Masters of Spinjitzu: Mixed pain

Город освещало весеннее солнце. Этой зимой были сильные для этой страны холода, так что каждый житель радовался теплу. Но даже несмотря на то, что свет без препятствий проникал в помещение сквозь большие окна, было будто темно. Нет, темнота исходила от женщины. Она стояла рядом с одним из многочисленных рабочих столов, которые по обыкновению были заполнены личными делами учеников, и уперлась руками о свои бока. Ее ровная осанка сопровождалась гневным взглядом, устремленным на двух молодых дам. — Я прощала вам все: драки, неуважение старших, оскорбления, но мое терпение вышло, — шипела сквозь стиснутые зубы женщина. — Если бы не имя вашего отца, то я бы вышвырнула вас при первой возможности, — она отвела взгляд от стоящих рядом друг с другом сестер, наверняка не в силах выдерживать их наглость. Аврора стояла, сжав подол школьной формы, который точно уже не стоил ее внимания, и поджав губы — ей нечего сказать. Но и вины она не чувствует, точно знает, что поступала правильно. Эта злая тетка вечно их достает! — Вот увидите, в своей никчемной жизни вы ничего не добьетесь со своим мышлением! — ругалась женщина. На секунду в ее сжатой руке мелькнул бейджик. «Ни Ли Ку», — отчетливо гласит бейджик. Довольно редкое имя, но зато не редкий характер для большинства жителей старшего поколения. — А чего добились Вы? — с вызовом смотрит на нее Мишель, и в ее глазах пробегает недобрый огонек, который тут же потухает. Аврора одергивает сестру за край юбки, прося таким образом ее замолчать. Но она выдергивает край юбки из рук сестры и делает шаг вперед, грозно сжимая кулаки. — Сидите в этой школе и морально убиваете детей, лишая их права на свое мнение. Я все правильно перечислила? — она ухмыляется, встряхивая волосами, те же в свою очередь отражают свет солнца и блестят. — Дрянь, — Ли Ку брезгливо морщится и мысленно уже проклинает этих двоих. Наглость! Женщина хочет ударить их. Точно хочет. Она уже поднимает дрожащую от гнева руку, но тут же опускает ее. Сейчас не время. — Я сделаю все, чтобы вы ничего не добились! Вы исключены! Ее крик слышен даже на первом этаже школы и за ее пределами. Однако, это уже не удивительно — Ли Ку часто кричала на провинившихся учеников, а в большинстве случаев и била их, тихо и зловеще смеясь. Аврора мягко берет сестру за руку и идет к открытой двери. Последние мгновения в этой камере пыток, а после — неизвестность. Такая дурманящая и одновременно притягательная. Вновь свободная. Перед самым порогом Мишель останавливается, и как бы Аврора не тянула ее за руку, та упорно стояла на своем месте. — Учитель Ли Ку, — обращается к ней Мишель, через плечо смотря на нее. Женщина поджимает губы. Кингс еще никогда не называла ее так. Никогда. Именно по этой причине ее многие не любили — она не жила, как остальные дети, со своей сестрой. — Живите счастливо, — Ли Ку хочет улыбнуться: наконец она поняла, что такое уважение? Скорей пингвины полетят, чем она изменится. — Прямо до вашей скорой кончины, — с ухмылкой заканчивает Мишель, скрываясь за дверьми кабинета. По помещению тут же проходит ряд смешков других учителей. — Черти! — лицо учителя Ли Ку становится красным, то ли от возмущения, то ли от стыда.

***

На удивление, в лицо не дует холодный ветер. И даже снег не летит в глаза. Вместо этого солнечный свет освещает все Ниндзяго. Но все же, воздух был холодный, оттого было трудно дышать. Он заполнял легкие и обжигал их, сжимал до минимальных размеров. Было теплее, когда шел снег, но его сейчас нет, а значит и тепла тоже. Снежинки хрустели под ногами, однако этот звук был еле слышен из-за жизни города. Рабочий день призывал людей работать, оттого сейчас одна за другой проезжали машины. Большинство жителей не уезжали из-за работы, хотя это действительно важно. Людей хоть отбавляй! Вот сейчас Мелисса вновь чуть не столкнулась с прохожим, который спешил неизвестно куда, и из-за этого столкновения она чуть не вылила на себя горячий кофе. Было бы обидно замарать любимую куртку... Как бы Мелисса не умела скрывать свои эмоции, борясь внутри себя, но сегодня бой проигран. — Черт, — почти только губами произнесла она, злобно смотря вслед уходящему мужчине. Толстый, низкий. Его черты лица точно запомнились: большие щеки, которые покрывают чуть ли не все лицо, и умный взгляд. Нет, это уже паранойя, но Мелисса точно видела его когда-то. Но где? Воспоминания мелькают перед глазами картинками, но среди них не находится ни одной с его изображением. Тревожное чувство просыпается в груди, однако девушка его быстро отбрасывает. В конце концов, он не представляет собой никого, кто был бы опасен для семьи. — Мелисса, — зовут ее впереди. Только сейчас она осознает, как сильно отстала от остальных. Тася поднимает руку вверх, показывая себя среди толпы людей. Ах, и откуда их столько! За десять шагов Мелисса преодолевает расстояние и вновь оказывается в кругу подруг. — Чем ты так взволнована? — спросила Тася, идя вперед. — Тот толстый мужчина, — второе слово она сказала с еле заметным отвращением. — Я его раньше видела, но не помню где, — неуверенно закончила Мелисса, отводя взгляд. — Но это же обычный толстяк, — беззаботно пожала плечами Мишель. — Вот именно, что если бы он был «обычным толстяком», то я бы его даже не вспомнила. Но раз он так отпечатался в моей голове, то значит, он не просто толстяк, — серьезно сказала Мелисса, отпивая из стаканчика жидкость. Как и ожидалось, Мишель лишь покачала головой, но промолчала. Тася же в свою очередь молча шла вперед, полностью погруженная в свои мысли. Возможно ли, что слова, сказанные в том под-измерении, были правдой? Мелисса четко дала понять, что все происходящее там — не более чем страхи и ложь, но если она ошибается? Тогда жизнь Таси просто перевернется с ног на голову. Мастер Ву напоил троих успокаивающим чаем, но успокоиться было сложно. От предложения Гарри проводить ее она отказалась, ибо не хотела усложнять его день, который он явно провел в переживаниях. В раздумьях Тася еле дошла до дома, а по своему приходу просто завалилась спать. Моральных сил не хватило для разговора с родителями, особенно с... В груди до сих пор осталось это чувство тонких пальцев, которые сжимают сердце. Тася поднимает взгляд на многоэтажное здание. Младшие были тут вчера, когда отправлялись за Они. Издали можно заметить яркую надпись, которая гласила о нахождении здесь кафе. Того самого, в котором начался путь спасения Зейна из рук Чена. Но это не та сторона. Машинально обходят дом. Тася продолжает идти, но замечает остановку движения сзади. — Да неужели? — доносится до слуха Таси. Этот голос. Такой нежный, но сейчас пропитанный сарказмом и одновременно холодом, перемешанным с ненавистью. Такой притягательный и одновременно отдаляющий. Голос, от которого хочешь взлететь к небу и раствориться в нем, когда она скажет очередную колкость. — Мои глаза вновь видят тебя, Мелисса. — Не могу сказать, что рада встрече, — спокойно отвечает Мелисса, в то время как сердце Таси вот-вот остановится. Но она ведь воткнула ей в живот меч! — Я бы хотела никогда с тобой не видеться. — Так-так, спокойно, — призывала их Мишель, вставая между двумя, в случае чего сдерживая их. — Рейчел, зачем ты тут? — Тут живет мой парень, и я имею право приходить к нему, — холодно пояснила Рейчел, скрещивая руки на груди. «Парень». Ну да. — Мы идем туда же. Может, пойдем вместе? — с надеждой спрашивает Мишель, опуская руки. В такое время ссоры сейчас не нужно, и как бы она не хотела позабавиться перепалкой Мелиссы и Рейчел, но это было не лучшее решение. Неизвестно что будет, если их не остановить. Мелисса переглядывается с Рейчел и последняя фыркает, направляясь к входу дома, обязательно встряхивая своими волосами. Черт, в этом жесте столько страсти. Отмахнувшись от этих мыслей, от которых нагревается кровь в венах, Тася идет вперед. Неуверенно, но идет. За ней идут Мелисса с Мишель. Молчание звучало многообещающе, и только шаги портили всю картину. Семья Смитов жила на четвертом этаже, так что молча было принято решение идти по лестнице. Мишель еще ни разу не была в Лапшичной, а тем более в доме Смитов. Ждет ли ее красный интерьер или же тонны оружия? Факелы? Плакаты злобного Мастера Чена? Дух захватывает! Вот она. Дверь. Что же будет за ней? Один единственный вопрос крутится в голове, но это тот вопрос, который никогда не будет озвучен. И от понимания этого ничего не происходит. Лет восемь назад Мелисса бы расстроилась из-за этого, но не сейчас, когда идет война и слишком много переменных портят весь вид. Мелисса по старинке стучит в дверь, и она открывается сама по себе. Если бы за дверью был человек, то Мелисса бы это точно поняла. Панель отдаленного управления. Первой переступает порог квартиры Мелисса, желая поскорей закончить начатое. По приказу-просьбе Гарри, Мелиссе пришлось идти вместе с Тасей за Риком, чтобы в дальнейшем отправиться в Монастырь и обсудить детали дальнейшего плана. Вместе с Мелиссой и навязалась Мишель, решив, что лучше потратить время, ходя по городу, чем проводить время на дополнительных занятиях. Мелисса слышит разочарованный вздох, а Мишель внутри себя усмехается. Наверняка Мишель напридумывала себе квартиру в огне и в красном. Но это была обычная квартира с виду самой обычной семьи. Из-за поворота выходит девочка среднего роста. Растрепанные красные волосы спадают на черную объемную футболку, которая больше нее раза в четыре. В руках у девчушки полупустое ведерко мороженого. Неужели она съела его одна?! По ту сторону угла слышны чьи-то крики, но Мелисса не особо придает этому значение. Где-то она уже видела ее. Что-то сегодня она слишком много кого видела. — Это Элла, — объясняет Тася. — Да, это я, — кивает головой Элла, засовывая в рот ложку с мороженным. — Сэм! Говнюк ты породистый, убавь звук! — отзывается Элла, когда крики, видимо, какого-то персонажа фильма из той комнаты надоедают. Звук на телевизоре тут же стих. — Сэм? — кажется, Мишель сказала это вслух. В этот раз Мелисса не сдерживает своего смешка. — Позови Рика, — холодно просит Рейчел Эллу. Как она может с ней так обращаться? — Думаешь, он обрадуется тебе? — с ухмылкой замечает Элла, прислоняясь к стене. Красные волосы сразу же закрывают половину ее лица, подчеркивая ее властвующий взгляд. Рейчел вспыхнула, как это обычно делает спичка. Ее глаза вмиг приняли красный, сопровождаемый взгляд, который так и кричал о возмущении. Но этот крик не будет услышан. — Рик, — все-таки протянула Элла, отходя в сторону, — вылезай из своей норы. Но в ответ была тишина. Звук телевизора быстро сбавился до минимума. Тихие шаги раздались за поворотом и только нарастали, отдаваясь эхом. Удивительно, что тут вообще есть эхо. Кажется, это называют неловкой ситуацией, когда все молчат, не зная, что сказать. Не в силах что-то сказать. Так можно описать состояние Таси. Смотря на Рейчел, которая сейчас была поглощена своей злобой, она не могла издать и звука. И следовало бы перестать пялиться, но это было не во власти Таси. Шаги стихли. Мелисса поднимает глаза на пришедшего человека. Капельки воды бесшумно падают с мокрых волос парня на пол — это первое, что заметила Мелисса. Черная рубашка была застегнута только на две первые пуговицы, представляя четкое очертание пресса присутствующим. Впереди послышался смешок Эллы и отдаляющиеся шаги. — Рики! — воскликнула Рейчел, бросаясь на Смита. Сильные руки парня, которые еще секунду назад застегивали пуговицы, сейчас обхватили Рейчел за талию, наверняка чтоб она не упала прямо на пол. Мелисса внутренне усмехается, насколько нужно быть Рейчел, чтоб так играть на людях. Секунда. Глаза в глаза. По выражению лица Рика сложно что-то сказать, да и по глазам, но всего лишь на секунду там мелькает ненависть и просьба. Потом лишь наигранная безразличность. — Я что-то пропустил? — в воздухе так и застревает этот вопрос. Мишель мгновенно переводит свой взгляд на Сэма, выглядывающего из-за угла. Рыжие волосы, веснушки, улыбка — все это при нем, кажется, всегда будет. Воздуха катастрофически не хватает именно в этом момент. Однако Мишель отбрасывает эти чувства, вновь надевая ухмылку. — Сэм, Рик, пора идти. — О, время так быстро летит, — заметил Сэм, почесывая затылок и мило улыбаясь. Лучик солнца среди туч. «Интересно, как много он скрывает за этой улыбкой?» — задается вопросом Мишель, и черт знает, в какой раз она это делает. Рейчел отходит в сторону, позволяя Рику закончить начатое с пуговицами, в то время как он даже и не думает разрывать зрительного контакта с Мелиссой. — Куда идти? — Это точно не твое дело, куда мы идем, — качает головой Мелисса, переводя взгляд на нее. Нельзя кого-то еще впутывать в это. — Я знаю, что вы что-то скрываете, я ведь не дура, чтоб не замечать элементарного, — настаивала на своем Рейчел, делая шаг в сторону Мелиссы. — Заметь, не я сказала это. — Я хочу знать правду! Я много лет закрывала на многое глаза. Взять хоть внезапно появившийся шрам на щеке Таси, или частое ваше вмешательство в преступные дела! Но появление Мелиссы все меняет... — Какую из правд ты хочешь знать? — перебивает ее Мелисса, желая закончить очередное ее представление. В это время Сэм и Рик уже ждут рядом с входной дверью, готовые в любой момент уйти. В ответ была тишина.

***

Мишель всегда считала собрания самым скучным изобретением человечества, однако она думала, что собрания семьи ниндзя будут занятнее. По крайней мере, она не предполагала, что вообще будет участвовать в них. Но что-то пошло не так, и теперь она вместе со всеми старшими и младшими ниндзя находилась в подземном логове ниндзя под Монастырем. Первое, что сразу попалось на глаза — летучий корабль. Его размеры и блеск поражали, и сразу же в списке желаний Мишель появился пунктик по полету на этом корабле. Второе — черная макушка Лисы. Каким бы многогранным не было воображение Кинг, но она точно не представляла белоснежную кожу Лисы в машинном масле, а саму ее — не в идеальном образе. В тот момент Лиса вылезла из-под машины, сверху до низа напичканной оружием, чтобы поприветствовать пришедших. — Эй, мы ведь собирались собирать эту малышку вместе! — обижено воскликнул Сэм, сердито направляясь вперед. День продолжает удивлять. — Ты вечно где-то пропадаешь! Что мне еще делать? — развела руками Лиса, явно возмущенная обидой брата. — Отлично, все в сборе, — хлопнула в ладоши Ния и сняла грязные перчатки с рук, кинула их на стол. — Можем приступать к собранию. Только сейчас Мишель заметила сидящих за множеством мониторов Джульенов. Значит, Пиксель оправилась, раз сейчас она вбивала какие-то данные в компьютер. — Мелисса, что тебе удалось узнать? — не поворачиваясь, спрашивает Джей. Сэм подходит к отцу и руками опирается на стол, рассматривая данные компьютера. «Они так похожи со спины», — замечает про себя Мишель. — Вчера я, Рик и Тася попали в под-измерение, — это место, где воспроизводятся наши страхи. Его довольно-таки легко создать, много сил оно не потребляет, ведь «питается» за счет страхов людей, — начинает Мелисса, проходя немного вперед, дабы ее лучше слышали. — Мой отец — Главный Они — создал именно под-измерение из-за своей слабости и желания разделить нас. — Слабости? — Вы заключили всех Они в мини-измерение своим Торнадо Творения, и, чтобы выйти из него, нужна большая сила и время, — проигнорировала вопрос Скайлор Мелисса, продолжая говорить. — Или же ее источник. — Стой, а тот Они, с которым я разговаривал он... — в замешательстве спрашивает Гарри, но он не может договорить. — Он сын Главного, — кивает Мелисса, заканчивая за Гарри, — и, к сожалению, мой брат. Если мой отец еще не выбрался из этого измерения вместе со своей армией, то следует, что сейчас единственный источник силы — Меллоу. — Меллоу? Его так зовут? — усмехается Кай. — Но сил ему хватает, только чтобы переносить несколько низших Они, — заканчивает за Мелиссой Коул, выходя из-за корабля. — Дай угадаю: ты — это тот источник, силы которого хватит для переноса остальных? В ответ Мелисса лишь кивает. И когда она только успевает все это помнить? Если память Мишель не подводит, то Мелисса всегда знала о своем происхождении и обо всех тайнах Они еще с детства. Это вызывало много вопросов и подозрений шесть лет назад, но не сейчас. — Если этот Меллоу может спокойно проходить между изменениями и переносить Они, то возможно, это он и отключил камеры и убил Джесси и Борга, — неуверенно произносит Джей, наверно, не уверенный в своем вердикте. — Впрочем, что было, то было... Как вы выбрались из этого под-измерения? — Хах, это очень интересный вопрос, — закатывает глаза Рик. — Который лучше задать нашей авокадушке. Мелисса гневно смотрит на своего теперь друга, в мыслях уже убив его ровно тысячу раз. В ее взгляде читается четкое «Поговорим об этом позже», но Рик это успешно игнорирует. — Оттуда можно выбраться, смирившись со своими страхами. Ну, или же силой, по типу Стихии Энергии, — пожимает плечами Мелисса. Дальше же происходили скучнейшие разговоры ниндзя, которые Мишель даже не думала слушать. Сейчас она как замороженная смотрела на пропасть. Насколько она глубокая? Авроре бы эта дыра понравилась. — Мишель, — зовет ее холодный голос Мелиссы из-за спины. — Ты и Сэм должны сходить в место по этому адресу, — она протягивает бумажку с адресом и ждет ровно минуту, пока бумажка не оказывается в руках Сэма. — Потому что вы оба свободны, — отвечает она на немой вопрос подруги. — У меня сейчас тренировка с мастером Ллойдом и Риком, Лиса и Джек едут в особняк, чтобы подготовить все к похоронам, ну а Тася должна идти домой, — отвечает Мелисса, заранее зная просьбу Мишель отправить с ней кого-нибудь другого. — Одной идти — не лучшее решение. Мы не знаем следующего плана Они, так что лучше быть вместе с кем-то. — Ты меня так хорошо знаешь, — вздыхает Мишель, принимая факт ее нахождения вместе с Сэмом. — Что ж, чем раньше начнем, тем быстрее закончим, — резко хватает Сэма за руку и несет в сторону выхода. Кажется, то, как бьется сердце Сэма можно услышать даже на острове Черной Вдовы, ведь сейчас оно точно громче, чем положено. Кровь резко нагревается, а правую ладонь словно погрузили в огонь. — Идем. Дальше все было как в тумане. Они вдвоем вошли в лифт, Сэм нажимает кнопку и лифт движется вверх. Потом коридоры монастыря, но Мишель все так же сжимает его ладонь. И это чувство, будто ты взлетаешь, хотя знаешь, что обречен разбиться, но ты все равно набираешь высоту. — Мастер Ву, простите, пожалуйста, — произносит Сэм, чуть не сбив с ног старика. — Сэм, ты хоть и быстрый, но за всем не угнаться. Впредь будь аккуратней, — подмигивает старик, скрываясь за поворотом коридора. Довольно шустро для старика двухсот лет. В это время Мишель уже стоит у ворот монастыря, а Сэм даже не заметил того, что она ушла вперед. Хотя ладонь все еще в огне после ее прикосновения. Машина с ревом рвется вперед, оставляя за собой легкий ветерок. Тишину в машине разбавляет любимый плей-лист. Мишель любила тишину, но только не напряженную. Проводя большую часть своей жизни в корейской школе, где со всех сторон слышались разговоры, начинаешь ценить тишину. Сэм же ненавидел тишину и молчание. Вот въезд в родной город. Сэм не хочет верить в скорое приближение Они, не хочет верить в эти смерти, но они есть. — Каково быть сыном героев? — разрывает поток тишины Мишель, не сводя взгляда с улиц города. — Думаю, это тяжело, все ждут от тебя тех же геройств, которые творили родители, — грустно говорит она. — А каково быть дочерью злодейки? — мягко улыбается Сэм. Неужели она его жалеет? Это ему бы следовало ее жалеть. Ее мать ведь Ультрафиолет. — Все ждут от тебя злодеяний? — Такие уж от природы, — пожимает плечами Мишель, наконец поворачиваясь к собеседнику. Внезапный смех заполняет салон. Такой чистый, наверно, даже детский, но с мужицким басом, такой заразительный. Кажется, Мишель уже и сама смеется.

***

То место, куда их отправила Мелисса, находилось в самой забытой части города вблизи порта, так что ехать пришлось около часа. Холодный воздух и ветер не были в силах унять жар Сэма, ведь сейчас Мишель вновь взяла его за руку. И почему с ней он так размягчается? Машина не может проехать по узким улочкам этого района, так что было принято решение идти пешком. На удивление здесь людно. Сколько они шли? Сэм не считал минуты. Это был район среднего класса города. Такие не считают за трущобы, но и за благоприятные тоже. В такие районы входили области порта и владения Императорской семьи, также окраины города. Но именно эти области всегда самые настоящие. Насколько знает Сэм, именно в одном из таких районов Гарри встречался с Алисой. Обычно дома этих областей всегда яркие, всегда выделяются на фоне серьезного центра Ниндзяго Сити. И вот только среди ярких домов выделялся один-единственный. Он был серым, с вывеской, которая должна светиться, и старым. Что Мелисса тут забыла? Мишель отпускает руку Сэма и входит внутрь. Внутри интерьер более приятный. Но Сэм не обращает на него внимания. Из другой комнаты, которая не имела дверей, выглядывает белая мордочка щенка. Это приют для животных. Только очень бедный. — Роджельс, — Сэм переводит взгляд на мужчину лет тридцати пяти, он — владелец этого приюта. И в отличие от приюта, он выглядит здоровым. — Тут деньги для переезда в другое место. Я слышала, что скоро этот дом снесут, и сказала об этом Мелиссе, — Мишель протягивает конверт, набитый, по всей видимости, деньгами, и ждет, когда Роджельс возьмет его. Взял. — Мисс Мелисса всегда добра, — кивает головой мужчина и заглядывает в конверт. — Что?! — восклицает он, чуть ли не падая на пол. — Да тут на две жизни хватит! Госпожа! Я не могу! — Просто примите эту помощь. Мелисса будет рада, — отрезает Мишель, явно желая поскорей поесть дома. Когда она в последний раз ела? Вчера днем. Еще немного и она будет как Мел. Она молча выходит из здания и практически несется в сторону машины. И почему этот приют находится в такой глуши! Позади слышны торопливые шаги Сэма. Боковым зрением Мишель видит яркую синюю полоску, что так мгновенно оказывается в нескольких сантиметрах за спиной. Она не может сдвинуться с места, ведь ее запястье мягко сжимают. Сэм без слов ведет ее к машине.

***

Горячий чай заполняет желудок, смешиваясь с множеством съеденных печений с шоколадной крошкой. Они приехали в его квартиру минут пятнадцать назад и до сих пор хранили тишину. Именно здесь все началось. Только проснувшись тем утром, Мишель приняла это за ошибку, но чем больше времени проходило, тем меньшей ошибкой это становилось. — Где балкон? — спросила Мишель, поставив пустую кружку на барную стойку. — В спальне. Спальня. Она не изменилась. Все такая же синяя и серая. За шторами действительно была дверь, ведущая на балкон. Мишель достает из своей маленькой сумочки полупустую пачку сигарет и зажигалку. Дымок, пропитанный вкусом ментола, тут же заполняет балкон. Никотин заполняет легкие, отравляет и внушает спокойствие. Горькое послевкусие остается на губах. — Куришь? — Только когда нахожусь в стрессовой ситуации, — спустя время отвечает Мишель, делая новый затяг. — Думаю, для всех сейчас стрессовая ситуация, — затяг. — Будешь? — Нет. Я пробовал, мне не понравилось, — отвечает Сэм, облокачиваясь спиной о стену. — Сегодня, наконец, видно луну. Мишель переводит взгляд на небо: правда. Луна выделяется белым пятном среди ночного океана. А звезды хаотично разбросаны вокруг. Это красиво. — Знаешь, быть дочерью злодейки утомительно, особенно, когда она псих и была заключена в Криптариуме, а потом влюбила в себя своего психиатра ради свободы, — Мишель делает затяг, затем грустно вздыхает. — Как и дети героев, мы живем с этим всю жизнь. Но в отличие от вас мы должны скрывать свое происхождение. Та же Мелисса, знаешь, почему она пожертвовала деньги в приют для животных? — в ответ Сэм качает головой. — Потому что ее отчим был Мастером Стихии Животных, и это он вырастил в ней любовь к животным. Сэм знал, что такое любовь к животным. У Лисы четыре кошки, так что не любить животных просто не удавалось. — Но это не так важно. Моя мать известна не настолько сильно, так что нам легче. Но Мелисса... Впрочем, это уже не имеет значения, — отмахнулась Мишель, делая последний затяг и туша сигарету. — Я... — Мишель, я хочу помочь тебе, — начинает уверенно Сэм, но еще сам не знает как. Просто он хочет быть рядом с ней. Он слышал много слухов о ней, и читал ее личное дело. Зная все это, он все же пошел против системы. — Знаешь, смотри, — Мишель переводит взгляд на него, — вот рука, — он протягивает ей руку. — Дай мне свою ладонь, и мы покорим этот мир. Просто доверься мне, — в ответ тишина. — Я знаю, что та ночь ничего не значит, но, несмотря на это, я позволяю это сделать себе. Я не стану на тебя давить. На его лице мягкая улыбка. В ее душе борьба. Это неправильно. Они даже толком не знают друг друга! Это всего лишь секс! Но почему же другая часть ее сейчас рвется протянуть ладонь. Нет, нет, нет... Мишель выдает улыбку, но в глазах лишь боль. — Сэм, я... Мелодия звонка настолько громкая, что сшибает с мысли. Сэм быстро отвечает на звонок. Его лицо принимает серьезный оттенок. Секунда, и его глаза ползут на лоб, рот приоткрыт. Ужас застыл на его лице. — Сэм, — Мишель делает шаг вперед, но Сэм ее холодно останавливает. Неужели это конец? — Ву, — он запинается, — умер.

***

Неизвестно, когда пошла эта традиция, но панорамные окна всегда закрывали темные, преимущественно серые или черные шторы. Но сегодня эта традиция нарушилась. Генерал — глава Портовой Мафии — лично отдал приказ о том, что не нужно занавешивать одно окно, объясняя это чистым небом и полнолунием. Именно поэтому в помещении царит полумрак. Света луны было достаточно, чтобы осветить лица верхушек мафии. Сидя за столом формы бублика, все они были озадачены чем-то. — Может, хватит чавкать? — холодно спросила Красотка, морща свой изящный нос. — Бутерброд слишком вкусный, — с набитым ртом отвечает Толстяк. Омерзительно. Красотка встряхивает своими черными волосами. — Как ты вообще попал в ряды мафии, ты, кусок колбасы? — Красотка усмехается, видя выражение лица своего союзника. Тот тыльной стороной ладони вытирает с толстых губ остатки соуса и хочет что-то сказать, но его перебивают. — Хватит, — шипит Барон, глазами смотря в документы. На его морщинистом лице как всегда сосредоточенность. «Конечно, управлять шайками наркоманов — дело сложное», — раздраженно думает Красотка, в который раз фыркая. — Мы собрались не для ссор, — раздается с другого конца помещения. Секретарь Генерала — Мозг. — Генерал прибудет с минуты на минуту, так что закройте свои рты. По помещению словно прошелся холод. Наверняка сквозняк. Он является частым гостем в этом месте, что находилось в окружении леса. И, несмотря на его постоянность, работники мафии до сих пор не могли с этим свыкнуться. Но нет, это был не сквозняк. За спиной девушки проходит темная тень, и если бы она не знала, кто это, то обязательно приняла бы его за Они. Лунный свет падает на тень, и его русые волосы отражают этот свет. В свои тридцать девять лет он выглядел просто превосходно: высокий и худой, что еще нужно для счастья? Генерал садится в свое кресло и ждет, когда Мозг сядет на свое место. — Мы собрались здесь для обсуждения следующего шага в уничтожение семьи Ниндзя, — раньше Генерала, от слова «совсем», не интересовала семья ниндзя, они не трогали мафию, мафия не трогала их — так было устроено. Но после того как Генерала поймала полиция, все изменилось. Генералу удалось сбежать, но последующие планы как-либо были связаны с семьей Ниндзя. И это многих не устраивало, но разве пойдешь против целой империи? — Сейчас они полностью сосредоточены на Они, так что сейчас они более чем уязвимы. Мы сделаем это тихо и медленно. Разрушим их изнутри. Мистер Барон, прошу. Старик с места включает свой доклад на стене и откашливается. — Что ж, начнем.