1
12 мая 2021 г., 12:24
Распахнув двери со всей силы, юноша галопом вбежал в здание. Взгляд метался из стороны в сторону, а сердце учащенно билось. Его взору предстают старые церковные убранства, но их обветшалое великолепие не волнует сейчас, и он устало шагает к завятшей от старости исповедальной стойке и облокачивается на нее. Взгляд темно - коричневой почти чёрной радужки прикован к разбитому витражу.
- О, архангел Михаэль, что... что мне делать? Я грешен и омрачен. Этот мальчик, он... он навеян мне Дьяволом?... Я чувствую, что хочу видеть его обнаженным. Я... я не понимаю. - шепчет он. - почему?! - Должен ли я испытывать подобное к мужчине?...
Несколько минут после своей "исповеди" Харука безмолвит и виновато опускается на колени, его лоб касается прохладной керамической плиты. Жмурясь, он продолжает:
- Это же неправильно, я не должен! Я дал слово Ему, обет, который не нарушу до конца своих дней! - Почему мне так больно... я опустошен? Молю вас, архистратиг, пожалуйста, направьте меня, - рыдая, умоляет юноша, - неужели сами черти искушают меня?!
Примечания:
Вроде написал…
