Dark Side

Они решают поставить эксперимент. Цель - создание сыворотки «Супер-солдата», но каждая попытка прежде терпела крах. Единственный годный экземпляр был и остаётся «Зимний Солдат», но нужны ещё. Им нужна армия воинов, которые способны за считанные минуты победить противника, не задаваясь вопросами морали и не оспаривая приказы командиров. — Напомни ещё раз, что именно ты хочешь с ней сделать? — интересуется женщина в белом халате, уже преклонного возраста. — Если в её венах течёт малая доля сыворотки «Супер-солдата», то возможно у нас получится улучшить наш экземпляр и понять где мы ошибаемся. Мужчина, лет сорока пяти с зачёсанными волосами цвета смолы и шрамом над левым глазом, очередной раз заглядывает в микроскоп, изучая образец крови только что взятый у пленницы. — В крови Барнса больше сыворотки, чем в её! В чём смысл? — Труди, мне вовсе не нужно извлекать сыворотку из их крови, я хочу соединить наш экземпляр сыворотки и оригинал. Но портить «Зимнего Солдата» мы не можем, поэтому нужна она. — Эрик, девчонка не переживёт слияние. — Если так, то это будет очередной провал. Наука требует жертв. В очередной раз капая на кровь Николины один из растворов, Эрик победно улыбается, словно сделал величайшее открытие в своей жизни. — Готовьте девчонку. Начнём эксперимент. Ещё находясь на грани бессознательности и реальности, Николина не может самостоятельно передвигаться, поэтому её приносят в лабораторию, пристегивая очередной раз к металическому столу. Она пытается пошевелить рукой, но тщетно. Тело не слушается. Сил говорить у неё нет, остаётся лишь наблюдать, как какие-то люди в халатах ходят вокруг неё, что-то делают. — И так, эксперимент «Утренняя звезда» объявляется открытым, — говорит Эрик, а другой молодой человек записывает его слова в какую-то папку, — Объект: Николина Женевьева Картер. Двадцать три года. Оригинальная сыворотка в крови около двадцати семи процентов. Первый препарат вводится седьмого июля две тысячи четырнадцатого года. Закончив комментировать свои будущие действия, учёный приступает к практике. Поднося острую иглу к руке девушки, он ищет вену, чтобы попасть точно в кровяные потоки. — Пожалуйста, — шепчет Николина, пытаясь разжалобить его, — Не надо. — Ты должна радоваться, девочка. Ты станешь первой из нового состава «Супер-солдат». Ну, если выживешь конечно. Понимая, что помощи ей ждать не от кого, да и эти люди не станут её отпускать, Николина позволяет себе пустить слёзы, которые так и просились наружу уже несколько минут. Она ощущает, как острая игла проходит в её кожу, а вскоре жжение, когда сыворотка начинает проникать в её организм. Ей становится трудно дышать, будто на шее появляется петля, которая затягивается сильнее и сильнее с каждой минутой. — Показатели скачут, — смотря на мониторы, комментирует молодой человек, — Давление повышается. Пульс учащается. Очередная волна боли накрывает её, заставляя всё тело изогнуться. — Пульс за двести. Ещё одна волна и вновь тело девушки изгибается, как от удара электрошоком, только в несколько раз сильнее. — Давай девочка, давай, — смотря на её мучения и скачущие показатели, комментирует Эрик, желая добиться успеха. — Сэр, она не выдержит. Ещё немного и сердце откажет. — Не откажет! Последняя волна слишком сильная. Она пробивает всё тело Николины от макушки до самых пяток, заставляя упасть замертво с распахнутыми в ужасе глазами. — Пульса нет. Сердце остановилось. — Разряд, быстро!— командует Эрик, принимая бразды правления. Включив аппарат, настраивая нужные параметры, он касается груди девушки и по её телу проходит удар током. Но никакого результата. Эрик командует о перезарядке и увеличении показателей. Разряд. И вновь ничего. Все уже было сдаются, но поступает очередная команда на увеличение мощности и нового разряда. — Это бессмысленно, она не очнётся. — Я сказал, разряд! — яростно кричит Эрик, желая прийти к успеху. Очередной удар заставляет сердце девушки вновь забиться с бешеной скоростью, разгоняя кровь по всему телу. Она громко вдыхает, вырвавшись из рук костлявой смерти, но вскоре жалеет об этом. Всё её тело будто ломают изнутри, выворачивая наизнанку. Николина не может отчётливо мыслить, в её голове лишь громкий зудящий звон. Она кричит громко и яростно, выпуская всю свою боль наружу.

***

2016 Небольшая квартирка на отшибе города. Всего одна комната, раскладной диван и раскладное кресло. Чересчур маленькая кухня, где можно что-то разогреть и быстро съесть. Полноценного обеда на всю семью не состряпать и не разместиться. Окна закрыты светлыми шторами. Николина спит очень чутко. Любой шорох способен вырвать девушку из сонного царства. Она слышит едва уловимые стоны, открывает глаза, прекрасно понимая, что происходит. — Джеймс?! — шепчет Николина, пытаясь разбудить спящего солдата, — Джеймс, проснись. Она медленно приближается, касаясь рукой его плеча и тут же жалеет о своем решении. Хрупкую ладонь сдавливает металлическая рука до хруста, заставляя её застонать. — Джеймс, хватит! — кричит девушка, пытаясь освободиться. — Никки?! — резко отпустив её, Барнс пытается очнуться от ночного кошмара, приходя в себя. Он видит, как девушка прижимает покалеченную ладонь к своей груди и мужественно сдерживает свои стоны, дабы солдат не чувствовал себя виноватым за то, что причинил ей боль. Но это тщетно. Барнс сразу же ощущает неприятное жжение внутри себя, проклиная тот день, когда решил, что позволить Николине остаться с ним это разумная идея. — Прости меня, Никки, — шепчет Барнс, закрывая лицо ладонями. — Ничего страшного, я прекрасно понимала, что так будет, — храбрится Картер, отправляясь на кухню за стаканом с водой, — К тому же, она заживёт. — Тебе не следует так делать больше, поняла? — Я лишь хотела помочь тебе. — Мне не нужна твоя помощь. Николина делает большой глоток воды, желая прогнать подступающий ком в горле, дабы не расплакаться от ранящих её слов. Странно, но почему-то именно слова, сказанные им, приносят куда больше боли, чем поломанная кисть. — Ясно, — кротко кидает она, ложась обратно спать, но прекрасно понимая, что сон больше не придёт. Всеми силами, что у неё есть, Николина пытается унять дрожь в теле и пересилить подступающие слёзы, но тщетно. Она редко позволяет себе плакать, но сейчас просто иной случай. Картер так долго терпела внутреннюю боль, что больше не может сдерживаться, иначе просто взорвётся. Слёзы скатываются по носу, заливаясь в левое ухо, ведь она лежит на боку, специально отвернувшись от Барнса, чтобы тот не видел её слабости. Но предательский всхлип вырывается из её груди, заставляя Николину зажать рот рукой, чтобы этого больше не повторилось. Она очень надеется, что Барнс не слышал этого, иначе решит, что он вина её бичеванию. Отчасти, но нет. Сам того не желая, Джеймс лишь дополнил и без того переполненную чашу терпения. Сколько она уже так лежит и плачет? Слёзы всё льются и льются, будто им нет конца. И заставить себя успокоиться, она не может, мыслено проклиная свою слабость. Ощутив тёплую ладонь на своём плече, Картер замирает, едва заметно вздрогнув. Рука движется всё ниже, оказываясь на талии девушки, притягивая её ближе к своей груди. Уткнувшись носом в пшеничные волосы, Барнс делает глубокий вдох, а затем столь же протяжный выдох. — Прости меня, — шепчет он ей на ухо, затем касается его губами. По телу Николины проходит новая волна дрожи, но эта приятная. Очередное касание его губ на плече, позволяют девушке расслабиться и отпустить терзающие её мысли. Она больше не плачет. Развернувшись к нему лицом, она прижимается к груди Барнса, желая спрятаться в нём и в тоже время спрятать его от мучений и терзаний, что тревожат сны солдата каждую ночь. Размеренное дыхание Джеймса дарует ей успокоение и позволяет расслабиться. Слегка приподняв голову, она касается губами его шеи, ощущая как тело Барнса напрягается. Его ладони сжимают её майку. Немного больше усилий и жалкая тряпка разорвется. Она проходит языком вверх, оставляя влажную дорожку, касаясь его скулы оставляя очередной поцелуй. Затем находит губы и впивается в них жадным поцелуем. Слегка ещё солёные губы от слёз быстро становятся влажными от его языка, которым он, буквально, слизывает всю боль. Это больше походит на страстный танец двух влюблённых, которые хотят показать друг другу свои чувства. Николина и Джеймс не готовы признать, что это любовь, но безусловно, они оба стали очень близки за последние два года. Оба взрослые люди с потребностями и желаниями. Оказавшись сверху, Николина продолжает целовать Джеймса, попутно бродя руками по его накаченному торсу. Избавившись от верха, она оставляет поцелуй на груди, спускаясь всё ниже и ниже, заставляя мужчину закрыть глаза, наслаждаясь моментом. Дойдя до спортивных штанов, Картер медленно стягивает их вниз, но её руки перехватывают, заставляя в недоумении посмотреть на Барнса. Он тянет девушку к себе, вновь впиваясь в её губы поцелуем, снимая с неё майку. Его ладони гуляют по спине принося абсолютно неописуемые ощущения. Холод от металла и тепло от плоти сменяют друг друга так быстро, что не успеешь привыкнуть. Картер ощущает, как её штаны быстро слетают, оказываются на полу, а сильные руки Барнса насаживают девушку на себя сверху, заставляя запрокинуть голову и протяжно застонать. Оперевшись ладонями на его грудь, Картер начинает двигаться медленно, давая себе возможность привыкнуть к внушительному размеру, но вскоре терпение и самообладание покидают обоих, заставляя двигаться быстрее и быстрее. Не сдерживаясь, девушка стонет, сильнее возбуждая себя и партнёра. Джеймс перекатывается, заставляя Никки оказаться под его властью. Накрывая её опухшие губы очередным поцелуем, он продолжает то, что начала она. Его бёдра двигаются ритмично и быстро. Однако, Барнс вынужден контролировать себя, чтобы не причинить ей боли. — Да, Джеймс, быстрее, — стонет Николина, выгибаясь ему навстречу. Его гортанный рык возбуждает ещё сильнее, снося все рамки. Он поднимается с ней на руках, прижимая девушку спиной к стене и снова продолжает врываться в неё, заставляя испытывать уйму наслаждения. Её ногти впиваются в его спину, оставляя кровавые следы, принося лёгкий дискомфорт, вынуждая очередной раз рыкнуть. Первой накрывает Николину. Она вздрагивает и выкрикивает его имя, затем протяжный стон тонет в очередном поцелуе. Её обмякшее тело в его руках ещё немного вздрагивает, давая и ему возможность закончить. Прижимаясь друг к другу, опираясь о стену, оба рвано дышат, соприкоснувшись лбами. Они стоят так пару минут, затем Барнс возвращает её на диван, накрывая тёплым пледом, ложась рядом. Он прижимает девушку к себе, вдыхая такой манящий аромат волос, слышит как она уже сопит. Картер быстро провалилась в сон, а Барнс так и не засыпает больше, просто лежит рядом, слушая её размеренное дыхание и наслаждаясь недолгим умиротворением, что она ему дарует.