Летопись правильного выбора.

      Они не говорили друг с другом больше месяца. Работая в одной школе, обедая и ужиная в одном зале, у них не было ни секунды, чтобы поговорить. Северус Снэйп превратил их жизнь в абсолютный ад.       Терпение Гарри было на пределе. Утром, очнувшись от беспокойного сна, стоя под струями холодного душа, он решил, что сегодня не уйдёт от его двери, пока они не поговоят. Если такого шанса директор ему не даст, он схватит его за руку (да пусть хоть на глазах у всей школы!) и аппарирует Домой, и уже там, наплевав на все условности, покажет ему всю глубину своих переживаний.       Его планы ещё за завтраком разрушил человек в чёрной мантии, подбитой красным шёлком.       — Директор, лорд Принц, господа преподаватели: прошу прощения, что прерываю вашу трапезу. Лорд Блэк: очень срочно, — сказал он протягивая свиток.       Директор наконец-то удостоил лорда Блэка взглядом и слегка кивнул головой, предлагая посланнику и преподавателю выйти из Большого зала.       Скрывшись от любопытных студентов, лорд Блэк развернул свиток.       — Прошу за мной, господин аврор. И, не взглянув на директора, стоявшего позади гостя, направился в сторону своего кабинета.       Снэйп не стал преследовать молодых людей, так и оставшись перед закрытыми дверями Большого зала.       Гарри закончил писать ответ и, передав его аврору, попрощался. Молодой человек покинул кабинет алхимика и вскоре аппарировал, покинув защитный купол школы.       — Кричер.       — Мой лорд.       — Я хочу видеть леди Нарциссу — сию минуту: не своди с них с Норсом глаз, и найди Драко.       Через минуту его камин начал отбрасывать искры.       — Лорд Блэк, что за срочность?       — Миледи, воспользуйтесь камином директора: через десять минут жду вас в Хогвартсе…       — Гарри, — голос Драко обрадовал молодого лорда, — что случилось?       — Прошу, проводи свою маму и брата. Встретимся у директора.       Он покинул свой кабинет и через пару минут постучал в дверь директора, которая приветливо распахнулась, впуская желанного гостя.       — Директор, пожалуйста, откройте камин для леди Нарциссы с сыновьями.       Северус не задавая вопросов, взмахнул палочкой, выполняя его просьбу.       — Прошу, — указал он на кресло перед собой. — Могу я узнать, что происходит?       — Да. Но я хотел бы для начала попросить вас об одолжении. Пусть моя семья останется здесь до выяснения всех обстоятельств произошедшего.       — Конечно, Гарри. Я попрошу подготовить комнаты.       — Драко и Норс могут остаться со мной.       — В Хогвартсе достаточно свободных апартаментов, лорд Блэк. Тинки, приготовь апартаменты для леди Нарциссы с младшим сыном и для Драко.       Маленькая эльфийка исчезла, кивнув головой.       Камин заработал, не дав директору повторить главный вопрос, который его волновал.       Нарцисса вышла из камина, подавая Северусу свою изящную руку, за ней из камина вышагнул Драко, держа на руках спящего Норса. Гарри улыбнулся, вслед за директором легко касаясь губами кончиков пальцев леди Блэк, заботливо усаживая её в своё кресло, и посмотрел на Драко.       — Кричер, — позвал он, - возьми Норса. Тинки покажет тебе апартаменты леди Блэк.       Даже если Нарцисса и была удивлена, она не подала вида. Лишь поцеловала маленькую ручку сына, неподвижно замирая в кресле.       — Драко, леди Нарцисса. Вчера ночью был похищен лорд Малфой. Пока ничего не известно, но спешу вас успокоить: он жив, и Аврорат занимается этим делом. Однако, пока этот вопрос не будет решён, вам лучше побыть здесь.       Он видел реакцию всех находящихся в кабинете: Нарцисса вздрогнула, словно от удара, желваки Драко заходили ходуном, а его пальцы побелели сжимаясь в кулаки. Северус всё ещё сверлил его взглядом, не выражая ровным счётом никаких эмоций.       — Спасибо за заботу, лорд Блэк, — наконец нарушила тишину Нарцисса. — Пожалуй, я пойду к младшему сыну, мой лорд.       — Тинки, проводи леди Нарциссу в её покои, — отдал распоряжение директор и принял свиток от влетевшей в открытое окно совы.       — Кричер в вашем распоряжении, миледи.       — Спасибо, Гарри.       — Драко, тебе тоже нужно отдохнуть: моя лаборатория в твоём распоряжении.       Когда мать удалилась, Драко позволил себе нервно пересечь кабинет, занимая место у окна.       — Никаких деталей?       — Это случилось в Лютном. Поздно вечером он покинул мэнор, проигнорировав совет не выходить из безопасного места в столь поздний час. На нём был маячок Аврората: он работает, пока лорд Малфой жив. Но он перемещается очень быстро, используется сложная магия… Они ищут его, Драко.       — Хорошо, хорошо…       Тишину нарушил быстрый патронус легавой Рона: «Гарри, нужно встретиться.»       Не успел Гарри наложить чары приватности щёлкнув пальцами, как рядом с ним взвился патронус Грюма: «Лорд Блэк, Аврорат запрашивает официальную встречу с Алхимиком.»       — Гарри, пожалуйста, помоги найти отца…       Просьба слетевшая с губ Драко, больно ударила между рёбер.       — Прошу прощения господа. Директор лорд Принц, Драко. — Он поклонился и вышел из кабинета.

***

      Северус не произнёс ни слова. Он был бледен, сжимая полученный свиток, и молодой человек не сомневался в том, что тот в нём прочёл. Гарри уже неплохо знал главного аврора: Грюм не терял времени даром, сообщая старому другу, что при первой просьбе алхимик отказал.

***

      По дороге к собственному кабинету его догнал белоснежный патронус Нарциссы: «Не рискуйте собой, лорд Блэк, но прошу вас о милости: помогите Люциусу в последний раз.»       — О, Мерлин, — прорычал алхимик и аппарировал в Министерство заставляя охранные чары звенеть в кабинете директора.

***

      Главный аврор перехватил его прямо у входа, увлекая за собой.       — Ну и в чём загвоздка? — Гаркнул Аластор Грюм.       — Ты спросил, я ответил.       — Ну и что, полегчало?       — Нет.       — Поттер!       — Я — Блэк, Аластор. И разве ты не сделал официальное приглашение Алхимику? Официально отвечаю, что не могу помочь! — Колокольчики на сапогах пронзительно зазвенели.       — Я выполню любую твою просьбу: если выяснится, что это мои проворонили его… Шуму будет, сынок!..       — Я не могу. А твои не виноваты, что он идиот.       — Идиот, который метит в кресло министра…       — Не проси…       — Хм. Ты никогда мне не отказывал, даже тогда когда дело было ну совсем уж пропащим… К тому же, он какой-никакой, а твой родственник…       Аластор пропустил парня в кабинет и закрыл дверь.       — Мне показалось, что ты счастлив в школе, сынок. Подскажи направление: нельзя, чтобы его убили.       — На нём маяки, которые сделал я. Если они не могут помочь — не могу и я.       — Не можешь или не хочешь? — Грюм громко стукнул тростью. — Ну что ж, алхимик, если у тебя нет никаких догадок, мне незачем тебя задерживать.       Грюм набросил на них ещё какие-то чары, положив руку на плечо Гарри.       — Только вот ещё одна проблема, сынок: рядом с ним в момент похищения был след аврора, сам догадаешься какого?       — Я понял, Аластор, — Гарри поклонился и аппарировал прямо из кабинета главного аврора, пробивая все защитные барьеры.       — Уизли, ко мне, — заорал Грюм. — Что Снэйп? Пришёл ответ?       Злость не давала Гарри прийти в себя: он видел его вчера, в кабинете Снэйпа.       В ушах алхимика всё ещё звучали слова директора: «Ты измучил мальчишку, измучил себя, извёл меня, Люциус… Прими то, что есть или уймись.»       — Извёл… Он его извёл… ненавижу! — Прорычал Гарри, в тысячный раз прокручивая в голове то, что заставило его проработать всю ночь без отдыха, забрав изрядное количество сил.

***

      В «Норе» было тихо. Он вошёл, окликая миссис Уизли.       — Её нет, Гарри, — ответил спускающийся сверху парень.       — Чарли?       — Привет Гарри. Слушай, Рон роет землю в поисках тебя. Если ты не поспешишь в школу, боюсь, лорд Пруэтт разобьёт свой нос. — Чарли улыбнулся, махнув на прощание рукой.

***

      Рон нашёлся прямо перед воротами Хогвартса. Рядом с ним стояла задумчивая Гермиона, ведущая беседу с профессором Макгонагалл. Гермиона кивнула, подхватывая профессора трансфигурации под руку, увлекая за собой.       — Гарри. Привет. — Рона трясло, хотя на нём была тёплая аврорская мантия. — Надо поговорить.       — Мы уже говорили…       — Я не могу его найти, Грюм не может, никто не может, он как будто испарился…       — Вот и отлично: твои мозги успеют прочиститься от его яда.       — Гарри…       –…и не только мозги.

***

      Он несся по коридорам замка в тихий приют своего кабинета. Войдя в свою обитель, сбросив мантию он уселся в кресло, смотря на стоящего напротив Рона теребящего в руках форменную фуражку.       — Помоги мне найти его. Подумай — это просто человек, живой человек, забудь о всех предрассудках.       — Предрассудках?! Да он использует тебя…       — Помоги мне, прошу, я… Это я виноват в том, что произошло: я попросил его о встрече, и он пришёл. И… Всё было хорошо, а потом мы снова поругались, я вспылил. Бросил его одного, посреди ночи.       — Рон, ты говоришь о лорде Малфое, а не о кисейной барышне…       — Я люблю его…       — А он не любит никого! Ох, нет, подожди: этот мудак любит себя.       И без того бледное лицо Уизли потеряло все краски.       — Я сделаю всё, что ты захочешь: только помоги мне найти его, Гарри…       — Я хочу чтобы ты выкинул его из головы, сможешь? Нет?! Тогда вали отсюда, иначе прокляну.       Рон растерянно отшатнулся и, зарывшись рукой в волосы, торчащие в беспорядке, не сдвинулся с места.       В открытую дверь медленно вошёл директор, его лицо было затянуто сетью морщин. Он смотрел на молодого человека, сидящего в кресле за столом с ужасной тоской. Возможно, именно из-за этого Гарри не выдержал и взорвался, из-за чего Рон ретировался быстрее молнии.       — А, ну конечно, и ты пришёл?! Я ждал именно этого, ну давай, проси… все уже попросили за этого…       — Гарри, я пришёл не за этим. Если честно, я бы хотел…       — Нет, сегодня все просят об одном.       — Я не…       — не прошу у тебя ничего делать, просто задай направление… Грюм только что получил его волосы с совой. Он пришёл ко мне, потому что ты ему отказал. Он просил меня поговорить с тобой… — Так, директор, или я что-то упустил?!       Северус молча выслушал его и снова заговорил.       — Гарри, я пришёл не за этим и, если ты сумеешь замолчать хоть на секунду, возможно я…       Последние слова утонули в звуке хлопка ладоней по столу…       — И что я получу за это, а Северус? Всем остальным нечего было мне предложить — я ждал тебя.       — Гарри, да что с тобой?       — Я устал! Я ЖДАЛ ТЕБЯ! — Заорал он. — Всю эту чёртову прорву времени! Ты сбежал от меня, не позволив даже объясниться. А сегодня пришёл и заговорил?! Из-за него! Если бы я знал, я бы давно стёр его с лица земли. Ты хочешь Малфоя, так?!       — Гарри… если ты не можешь помочь, просто скажи Аластору: объясни, он думает, что ты не хочешь. Однако, если ты не против выслушать меня, то я пришёл не за этим.       — Ты игнорировал меня, избегал, таская за собой этого альбиноса… а сейчас что изменилось?.. — Молодой человек поднялся с кресла, медленно двигаясь к директору. — Теперь моё время говорить. Я приведу его: стоит тебе только попросить. Или ты думаешь, я не смогу найти человека, который трахает мозги моему лучшему другу и ложится под человека, которого я люблю?!       — Гарри…       — Рон говорит, что готов на всё, что угодно… что ж, я выбрал. Где там лорд Пруэтт? — Закричал он.       — Алхимик согласен. Слышишь, Уизли?! Я попрошу помощи у Госпожи. Но за это я хочу награду, — Он сверкал дикими глазами полными огня. — Я хочу тебя, Северус. Ты больше не притронешься к лорду Малфою и пальцем… Ты ни к кому не притронешься, перестанешь сбегать из моей комнаты по утрам... или, думаешь, я не чувствую твоей магии у моей постели?! С начала учебного года я не вижу кошмаров, а это значит — ты каждую ночь проводишь в моей спальне! — Тыкая в его грудь пальцем, Гарри выплёскивал на Северуса всё, что накопилось в душе. — Зачем? Возвращаешь долг? Так я хочу большего. Этого мне мало — я хочу тебя. Я приведу его, но ты будешь только моим!       В его глазах горел огонь, голос сорвался на рык:       — Не заговоришь — я приму это за согласие, Северус. Приму как алхимик, — он схватил его руку, оплетая его чарами.       В глазах любимого человека застыла безысходная усталость и удивление. Лорд Принц молчал.

***

      Северус решил поговорить с ним ещё вчера, а сегодня, получив письмо Грюма, чуть с ума не сошёл от волнения за обессиленного молодого человека, который последнее время походил на бледную тень самого себя. Он шёл сюда не для того, чтобы о чём-то просить — он шёл к Гарри, потому что переживал за него и очень соскучился. Все эти дни абсолютного ада, которые он соткал собственными руками из ткани времени, выпили все силы из них обоих.       Он тосковал без их неспешной беседы, без ужинов и без Дома у океана. Каждую ночь, приходя в спальню к Гарри, он позволял себе лишь легко касаться его волос, отгоняя кошмары. Пытаясь выкинуть из головы воспоминания о чувственном теле в собственных руках. Он безумно любил и очень устал. Сегодня Северус был готов к разговору, но, похоже, с беседой он очень запоздал.       Гарри одним рывком преодолел всё ещё разделявшие их сантиметры, все скопившееся одинокие дни и, схватив его за полы незастёгнутой мантии, грубо поцеловал, вжимаясь в него всем своим телом. Хотя, поцелуем это было сложно назвать: он заявлял о своих намерениях. Его стон утонул в губах Северуса, когда прикусив его губу, Гарри разорвал поцелуй, слизнув каплю крови, закрепляя договор.

***

      Видимо кричал он громко, потому что Рон всё же вернулся, застав их — неспособных оторвать друг от друга взгляд.       Гарри поигрывал во рту маленьким красным камешком.       — Рон, пошли: заберём твоего альбиноса… Лорд Принц, — он поклонился директору, волосами задевая пуговицы его сюртука и касаясь дрожащих рук. Снова потянувшись к нему, Гарри приподнял правую руку Снэйпа, целуя кончики пальцев.       — Скажи, пожалуйста, Аластору: он может отследить нас в ближайший час, — он добавил маленький красный камешек на своё запястье. — Алхимик принял твоё согласие, лорд Принц.       Северус не мог оторвать удивлённого взгляда от лица алхимика, вдруг вздрогнувшего, как от удара. Гарри ничего не понимал: он почувствовал странную боль прошившую грудь, протянув руку к сердцу — чувствуя, как теплеют нити ритуала, тянущиеся к Северусу. В то же время магическая связь, переливаясь золотым свечением, показалась его любимому, демонстрируя лозу, связывающую их между собой.       Северус не оттолкнул, не был зол — он так крепко обнимал обозлённого мальчишку, нежно отвечая на злой поцелуй. Его сердце тянулось, отвечая взаимностью — для ритуала этого было достаточно. «Сердце рода» ответило — чувства переполняли сейчас обоих, заполняя собой пространство.       Северус уже видел такое, он перечитал об этом ритуале всё, что только сумел обнаружить, надеясь найти ещё хоть какую-то зацепку, чтобы помочь Алисе Долгопупс. Он не знал, как такое вообще возможно, но у него не было ни капли сомнения в том, что золотом между ними тянулась связывающая лоза «Сердца рода».       Через столько лет он наконец понял, как выжил… этот мальчик выбрал его, только появившись на свет: шёл, не отводя настороженного взгляда, плечом к плечу по линии его жизни. Связал себя с ненавистным профессором, защищая, а что сделал он?.. Он был его якорем, он просто любил.       Гарри видел понимание в глазах Северуса, но тянуть дальше было нельзя.       — Рон, нужно спешить: если на тебе остался его след, мне не понадобиться помощь Госпожи, — И, после секундной задержки и тихого ответа Рона, они аппарировали вместе с другом.

***

      — Северус! — Громкий голос главного врача больницы Мунго остановил его посреди оживлённого коридора. Несмотря на выходной день жизнь в госпитале не знала передышек.       — Гиппократ…       — Ты знаешь, мой старый друг, — не унимался главный колдомедик, хватая не замедляющего шаг Снэйпа под локоть, врываясь в поток его сумбурных мыслей. –… где сейчас должна быть моя невеста?       — Сметвик, не своди меня с ума: я к Гарри. Какая невеста, Гиппократ?       — Моя, Северус, моя невеста. А Гарри наверху, вместе с Гермионой.       Друг сбился с шага, и Гиппократ потянул его к небольшой лестнице.       — И если ты не заберёшь его отсюда, моя невеста так и просидит у его кровати, и пойдёт под венец с белом халате вместо свадебного платья! Поэтому забирай отсюда своего алхимика и, может, пора уже вам серьёзно поговорить?       Северус замер, подняв уставшие глаза на друга.       — Кто женится?       — Северус… — начал было Гиппократ.       –…       — Я принёс тебе приглашение за день до исчезновения Люциуса. Я, конечно, понимаю, что ты переживал, но забыть…       Они медленно шли по длинному светлому коридору: прошло больше месяца, как алхимик и представители Аврората отправились на поиски лорда Малфоя. За это время Северус успел состариться ещё на десяток лет и лишился последних тёмных волос. И вот, он стоял напротив двери, за которой был живой и предположительно здоровый Гарри, а он все не решался взяться за ручку.       Внезапно дверь распахнулась, выпуская наружу худенькую девушку и крутящуюся у её ног кошку-патронуса.       — Всё хорошо Минерва, он дремлет, а Гиппократ должен встретить лорда Принца — отправлю их домой, и сразу же вернусь в Блэк-холл, — говорила Гермиона, отправляя в путь свою золотую львицу-патронуса.       — Платье — просто глаз не оторвать: твой друг очень хорошо потрудился. Не задерживайся, моя дорогая, — мадам Малкин боится не успеть к сроку, а ты так похудела… — С последними словами патронус растаял.       — Слава Мерлину, профессор. Я держу его под чарами, но у меня не очень выходит, потому что он рвётся в Хогвартс, твердя, что он идиот. В том, что он идиот, я не сомневаюсь, а вот аппарировать с таким сотрясением и истощением нельзя даже алхимику. Поэтому ступайте и успокойте его, как хотите: только без резких движений и аппараций.       — Гиппократ, не смотри на меня так: все эти ваши секреты до добра не доведут. Ваши бывшие коллеги использовали артефакт времени, но не обычный "маховик": у него другой принцип действия. Они неизменно находились в одном и том же месте, но в разные временные отрезки. Для Гарри вся операция заняла не более нескольких часов: он потратил прорву сил, чтобы сдержать артефакт и вернуться к нам не через год... Всё, мне нужно идти. Присмотри за ними, если хочешь, чтобы я тоже была на свадьбе, — она встала на цыпочки, но вдруг смутившись, просто провела рукой по щеке Сметвика и аппарировала.       — Ты и… не говорил мне…       — Сев, ты уверен? Тебе было не до этого, — Гиппократ немного помолчал и добавил:       — Все эти годы…       Они зашли в палату, где под колдокуполом лежал молодой мужчина с перемотанной головой и сильно опалёнными тёмными волосами. Северус сделал пасс палочкой и, убедившись, что Гарри в порядке, повернулся к другу.       — С ним всё нормально, Сев. Он истощён и магически (это действие временного артефакта), и физически — в него срикошетило заклинание аврора… и он очень переживает: не говорит, конечно, отчего… но твой Гарри в норме.       — Спасибо, Гиппократ.       Доктор только улыбнулся:       — Это не я, «Сердце рода». Благодари себя.       — Почему ничего не сказал?       — Потому что это не мой секрет. Гарри решил дать тебе выбор. Он работает над тем чтобы освободить тебя от любого влияния ритуала, и я считаю это взрослым решением. Другой вопрос, что ты любил его задолго до того, как он сделал то, что сделал.       — Я ничего тебе не говорил.       — А думаешь нужно было? Когда ты лечил его в Гриффиндорской гостиной, ты даже не думал этого скрывать. А слова… это просто слова. С того самого дня, когда ты обозначил свои чувства, я тоже сделал свой выбор. Мы оба много раз ошибались, но надеюсь, что уже достаточно. Я хочу жениться и спрятать леди Гермиону от вас подальше. И ты не позволяй ему больше так рисковать. Как думаешь, долго ты протянешь если потеряешь его?       — Ни дня.       — Я буду неподалёку, если понадобится помощь. И не опаздывайте к торжеству, иначе я за себя не ручаюсь.       Гарри заворочался, и Северус, кивнув, пересёк границу колдокупола.