Кляксовые истории

Мона Лиза хваталась за голову — материнство непростое занятие. Особенно когда на руках прекрасные неугомонные тройняшки. Совмещать работу и заботу о детях невозможно, когда ты остаешься совсем одна с проблемами. Но она кое-как сводила концы с концами и кое-что вкладывала в воспитание. Черт бы ее побрал переехать на проклятую Землю, в Нью-Йорк, и повстречать там спустя год мужчину мечты! Который, к слову, после первой же ночи сбежал самым немыслимым образом — в другую временную ветку! Впрочем, он сразу сознался в том, что из прошлого и скоро исчезнет. Мутанта ничто там не держало, в две тысячи сто пятом, не говоря уж о первой встречной. Нечего было клювом щелкать, поддаваясь на природное обаяние! Слово за слово, бокал за бокалом — и вот они в постели. Это была невероятная бурная ночь! Мона даже помыслить не могла о том, что залетит от случайного землянина-мутанта с единственного раза блаженства! Почему они вообще оказались совместимы? Да, оба принадлежали к роду рептилий. Но разных, и лишь частично по их венам текла кровь пресмыкающихся. К тому же до сих пор ходила молва о том, что саламандрианцы в принципе не совместимы ни с кем из разумной фауны по крайней мере всей видимой галактики. Кто же знал, что из правил всегда найдется исключение, еще и на собственном опыте? Хорошо хоть, что девушке хватило ума узнать мимоходом и запомнить, где остановился пришелец. Для ящерки было шоком, что муженек на час имел какое-то отношение к богатенькому мальчугану знаменитой «О’нил Тэк». Она еле пробилась на прием и с пристрастием объяснила, зачем ей нужен друг Джонса, как только выяснила, что в положении. Рыжий пообещал, что позаботится о благосостоянии ее и детей и, торопясь, в попыхах вручил недавно разработанный портативный наруч для путешествий во времени. Владелец корпорации вскоре улетел в неизвестном направлении и не возвращался. О нем ходило много слухов, и никто не мог доподлинно установить местоположение. Видать, наэкспериментировался своей бесполезной безделушкой! До непосредственно пропажи какого-то там гениального аристократа Моне дела не было. А вот его аппарат, к сожалению, дал сбой и отправлял ее на сносях не только в другое время, но еще и другие вселенные! Пацаненок что-то напутал и отдал не тот гаджет? И денежек никто так и не перевел, не оставил мешок кредитов под дверью. Впрочем, Мона не отличалась наивностью и доверием к подобного сорта людям, так что конкретно эта сторона вопроса ее ни капли не удивила. Сама как-нибудь, как и всегда. Зато никому не должен ни финансово, ни морально. Спать спокойнее. Хотя в ее случае сон пока — за гранью фантастики вообще. Столько разных миров мелькало у рептилии перед глазами, и ни одного ухажера, который ее хотя бы просто узнал! Моне хотелось не переставая выть, понимая, что времени в обрез. И действительно, когда родились дети, путешествовать стало сложнее. Благо детеныши саламандрианцев росли быстро и незаметно вышли из младенчества. Так что Лиза смогла брать прицеп с собой на поиски незадачливого осеменителя. Годы шли, а Моне все не везло. Однажды она сдалась и забросила наручень, не могущий отыскать верную конфигурацию прошлого. Ящерка смирилась с одиночеством в воспитании и нехваткой духовной и телесной близости с мужчинами — вот ей богу, не до того было совершенно. Девушкой она была сильной, независимой. Справится. Как-нибудь. Как все. Не лучше и не хуже остальных. Тяжелые, изнуряющие лета сменяли друг друга. Дети стремительно подрастали, увеличивались и их хотелки. Мать из кожи вон лезла, дабы чада не знали ни в чем нужды. С переменным успехом удавалось заткнуть все дыры потребностей. Не считая материнских. К десяти годам, по меркам родной планеты и из-за особенностей генетики, ящерицы достигли совершеннолетия — впереди их ждала длинная самостоятельная жизнь, по меньшей мере до минимум ста двадцати лет. Среднюю дочь можно было уже сватать, да только в венах девчонки бурлила воинская кровь. Та, нервная, порывистая, вечно ворчащая, грубая, неусидчивая, напрочь отказывалась влезать в амурные дебри. Зато с детства предпочитала неподвижным играм развивать силу и ловкость и вместо чтения книжек занимала первые места в вольной борьбе, разрабатывая собственный неповторимый стиль. Но и в наивную невежественную глупышку та благо не превратилась. Сперва девчонка нахватала медали и кубки местных соревнований, позднее — региональных, межгосударственных, затем — вовсе межпланетных. Гордость матери и братьев. Оба сына, младший и старший, не отличались ничем особенным. Простые мальчишки, души не чающие в матери. Ее защита, опора и надежда. Благодаря их стараниям Моне больше не нужно было заботиться о финансовых и других житейских вопросах. Они сами нашли работу и копили на образование, не ущемляя ни в чем мать. Теперь настал ее черед получать. Однажды негаданно к ним домой ворвался некто в маске. Оказалось, что дочь, как великий боец, приглашена на межвселенские соревнования Битвы Нексус. Разумеется, семья единогласно отпустила юное дарование в открытое плаванием получения заслуг. К сожалению, братьев в столь важный для сестры день не отпустили с работы. Но с ней безоговорочно отправилась любящая мать.

***

В этот раз Микеланджело не повезло: за два дня до битвы Нексус братьев знатно потрепало, и младший, не уберегшись, сломал ногу. Донателло тоже довольно сильно досталось, и он, изнуренный мелкими, но многочисленными повреждениями по всему телу, отказался от участия для поддержки за компанию. Так уж вышло, что выступить за честь клана Хамато полноценно мог лишь Леонардо, кого чудом не задело обломками, лавиной накрывших черепах во время неожиданного землетрясения, когда те отслеживали, что творилось в наркокартеле сыновей влиятельного местного политика. Черед лидера значился через десятеро выступлений лучших воинов с разных галактик других измерений. На сей раз предварительный отбор финалистов проводился попарно. Оставалось семь спаррингов, когда мутанты вдруг хватились мастерски отколовшегося без предупреждения от команды Рафаэля. — Где Раф? – гневно заозирался старший, предчувствуя неладное. Стиснув зубы, нахмурился, обращая взволнованный лик на братьев. Тоже удивленные внезапным исчезновением младшие, растерянно переглянувшись, рассеянно пожали плечами. Донни сразу же отточенным до автоматизма движением вынул планшет, чтобы пробить бунтаря по маячку. Гений тут же, недовольно сдвинув надбровные дуги, забранился: — Ну я ему задам жару! Вот же… — Лютый бес! – заглушил справедливую ученую характеристику голос диктора, представившего публике следующего борца за звание величайшего. — Ха! Когда я смотрел списки участников, так и знал, что с челом с таким ником че-то не так! – невесело хохотнул Майки, встревоженно вглядываясь на арену. У Рафаэля всего-то было вывихнуто плечо, сломан средний палец на руке да простреливало шею и саднили лодыжки, чтобы отказаться от возможности проявить свою силу. Темперамент не мог допустить того, чтобы хотя бы не попробовать, иначе перестал бы себя уважать. Да и не позволить же старшому единолично светить перед публикой своей невозмутимой идеальной мордахой! Пускай и от своего имени, а не за честь семьи в открытую, хулиган обязан почесать кулаки во славу необузданной агрессии зверя. Красный фирменно ощерился, перебрав с хрустом здоровые пальцы по рукояти саев. Энни Лиза, соперник на два, как счел здоровяк, раунда, оказалась довольно щупленькой молодой ящерицей, хотя и не без выдающихся тренированных форм. Девушка тоже приняла боевую стойку за мгновение до гонга. Раф недоуменно скользнул по рептилии. Она что, смертница? Неужели на полном серьезе собиралась сражаться безоружной против пары кровожадных саев? Или прятала кинжал где-нибудь в потайном кармане? Может, ее хвост выступал в качестве хлыста? Так или иначе, с задором осклабившись, из справедливости громила заткнул клинки за пояс и встал в другую позу — для рукопашной. Выражение морды у Энни не поменялось, но в глазах сверкнули опасные огни предвкушения победы. Прозвенел гонг, приятно щекоча слуховые проходы. Раф никак не ожидал, что первый же боевой прием придется вывернуть в защитный. Пигалица натурально издевалась, прижимая черепаху к бортам и поражая неожиданными выпадами. Не то чтобы ее движения были прямо непредсказуемы, но настолько ловки, стремительны и своеобразны, что Красному пришлось по-настоящему попотеть, держа оборону, прежде чем ниндзя привык к новому невиданному стилю и наконец-то сумел дать достойный отпор. Неужели стареет и не поспевает за юной горячей кровью? Юркая ящерица просто так не давалась, и через один ее обманчивая защита превращалась в полноценное нападение. Да такое, что внимательная соперница, определив изъян, ударила несколько раз во всех смыслах по больному месту. Первый раунд позорно проигран девчонке. Невозможно! Удовлетворенная толпа гулко зашумела, уязвляя достоинство. Вскочив на ноги с пыльной площадки, разозленный здоровяк рыкливо запыхтел от ярости: — Игры кончились, малявка! – язвительно осклабившись, ниндзя вынул саи и покрутил ими. — Только слабак будет полагаться на оружие! – фыркнула Энни, зеркаля ехидный тон. Гонг противно резанул по метафорическим ушам. Рептилии сцепились в схватке, словно не на жизнь, а не смерть. Поразительно, но и будучи безоружной против клинков, соперница не уступала. Бунтарь не церемонился с оторвой: бил не жалея и не боясь причинить вред. Уже не место сантиментам! Сама напросилась. Нечего было участвовать! С другой стороны, первого встречного на арену не выпускали. И вскоре громила вдуплил, за что Энни заслужила место в гонке за звание чемпиона Нексус. С горем пополам вымотанный Раф одержал победу во втором раунде, едва не обронив в последнее мгновение кинжал из-за непроизвольного клина кисти руки с поврежденным пальцем. Теперь толпа медово загудела роем пчел. Хулиган довольно оскалился. — Старикашка, я тебя больше беречь не собираюсь, – с вызовом бросила дерзкая заноза. – Приготовься к тотальному разгрому! На долю секунды Рафаэлю показалось, что он увидел в ящерице кого-то до боли отдаленно знакомого. Колкое чувство дежавю пришлось некстати, вынудив допустить заминку. Гонг. Ошеломленный наглостью Раф не успел ответить словами. Он высказал ящерице все, что думал о ней, действиями. Удар. Промах. Защита. Промах. Промах. Удар. Блок. Удар. Удар. Защита. Удар. Блок. Промах. Черт возьми, снова сплоховал! Неужели? Не верилось. Как будто темперамент был не опытным воином тени, а учеником захудалого клуба по самообороне. Это совсем не круто. Как же стыдно перед братьями! Как смотреть после такого в глаза? Его помяла девчонка! И правда, что ли, лучше не совался бы? Вывихнутое плечо задергало, потянуло, похоже, снова вылетев. Остался последний шанс! Передыхая, непримиримые враги стреляли друг в друга молниями, накаляя, электризуя вокруг себя атмосферу. Треклятый гонг будет звенеть в голове неделю как напоминание о позорном фиаско. Раф собрал все свое самообладание, даже помолился эфемерным духам ниндзюцу, чтобы не горячиться. Отсканировать технику боя, сделать выводы, найти слабость и ударить ровно в цель. Вместо того чтобы полагаться на сиюминутную интуицию, которая в случае с ящеркой отчего-то впервые работала против него. Энни сражалась так же увертливо, как Майки, выверено, как Донни, и филигранно, как Лео. Кажется, с таким же огнем в очах, как у самого. Да как будто вовсе не было у нее недостатков! И он ими практически не обладал, являясь примером мастерства за столько-то лет опыта. Да вот только подвело гребанное здоровье. Дурацкое стечение обстоятельств! Как же не во время! Все случилось так быстро, что Раф не догнал, о чем с иронией толковала соперница, уложив на обе лопатки: — Может, ты тот самый мой папочка? Отличное начало знакомства! Я всегда хотела драйва, а не глупые обнимашки! — А? – бугай исступленно полыпал веками. – Че ты мелешь? Нахмурившись, ящерица с придыханием сожаления картинно закатила глаза, цокнув куда-то в себя: — Снова мимо кассы? Объявили имя победителя. Энни, гордо улыбаясь, вознесла руки кверху, махая зрителям. Она явно искала на трибунах среди многочисленной аудитории кого-то конкретного. Кое-как поднявшись, раздосадованный аж до полной потери эмоций Раф перехватил направление взгляда малявки. Обомлел. Отчего-то похолодевшего крадущегося обуял иррациональный ужас. Из памяти тут же всплыло прошедшее будущее: кафе и официантка. Нет, он не забыл. Конечно, помнил первый опыт тесного общения с девушкой в деталях. Но одной ночи оказалось слишком мало, чтобы долго испытывать какое бы то ни было чувство вины за то, что бросил, ничего не обещая. Тем более страдать от потерянной привязанности, которая не успела установиться между ними так скоро. Краткий спонтанный роман, неуемное притяжение на одну ночь не выносит испытаний временем и моралей. К тому же в сущности это не он, а она клеилась! Практически изнасиловала, фигурально выражаясь! Накинулась как голодная псина на мясистую кость! А ему и очень-очень понравилось, блин, если по чесноку! Однако, если Раф правильно сложил одно ко второму, получается, что… Нет-нет-нет! Бунтарь не может быть отцом! Что за чушь!? Ему еще и тридцати нет, юбилей только в следующем году! Рано! Рафаэль ведь мутант, а (Как ее там звали? Как картину да Винчи, вроде бы?) Мона Лиза вообще инопланетянка. Они же несовместимы геномом и бла-бла-бла, вся эта биологическая ересь. Да? Его разыгрывали, не иначе! Хотят повесить чужую ответственность. Мало ему стыда за выбывание с соревнований от этой некой Энни! Да и ничего общего у Рафа с мелкотней нет. У нее, вон, даже намек на панцирь отсутствовал. Хотя, если прищуриться, то цвет кожи и глаза, сила духа и необузданная прыткость... Да нет, тупо совпадение! А если ящерица и правда его кровь и плоть? Было же тогда чем гордиться! Более того, это объясняло ее талант. У девчонки в рукавах находились все шансы победить в финале! Малодушно отворачиваться от такого дитя только из-за страха отцовства. Ее появление по сути чудо! В тайне каждый из братьев мечтал, чтобы семья расширилась. И шанс сему осуществиться, похоже, благополучно выпал. Жаль лишь, что сенсей не дождался внуков. Осознать пока этот факт невозможно, но, может, и не придется. Стоило сперва перепроверить информацию. — Эй, ты, мелкая, – хрипло шепнул Раф, меж тем умудрившись звонко перебить голос комментатора и нескладное рукоплескание толпы. – Я могу увидеться с твоей мамашей? — Она этого ждет десять лет, – съерничала Энни. – Подождет еще минут десять. Десять лет! Всю жизнь прожил и вдруг стал не просто папочкой, а матерым батей подростка. Вот те на! Жизнь — главный приколист на сцене судеб.

***

Мона обомлела от шока. Машинально приподнялась и застыла обескураженной статуей. Весь мир вдруг перестал существовать. Она никого не видела и не слышала: казалось, что осталась наедине с избранником в Раю. Рафаэль. Обозналась? Да нет же! Он! Тот самый! До чего же прекрасен! Женщина вмиг готова была его простить за все то, на что тот и не давал никаких клятв, но на что так хотелось все это время предъявить претензии. Она многократно представляла эту встречу спустя годы, и в фантазиях прописывала таких знатных люлей! Но гнев, тоска и боль сменились вдруг покладистостью, нежностью и восхищением. Из самых глубин души всколыхнулись умерщвленные чувства первой влюбленности. Мона Лиза ощутила себя снова юной особой, нашедшей свой идеал. Чутье подсказало ей, что на сей раз осечки не будет. Как провидением, подсознательно поняла, что грубая ошибка не допущена. Дрожащим сиплым голосом знакомая, покраснев, процедила лишь: — Ты? — Ну, как бы, типа я, вроде бы, – Красный смущенно потупил взгляд, положив ладонь себе на затылок. – Привет или че? — Привет, – с чужой интонацией вымолвила ящерица, робко улыбаясь. Она опустилась с места на ступень между рядами, на которой стояли мужчина мечты и лучшая дочка. Саламандрианка трясущимися лапами потянулась к мутанту, дабы проверить, не видение ли красовалось перед нею. Озадаченный Раф стоял как вкопанный, кажется, так же прифигев на радостях в порыве добрых эмоций. – Я думала, больше никогда тебя не встречу! — Ты, как бы, это самое… Ну, того… – несвязно замямлил бунтарь. – Если б я знал! Я ж не специально! Я бы мог... Но вот не вышло! Соррян, если че! — Потерянного не воротишь. Уже ничто в прошлом не имеет значение, – философски вздохнула старшая ящерка и мудро заключила: — Если мы все вместе захотим, наверстаем упущенное изо всех сил отныне. — И, кхем, о чем базар? – басовито откашлялся Красный, проглатывая ком страха услышать подтверждение неизбежной правды. — Познакомься, Раф, – представила Мона бывшую соперницу на стадионе. – Это твоя дочь Энни. — Мам! Ты где только что была? – хохотнула беззлобно заноза. – Мы ведь уже близко знакомы! — Дочь? – исступленно сам у себя переспросил обезумевший не то от счастья, не то от горя задира. – Настоящая? — Как видишь, папуля! – озорно подмигнув, девчонка презентабельно развела руки в стороны, выпячивая довольно выдающуюся грудь. — Я… я не знаю… Не умею… Вы… Ты… А я… Тогда… Мы же, – у Рафаэля, судя по всему, окончательно протекла крыша, которая оказалась не способна удержать столько новостей, переворачивающих жизнь вверх дном махом. – Я… Я… Она… — Мой старик умственно отсталый? – съехидничала Энни. – И что ты в нем нашла? — Ты обалдела так об отце говорить?! – взорвался неожиданно здоровяк, раскрасневшись от возмущения до перезревшего до багрянца помидора. – Ну я тебе преподам батев урок, как со старшими разговаривать нужно! — Не ссорьтесь. Не в первый же день! – весело гоготнула Мона, позабавившись. – Как ты, должно быть, уже догадываешься, дочурка вся в тебя, – хитро произнесла она. — Так мне радоваться этому или напрячься? – сыронизировал здоровяк. — Конечно, радоваться! – увещевала мать. – Каждый из тройняшек получился таким разным и уникальным! — Тройняшек?! – Хамато аж поперхнулся воздухом, словно ему дали вподдых с разбегу, выбивая весь дух. Финита ля комедия. Последняя нервная клетка лопнула. – Очешуеть! — Да, Рафи. Ты счастливый отец одной замечательной дочери и двух прекрасных сыновей, – изрекла с любовью Мона Лиза. Раф провалился в бездну родительского сумасшествия. Он ведь, как и любой мужик, всегда хотел бы сыновей, как батя? И от дочери ни за что не отрекся бы? Вот это попал, так попал! Надо быстрее хватать Донни за руку и гнать в лабу проводить анализ ДНК! Это последнее спасение или... прощай, беззаботная жизнь одинокого волка! Если не желаете киндер-сюрпризов, своевременно помните о контрацептивах, ребята! И уясните главное: за появление детей абсолютно всегда ответственны оба партнера! 07.–10.06.2024, 17–17