(НЕ) Клер

В салоне мы с Даниеллой, можно сказать, даже ни от кого не скрывались. Так как не было между нами чего-то особенного, чего-то, что выдавало бы в нас любовниц. В первую очередь, мы были подругами и коллегами. Мы тепло общались, вместе обедали и помогали друг другу во всем. Две девочки в сугубо мужском коллективе, которые нашли друг друга. И никто нас не трогал. И все было спокойно до тех пор, пока Дани не попросила меня набить ей на животе татуировку. По ее эскизу, разумеется. И это было, в своем роде, испытание для нас обеих. Ну в конце концов, я же не железная, я из плоти и крови. И химические и физиологические процессы в моем организме мне не подвластны. Я, как могла, держала себя в руках, чтобы не отвлекаться от работы. Я знала и хорошо понимала, что Дани сейчас испытывала жуткую боль, хотя татуировка у нее была далеко не первая и даже, наверно, не десятая. Но меня так к ней тянуло, что я ничего не могла с собой поделать. И вернувшись после очередного перекура, спасительной передышки для нас обеих, я все-таки ее поцеловала прямо в кабинете с незакрытой дверью. И она не стала сопротивляться, а наоборот, увлекла меня за собой, посадила на стол. И я обхватила ее ногами, уже чувствуя теплые мягкие ладони на своих плечах и спине. И мы целовались, как впервые, не в силах оторваться друг от друга. И я беззастенчиво гладила ее бедра и ягодицы, обтянутые всего лишь тонкой хлопковой тканью шорт. Я тут же забыла и о работе, и обо всех тех, кто мог бы зайти к нам в любой момент. Но когда я, наконец-то, оторвалась от ее губ и улыбнулась, поправляя выбившуюся белоснежную прядь, Даниелла смотрела как раз на дверь. — Что? — Мне показалось, или кто-то все-таки нас видел? -Да? Я никого не слышала. Мне пришлось ненадолго покинуть мою любимую и заглянуть в соседнюю комнату. И каково же было мое удивление, когда я там увидела того, кого совсем не ожидала увидеть. И в первые секунды меня даже охватил легкий страх. На диванчике сидел Геррит, и по его лицу и взгляду я сразу поняла, что он нас видел. И ему точно не пришлось ничего додумывать. Но сейчас я была не намерена что либо ему объяснять. Но, черт, почему-то я почувствовала, что виновата перед ним. Не перед Крисом, нет. А именно перед ним. Вот что за напасть такая? Но свое волнение я захотела скрыть. Потому широко улыбнулась, как ни в чем не бывало, и шагнула к нему. — Привет! А ты здесь какими судьбами? Ко мне? — Привет. Я? Нет, я…я к парням. Мне сегодня ключ заканчивают. Ах, ну конечно. Тот самый скрипичный ключ, который мы с Крисом ему вместе нарисовали. И как я только забыла? Ребята ведь сегодня вспоминали про него. — А, понятно. Ну тогда увидимся еще. Мне работать надо идти. Если что, я в соседней комнате. Делаю тату коллеге. — Хорошо, я понял. Когда я рассказала Дани о том, кто нас застукал, она сначала посмеялась — вот это, мол, совпадение, а потом вдруг сделалась серьезной. — Он же не расскажет о нас Крису? — Геррит точно не расскажет. А вот я расскажу. Он уже точно подозревает, что я не просто так часто ночую у разных подруг. Хотя, у него сейчас и своих проблем и дел выше крыши. Скоро ведь фестивали. — Ясно. Поступай, как знаешь. Я приму любое твое решение. — Ты ведь поедешь со мной на фестивали? — Я? Ты с ума сошла? — Ты. У Криса очень классные парни в группе, будет весело. Я тебя со всеми познакомлю. — Парни меня не сильно интересуют. Но, если никто не будет против… — Не будет. И в тот же вечер я рассказала Крису о Дани. О том, что мы вместе работаем и иногда спим, и нам очень классно друг с другом. Тем для разговоров хоть отбавляй. И мы обе наслаждаемся этими отношениями. Он смотрел на меня долго и внимательно, и слушал молча. А потом достал нам из холодильника по бутылочке пива. — Выпьем, тогда, за Даниеллу. — Выпьем. Крис, я люблю тебя. — О боже, только не говори, что ты чувствуешь себя виноватой. Аня, прошу, не смей. Даже не думай. Я тоже тебя люблю. — Можешь верить, а можешь — нет, но вину я почувствовала перед Герритом, когда он нас застукал. — Чего? Геррит? Мой…в смысле, тот самый Геррит? — Да. Он видел, как мы целовались, когда пришел доделывать татуировку. Это было вчера. — Оу, вот как. А я-то все никак понять не мог, почему он вчера и сегодня такой загруженный. Я думал, что проблема во мне. — В тебе? Ну да, в тебе. Он же за тебя переживает. — Да нет, здесь все намного сложнее. Мы же репетировать начали все вместе. Я в шутку сказал, что если мне понравится, как он играет, то я возьму его на фестивали. — Ты так сказал? Крис, зачем? — Да я сам не знаю. Я потом поправился, что это всего лишь шутка, но Геррит… Ты его только вспомни. Он же доверчивый и наивный. — А что ребята говорят? — Он, черт возьми, всем очень нравится. И Крис, наконец-то, широко улыбнулся. Я стала замечать, что когда он говорил о Геррите, он почему-то почти всегда улыбался. Это было весьма трогательно. Жаль, что парень сейчас его не видел. Его бы точно сильно смутил такой Крис. А я поняла, что просто обязана поехать с ними на фестивали. Кто же еще поддержит Геррита, как не я? На Криса пока было мало надежды. Кажется, он немного запутался. И не видел того, что уже успела заметить я. С Даниеллой я познакомила их заранее, пригласив к нам на ужин. И оба быстро нашли общий язык. Не знаю, повлиял на это тот факт, что она стала для меня особенной девушкой или нет, но Крис болтал с ней без умолку. Не забыли мы и о Геррите, который, наверно, до сих пор за нас всех переживал даже больше, нежели чем за свои фестивальные концерты в составе группы. — Да он справится. Он крутой клавишник. И очень хочет играть со мной. — Тогда почему ты не берешь его в группу? — У него мало опыта. — Ну и что. Зато, вон, глаза какие красивые. — Девочки, вы сговорились? Ну что красивого в Геррите? Он чудной, нос большой и шутки всегда не в тему. Да, я не отрицаю, что он неплохой музыкант, и слух у него идеальный, но вот все остальное. — Ты просто не видишь пока его красоты. И снова наши полупьяные разговоры скатились в обсуждение Геррита. Как мы только могли, ай-яй-яй. Но по-другому просто и не могло быть. Удивительным образом этот парень весьма стремительно и ненавязчиво завладел почти всеми нашими мыслями. Вот что за создание такое, а? — Как это, пока не вижу? Все я прекрасно вижу. Аня, вон, красивая. Ты тоже, Даниелла, красивая. У меня в группе, например, Класс. Он тоже красивый. Сенсей красивый. А Геррит, он…он чудаковатый. Смазливый слишком. Может, школьницам и понравится, я не знаю. — Ты, Крис, просто пока не хочешь видеть, почему-то, его красоту. Но вот возьмешь парня в группу, и сразу увидишь. — Ладно. Вас двое, я сдаюсь. Давайте лучше еще пива выпьем. На фестиваль поехали на трех машинах, встали очень рано, так что я почти всю дорогу проспала у Криса на плече. И мне совсем не мешали разговоры и смех с передних сидений, где расположились Бо и Класс. По приезду началась привычная суета, и я даже не сразу заметила, что Даниелла уже успела отойти подальше от всех с Герритом и теперь живо его о чем-то расспрашивала. Парень, как всегда, немного смущался, но был тоже явно заинтересован в беседе. Ну надо же. А при первой встрече, когда я утром их друг другу представила, я думала, что он убьет ее одним лишь взглядом. Он ярко подвел глаза, и теперь они сверкали даже немного пугающе. Косметика здорово его преображала. И мне с двойной силой захотелось поскорее концерт, чтобы самой его накрасить. Я уже видела, как смогу еще больше преобразить его красивые глаза, какие тени нанесу, как уложу ему волосы. Я не показывала Крису, но я уже пробовала пару раз нарисовать Геррита. Его внешность притягивала. И его нос, в отличие от того же Криса, мне очень нравился. А теперь мне представлялась прекрасная возможность сделать парню концертный макияж. Я буквально потирала руки в ожидании. Ребята почти сразу все разбрелись, оставив нам с Даниеллой вещи в фестивальном шатре. Пока они занимались подготовкой оборудования и договаривались с организаторами, мы занялись их концертными костюмами. А также смогли снова насладиться друг другом. Но теперь мы обе держали себя в руках, лишь едва переглядываясь. Но не долго. К нам постоянно кто-то заходил, что-то спрашивал, потом уходил. Но я все-таки успела пару раз поцеловать мою светловолосую красавицу и задать ей один мучающий меня вопрос. — А о чем ты говорила с Герритом? — Когда? — Возле машины, когда мы только приехали. — Да ни о чем. А что, дорогая, ты уже ревнуешь? — Дани, смеешься, что ли? Но парень выглядел заинтересованным и счастливым рядом с тобой. — Вот как? Круто! Да мы просто немного поболтали. О татуировках, о музыке, о Крисе. И от всего перечисленного, кстати, он в полном восторге. И я даже не знаю, от чего больше. Мы смеялись, нам было хорошо. Я чувствовала, что Даниелла тоже все прекрасно понимала. И она тактично молчала и уходила в сторону, когда появлялся Крис. Мне и самой хотелось понаблюдать за всем тоже не изнутри, а откуда-нибудь сверху, например. Чтобы не мешать. Чтобы получше всех рассмотреть, увидеть то, что каждый старался сейчас скрыть, но почти не мог. Открытой книгой для меня был, пожалуй, только Крис. Единственное, в чем я не стала себе отказывать, так это в подготовке к выходу на сцену. Прически, одежда, костюмы. От моего зоркого профессионального взгляда бывшей модели никто не скрылся. И Дани мне тоже здорово помогла. К тому же, Бо и Сенсей с огромным удовольствием доверили ей себя. Они открыто флиртовали, а мы с Крисом только возмущенно переглядывались. Когда я, наконец-то, занялась Герритом, который благородно всех пропустил перед собой, я уже и забыла, как же сильно хотела красить именно его. И только он передо мной сел, как тут же рядом нарисовался Крис, смущая и парня, и меня. И очень внимательно следил за всем процессом. Но не мешал, и на том спасибо. — А губы будем красить? — Зачем губы? — удивился Геррит. — Не знаю. Мне кажется, помада пойдет. Крис был прав. Герриту пошла бы помада любого оттенка — от бледно-розовой до черной, но мне пока, наоборот, хотелось сделать ему губы побледнее. Чтобы сочеталось с образом готического романтического персонажа, коим он и являлся в черном камзоле и белой рубашке. А вот на глазах я сделала яркие акценты тенями. И от них просто нельзя было отвести теперь взгляд. Девочкам точно понравится. Тем, кто сможет его рассмотреть, конечно. На больших фестивалях сцены огромные, спасают только экраны. — Какой очаровательный клавишник с нами сегодня, просто с ума сойти. — Подожди, Бо. Я первый в очереди. Все громко смеялись, а я оценивала свою работу и в последний раз перед выходом проверяла, у всех ли все на месте и в порядке. Ребята нервничали, но были счастливыми. И я тоже понимала, что все не зря. Сейчас я уже плохо помню, что творилось после шоу. Все целовались, обнимались, пили, смеялись. И, конечно же, поздравляли с выступлением Геррита. Было здорово. Мы потом побыли еще немного на фестивале, послушали другие группы. А к вечеру поехали домой. И Крис мне шепнул на ухо, что горд и счастлив. На обратном пути мы снова устроились на заднем сидении, а за руль в этот раз сел Геррит, предусмотрительно отказавшись от послеконцертного пива. И мы всю дорогу болтали и смеялись, несмотря на позднее время. И парень нравился мне все больше и больше. Да и Крису, похоже, тоже. Я уже догадывалась, какое сильное впечатление на него произвело выступление с клавишником. С точно таким клавишником, который ему и был нужен. Со вторым концертом было уже легче. Мы четко знали, что и как будет. И заранее забронировали гостиницу неподалеку, чтобы побыть на фестивале как можно дольше и не ехать в ночи домой. А так же как следует отпраздновать все случившееся. Честно, если бы не Даниелла, я бы не стала оставаться. Это все-таки праздник Криса и его парней. Но Дани настояла. — Мы не будем с тобой много пить, пусть сами развлекаются. И я согласилась. Крис не появился в нашем номере почти до самого утра, так что мы с Даниеллой успели не только наговориться в постели, но и уснуть в объятиях друг друга. Как мы потом выяснили, ребята просидели в большом трехместном номере Геррита, Класса и Бо почти всю ночь. И как Бо потом за завтраком сказал, у них была оргия на пятерых. Энни только смеялась и отвечала, что ничего подобного не было. Мол, дальше пьяных поцелуев дело не зашло. Но Класс и Крис намекали, что с ней, может быть, и не зашло, зато вот с Герритом. Дальше уже было сложно что-то понять. Все смеялись и пытались рассказать свою версию случившегося ночью. Но никто уже не слушал. И мне было абсолютно все равно, кто там и с кем целовался. Уверена, что от Криса досталось абсолютно всем. Уж я-то его хорошо знала. После фестивалей в нашей квартире имя Геррита стало звучать намного чаще. Крис постоянно с ним переписывался, разговаривал по телефону, просто упоминал его в разговорах, но парень к нам не приходил. Странно. Потому что того же Бо и Сенсея пару раз я видела. И тогда я решила прямо спросить, почему он к нам не заходит. Я по-настоящему начала по нему скучать. Вот надо же. — А почему ты хочешь, чтобы он пришел? Не понимаю. — Не знаю. Мне кажется, что ты хочешь. Вы постоянно общаетесь. — Он немного сейчас помогает нам с аранжировкой партии фортепьяно. И все. Но если ты хочешь, я могу его к нам пригласить. Крис меня тогда совсем не понял и просто в ответ пожал плечами. И я не стала настаивать. Все равно я мало соображала в его работе. Но я чувствовала, что было и что-то еще. Еще какие-то причины, по которым Геррит у нас больше не появлялся. И вскоре Крис мне обо всем рассказал. И не скажу, что я была сильно удивлена и впечатлена. Я уже как будто знала это заранее. Наверняка. С самой первой встречи. Крис полулежал в задумчивости на диване в гостиной, а едва зашла, тут же сел и поймал меня за руку. И я сразу обо всем догадалась. И прочла по его взгляду. Такое не скроешь. — Аня, присядь. — Что? Геррит? Он только молча кивнул и вздохнул. А потом улыбнулся и вопрошающе посмотрел на меня. Я потребовала, чтобы он немедленно мне обо всем рассказал. — Мы вчера играли на точке. И Геррит приехал. Я позвал его немного поиграть с нами, если он хочет, конечно. А сам еще раз посмотрел на него с гитарой, Энни радостно уступила ему барабаны ненадолго. В общем, у нас было все круто. Мы много шутили, смеялись, играли. Ну ты нас знаешь, работать в скуке мы не любим. И тут вдруг Геррит сказал, что потянул мышцу в шее. И началось. О, а! Бо изображал что-то несусветное, а Класс и Сенсей стали кричать, что лучший массажист на свете, это Крис Хармс. Я в шутку помял ему плечи. У него и правда там мышца сведенная была. Эти идиоты что-то там посвистели, поржали. И вскоре все разошлись по делам. Я остался, залез в свои старые файлы, снова окунулся в тексты и музыку. И тут вдруг Геррит вернулся. Он ключи на столе забыл. Ну я как всегда, бросил что-то, мол, «пришел за продолжением массажа, сладкий?». Посмеялись. Геррит привычно немного смутился. И я вот смотрю на него, уже говорю ему «пока», а сам вдруг понимаю, что не хочу, чтобы он уходил. И в голове картинки резко всплывают, как я трогаю его за шею. И я говорю какую-то чушь про то, что мы теперь здесь совсем одни, играю голосом, строю ему глазки, и вдруг осознаю, что флиртую. И представляю, как снова касаюсь его, а он внимательно на меня смотрит. И думаю я уже о чем-то совсем конкретном. — Хм. Значит, разглядел, все-таки? — Похоже, что да. И не только. Все совпало. Он отлично справился на фестивалях. Он обаял всех моих парней и Энни. Тебе он тоже, как я понял, симпатичен. Да? — Крис. Тебе надо поговорить не со мной, а с Герритом. У него есть девушка? — В том-то и дело, что никого у него сейчас нет. Но я ведь его уважаю. И он мой друг, в конце концов. Мы потом еще долго разговаривали. А еще дольше я потом думала и прокручивала все сказанное мужем в своей голове. И понимала, что он сам от себя подобного никак не ожидал. Но случилось. Геррит появился теперь в списке его сексуальных желаний, но как ему об этом сказать, Крис пока не знал. Я почему-то думала, что он сначала с ним переспит, а потом уже мне признается. Так было однажды, года два назад. Но тогда это был чей-то знакомый, который тоже покорил Криса своей игрой на гитаре. Они тоже что-то пытались вместе записать, но тот слился. На сколько я помню, Крис не сильно переживал. Да и сказал, что секс был так себе. Обычная история — было и закончилось. С Герритом, наверно, могло бы произойти нечто подобное. Но что-то явно пошло не так. Я таким Криса еще не видела: нерешительным, неуверенным, напуганным даже. Видимо, в этом парне было действительно что-то особенное. И просто переспать с ним Крис не хотел. И сам пока не понимал, что ему было нужно от Геррита. Последний же просто смотрел на него с благоговением и восхищением и ждал, наверняка, приглашения в группу. Может, и не было никакого влечения. Я тоже не знала точно. А Крис сам со всем разберется, я уверена. Моя помощь здесь ему точно не нужна. Но я ошиблась. Уже через пару дней после этого разговора мне пришлось все-таки вмешаться в дела этих двоих. Нет, я не собиралась становиться для парней Клер, так как и они не были Бобби и Джонатаном. Про роман, где трое запутались в своих страстях и желаниях мне рассказала Даниелла, едва мы с ней обсудили возможную симпатию Криса к Герриту. И сразу же поняли, что у нас совсем все по-другому. Ну, хотя бы потому, что у меня была Даниелла, и спать с Герритом я точно не собиралась. И уходить от Криса тоже. Но с появлением чувств (каких бы то ни было), нас, как ни крути, все-таки стало уже трое. А значит, сравнение имело место. Только я знала, что все у нас закончится гораздо лучше, и мы все будем счастливы. Но обо всем по порядку.