — кристально-чистая любовь к ней, в ее карих — жгучая растерянность, обжигающая пустота.       — Мы можем уехать домой, прямо сейчас. Надежда… Казалось, она стала его вторым именем, его тенью, но для неё она не имела смысла. Мир Реджины пошатнулся. Она на грани. Держится уверенно, а внутри извергается вулкан.       — Не можем…       — Почему нет?       — Если Леопольд пошёл на такое… Кто знает, на что ещё он способен? Я не хочу, чтобы ты пострадал. Если он узнает, что ты здесь…       — Никто не знает, что я здесь. Я был осторожен. Реджина вздохнула. Все такой же упёртый. Она любит его, точно любит, но ее воспоминаний из прошлого не хватает, чтобы броситься в омут с головой. Сейчас он словно бывший муж, с которых они после развода остались в очень-очень хороших отношениях.       — Бесполезно просить тебя вернуться домой, да?       — И оставить тебя здесь одну? Ни за что! Он был непреклонен, оно и понятно. Он только что нашёл ту, по которой страдал пять лет. Ту, о которой каждый день напоминал своему сыну, чтобы тот не забывал, какая замечательная у него мама.       — Ко мне начали возвращаться воспоминания. Это наш шанс. Реджина подошла ближе и взяла его за руки. Прикосновение кожи к коже вызвало волну чувств. Она улыбнулась, глядя в его глаза. Где-то из глубин ее души наружу рвались забытые нежные сильные чувства к этому мужчине.       — Считай, у нас есть козырь в рукаве. Прежде чем уехать, мы должны понять, что произошло. Что сделал Леопольд и как он это сделал. Нужно выяснить, чтобы подобного не повторилось вновь. Если мы не покончим с ним сейчас, то он не остановится. Ты же знаешь его… Помнишь, как он флиртовал со мной прямо у тебя на глазах? Он помешан на мне. Это нужно остановить, иначе он не даст нам с тобой спокойной жизни.       — Ты права. Робин провел рукой по ее волосам, по щеке, кончиком носа дотронулся до ее носика и лбом прижался ко лбу.       — Я…       — Я знаю… Она хотела бы сказать, что тоже любит его. Она это знала, но не чувствовала.       — Я в полной растерянности, Робин. Мне нужно время…       — Я понимаю… Он оставил поцелуй у неё на лбу и отошёл назад.       — Что ты предлагаешь делать с Леопольдом? Нам нужен план.       — Пока что я продолжу играть роль послушной жены. Встретимся завтра, обсудим план.       — Хочешь, чтобы я сидел сложа руки и позволил тебе все делать самой?       — А что ты можешь в данной ситуации? Я прошу, не высовывайся, пожалуйста. Ты же не хочешь, чтобы наш сын остался без отца? А то и вовсе сиротой! Его взгляд въелся в ее глаза, наполнившиеся слезами. Он молча подошёл к ней и крепко обнял, предоставляя возможность выплакаться в его плечо. Реджина прижалась к нему, как ребёнок.       — Как там Роланд? Реджина шмыгнула носом, а мужская футболка впитала ее слёзы.       — Он вырос очень добрым мальчиком. И у него определенно твой характер. Он бойкий, смышлёный и очень умный. И он скучает по тебе. Как и я, все эти пять лет он ждёт тебя.       — Я очень хочу его увидеть…       — Скоро это произойдёт, уверен. Робин погладил ее по спине и оставил поцелуй на волосах.       — Мне пора… Так не хотелось покидать его объятия… Робин взял ручку со стола и на стикере написал адрес и телефон.       — Мой номер для связи, и адрес гостиницы, где я остановился. Реджина убрала стикер в сумку и подняла на мужчину тяжёлый взгляд.       — Все будет хорошо, Робин. Реджина видела, ему нужна поддержка не меньше неё.       — Я обещаю постараться, если не стать прежней, то хотя бы не испортить наш брак.       — Прекрати, ты ни в чем не виновата. Он стёр слёзы с ее щёк. Реджина достала телефон, нашла фото и показала его Робину.       — Ты знаешь этого мальчика? Робин всмотрелся в фото Генри.       — Нет. Кто это?       — Его зовут Генри — наш с Лео сын. Глаза Локсли полезли на лоб.       — Спокойно. Ему 10, он не может быть моим сыном. Да и сыном Леопольда тоже, если я верно помню, у него всегда была только дочь. Но… Я люблю этого мальчика… Он мой сын, понимаешь? В моей голове есть воспоминания о том, как я его рожала, как не спала ночами… И это воспоминания не о Роланде, а именно о Генри… Как такое может быть? Нужно выяснить, чей это мальчик.