Чужие строки.

*hans zimmer — day one* (использовать для полного прогружения) Ромка бегает и совсем не боится измен и страсти. Он проводит все свое время с Антоном и счастлив, забыв о том, какой может быть Антон. Прикрывая глаза, он медленно берет лицо блондина в свои руки и прикасается к его губам. — Я люблю тебя. — признается шатен, и смущенно отводит взгляд куда-то в сторону — Рома. — пугливо отводит взгляд Петров, и окунается в поток поступающих мыслей. — И. я. Пятифан облегченно вздыхает, и берет его за руку — Ты такой маленький. И твоя рука. Блять. — слезы радости поступают прямо в самый неподходящий, по мнению Ромы, момент. — Я-я. Так устал защищать тебя вдали от всех! Я, сука, как настоящий охранник бегал за тобой и отгонял всех плохих ребят! Ты бы видел мои синяки на руках! Ты был знал мою жгучую боль, когда я слышал плохие слова про тебя! Сколько ярости было в моей душе, что кто-то смеет про тебя заявить плохое! Я просто. Я просто пытался уберечь тебя от всего плохого в нашем мире! Я тренировался ежеминутно, чтобы всегда подстраховать тебя и спасти. Я, блять, понятия не имел, что ты тоже. чувствуешь что-то ко мне! Антоша все еще не может собраться с мыслями. — Ты не понимаешь, каково это, блять! Защищать свою любовь, которая спокойно идет через лес! Я блять. Блять.! — стирает свои слезы, и продолжает: — Я просто. Долбоеб. Надо было давно признаться! Дрочить вдали от тебя, и просить печати твоих фоток! Сука! Какой я идиот! — он сумасшественно улыбается — Я смотрел порно. покупал обнаженные журналы на которых ебутся телка и мужик, и представлял. Нас! — Ты действительно долбоеб. — сухо отвечает Петров, наконец приняв решение — Я не уверен, что. — Что? Что, мать твою?! Что?! — не терпит Рома, и ждет ответа — Я. не гей. Ты мне не нравишься. — отрезает Антоша, и перед глазами Ромки белая пелена. Громко сглатывая, Роман понимает всю ситуацию и принимает ее. — Извини. — похуизм не передать, это слишком чувствительно. Это слишком больно Садиться на кол, который пронзает тебя насквозь. Эти слова. Слова, которые никто и никогда не поймет, кроме Ромки. Эта боль. Эти чувства. Этот день. Этот дождь. Эти облака. Этот Антон. Никто никогда не сможет описать это так, как было на самом деле. Тихие и мокрые слезы, которые разбивали глаза. Которые краснели от услышанных слов. Эти, сука, старания были незамечены. — И. — продолжает Петров, — Я не хочу с тобой общаться, Рома. Ты мне противен. Именно за этим гнался хулиган? Именно этого он хотел? Хотел быть парнем, которому дважды разобьют сердце. Слабое и безнадежное сердце. — Но. Почему? — решается мелкий бандит — Почему ты не хочешь? — Потому что мне нравится, когда за мной бегают! Я не мед, чтобы ты лез ко мне, как пчела! Совсем не мед! И это твои личные проблемы и чувства! — Разреши мне проводить тебя. Пожалуйста. — умоляет Пятифан, почти садясь на колени перед Петровым, но тот холодно произносит: — Нет. — Нет. — сколько же трагедии почувствовал Рома, услышав это. Его обесценили и не любили. Вся его жизнь превратится в хаос. Ведь довериться снова ему будет очень трудно. Очень. Вся любовь его жизни ответила отрицательно, словно ножницами отрезав. Это как клинок по руке. Как самоубийство. Чем занимается Рома после ответа? Ничем. Тушит сигареты о руки, наслаждаясь жгучим ощущением. Огонь на свои руки. Но это расслабляет, как сигареты. Намного лучше. Не хочется жить, хочется верить, что это все глупая шутка. Остается ждать Антона, который возможно подойдет в школе и скажет, что просто необдуманно отказал. Но этого не последовало. Какой я идиот. Как можно влюбиться в мальчишку? Это ненормально. Пацаны не примут. Никто не примет. Желание закончить, как Семен. Пропасть без вести, но ведь и это рыбий крючок для Тоши. Привлечение долгожданного внимания, которое невозможно получить просто так. Глоток его чувств, но что он скажет? То, что какой оказывается хулиган слабый? Да. Так и будет. И ничего больше. Он сплюнет эти мысли куда-то далеко-далеко, оставив себя радостным и счастливым. А Рома даже в гробу будет помнить о том, как он сильно был влюблен. — Моя любовь, блять! Я буду любить тебя вверху! Сука, прямо там! На чертовых небесах, рядом с Иисусом! Я буду тебя любить и оберегать, как настоящий ангел, буду следить за тобой и подсказывать! Всегда! Всегда! — кричит в пустоту Рома, теребя в руке стакан с водой — Я буду всегда тебя любить! А в ответ лишь дальний смешок. От Антона. Который плавит, как огонь пластик. Также бесчувственно. Не думая ни о ком. Совсем. Иллюзия любви бьет сильно. Пробивая клетки мозга и разрушая их насовсем. Ромка кричит на улице, стараясь привлечь то внимание. Того самого блондина, который стоит в пару метров с одноклассниками и хохочет. Бяша с ним. Рома один. Никому не нужный брошенный котенок, который лишь просто хотел тепла рядом с кем-то. Хотел ощутить внутри себя настоящего мужчину, способного сохранять свою половину. Половина сердца отпала вместе с настроем Романа. Приходя в школу ежедневно, он задумывался о нужде во обществе. Он задумывался о том, как можно исправить ситуацию. Подходя к Антону, но тот лишь кидался матом и отрекал его от себя. Больно. Бабочки кружатся в баночке. Беспомощно пытаясь вылететь, но через стекло это невозможно. Ромка наблюдает за этим, и поглаживает пальцем банку. — Как же мне. знакомо ваше положение. — слабо улыбается — Простите. Рома открывает баночку, и выпускает насекомых, наблюдая. Но ведь порхающим не выбраться самостоятельно. Им нужна помощь, и спасителем является Роман. Слезы вновь наворачиваются на глазах, и он тихо шепчет: — Как бы я хотел. чтобы на месте меня был Антон — слезы сияют, как настоящие изумрудные стразы. Дыхание громкое, нервное. Рома садится на колени, и закрывает свои глаза. Задумываясь о настоящей реальности. О том, жив ли он на самом деле. Возможно, он мертв и это просто его воспоминания. Но мы запоминаем только лучшие моменты, или наоборот, худшие. Не бывает средних. Не бывает чего-то умиротворенного, что так сильно отпечатывается в памяти. Эти глаза, словно алмазы, дарят приятное чувство в груди. Этот милый взгляд. Слезы бегут, как речка. Или водопад. Но. это не решит проблему. Эта проблема из разряда нерешаемых, эта проблема, которая дается слишком сложно. Жизненный опыт всегда наполнен болью. Которая проходит, но со временем. Антон. Его белоснежные волосы, словно цвета снега. Мягкие и нежные реснички. Аккуратные губки, которые тянут к себе взгляды. Носик… ах, этот блядский носик. — Антоша. как я. блять, люблю тебя. — тянет Рома, заготавливая себе таблеток — блять, как люблю. — Это. ненормально так любить — тяжело вздыхает Пятифан — я. не по понятиям. и похуй. лишь бы он был всегда счастлив. Всегда улыбался, показывая свои зубы. Только, не как песик, а как очень сексуальный мальчик. Чем же ты так завлек. До смерти. Тяжело осознавать, что человека больше нет в твоей жизни. Он ушел. И я уйду.