Жуткий городок

      «Ее черты будто отторгали свет, а неестественная поза внушала страх» Я выпучил глаза и заморгал, чтобы прогнать наваждение. Но дамочка, быстро спохватившись, выпрямилась во весь рост, и заговорила чересчур сладким голоском: — Чего крадёшься? Душу мою украсть хочешь? У чучела не видны были глаза, от единственного фонаря на всю улицу свет падал лишь на ее симпатичную зимнюю курточку, обрамлённую тоненьким белым мехом.       Ее нежный, схожий с детским, голосок продолжил: — Мне стоит тебя проучить? Будешь знать, как совать нос в чужие дела~ Ее явные манипуляции не понимал детский разум. Тоша нервно заулыбался и стал извиняться, давление на вежливость мальчика не прошло без следа - Антон почувствовал вину за то, что увидел, как лиса кормила собаку.       Лисичка нагнулась поближе и дотронулась слегка до плеча мальчика. Ее лисий кончик носа был весь в серебристых снежинках, она ткнула им мне в щеку. Мокрый. Я в миг окаменел, в попытках убрать жуткие мысли о том, что, может быть, это все-таки не маска. Но лиса, как ни в чем не бывало, сказала своим приятным, влекущим голосом: — Моя маска лучше твоей, милый. Я изнуренно встрепенулся ее словам, дрожь окутала мое тело, глаза вытаращились на ее силуэт, я почувствовал одновременно облегчение и тревогу. В этот момент пришло осознание мрачности момента. Таинственный облик, томный голос, темная в полумраке девчачья фигурка — всё это успокаивало меня, пробуждало интерес. Она — настоящий похититель, завлекший конфеткой ребёнка.       Своей маленькой, худенькой ручкой она потянулась к лисьей маске из папье-маше, но тут же опешила и уже испуганным голосом, выпучив стеклянные глаза из-под зверя, произнесла «не снимается». Мои серые глаза поползли на лоб, а напряженные руки потянулись к ней. — Как не снимается? Удивленным мальчишеским голоском сказал я, нервно смотря на хорошо прикрепленную шерсть на маске. Незнакомка резко залилась звонким, чудным хохотком. — Ты мне так нравишься, такой глупенький мальчик~ Плутовка добивалась чего-то, с откровенным незнанием города я не мог даже предположить что именно. Верно, она поставила какую-то цель и идёт к ней, какую роль я играю в ее голове? — Сладкий, в лесу опасно одному, а со мной тебя никто не тронет. Сегодня пойдёшь вновь туда? В дырках была лишь темнота: больше не видно было ее тусклых, непонятного цвета глаз. Сердце учащенно забилось, уши заложило, а руки вспотели — откуда она знает? Но мне и правда нужен был спутник. Возможно, она и не самый лучший вариант, но единственный точно. Стоило всё обдумать, и как можно лучше показать своё беспристрастие к делу. — Ничего не могу обещать Второпях по-детски взвизгнул я, раскрывая глазёнки в окулярах. И впрямь, глупый. Только сейчас смог рассмотреть ее глаза, они будто вернулись на место - "глазенки цвета болотной тины, но очень неплохой болотной тины. Я бы хотел, чтобы она стала моим другом, чтобы она помогла с расследованием" Глазки ее снова заблестели — то ли от слез, то ли от мимолетно нахлынувшего удовольствия. Лисья мордашка хищно ухмыльнулась. С невероятным артистизмом или правда не наигранной обидой продолжила: — Что? Как же так… Ты что...Мне не доверяешь... Каждое слово тянулось скрипуче, совмещая в себе вселенскую грусть и уныние. Не знаю, какую игру она ведёт, но ей стоит посвятить в неё меня, чтобы мы играли вместе. — Я почти расстроена тобой...       Мы знакомы всего ничего, как я могу ей доверять? Подумал бы я, но, к своему удивлению, я и правда почувствовал доверие, будто мы знакомы дольше чем один зимний вечер. Наверное, так и заводят дружбу все дети. Хотелось узнать ее ближе, возможно, это будет мой первый друг здесь. Узнать в конце концов, что скрывается под маской. Ведь все люди или звери хорошие в какой-то степени? Тем более, думаю, наш возраст не многим отличается. Мой наивный незрелый разум хотел, чтобы мы с ней поладили - она сможет привести меня к разгадке тайны, я чуял это нутром! В этот день мы встретились впервые.