Игра в ложь

— И что это значит?       Петра облизнула губы, посмотрев на свои колени. Лоб мужчины был прижат к её лбу, и когда она-таки соизволила поднять глаза, Тони увидел в них то, что хотел: решимость.       Он мягко коснулся губами её губ, почти неощутимо, нежно и сладко, невинно и будто боясь, что девчонка испарится, если он нажмёт чуть сильнее. Тони казалось, будто он ждал этого мгновения всю жизнь, будто только ради него он и родился. Целовать Петру было словно отпустить все грехи, хотя за этот самый поцелуй Тони был уготовлен отдельный котёл в Аду. — Мистер Старк… — выдохнула она, прижимаясь к мужчине уже не только лбом, но и всем телом; слишком резко всё встало на свои места, и Петра буквально почувствовала, как гравитация ударила её под дых. — Не говори сейчас, что пожалела. — Не собираюсь.       И Тони снова взял её губы в плен. Он готов был делать это весь вечер, всю ночь, весь завтрашний день и ещё сто тридцать недель после. Петра обхватила его лицо руками, и её пальцы судорожно запоминали каждую чёрточку, каждый изгиб, словно, придя домой, девушка села бы лепить его бюст. У Тони горело сердце и полыхала душа; не сдержавшись, он схватил Петру за ноги, раздвинул их, чтобы устроиться между, и опрокинул девушку на стол, навалившись сверху.       Петра чувствовала себя зажатой между льдом и пламенем: в то время как её спина соприкасалась с холодной поверхностью стола, другая её часть от лица и до низа живота будто покрылась лавой. Тони вёл, и это было непривычно, потому что в их тренировках мужчина заставлял её проявлять инициативу, чтобы Петра научилась быть уверенной, однако ей нравилось, как одна мужская рука держала её под коленкой, а другая — расположилась под головой, контролируя даже её позу. Петра не знала, что с ней происходило, но её тело само тянулось к мистеру Старку, будто ему наконец дали волю и оно не могло сопротивляться давно сдерживаемому желанию.       Поначалу Тони просто целовал её губы, посасывал, прикусывал, смаковал, как дорогой алкоголь, но потом начал вторгаться внутрь. Петра не считала его язык вражеским захватчиком, скорее — долгожданным гостем, потому её рот легко открылся, позволяя Старку хозяйничать в нём. Паркер не могла думать, что это неправильно или аморально, что это неприлично или чересчур ветрено для девушки, потому что последние десять минут она не думала ни о чём в принципе; ей было плевать на всё, кроме страстных движений чужого языка у неё во рту и противоречащих им ласковых касаний мистера Старка. — Босс, мисс Поттс просила напомнить, что завтра в девять часов совет директоров. Присутствие обязательно. Она также добавила, цитирую: «Никакие дешёвые фокусы не сработают».       Петра вздрогнула и дёрнулась вперёд, ударившись лбом о лоб Тони, из-за чего мужчина шикнул, а она смущённо-испуганно ойкнула. Старк выпрямился, а Петра приняла сидячее положение, неожиданно придя в себя. Пятница, как ни странно, напоминала ей о том, что они здесь были не одни. И речь шла не про искин, а про всех остальных обитателей Башни, коих было немало.       Тони же вдруг понял, что до этого ещё не сталкивался с тем, с чем, как он думал, столкнулся уже давным-давно. То ли тогда, когда не сказал Паркер, что в курсе её секрета. То ли тогда, когда поддался пьяной похоти. То ли когда поцеловал девушку в ванной. Но нет… Они нагнали его только сегодня. Прямо сейчас. Когда Петра ответила ему взаимностью.       Последствия.       Правда, разница была лишь в том, что теперь Тони наконец-то мог их принять.

***

— Вы так крепко сжали мою руку… — Я знаю о твоей привычке сбегать по ночам.       Они лежали на кровати в его спальне. Петра написала Мэй и Эмили, что останется у подруги, чтобы они не волновались. Врать ей было не привыкать, а переночевать у Старка она была просто обязана. Потому что иначе момент был бы упущен. Им надо было обсудить всё — или хотя бы самое важное — именно сегодня. Именно сейчас. Это знал Тони. И это знала Петра.       Вот только начать говорить о насущном было довольно сложно. — Я не сбегу. — Хорошо, — ответил Тони, но руку так и не отпустил. А минуту спустя не выдержал и спросил: — Почему ты поцеловала меня, Паркер? — А это так важно?.. Вы ведь ответили. — Так ты хотела проверить, отвечу ли я? — Возможно, — Петра хотела сжать ладонь, как часто делала, когда нервничала, но совсем забыла, что её уже взяли в тиски; однако её сердце замерло, когда мужчина успокаивающе погладил большим пальцем её руку, а затем поднёс замок из их сцепленных рук к губам и нежно поцеловал. — Мистер Старк, я… — начала она, чуть ли не плача; в горле застрял ком от этой жгучей ласки, и Петра была рада, что они лежали в темноте, так что мужчина не видел её выражения лица, хотя наверняка догадывался, каким оно было. — Петра, скажи мне, — после их ухода из мастерской к Тони вернулась способность мыслить здраво, поэтому, несмотря на его боязнь получить разочаровывающий ответ, Старк не мог не расспросить Паркер кое о чём, — ты поцеловала меня, потому что тебе было плохо?       В этот момент Петра ненавидела своё улучшенное зрение, благодаря которому она видела все эмоции, написанные на лице мистера Старка; он был так сокрушительно серьёзен, будто не верил ни во что, кроме только что сказанных слов. Петре отчаянно захотелось его переубедить, но все с трудом сотканные фразы застряли без возможности вырваться наружу, а мистер Старк всё смотрел и смотрел на неё с таким тошнотворным пониманием и принятием отвратительной действительности, что девушка почти задыхалась.       Тони больше не спрашивал. Он молча прижал Петру к себе, всё ещё держа её за руку, и поцеловал в лоб. Петра дышала ему в грудь и сжимала его ладонь в ответ. Чтобы хоть как-то показать мужчине, что её день не был плохим. Он был отличным, несмотря ни на что. Благодаря ему.       Петра постоянно просыпалась этой ночью. И каждый раз с удивлением осознавала две вещи: она не дома и рядом с ней мистер Старк. Затем она по несколько минут разглядывала его умиротворённое лицо и вновь засыпала. В семь утра у неё зазвонил будильник, и Петра успела выключить его до того, как мистер Старк проснулся.       Стараясь не разбудить мужчину, она попыталась тихонько подняться, но при первом же движении её пригвоздили обратно. Часто моргая и застыв в нелепой позе, Петра уставилась на Тони, который, несмотря на сонливость и лёгкую потрёпанность, всё ещё выглядел так, будто снимался для обложки журнала. Просто случайно задремал перед объективом. — Всё же сбегаешь? — поинтересовался он; его голос был хриплым после пробуждения. — Я… — растерялась Паркер. — Мне надо в школу. — Я тебя отвезу. — У вас совет директоров в девять часов, — сходу выдала Петра и, не дождавшись ответа мужчины, вскочила с кровати и направилась в сторону ванной комнаты, но внезапно остановилась на полпути. «Я опять трушу. Как всегда. Снова. Чёрт возьми, Петра! Если ты сейчас спрячешься… того, что было вчера, может не повториться». Развернувшись на пятках, Петра вернулась к кровати и села рядом с Тони. — Мистер Старк, знаете, сейчас мне очень хорошо. Точнее, честно сказать, у меня мозг взрывается от всего происходящего, но… — Он пристально смотрел на неё, сидя напротив и оперевшись на спинку кровати. — Со мной правда всё хорошо. Я чувствую себя превосходно. — К чему ты это? — не совсем понимая её, спросил Старк. — Вот к этому, — обняв миллиардера за шею, она поцеловала его, нежно и невесомо, оттянув его нижнюю губу и ласково посасывая её в течении нескольких секунд. Затем Петра отстранилась, предварительно проведя языком по губам Тони и легко чмокнув его, не забыв при этом покрыться краской, как при аллергии. — Вчера… Я поцеловала вас, потому что поняла, что давно хотела этого. И сегодня я всё ещё хочу делать это, — сказав это, она резко поднялась и убежала, закрывшись в ванной.

***

— Я уже начал думать, что ты вообще не придёшь… — этими словами её встретил Нед. — Ты опоздала на целый час, — затем его голос снизился до таинственного шёпота. — Что, с утра кому-то понадобилась Девушка-паук?       Петра громко засмеялась. Немного нервно и привлекая внимание окружающих. Потому так же быстро Паркер затихла, судорожно раскладывая вещи по парте.       Мда, сегодняшнюю причину для прогула можно было записать в список самых нелепых: пряталась от мистера Старка в ванной, пока тот не ушёл. Хорошо, что была Пятница, иначе она проторчала бы там весь день, не зная, покинул мистер Старк спальню или же нет. Петра была уверена, что после этой выходки мужчина непременно покрутит пальцем у виска при следующей их встрече и пойдёт в обратную сторону, лишь бы её не видеть. Однако всего пять минут назад на её телефон пришло сообщение от вышеупомянутого с заботливым «Ты добралась до школы?»       Думая о мистере Старке и о том, что между ними произошло вчера и сегодня, Петра напрочь забыла о ситуации с Флэшем и своей позорной фотографии, доступной любому учащемуся их школы, а может, и просто любому. На протяжении всего учебного дня Петра грызла карандаш, одолженный у Неда, и пыталась представить, что же будет дальше.       Потому что… и вправду, что? Ей всегда казалось, что она неплохо читает людей, но в итоге так сильно прогадала с Флэшем… а мистер Старк… он всегда был для неё закрытой книгой с множеством страниц на иностранном языке. Петра пыталась рассуждать логически: всё, что между ними произошло, буквально кричало о том, что она нравится Старку. Разве он ответил бы на поцелуй, если бы не испытывал к ней что-то? Разве стал бы он прижимать её к себе всю ночь, если бы она ему не нравилась? Казалось, всё было так очевидно. И всё же Петра боялась. Сама не знала, чем именно этот страх был вызван, но чувствовала себя последней трусихой и ничего не могла с собой поделать. Потому что…       Фактически она ведь призналась ему. Или что она сделала? Может, она и руководствовалась эмоциями, но ведь Петра говорила чистую правду и делала только то, о чём давно думала. Этим утром Петра в лоб заявила: «Я поцеловала вас, потому что хотела». Конечно, при желании это вовсе не обязательно понимать как «Вы мне нравитесь», но Петра была уверена, что легче интерпретировать это именно так, чем как-то иначе.       В школе было сложно. Петра не могла сосредоточиться ни на уроках, ни на Неде, без конца трещащем о Флэше, будто они вдруг поменялись ролями. Томпсона, кстати, сегодня не было, чего Петра, наверное, даже и не заметила бы, не упомяни об этом друг.       Паркер понятия не имела, что случилось после того, как они с мистером Старком покинули полицейский участок, и о чём мисс Романофф говорила с родителями Флэша и офицером, но, вероятно, там кипели страсти.       Несмотря на рассеянность и лёгкую слабость из-за пережитого стресса вкупе с некрепким сном, Петра не могла не заметить, как на неё начали смотреть учащиеся. Если вчера это были сочувствующие или же насмешливые взгляды, то сегодня лица студентов выражали либо уважение, либо удивление, либо страх.       Ребята из компании Флэша смотрели на неё, как на сумасшедшую.       Лиз и Салли по-прежнему презрительно фыркали, когда она проходила мимо, но, стоило ей вспомнить про их существование, как девушки быстро отворачивались и отступали, словно понимали, что нынешняя Петра может и за волосы схватить, и губу разбить. Петра, конечно, этого делать не собиралась, и, несмотря на очевидные плюсы вроде того, что теперь все знали, что она может постоять за себя, ей было неприятно из-за того, что многие думали о ней как о хулиганке. Потому что, чёрт возьми, её опозорили, ещё вчера над ней смеялась вся школа, а она просто отомстила виновнику. Не она начала первая.       Да, она не должна была его бить, но кто бы на её месте не разозлился? Парни из спортивной команды постоянно дрались друг с другом — и даже если это было в шутку, иногда их травмы могли оказаться посерьёзнее сломанного носа Флэша, — и никто их не осуждал.       Справедливость — штука редкая, Петра знала об этом. Отчасти из-за этого знания она и стала Девушкой-пауком. Но всё равно было обидно. Потому что складывалось ощущение, что себя защищать она была не вправе.

***

— О чёрт, — пробормотала Петра, резко остановившись у выхода из школы, из-за чего несколько ребят чуть не врезались ей в спину. — Петс, ты чего? Куда ты смот… О мой супергеройский Бог! Это что, То… — Петра инстинктивно захлопнула другу рот рукой, кинув на него отнимающий всё желание говорить и вообще издавать какие-либо звуки взгляд. — Ты снова стажируешься? — Петра подзависла, анализируя вопрос Неда.       Ну да, вообще-то, это было самым логичным предположением. Было бы намного страннее, спроси Нед, а не спит ли она с Тони Старком.       Петра себя накручивала. Впрочем, если Нед не думал о подобном, вовсе не значило, что вся остальная школа тоже поймёт всё правильно. Сделав несколько очень медленных шагов вниз, чтобы спуститься с лестницы, Петра вновь остановилась.       «Господи, ну почему он вышел из машины?» — панически пронеслось у неё в голове. На мужчине были кепка и очки, но тот, кто хоть раз видел его вживую (или был его горячим (очень горячим!) поклонником, как Нед, или видел его тачку вблизи, опять же, как Нед), узнал бы его даже с этой «маскировкой». О Петре и говорить не стоило. Ей повезло, что мистер Старк встал в конце парковки, ближе к выезду, благодаря чему не так много учеников обратили на него внимание (в особенности — на большие буквы «STARK» вместо цифр на номерном знаке). У кого была своя машина, просто сел в неё и уехал.       Петра и глазом моргнуть не успела, как Нед понятливо скрылся. Пока все активно покидали школу, она, будто в замедленной съёмке, шла к автомобилю мистера Старка. В голове каждую секунду мелькало что-то вроде «А вдруг он не за мной?» или «Может, это его двойник?». И девушка даже думала, а не пройти ли ей мимо, ну не пойдёт же мистер Старк следом?! И вряд ли он её окрикнет! Но очень быстро мозг подкинул ответ: пойдёт. Окрикнет! Или да, или нет — шансы пятьдесят на пятьдесят, это же Тони Старк! Весь белый свет не видывал более непредсказуемого человека. Поэтому, пока он, оперевшись на водительскую дверь, смотрел в телефон, Петра прошмыгнула на пассажирское сидение, громко хлопнув дверью. Через пару секунд Тони убрал телефон и сел на место водителя. — Зачем вы приехали? — Кто-то слишком долго мылся. — Вы могли бы отправить счёт за воду по почте, — нервно огрызнулась Петра, и Тони, мельком глянув на неё, хмыкнул. — Надо поговорить, Паркер, и ты это знаешь, — они выехали с территории школы, и Петре стало чуть легче дышаться; хотя теперь мистер Старк отнимал весь кислород. — Да, — спустя минуту ответила она тихо. — Знаю.       Ехали они недолго: мужчина отвёз её в хорошо знакомый девушке Куинс, припарковавшись рядом с домом. Петра могла бы понервничать, что их кто-то увидит, но, благо, окна в автомобиле Старка были затонированы. Это, конечно, успокаивало, но, в то же время, заставляло Паркер думать о том, что при таком раскладе внутри этой машины с ней может произойти что угодно; она может сделать что угодно. Петра еле заметно покачала головой. Что за мысли её посещали… — Разочарована, что я привёз тебя домой? — спросил мистер Старк. — Скорее, удивлена. — Что ж, тогда я огорчён, — глядя на неё и слегка улыбаясь, заявил он. Затем какое-то время оба молчали, собираясь с мыслями и ища подходящие слова. Тони смотрел вперёд, наблюдая за прохожими, которые спокойно шли по своим делам, в то время как Старк решался на, пожалуй, один из самых важных разговоров в своей жизни. Ему вдруг вспомнился день пресс-конференции, когда Пеппер приготовила ему сто и одну бумажку с вариантами ответов на любые вопросы журналюг, а он возьми и выложи все карты на стол. Я — Железный человек. Сейчас Тони хотелось обрести ту же уверенность, что и в тот момент. Тем более, всё, что произошло за последние двадцать часов, говорило о том, что его чувства взаимны, так что он был бы полнейшим кретином, если бы струсил даже теперь. Когда у него было больше шансов, чем когда-либо. — Петра, я влюблён в тебя уже давно. — Она резко повернулась и уставилась на него, как на восьмое чудо света; её рот открылся, чтобы — Старк не сомневался — обрушить на него поток информации, но Тони необходимо было договорить. — Это может показаться странным или пугающим, потому что между нами двадцать лет разницы… — Двадцать один год и почти три месяца, — отведя взгляд и скрепив руки в замок, прошептала Петра. — Да, — кивнул Тони. — Но я говорю тебе это, потому что… мне показалось, что между нами что-то произошло? Вчера и сегодня. Я хочу серьёзных отношений. С тобой, Петс, — не понимая её реакции (девушка просто застыла, прикусив губу), Тони откинулся на водительское кресло и уставился вперёд, чтобы говорилось легче. Потом и вовсе прикрыл глаза. Будто представлял их будущее, если она не сбежит от него в ужасе. Возможное будущее. — Со свиданиями, конфетно-букетным периодом, нелепым флиртом и держанием за руки. Я бы научил тебя плавать. И подготовил к MIT. — А я?.. — не поднимая глаз, неуверенно поинтересовалась Петра. — А что делать мне? — Всё, что захочешь, Петс, — искренне сказал он, посмотрев на девушку. — Но сначала. Выбери только одно. Соглашаться или же не соглашаться. Если мне всё приснилось, то я больше не потревожу тебя. Не думай, что из-за твоего отказа ты не сможешь летать между домами или работать в SI. Я просто перестану появляться перед тобой, словно призрак: у дома, у школы, у дурацкой подработки или даже автосвалки. И если когда-нибудь ты захочешь присоединиться к Мстителям, то я также не буду препятствовать. Короче говоря, я никоим образом не собираюсь давить на тебя. Я просто… — Я тоже, — перебила его Петра. — Что? — Кажется… я тоже влюблена в вас, мистер Старк.