Когда твой соулмейт – Америка

Но далеко Америка не ушёл, и Россия ещё пару минут выжидал момент, чтобы натянуть на себя первые попавшиеся трусы, выуженные из пакета. Здесь нужна была сноровка и вылизанная до идеала тактика, и пусть ситуация казалась донельзя глупой, к своей цели тот отнёсся очень серьёзно. С волос на кровать уже достаточно накапало, образовалось влажное пятно, да и с тела потихоньку соскальзывала невпитавшаяся полотенцем вода, отчего сидеть на прежнем месте становилось некомфортно. Когда мужчина отвернулся, а после и вовсе полез на шкаф искать давно забытую, видимо, аптечку, парень ловко метнулся на другую сторону кровати и проделал незамысловатый трюк, защищая своё сокровище, уже осквернённое в ванной, от наготы. Спина с каждого движения повывала, и нет бы болела повсеместно: то в одном боку, то по позвоночнику, то вдоль и поперёк, да ещё и слабенько, неприятно, словно чудится. России это не нравилось, он и так и сяк искрутился, пока его драгоценный соулмейт, с покалеченным носом, добирался до заветного чемоданчика с неизвестно ещё какой лекарственной составляющей. – Не думаю, что там всё настолько плохо, чтобы перевязывать бинтами, – пробубнил сам себе американец, стаскивая на пол небольшой чемоданчик с жирным плюсиком посередине. Там его и оставил, утащив одну лишь перекись водорода и сухую салфеточку. – Обработаю тебе спину и пойдём есть. Россия же попусту не видел в этом смысла, посчитав недавние водопроцедуры достаточными для того, чтобы смыть со спины всю грязь, но большее недовольство, естественно, вызывала у него последняя часть предложения. Когда Штаты обернулся, то наткнулся на хмурую моську, которой явно было чем возразить, однако, подойдя к кровати, тот продолжительно шикнул и выставил вперёд палец, намекая на заткнуться. Парень посмотрел на руку, держащую смятую салфетку, и действительно проглотил слова, словно под действием заклинания, только этот эффект быстро пропал, американец не успел даже порадоваться. – Бесишь, я уже раз сто повторил, что не хочу есть, – уже не так агрессивно, видно, от накатившей усталости, высказался Росс, продолжая настаивать на своём. Америке это начинало надоедать, поэтому заместо обычного несогласия, он пошёл обходным путём, откладывая уговоры (а может и принуждение) на потом. – Значит просто поиграем в больницу, – натянуто улыбается и важно усаживается на кровать, – на живот переворачивайтесь, особо буйный. Россия закатывает глаза, после, решая, что добился некоторого прогресса, удачно игнорируя издёвку, сползает ниже, переворачиваясь на живот. С перекисью он знаком с раннего детства, поэтому болезненно шипящая жидкость на особо страшных ссадинах его никак не волновала. Максимум парень слегка ёжился или хмурился, претерпевая покалывающие неприятные ощущения. Вдруг Штаты склонился над ним и подул на ранку, преисполнившись не пойми откуда взявшейся заботой. Спроси у него, так мужчина сам не понял к чему был этот едва осознанный жест, и значения не придал, подумав, что так оно быть и должно. – Ты чё делаешь? – извернулся Россия, посмотрев на того снизу вверх, недоумевающе и негодующе. Тогда Америка задумался над правильностью своих действий, но никаких несостыковок не нашёл. А в чём, собственно, дело? – Совсем дурак? Дую, чтобы тебе не так больно было, – и ответ больше походил на претензию, таким же тоном сказанную. – Я тебе ребёнок маленький? – не оставляя последнего слова за своим соулмейтом, продолжил парень, – просто закончи быстрее и отвали. Штаты с усилием сомкнул челюсть, борясь с желанием вылить сразу всё содержимое бутылочки и уйти на кухню, однако сдержался и только придавил голову русского к подушке, укладывая в прежнее положение. Россия просто отвернул её в другую сторону, теперь молча смотря на открытую дверь. Мужчина же продолжил своё дело, ненароком начиная разглядывать не только чужую спину, но и шею, волосы, а после с интересом взглянул на ноги. Стройные и длинные, ну прямо как у модели. А здесь и фантазия разыгралась: РФ в дизайнерском костюме, идеально подчёркивающем его фигуру, с шикарной укладкой идёт с ним под руку и примыкает ближе каждый раз когда их хотят сфотографировать на обложку какого-нибудь модного журнальчика. Только понятно было: стоит лишь заикнуться о таких великих планах, как тебя этими модельными ногами и запинают. Америка уныло вздохнул, возвращаясь к спине парня, начиная осушивать раны салфеточкой. За этим процессом он так же сравнил светлый цвет кожи соулмейта со своим, и даже позавидовал. Процедура была окончена, американец поднялся с места и ещё раз оглядел парня, что последние несколько минут лежал подозрительно спокойно. Обойдя кровать и заглянув тому в лицо, Штаты понял в чём дело - Россия уснул. Лежит, удобно подняв подушку под голову и даже тихонько посапывает с приоткрытым ртом как ни в чём не бывало. Быть честным, так Федерация не планировал закончить свой день. До этого он вовсе думал, что заснуть в столь враждебной среде у него не получится, но стоило на секунду ослабить бдительность, как он проиграл в неравном бою с мягкой подушкой и вырубился почти мгновенно. Смиловавшись, Америка решил оставить всё как есть и дать тому нормально отдохнуть, сам же, будучи верным своим принципам, решил отужинать в одиночестве, как это всегда и случалось. Он не стал выключать свет, но прикрыл за собой дверь, чтобы шум с кухни не долетал до комнаты. Оставшись наедине со своими мыслями, мужчина вдруг загрустил, задумавшись о том, что всё в его жизни в последнее время идёт совсем не так, как он хочет. Да, он нашёл соулмейта и безумно рад этому, но каких трудов будет стоить налаживание их отношений? Это удручало. Пусть внешне Россия был довольно-таки симпатичен, характер оставлял желать лучшего, и здесь американец даже не цеплялся за особенности своего собственного поведения. Он пытался смириться с судьбой, пока искал в холодильнике оставшийся рис и замороженные овощи. Наггетсы уже ожидали на столе, сковорода нагревалась на плите... Прошло порядка десяти минут, прежде чем кухня стала наполняться приятными ароматами. Пока рис с овощами были на пути к полному приготовлению, успел закипеть чайник. Когда и чай и рис с гарниром уже стояли на столе, пришло время наггетсов. Мужчина уже голодно облизывался, предвкушая скорый ужин, как вдруг послышался звук открывшейся двери. Оставив плиту без присмотра, тот выглянул в гостиную, где показался заспанный Россия с забавно примятой причёской. Он широко зевнул и лениво поплёлся в сторону ванной, потирая глаза. – Неужели вредина решил передумать? – лёгким смешком донеслось тому в след. РФ же, прищурившись, посмотрел на него и коротко ответил: – Я в туалет. – И закрыл за собой дверь. Америка тихо посмеялся и вернулся к плите, как раз выключил её и выложил наггетсы в тарелку. Когда Россия вышел, выглядел уже не так по-домашнему смешно: умылся и поправил взъерошенную причёску. Видно, запах еды его всё же приманил, поэтому заместо того, чтобы вернуться в комнату, он прошагал на кухню, принюхался и посмотрел на тарелку. Живот выразил свои желания через тихое урчание, а Штаты, словно знал, что так будет, кивнул в сторону стола: – Садись. Россия не стал сопротивляться. Это было бы уже глупо и по-детски. Опустим момент, что с самого приезда в квартиру он отказывался даже говорить о еде и вёл себя как капризный ребёнок. В принципе, он уже давно успел подметить, что не может контролировать эмоции рядом с американцем, и пока не до конца смирился с этим неприятным обстоятельством. А кушать, как оказалось, хочется. Но до этого момента он правда не хотел! Парень молча прошёл к столу, неловко усаживаясь за него. Да, ситуация конечно не из приятных, но он старался делать вид, будто так запланировано с самого начала. Пока Америка доставал ещё одну тарелку, Росс направил взгляд к окну, где помимо тёмного ночного неба маленькими огоньками искрились окна других домов, и едва заметные из-за отражения лампочки в стекле, звёзд. Картина открывалась красивая, и оторвался РФ от неё только когда американец переложил половину порции из своей тарелки в другую. Пододвигая посудину из того же набора ближе к соулмейту, Штаты с доброй усмешкой пожелал: – Бон апетит, – и сам уселся напротив. – Приятного аппетита, – менее воодушевлённо отозвался парень и взял в руки вилку. Ел он тоже без особого энтузиазма, так как не любил эти всякие овощные наборы, особенно те, что до этого были заморожены. Но... Даже стыдно было не доесть то, что тебе предлагают, поэтому тот ковырялся-ковырялся, но всё же потихоньку уминал всё, что было в тарелке. Странный принцип, но он всегда старался оставлять тарелки пустыми, чтобы хозяевам не приходилось выбрасывать остатки. Да, по сути Росс был гостем, пускай и не по своей воле. Америка смотрел на него всё это время, иногда подвисая из-за навязчивых мыслей. – Тебе не нравятся овощи? – наконец, поняв в чём дело, спрашивает. – Такие - нет, – вяло отвечает парень, всё так же не смотря на него. – Мм... – на время слова поутихли, но мужчина, поразмышляв о чём-то, спросил снова: – Тогда... Что хочешь на завтрак? – и подпёр подбородок ладонью. Россия вздохнул. Не хотелось ему тут завтракать, да ещё и оставаться дольше, чем на день. – Не знаю... – вспоминает, что временами даже пропускает этот приём пищи из-за занятости. – Яичницу, например... Америка улыбнулся: – Отлично, это я устроить могу. Что насчёт обеда? Такие вопросы нагоняли на парня ощущение безысходности. – Пельмени, – наобум выдал тот, продолжая терзать вилкой несчастную брокколи. А Штаты глупо захлопал глазами, не представляя, что это вообще такое.