Пути и дороги

      Первым это увидел Гимли. И единственное, из-за чего он был рад, — это не увидел Леголас.       Гимли увидел кольцо у Арагорна. И вероятно, он бы и не обратил на него никакого внимания (мало ли сколько и каких колец у владык Гондора), если бы не взгляд, которым Король смотрел на этот золотой кружок. Гимли едва вдохнуть смог и заставил себя не паниковать. Он придал своим шагам веса и вошёл в комнату, где у окна стоял Арагорн, разглядывал и гладил (он его правда гладил, и от этого Гимли хотелось рыдать и рвать себе волосы на бороде) проклятущее кольцо. Арагорн тут же поспешно спрятал драгоценность в кулаке и обернулся к вошедшему.       — Отбываем мы, — как можно безмятежнее произнёс Гимли и попытался улыбнуться, но не смог. Сердце билось у него где-то в горле, и в голове стучала только одна мысль: ничем себя не выдать и каким-нибудь образом сообщить об увиденном Гэндальфу.       И вот после всех прощаний и заверений в скорейшем времени навестить друг друга, гномы и люди Дэйла и Эсгарота направились домой. В пути Гимли удалось передать весточку Гэндальфу через воронов, так что когда гномы вернулись в Эребор, их там уже ждал маг.       — Боюсь, нам придётся отправиться в Шир и расспросить кое о чём нашего Хранителя, — мрачно сказал Гимли, стоило им остаться наедине.       — И о чём же ты хочешь расспросить Фродо? — Гэндальф насупился и подался вперёд, практически навис над гномом.       — Уничтожил ли он Кольцо, — выдохнул тот и крепко сжал кулаки. — И если уничтожил, то ли это было Кольцо.       — Конечно то! — удивился маг. — С чего сомнения?       — Потому что у Арагорна есть… есть Кольцо, — последнее слово Гимли выдавил из себя силой.       — Что? — отшатнулся Гэндальф. Ему пришлось опереться на ближайшую стену, чтобы не упасть. Колени ослабли разом, а перед глазами всё помутилось. — Нет! Этого не может быть!       — Да я бы сам хотел, чтобы этого не было. Хотел бы… Но своими глазами видел. И что же нам делать теперь? Скажи, Гэндальф.       — Арагорн и Леголас ведь направились в Лихолесье? Потом должны отправиться к Древню в Изенгард. Мы успеем обернуться к их приезду. Живее, Гимли! Не время предаваться страданиям и жалости! Нужно действовать! И действовать быстро!       — Может, не нужно было отпускать с ним Леголаса? — озабоченно вскинулся Гимли. — Нужно было потащить его с собой под благовидным предлогом и…       — Нет, Арагорн не причинит вреда Леголасу. Никогда. Только не ему, — убеждённо отрезал маг.       — А если… А если это не Арагорн больше? — шёпотом спросил Гимли и сам зажмурился от страха перед собственными словами.       — Такого не может быть, — решительно произнёс Гэндальф. — Тем не менее мы с тобой отправляемся в Шир!       Когда Фродо обнаружил на своём пороге Гэндальфа и Гимли посреди глухой ночи, то сразу увидел по их лицам: они приехали не просто так погостить и повидаться.       — Вы входите в дом и поищите в кладовой съестного, а я за остальными, — сказал Фродо, схватил плащ и выскочил в ночь.       Ещё до рассвета за обеденным столом Фродо уже сидели Мерри, Пиппин, Сэм, Гимли и Гэндальф и вместе с хозяином хоббитской норы горячо спорили над тем, уничтожил ли Фродо вообще то кольцо или это оказалось одно из колец, отданных людям.       — Это было то Кольцо! — горячился Сэм. — Если бы мистер Бэггинс уничтожил не то, мы бы тут вообще не сидели!       — А вдруг у Саурона было несколько таких Колец? — неуверенно протянул Фродо.       — И за чем бы он тогда искал то самое?! — воскликнул Сэм. — Нет, Кольцо было одно, и точка! И мы его уничтожили!       — Значит, он нашёл ещё какое-то, — пожал плечами Гимли. — Какая разница, как и почему оно у него оказалось? Оно уже у него оказалось. Теперь нужно думать, как его отнять.       Все вздрогнули при этих словах. Им придётся отнять зловещую, способную извращать сердца и души вещь у своего друга, у умелого воина, у короля Гондора, в конце концов!       — И куда его девать, когда отнимем, — обречённо выдохнул Фродо. — Ородруина уже нет. Пламя Роковой горы потухло, а весь Мордор — это пепел, застывшая лава, камни и засохшая грязь.       — И Элронда с Галадриэль больше нет с нами, — устало выдохнул Гимли. — Даже посоветоваться не с кем!       — Я могу собрать совет из магов, кто ещё не отплыл, — неуверенно произнёс Гэндальф и потёр бороду, в который раз набил трубку новой порцией табака и затянулся, сильно втянув щёки, выпустил тугую струю дыма. — Но сдаётся мне, лучше пока не поднимать тревогу. Уповаю на то, что сможем всё обделать тихо.       — Но Эомеру нужно сказать, — Мерри нахмурился. — Рохан должен знать, что творится с его соседом и союзником.       — И Фарамиру с Эовин! — подхватил Пиппин. — В первую очередь под ударом окажутся именно они!       — А я вот всё думаю: неужели господин Леголас ничего не заметил? Или заметил, но молчит, страшась очевидной правды? — негромко спросил Сэм, и все замерли в скорбном молчании, не зная, что сказать.       — Я не замечал мрака в дядюшке многие и многие годы, — печально проговорил Фродо. — Сердце склонно не замечать зла в тех, кого горячо любит.       За столом повисла гнетущая тишина, даже дрова в камине потрескивали как-то тоскливо. Мерри осушил свою кружку с пивом и поставил её со стуком на стол.       — Мы отправимся в Минас Тирит. Немедленно. Арагорна нужно спасать. Мы его так просто не отдадим в лапы тьмы. Не будет больше назгулов. Как и не будет больше Тёмного Властелина.       Все будто только и ждали его слов и разом поднялись со своих мест, чтобы так же молча и сосредоточенно собраться в путь.       — Нет, — Эомер вскочил со своего трона и нервно прошёлся из стороны в сторону. — Нет! Только не он! Да и… откуда?! Откуда у него это проклятущее кольцо?! Сколько же этих колец было?! Ты! — Эомер ткнул пальцем в сторону Гэндальфа. — Отвечай!       — Все известные нам кольца уничтожены, кроме трёх эльфийских, которые уже покинули эти берега и ныне находятся там, откуда их никак не достать. Но возможно… Мне нужно будет изучить летописи… И…       — Нет у нас времени изучать летописи, маг, — Эомер тяжело опустился на свой трон и закрыл лицо ладонями. — Если у Арагорна кольцо, то времени уже нет ни на что. Сестра знает?       — Мы сообщим ей и Фарамиру, когда прибудем в Минас Тирит, — Гэндальф подошёл к понурившемуся Эомеру и положил руку ему на плечо. — Крепись, друг мой. Нам потребуется вся наша сила духа, чтобы противостоять новой напасти.       Эовин выпрямилась на своём троне, пока Фарамир горячо спорил с Эомером и остальными, что Арагорн никогда бы не поддался уговорам Саурона и не повёлся на посулы Кольца.       — Фарамир! — повысила она голос. — Хватит! К чему спорить… Мог или не мог. Теперь это не имеет значения. Мы должны удостовериться, что у Арагорна действительно есть Кольцо, и попробовать его убедить уничтожить.       — А если нет? Если не убедим? — обречённо спросил Фродо.       Никто не решился ответить на этот вопрос.

***

      — Леголас, немедленно отойди от Арагорна, — сказал Гимли и выглядел так, словно, стоит Арагорну как-то не так вдохнуть или шевельнуть хоть пальцем, гном схватится за секиру.       — С чего бы? — искренне удивился Леголас и наоборот придвинулся ближе, встал перед ним.       — Что происходит? — начал было Арагорн, но его перебил Фарамир.       — У тебя есть Кольцо. Так?       — Какое? Что? О чём вы? — Арагорн выглядел совершенно запутавшимся. — Ах это…       Леголас побледнел. Кровь отхлынула с его лица и кончиков пальцев. Холод пробежался по спине, а между лопаток выступил противный склизкий пот. Эльф резко обернулся к Арагорну, но всё равно не отошёл и продолжал всё так же стоять между ним и их взволнованными и (о, ужас) вооружёнными друзьями.       — У тебя есть Кольцо?       — Ну да, — очень просто ответил Арагорн и полез в один из многочисленных карманов на походном поясе.       Гэндальф пожалел, что у него не сохранился посох. Фродо вцепился в руку словно окаменевшего от ужаса Сэма. Пиппин и Мерри зажмурились. Фарамир и Эовин схватились друг за друга. Эомер отшатнулся. А Гимли приготовился защищать и защищаться.       Арагорн действительно вытащил из кармана кольцо и продемонстрировал его, и до того, как кто-либо из присутствующих в тронном зале успел хоть слово сказать или предпринять какие-то действия, Леголас выхватил это кольцо и надел себе на палец.       — Нет, — выдохнул Гимли и зажмурился ни в силах смотреть на происходящее.       Впрочем, ничего не произошло, если только не считать звенящего от злости голоса Леголаса, который разнёсся по всему залу.       — Да! Согласен! Я согласен! Довольны?!       — Так это было помолвочное кольцо? — уточнил Фарамир.       — Да, а вы что подумали? — удивился Арагорн, потом рассмеялся. — Серьёзно? Вы решили, я разжился одним из тех самых колец?       Эовин решительно прошла к нему и влепила пощёчину. Судя по громкости звука — весьма сильную.       — Ах ты… Напугал нас! Так напугал, — воскликнула она и обняла ошалевшего Арагорна. — Никогда больше так не пугай!       — Не буду, — пробормотал Король. — И… Леголас, ты это сейчас правду сказал? Ты на самом деле согласен?       — Да, — ответил тот и пожал плечами. — Согласен. И раз уж все всё равно здесь, мы можем устроить праздник, не откладывая.       — Ну… поздравляю, что ли, — произнёс Эомер, подходя ближе.       — В следующий раз, если тебе снова что-то покажется, — начал было Гэндальф, обращаясь к Гимли, но тот вскинул руку и покачал головой, не дав договорить.       Маг решил, что хорошо то, что хорошо кончается. По счастью, эта история закончилась замечательно.       И все присутствующие отныне на просьбу рассказать историю о кольце улыбались и спрашивали: «А вам какую — о войне или о любви?»       Большинство, кстати, выбирало о любви.