Those Gilded Chains We Wear

«Страстная ненависть может придать смысл и цель пустой жизни. Эти люди, преследуемые бесцельностью своей жизни, пытаются найти новое содержание не только посвящая себя святому делу, но и лелея фанатичную обиду. Массовое движение предоставляет им неограниченные возможности для сражения», - Эрик Хоффер ________________________________________ Гермиона постучала в дверь рядом со своей комнатой с чувством страха и надежды. Она пыталась связаться с другой женщиной уже три дня и не была уверена, как та отреагирует на нарушение ее личной жизни. «Что?» - последовал грубый ответ. Молодая женщина не была уверена, заслуживает ли это вздоха облегчения. «Доброе утро, тебе нужно подготовиться к вечеру. Сегодня поездка в Хогсмид, и МакГонагалл хочет, чтобы я взяла тебя с собой». «Ну, скажи ей, чтобы она засунула свою идею туда, где не светит солнце». Гермиона застонала и прижалась лбом к дверному косяку. Предоставь Беллатрисе все усложнять. – «Я не могу, и это приказ. Если ты не пойдешь, я должна буду вытащить тебя силой, что означает полное связывание тела. Я бы предпочла, чтобы ты шла сама». «Ты не посмеешь» «Хочешь проверить меня?» - прорычала молодая женщина, вертя палочкой, хоть знала, что Беллатриса не сможет ее увидеть. Хотя их последняя встреча показала, что темная ведьма не нуждалась в палочке, чтобы быть опасной, быть вооруженной все еще давало Гермионе чувство превосходства, в то время как Беллатриса не была. Очень хорошо, что у темной ведьмы не было палочки. «Прекрасно, знаешь что? Что угодно. Я приду. По крайней мере, я могу приставать к тебе по дороге... но мы не пойдем с другими учениками, ясно?». «Хорошо, но в семь будь готова». Все прошло подозрительно лучше, чем ожидала гриффиндорка. Может быть, Беллатриса что-то задумала, пока они шли бы в маленький городок? Было бы лучше оставаться начеку. Но Гермиона не хотела портить свое предвкушение только потому, что ей нужно было беспокоиться о намерениях чистокровной. Студенты говорили о поездке уже несколько недель, и все были возбуждены. Может быть, ей даже удастся уговорить другую ведьму выпить сливочного пива - или, в случае Беллатрисы, огненного виски - в гостинице "Три метлы" и совершить небольшую экскурсию в Визжащую хижину ради старых добрых времен. Встретившись позже с Джинни и Луной, чтобы рассказать им новости, Гермиона снова оказалась на стороне защиты. «У меня есть волшебная палочка, а у нее нет. Я могу защитить себя, хорошо?». «Ты сказала это в прошлый раз и слегла с синяками. Она слишком жестока, по крайней мере, пусть мы пойдем с ней!» - в отчаянии взмолилась Джинни. «Я даже не собираюсь мирно выставлять ее за дверь, если она знает, что ты придешь. Беллатриса все еще злится, что твоей матери удалось убить ее двойника; она уверена, что все считают, что ее дуэльные навыки ниже». «Тогда заставь ее закончить! Может быть, МакГонагалл сможет сопровождать нас, тогда Беллатрикс не осмелится остаться...». «Джинни, пожалуйста, - вмешалась Гермиона, чувствуя, что у нее начинает болеть голова. - Я знаю и понимаю, что ты беспокоишься... но со мной все будет в порядке. Я думаю, что наконец-то добилась прогресса с ней, я не хочу разрушать это, хорошо?». Положив руку на напряженное плечо Джинни, она увидела, что рыжеволосая не до конца убеждена, судя по напряженно стиснутым зубам. – «Если из-за нее что-то случится...». «Тогда вы будете правы, и я никогда больше не откажусь от ваших предложений. Сделка?» -старшая гриффиндорка дерзко улыбнулась и посмотрела, как рыжеволосая наконец капитулировала. «Ты знаешь, что тогда может быть уже слишком поздно, но... Хорошо. Если ты вернешься с синяками, я больше не отпущу тебя, слышишь?» - проворчала Джинни. Гермиона рассмеялась и кивнула, на самом деле радуясь, что ее друзья так защищают ее. Луна мало что могла сказать по этому поводу, кроме того, что посоветовала Гермионе взять запасную палочку на случай, если Нарглз украдет ее главную. Из окна башни Гермиона наблюдала, как ученики текут по школьному двору, плотно набитые теплой одеждой и счастливыми чувствами. Первые снежинки появились на их лицах всего за день до этого, обещая белое Рождество и еще более холодные температуры. Даже Большой зал этим утром выкрасил потолок в хрустящий бело-серый цвет. Как только последняя девочка, спешащая хаффлпаффка, покинула школу, брюнетка направилась к гриффиндорской башне и еще раз постучала в дверь темной ведьмы. Ну вот, ничего не выходит. «Мы можем уйти! - Ты готова?» Беллатрикс внезапно появилась в дверном проеме, заставив молодую женщину сделать удивленный шаг назад. Вороноволосая ведьма снова была одета в свою толстую зимнюю мантию; ткань и ее кудри соперничали за самую темную черноту. Сказать, что Беллатрикс с нетерпением ждала поездки, было преувеличением года. «Просто двигайся, пока я не передумала», - послышался тихий ответ, когда она пронеслась мимо молодой женщины в облаке развевающейся ткани. Они шли к Хогсмиду молча, Беллатрикс вела их по травянистым лугам. Когда Гермионе надоела эта мрачная тишина, она подошла на несколько шагов ближе к сестре Блэк. «Где ты была все это время? Я уже несколько дней пытаюсь связаться с тобой... тебя там даже не было, когда твоя сестра приехала». «Не твое дело, грязнуля», - последовал едкий ответ. «Э-э, вообще-то мое. Я твой начальник, каким бы безумным ни было это решение». Беллатрикс бросила на нее мрачный взгляд через плечо, большой капюшон почти полностью скрывал ее черты. – «Ну, раз уж ты так настаиваешь, я редко покидала территорию школы. Я просто переезжаю... посещаю озеро, лес...» Гермиона почувствовала, как у нее отвисла челюсть, потрясенная последним признанием. – «Ты идешь по Запретному лесу? Ты с ума сошла? У тебя даже нет волшебной палочки, чтобы защитить себя!» «Я не такая любопытная маленькая слабачка, как ты, не говоря уже о том, что у меня больше жизненного опыта, чем ты можешь себе представить! - прошипела Беллатриса. - Я очень хорошо знаю, как защитить себя. И я знаю эти леса» «Но… это запрещено! Если Макгонагалл узнает…» «Боже, какая ты умная! Что его выдало? Название "Запретный лес"? Ты забыла имена своих родителей, чтобы освободить место для этого знания? - чистокровная с досадой усмехнулась. - Очкарик никогда не узнает, если ты не проболтаешься об этом, мисс добрая двуногая». Гермиона чуть не закричала от разочарования. Да, женщина, должно быть, сошла с ума, если отважилась на такую опасную территорию самостоятельно и без каких-либо средств защиты. Но попробуй сказать ей это в лицо. – «Ты знаешь, что своим безрассудным поведением ты подвергаешь опасности не только свою жизнь?». Преувеличенное пожатие плечами в ее сторону было единственным ответом. Нахмурившись, Гриффиндорка проглотила несколько отборных слов, которые у нее были для другой женщины. Она действительно не хотела, чтобы их ссора переросла в насилие, но, с другой стороны, младшая ведьма устала всегда отступать от их разногласий. Каждый раз, когда они ссорились, ей казалось, что она тянет короткую палку. «Беллатриса, я была бы очень благодарна, если бы ты хотя бы помнила, что я связана с тобой, когда ты чувствуешь себя самоубийцей». «Если это положит конец твоим проклятым лекциям, я подумаю о тебе в следующий раз». Бывшая Пожирательница Смерти махнула рукой через плечо, как будто брюнетка должна была чувствовать себя привилегированной. «Ты слишком добра», - проворчала Гермиона и раздраженно скрестила руки на груди. Она почти осмелилась упомянуть книгу, спрятанную в ее рюкзаке в Хогвартсе, ту, которую Нарцисса вложила ей в руки с комментарием о ненависти Беллатрисы к магглорожденным, но была уверена, что это заставит разговор принять худший оборот. Когда они наконец добрались до Хогсмида, с каждой минутой становилось все темнее. Несколько белых пятен свидетельствовали о недавнем снегопаде, который еще не успел победить неопределившуюся погоду, но Гермиона ожидала, что ее следующий визит произойдет, когда земля будет покрыта белым одеялом. «Итак, куда теперь? Мы могли бы немного прогуляться, если хочешь», - предложила Гермиона, решив проявить милосердие. Беллатриса только хмыкнула. – «Единственная причина, по которой я здесь, - это получить хорошую бутылку огненного виски в Кабаньей Голове. Так что, если тебе что-то нужно, иди и сделай это быстро». Ожидая такого комментария, молодая женщина беспомощно посмотрела на унылое небо и повела их в лавку сладостей. Независимо от того, была ли Беллатриса в стабильном настроении, никакие обязанности в мире не помешали бы ей получить немного конфет от Сладкого Королевства. Темная ведьма оставила Гермионе лидерство и даже последовала за ней в теплое помещение магазина. Гермиона была поражена, обнаружив Джинни и Луну на заднем сиденье, где Луна объявила, что ириски с соленой водой идеально подходят для любого фондю. «Луна, как это может быть вкусно? - рыжая задумалась, наморщив нос. - Пожалуй, я остановлюсь на шоколадных лягушках». «Ты упускаешь культурный опыт. В Африке подкованные лошади используют это как ритуал для восхваления женщины после рождения», - терпеливо объяснила Луна. Джинни, выглядевшая при этом немного позеленевшей, была спасена от подробностей появлением Гермионы. «Гермиона! Слава богу, ты здесь. Хочешь немного слоек Пикси?» - Джинни быстро поспешила к ней, проверяя подругу на наличие новых отметин или синяков. «Я тоже рада тебя видеть, - ответила она, подняв бровь и взглянув на предложенную ей коробку. - Ты знаешь, что мы ели их только что на завтрак? Как и каждое утро?». «Да, и что? - Джинни схватила горсть слоек и с удовольствием их проглотила. - Они мне нравятся. Это лучше, чем леденцы со вкусом крови, которые сосет Луна». «Они не пахнут кровью. Это новый сорт, - добавила Луна, ее лицо почти исчезло под огромной шерстяной шапочкой цвета Рейвенкло. - О, ты привела друга. Привет, подруга Гермионы». Джинни хмуро посмотрела на фигуру в капюшоне, вытирая крошки со рта. – «А, Беллатриса последовала за тобой. Я могу представить себе несколько худших вещей, кусающих тебя за пятку». «Как приятно познакомиться с тобой, Ласка, - начала черноволосая женщина фальшивым приятным голосом. - Я слышала, что на моем месте Кори положил на тебя глаз, какая жалость, что он был таким плохим дуэлянтом. Я уверена, что с вашей большой кроличьей семьей вы бы не сильно скучали». Беллатрикс прищелкнула языком и вздернула подбородок в своей обычной высокомерной манере. Чувствуя приближение катастрофы, Гермиона хотела быстро вмешаться, но была спасена, когда обе молодые женщины потрясенно ахнули и уставились на темную ведьму с отвисшими челюстями. «Какого черта? - ошеломленно выдохнула Джинни. - Она снова молода?». «Значит, слухи оказались правдой?» - добавила Луна с редким удивлением на лице. «Да, и если вы обе знаете, что для вас хорошо, то держите это при себе, я ясно выразилась? -Беллатриса зарычала, ее красивые черты исказились от угрозы. - Иди и заплати за все, что хочешь, грязнокровка. Я не хочу, чтобы на меня пялились, как на обычную туристическую достопримечательность». «Да, просто... Подожди здесь минутку. И, пожалуйста, не убивайте друг друга, ладно?» Гермиона быстро заплатила за то, что хотела, и вернулась к сцене, где Джинни и Беллатриса были заняты тем, что бросали друг на друга грязные взгляды, а Луна безмятежно стояла посередине, каким-то образом не обращая внимания на ненависть, витавшую в воздухе, и спокойно посасывала свой леденец. «Они должны были убрать грязь раньше. Оно породило потомство». Гермиона забыла, что младшая Уизли может быть такой же язвительной, когда хочет. «Ну что, скоро появятся новые кровосмесительные имбирные пряники? Или твои братья еще не успели сделать твою мать-Ласку беременной?» - Беллатриса сопротивлялась, заставляя брюнетку съежиться. Джинни тем временем стала почти такой же рыжей, как ее волосы, но, несмотря на явное возмущение, ее слова оставались спокойными. – «Очень умно с твоей стороны, Пожиратель Смерти. Я всегда думала, что ты умнее, чем повторять старые, наполовину согретые оскорбления. Без волшебной палочки ты не слишком изобретательна, верно?». Когда Гермиона схватила темную ведьму за руку, чтобы вытащить ее обратно на улицу, Беллатриса попыталась ответить самым зрелым образом, показав язык подружке Гарри. Назначенная надзирательница подтолкнула чистокровную к двери, торопливо крича через плечо. «Увидимся завтра за завтраком, не ждите меня позже!». С этими словами она оставила пылающую Джинни и сосущую леденец Луну в Сладком Королевстве и с благодарностью вдохнула прохладный ноябрьский воздух. «Боги, вы хуже, чем пятилетние дети», - прокомментировала она, радуясь, что выбралась из опасной зоны до того, как ситуация стала еще более отвратительной. «Что? Это она начала». «И ты не постеснялась отомстить, - прошипела в ответ брюнетка, и теперь они обе шли по улице в направлении Кабаньей Головы. - Неужели ты не можешь хоть раз вести себя прилично?» «Теперь ты пытаешься стать моей матерью? - Беллатриса, казалось, была возмущена этой мыслью, ее черные глаза опасно сверкали под капюшоном. - Не высовывайся слишком далеко из окна, грязнуля. У меня может возникнуть искушение пнуть тебя». «Попытайся хоть раз представить себя на моем месте, тогда ты поймешь, почему я так зла на тебя». Со стороны Блэк донеслось фырканье, - «Тч, конечно. Мне больше нечего делать, кроме как воображать себя грязью общества. Пойди и найди великана, который будет принимать лекарства, ты добьешься большего успеха в достижении этой цели». «О, просто заткнись», - Гермиона стиснула зубы и направила свои мысли к текущему пункту назначения, стараясь не смотреть с тоской на Три Метлы. Кабанья Голова, возможно, была родиной отряда Дамблдора и домом Аберфорта, но это не означало, что ей должно нравится это грязное место. Бывшая Пожирательница Смерти, не колеблясь, распахнула дверь и с привычными угрожающими щелчками протопала к свободному столику и села на стул. Гермиона держалась поближе к ней, чувствуя себя неловко от взглядов, которые бросали на нее несколько сомнительных клиентов. Когда она села перед темной ведьмой, ее сердце забилось от внезапного беспокойства. «Ненавижу это место», - пробормотала она, стараясь не обращать внимания на похотливый взгляд мужчины у стойки. «Я тоже это ненавижу, но если мне придется выбирать между этой лачугой и Тремя Метлами, я лучше останусь в этом болоте. По крайней мере, люди не считают себя такими самодовольными и высоко надо мной». «Посмотрите, кто появился и так мило говорит о моем уютном месте, - вмешался грубый голос. Аберфорт подошел ближе, высокий и суровый, как всегда. Оказавшись за их столиком, он прищурил бледные глаза на тени, в которых скрывалось лицо Беллатрикс. - Мадам Лестрейндж, кто бы мог подумать. Тебе не хватает там нескольких лет, старая ведьма». «Теперь я мадам Блэк, тупой болван. Разве ты не читаешь Пророк или образование - это иностранное слово в этом месте?» «Этот мясистый журнал? Я предпочитаю получать новости из более надежных источников, чем эти сплетники. Так что, учитывая, что вы находитесь в компании этой леди, - он дружелюбно кивнул Гермионе, которая послала ему легкую улыбку, - я буду хорошим сегодня. Что я могу вам принести?». «Огневиски. И убедись, что стекло чище, чем ваш обычный стандарт». «Сливочное пиво, пожалуйста», - слабо попросила брюнетка. Аберфорт добродушно усмехнулся, подергивая себя за кончики длинной бороды. – «Ах, эти легкие вещи. Я попробую найти тебе бутылку» Он предоставил их самим себе, а Гермиона положила локти на деревянный, хорошо потрепанный стол, пока они ждали. – «Почему ты все время прячешься за этой мантией? Разве ты не хочешь, чтобы люди увидели тебя новую?» - с любопытством спросила она, положив подбородок на раскрытую ладонь. «Я жду подходящего момента. Я не слепая, я видела, как демонстранты возвращаются из недели в неделю и что пишут в газетах. Даже Цисси велела мне быть осторожной. Чем меньше они будут замечать меня какое-то время, тем лучше будет в долгосрочной перспективе». Темная ведьма откинулась назад и скрестила руки на груди. «Хм, - ответила Гермиона, пытаясь выглянуть из грязного окна. Это была слабая попытка. - Пожалуй, ты права». «Теперь, когда ты знаешь о моем местонахождении, куда, черт возьми, ты ускользаешь каждую неделю? Я видела, как ты выходила через ворота» Гермиона слегка ухмыльнулась и на секунду расправила плечи. – «У тебя свои секреты, у меня свои». Беллатриса на секунду оскалила зубы, ей не понравилась эта дерзость, но Аберфорт вернулся с их заказами. Раздалось два звона, когда он поставил бутылки на липкий стол. Темная ведьма моргнула, глядя на бутылку огненного виски. – «Что это? Что случилось с моим стаканом?» «Ты не получишь от меня здесь никакого крепкого алкоголя, Блэк, - грубо ответил волшебник, открывая бутылку сливочного пива. - Я совершенно уверен, что тебе придется вернуться с этой молодой женщиной, и я не позволю Гермионе иметь дело с пьяной сукой твоего калибра. Она может дать тебе бутылку, когда ты вернешься в школу». Угрожающе хмурясь на хозяина бара, Беллатриса злобно пнула ножку стола, чуть не опрокинув два бокала. - Я должна была сжечь твое дерьмовое подобие таверны, а не грязную хижину Хагрида». «Да, громкие слова, Блэк. А теперь веди себя прилично, или я вышвырну тебя вон, как этого мерзавца Флетчера». Получив деньги, Аберфорт оставил их одних, но продолжал наблюдать за происходящим из-за прилавка. Гермиона была благодарна ему за заботу, в которой всегда была уверена, несмотря на его циничный характер. Сделав глоток сливочного пива, она наблюдала, как женщина с волосами цвета воронова крыла надулась с другой стороны стола. «Можешь выпить моего пива, если хочешь», - предложила она после нескольких минут молчания. «Нет, спасибо, - выдавила Беллатрикс сквозь стиснутые зубы. - Но ты могла бы наложить на него заклятие, если хочешь сделать мне одолжение». «Извини, не могу. Я не заколдовываю людей, которые мне нравятся, а Аберфорт мне очень нравится», - Гермиона слегка улыбнулась, немного позабавленная тем фактом, что с темной ведьмой большой человек обращался как с ребенком. «Если тебе нравятся козлы, может быть, - отрезала Беллатриса, накручивая на палец черный локон. Несмотря на свою красивую внешность и причудливую одежду, она сидела в кресле лениво и безразлично, как мужчина. Это было так типично, что Гермионе пришлось мысленно покачать головой и сделать еще один глоток. Тем не менее брюнетка не могла выйти из своей кожи и сжалилась над расстроенной женщиной, быстро выпив свое сливочное пиво. Закончив, она помахала на прощание хозяину паба и покинула густую, прокуренную атмосферу "Кабаньей Головы". Уже совсем стемнело, и они решили вернуться в школу пешком. Гермиона до сих пор не совсем понимала, почему МакГонагалл заставила ее взять старшую Блэк "на прогулку", а не пыталась заставить ее освежить свои социальные контакты. В общем, она сказала суду, что Беллатрисе нужно реинтегрироваться в общество, и, похоже, МакГонагалл была единственной, кто помнил этот маленький факт. Сегодня это блестяще провалилось, и она обязательно расскажет об этом директрисе. Используя палочку брюнетки в качестве источника света, они в кои-то веки шли более дружелюбно и тихо, чем обычно. Немного потихоньку она даже добилась того, чтобы темная ведьма рассказала ей о существах, живущих в Черном озере, ей нравилось, как Беллатриса могла говорить на эту тему, не будучи чрезмерно ехидной или обиженной. Это напомнило ей их разговоры в коттедже МакГонагалл, когда они говорили о философии, описанной в книгах, которые они читали. «Значит, русалочий тоже магический язык?» «Каждый дурак может выучить другой язык с достаточным количеством проб и ошибок, но магические языки требуют совершенно другого уровня заботы и способности. Не каждый может их выучит». «Ты научишь меня говорить на нем?» - осторожно спросила Гермиона, уже зная ответ. «Ты уже спрашивала меня то же самое о Парселтанге, с чего ты взяла, что я передумала?» «Ну, я не могу не попытаться. Я уверена, что смогу многому у тебя научиться», - намекнула брюнетка, вполне уверенная, что если она сыграет на превосходстве и гордости Беллатрисы, то на этот раз сможет продвинуться дальше. Чистокровная просто захихикала, видя все насквозь. – «Хорошая попытка, грязнуля. Как насчет хороших, нескольких заклинаний Темных искусств? Если ты дашь мне палочку, я уверена, что смогу показать тебе несколько трюков». Гермиона закатила глаза и покачала головой. – «Хорошая попытка,- повторила она, - но нет. Меня интересуют языки и то, как они работают, но палочку ты от меня не получишь... Беллатриса?». Брюнетка остановилась, когда поняла, что идет одна. Обернувшись, чтобы взглянуть через плечо, она увидела, что женщина в капюшоне смотрит вдаль. Ее лицо было обращено в сторону Запретного леса. «Ты это слышала?» - спросила Беллатриса необычно низким голосом. «Слышала что? Что случилось?» «Этот крик» «Подожди, что...» «Смотри» Беллатриса указала тонким пальцем на край дерева; Гермиона посмотрела ей вслед и прищурилась, но потом тоже увидела его. Вдали виднелись огоньки, маленькие и быстрые, появляющиеся и исчезающие всякий раз, когда они проходили мимо ствола или куста. И тут они обе услышали крик. Это была девочка. «Быстро! Мы должны помочь», - крикнула Гермиона и побежала, крепче сжимая палочку. «Подожди, идиотка! Мы не знаем, что там внутри!» Но молодая ведьма уже была полна решимости помочь тому, кто попал в беду, полагаясь на свои способности, чтобы заставить кого-то испугаться или пострадать, а затем удрать оттуда. Судя по количеству проклятий, которые не становились тише позади нее, Беллатриса решила последовать за ней. Гермиона была очень быстрой на ногах, и на этот раз темноволосой ведьме было труднее догнать ее, но, учитывая, что она делала это на высоких каблуках, она получила очки за усилия. Начало леса значительно замедлило их движение, слишком много палок и камней затрудняли путь. Не было ни следа, ни тропинки, по которой они могли бы пробежать, поэтому они просто пробирались сквозь чащу. Тяжело дыша, Гермиона проломилась сквозь пучок низко свисающих веток и обнаружила источник крика, лежащего лицом вниз на мшистом полу, кроме как минимум трех других девушек, которые, как она надеялась, просто потеряли сознание. Все они были гриффиндорками. Встревоженная брюнетка быстро огляделась, ее палочка указывала куда угодно. Где-то рядом с ней Беллатриса нашла дорогу на небольшую поляну. Вспышка света сбоку привлекла внимание Гермионы, и она резко обернулась. Там был человек, одетый в рваную кожаную накидку, направивший на нее свое оружие. Ошеломленно закричав на него, он был отброшен назад, но прежде чем она смогла почувствовать себя победительницей, с разных сторон появились еще трое. Еще один человек присоединился к первому на земле, но затем ее палочку вырвал Экспеллиармус от стоящего рядом. Кто-то закричал: "Это они!" И, когда Гермиона почувствовала, как в животе поднимается паника, две большие, похожие на лапы руки схватили ее за запястья и потащили вперед. Из темноты вынырнуло нечто, похожее на дюжину оборванных мужчин, все они были вооружены волшебными палочками и принадлежали к тому типу людей, с которыми не хочется встречаться после наступления темноты. Громкое шмыганье рядом с ухом заставило ее повернуть голову к своему пленителю, и кровь застыла в жилах, когда она столкнулась лицом к лицу с ухмыляющимся Фенриром Грейбеком. – «Привет, девчушка». Он выжил! Дерьмо. Вот дерьмо. «Не двигайся, предательница. Мы быстро расправимся с тобой и твоим маленьким другом», - крикнул другой мужчина бывшей Пожирательнице Смерти, которая гордо и неподвижно стояла на поляне и с нескрываемым презрением смотрела на окружающих ее мужчин. «А, лизальщики сапог, - протянула Беллатриса, положив руку на бедро в невозмутимой манере. - Хочешь свою долю от лейтенанта?». «Заткнись, сука. Это твоя вина, что Темный Лорд потерпел неудачу... ты, его самая доверенная, ударила его в спину, чтобы спасти свою шкуру!» - У говорившего были длинные грязные волосы, когда-то, должно быть, светло-каштановые. Он слегка напоминал ей более амбициозную и менее умную версию Скабиора. «Если бы ты не был таким умственно отсталым, Гас, ты бы понял, что мы обречены с самого начала битвы». Гас с искаженным лицом сделал шаг вперед, угрожающе направив на нее оружие. – «Ты будешь страдать больше всех, когда Темный Лорд вернется, вот что я тебе скажу». «Он не вернется. Все не так, как в прошлый раз, идиот! Господи, неужели никто не читает газет?» - Темноволосая ведьма недоверчиво возвела руки к небу. «Ах, да кому какое дело до предателя. У меня тут есть кое-кто поважнее», - Грейбек злобно посмотрел на свою жертву, обнажив болезненные желтые зубы. Наставления родителей сделали это зрелище еще более отвратительным для брюнетки. Если она считала, что хватка Беллатрикс была железной, то пальцы оборотня были титановыми. Сколько бы она ни сопротивлялась, он не сдвинулся ни на дюйм, боль пробегала вверх и вниз по ее скрипящим костям. – «Отпусти, подонок!» - закричала она, пытаясь побороть страх, что ее поймают те самые люди, о которых предупреждали Гарри и Рон. Но кто мог знать, что они попытаются найти Беллатрикс, чтобы отомстить за то, что она получила карточку свободного выхода из тюрьмы? Это был Хогвартс. Предполагалось, что это безопасное место. Фенрир рассмеялся, таща ее за собой, как марионетку. Его палочка, которую он прижал к ее коже, больно впилась ей в запястье. Если бы она выбралась отсюда, у нее было бы много синяков, чтобы представить их своим друзьям. Похоже, ты была права, Джинни. Вы просто не нашли нужного преступника. «И что же ты теперь собираешься со мной делать? Пытать меня? - Беллатриса откинула голову назад и жестоко рассмеялась. - Ты думаешь, что можешь быть хуже Темного Лорда? Вы просто жалкая кучка беспомощных неженок». Она плюнула под ноги Гасу, еще больше разозлив его, но Гермиона с удивлением заметила, что они все еще не осмеливаются приблизиться к ведьме, несмотря на отсутствие у нее волшебной палочки. Даже сейчас знаменитая репутация бывшей Пожирательницы Смерти заставляла их съеживаться. «Что случилось с твоим лицом, Лестрейндж? - спросил один из мужчин, прищурившись в слабом свете. - Она совсем другая, правда?» «Да, но это точно она. Я бы никогда не пропустила этот раздражающий голос», - взмах палочки Гаса отбрасывает капюшон Беллатрикс назад, открывая ее хмурый взгляд. Шепот и шепот прошли в группе, когда все долго смотрели на темноволосую красавицу, явно шокированную ее омоложением. Это была реакция, к которой Гермиона привыкла все больше и больше, поскольку все, казалось, реагировали одинаково, когда сталкивались с жутко красивой женщиной, а не с обезумевшей сумасшедшей, с которой они познакомились. Грейбек облизнул губы, принюхиваясь. – «Как только мы покончим с ними, я откушу от этого. Но я предпочитаю эту молодую плоть прямо здесь». Он грубо дернул Гермиону за руки. – «Как дела, девчушка? Ты ведь хочешь почесать мне мех?». Кислое дыхание его смеха подняло желчь в горле брюнетки. Что бы Беллатрикс с ней ни сделала, это будет прогулка по парку вопреки дурным намерениям Фенрира. «Ты отвратителен», - ответила она со всем отвращением, на какое только была способна. «Ах, дерзкая. Мне нравится дерзкие», - Он удовлетворенно зарычал. Даже если она каким-то образом вырвется из хватки этого зверя, что ей делать? Болезненно сознавая, что ей не хватает дуэльных навыков против превосходящих сил, Гермиона могла бы справиться, может быть, с двумя или тремя из них. Это действие также потребовало бы волшебной палочки, которой у нее в данный момент не было. Думай, думай, думай, снова и снова повторяла себе гриффиндорка. Холодный пот струился по ее спине, и она не могла подавить дрожь в конечностях. «Темный Лорд или нет, мы заставим тебя кричать, предательница. Ты пожалеешь, что родилась, когда мы закончим с тобой», - прорычал Гас, и ненависть сочилась из каждого его слова. Она могла представить себе зависть и разочарование, которые приходилось терпеть такому низкому человеку, как он, когда талантливые сапоги Беллатрисы топтали его. «Знаешь, я и так думаю об этом каждый раз, когда вижу твое уродливое лицо. Наверное, сказать, что твоя мать была троллем, было бы комплиментом» Как она может оставаться такой спокойной? - О да. Безумие. Черт побери, она разозлит их еще больше. Гермиона закрыла глаза, глубоко вдыхая и выдыхая. Грейбек был занят тем, что следил за ссорой между Гасом и женщиной, которая унизила его в Малфой-Мэноре, но не беспокоился о том, что его добыча ускользнет. Я не могу умереть здесь сегодня, не сейчас. Не после окончания войны, не после того, как я зашла так далеко. Должно быть что-то, способ, что-то, что угодно... Опять эта короткая палка. Только не снова! И вдруг Гриффиндорка вспомнила свои уроки, мучительные тренировки, которые она терпела почти месяц. Боевые искусства были не столько о силе и выносливости, сколько о том, как контролировать как свое собственное тело, так и движения врагов. Действие и реакция. Существовало много приемов и движений, направленных на использование силы противника против него, и хотя Гермиона не знала даже фрагмента из них, Инихара позаботился показать ей некоторые основные. Ее учитель был заинтересован в том, чтобы улучшить ее физическую форму, но он также знал, что у такой стройной молодой женщины, как она, было мало шансов против большого, крепкого мужчины, который хотел причинить ей боль. Так что иметь дело с кем-то, кто вот так хватал и держал ее за запястья, было одним из первых пунктов в списке. Почувствовав прилив надежды, Гермиона поставила все на один шанс. «Нет, пожалуйста, - всхлипнула она, отказываясь от борьбы и почти падая, когда энергия покинула ее тело. - Я сделаю все, что угодно, только не делай мне больно». Оборотень удивленно повернулся к ней, его широкие брови нахмурились, когда она изменила позу. Гермиона не дала ему опомниться и резко выбросила руки вперед, затем резко повернула их в сторону и влево от его тела. Непривычный к чему-то подобному и, вероятно, никогда не слышавший о боевых искусствах, Фенрир не сумел приспособить свою хватку соответствующим образом и позволил молодой женщине таким образом схватить его за большой палец. Его собственная сила работала против него. Секунду спустя он с ревом отпустил ее руку, когда она изо всех сил надавила на большой палец, вывернувшись из его хватки, поскольку оборотень не смог удержать ни ее, ни свою палочку, и в конце концов потерял их обоих. Работая на чистом адреналине, брюнетка поймала падающее оружие в воздухе и отбросила здоровяка назад с торопливо пропевшим "Остолбеней!", когда палочка едва коснулась трех ее пальцев. Это был ее шанс. Поскольку вся группа была слишком занята, пытаясь приспособить свое раздражение к ней, она могла бы убить нескольких с помощью хорошо поставленного Редукто и, возможно, оглушить одного или двух, двигаясь в сторону. Если бы она была достаточно быстра, то даже смогла бы отвлекать их достаточно долго, чтобы взять ноги в руки и убраться отсюда к чертовой матери. Но Гермиона была не такой. Она была кем-то совершенно другим. И вот, она взяла палочку Грейбека, которая чувствовалась невероятно неудобно в собственных руках, словно напрягаясь против ее приказа, повернулась к столь же удивленной чистокровке и бросила ей оружие с приказом поймать его. Глаза Беллатрисы расширились от внезапной жадности и восторга, и она выхватила палочку из воздуха. И тогда Гермиона стала причастной к полной славе Беллатрисы Блэк, волшебного вундеркинда и экстраординарного дуэлянта. Быстро, как молния, три невербальных заклинания вылетели из деревянного наконечника, бросив ее врагов в подлесок с почти художественной синхронностью. Еще двое с криком упали, прежде чем остальные ожили, и бросили свои собственные проклятия в опасную женщину. Но с чистокровной вооруженной ведьмой было уже слишком поздно тягаться для сборища оборванцев. Будь то две дюжины или десять проклятий, Беллатриса блокировала и парировала с легкостью, рожденной как талантом, так и годами практики. Было захватывающе наблюдать, как она выходит вперед и машет рукой в каком-то неукротимом, элегантном танце, все время сопровождаемом ее безудержным смехом. Это было так же дико, как и художественно. Голубоватое заклинание, вырвавшееся из палочки Фенрира, было настолько мощным, что Гаса, несмотря на поспешно сотворенное Заклинание Щита, отбросило назад с такой силой, что он дважды крутанулся в воздухе со скоростью нацеленного бладжера и ударился о ствол дерева с болезненным звуком ломающихся костей. Еще трое мужчин выскочили из леса, чтобы сделать тщетную попытку вовлечь радостно хихикающую Блэк в дуэль, но Гермиона, онемевшая от того, как Беллатриса отбрасывала одного врага за другим, была вырвана из оцепенения когтистой рукой, сжимающей ее куртку и бросающей ее в темноту ночи. Пролетев по воздуху всего две секунды, брюнетка издала крик, застонав, когда снова соединилась с планетой Земля и ее голова ударилась об узловатый корень. Теперь ее темнота была заполнена мигающими и мерцающими звездами, закрывала она глаза или нет. Прежде чем Гермиона успела схватиться, рычащий оборотень оказался на ней и толкнул ее в холодную землю. Как бы она ни напрягалась, борясь зубами, ногтями и конечностями, она не могла заставить тяжелое тело сдвинуться с места. Твердое колено ударило ее по ребрам, вызвав боль во всем теле. Ее лопатки больно впились в камень, торчащий из грязи, разрывая кожу с каждым движением, которое она делала, чтобы бороться с Фенриром. «Мы покончим с этим сейчас, маленькая негодяйка. Передай от меня привет Люпину», - запах его гнилого дыхания подсказал ей, что он широко раскрыл рот, чтобы разорвать ее плоть. Я не хочу умирать. Пожалуйста, помогите мне, пожалуйста! Хотя она знала, что Беллатриса была занята с другими последователями и совсем не заботилась о своей судьбе, Гермиона крепко зажмурилась и выкрикнула имя темноволосой ведьмы так громко, как только могла. Острые клыки коснулись ее шеи и разорвали несколько слоев кожи в тот самый момент, когда заклинание ударило Грейбека и швырнуло его через лес с силой несущегося поезда. Почти задыхаясь, брюнетка всхлипнула и отползла на несколько футов назад, прежде чем огонь в ее теле заставил ее упасть обратно. Сквозь пелену слез Гермиона смотрела, как оборотень стонет и встряхивает свое тяжелое тело, чтобы избавиться от головокружения. Пока он пытался привести себя в порядок, черноволосая ведьма медленно подошла ближе, словно родилась из самой тени. Надменная манера, с которой она перекатывала палочку между пальцами, глядя на Грейбека из-под тяжелых век глазами, полными садистского ликования, была знакомой и всепоглощающей. Даже безрассудный, первобытный оборотень понял, что он по уши в дерьме, когда понял, кто его отбросил. «Беллатриса... мы можем поговорить об этом...» - прорычал он, прислонив к дереву позади себя большую, похожую на лапу ладонь. Он закричал, когда струя света ударила ему в грудь, связав все тело, заставив его погрузиться в листья и палки, как падающий валун. Но он все еще не спал, страх рос, пот стекал по его волосатому лбу, когда он смотрел, как его мучительница прищелкнула языком. «Боже, боже, боже... Фенрир... именно ты из всех людей обманул меня вот так, я очень разочарована. Такой плохой щенок», - Беллатриса придвинулась ближе, кончик ее приобретенной палочки скользнул вниз по острой челюсти. Гермиона использовала это время, чтобы подавить свой ужас и попытаться подняться с помощью ветки. «Это была не моя идея, Гас, он сказал, что это будет хорошая идея. Я ... я хотел только девушку, клянусь», - Грейбек закашлялся и, если бы мог, поднял бы в задумчивости руку. «К вашему сведению, поскольку вы все, кажется, игнорируете то, что происходит вокруг вас, все еще преследуя человека, который не вернется к жизни во второй раз, попытка убить грязнокровку - очень, очень глупая идея. И все, кто пытается это сделать, довольно высоко в моем списке хитов, ты, блохастая дворняжка», - В глазах Беллатрикс появился безумный блеск, ее бледная кожа почти просвечивала в призрачно-голубом свете волшебной палочки. На нее было больно смотреть, особенно теперь, когда она была намного моложе, чем раньше. Гермиона вспомнила ужасную трансформацию, через которую прошла картина Дориана Грея. Красивые вещи не должны были становиться отталкивающими. «Беллатриса, за тобой охотились не только они. Видишь, я могу тебе помочь, ради старых добрых времен? Мы были бы хорошей командой». - Грейбек мог только тяжело дышать, белок вокруг его радужки был отчетливо виден. Он не мог пошевелить и губами, захваченный и заклинанием, и ужасом. «Я не работаю с дворнягами, особенно с такими двуличными, как ты, - Мрачная улыбка растянула ее рубиновые губы, и на мгновение лицо Беллатрисы показалось говорящим черепом. Ее глаза перестали отражать свет волшебной палочки, превратившись в два бесконечных чернильно-черных озера. - Но я думаю, что могу оставить тебе хороший подарок. Ну, знаете, ради старых добрых времен». Брюнетка почувствовала, как у нее мурашки побежали по коже. Что-то было совершенно не так с темной ведьмой. «Но моя сестра всегда была такой... различной. Умной, на самом деле блестящей. Но также часто очень далека от реальности, настолько далека, что временами это пугало меня» Внезапно она снова оказалась в Малфой-Мэноре, стоя на коленях под обезумевшим Пожирателем Смерти. Женщина, чей взгляд был таким далеким и обжигал ее душу. «Что заставило тебя сделать это? Что заставляет тебя так упиваться чужой болью?» Так близко. Она была так близко. Слишком близко. Гермиона бросилась вперед с криком "Нет!", когда Беллатриса выкрикнула заклинание Проклятия Круциатуса, вероятно, спасая их обоих, когда ее искалеченное тело врезалось в темную ведьму. Красный свет не вырвался из палочки, и они упали на землю со сдавленным стоном. «Прекрати, Беллатриса! - скомандовала брюнетка между резкими глотками воздуха. - Да брось ты это! Черт возьми, ты не можешь ... спасти нас обеих, а потом ... убить, потому что ты ... потеряешь все прямо сейчас!» Бывшая Пожирательница Смерти зашипела на молодую женщину, но с явным отсутствием безумия. – «Слезь с меня, грязнокровка! - Толчком перевернув высокую ведьму на спину, Беллатриса приподняла верхнюю часть тела и подула на прядь волос, свисавшую прямо перед ее глазами. – Что это был за вздох? Ты звучишь как белка». «У меня проблемы с дыханием, - выдавила Гермиона, пытаясь бороться с черными пятнами, пляшущими у нее перед глазами. - Иди и закуй их ... в цепи. Найди ... мою палочку. Нужно добраться - до МакГонагалл». «Какая разница. Грейбек все еще ждал этого». - Женщина с волосами цвета воронова крыла неловко поднялась на ноги. Гермиона, радуясь тому, что жива и в безопасности от этих ублюдков, не могла не закатить глаза, увидев, как быстро сменилось отношение к ней. – «Просто - иди. Поговорим позже». С этими словами она сосредоточилась только на том, чтобы удержать кислород, поступающий в легкие, игнорируя обжигающий и злой взгляд оборотня всего в нескольких футах от нее. Через несколько минут каждый последователь Волдеморта был без палочки и закован в тугую магическую цепь, бодрствующий или бессознательный. У некоторых было несколько больше синяков, чем раньше, благодаря неслабым ударам бывшей Пожирательницы Смерти. Множество стонов заполнило поляну, и Беллатриса, найдя палочку Гермионы, подтвердила, что девочки Гриффиндора живы и невредимы. Теперь, полностью контролируя ситуацию, Беллатриса потащила задыхающуюся младшую ведьму обратно в Хогвартс среди бесконечных жалоб и в ужасно раздражительном настроении. Гермиона проигнорировала постоянный поток словесной рвоты, слишком занятая попытками удержаться на ногах. И если она была полностью честна и если не обращать внимания на фактическое содержание, то уникальный наклон языка Беллатрисы, а также знакомый звук ее голоса были очень успокаивающими для ее измотанных нервов. Как непривычно чувствовать себя рядом с тем, кто когда-то был ее личным врагом. Она жаждала быстрой аппарации, но школа Хогвартс не разрешала такого рода магию, поэтому им пришлось пройти долгий путь. Ей придется многое объяснить своим лучшим друзьям и МакГонагалл. Но больше всего ей не терпелось рассказать Джинни и Луне о том, что Беллатриса Блэк, каким бы окольным или эгоистичным способом это ни было, спасла ей жизнь.