КоноСуба: Повесть об этом Прекрасном Мире (KonoSuba: A Tale of this Beautiful World)

В комнате воцарилась тишина, слышалось только низкое жужжание Коронатита. Внезапно Вульф, издав звериный рык, бросился вперед; перед ним возникла Даркнесс. Секунду они боролись друг с другом, однако, какой бы сильной ни была Даркнесс, она не могла сравниться с тем, в чьих жилах текла звериная кровь; он схватил ее и швырнул на землю. В этот момент та небольшая броня, которая была у Даркнесс раньше, сломалась; единственное, что осталось, — это ее одежда, которая уже начала рваться от постоянных ударов. — Не двигайся! — закричал он, еще сильнее вдавливая лицо Даркнесс в каменный пол. — Даркнесс! Аква быстро применил заклинание исцеления, но Вульф подбросил свиток в воздух. В следующее мгновение под нами открылся большой магический круг. — Больше никакой магии, — прорычал он. — … вы не спасетесь. Я сглотнул. Мы начали медленно отступать от приближающегося оборотня. — Арггх! — Вульф вскрикнул, когда Даркнесс напала на него сзади. Ее собственный боевой клич слился с его криком, когда она толкнула высокого мужчину на Коронатит. Он издал звериный вой, когда горящая руда впилась в него. Вульф зарычал, его взгляд стал еще более диким, когда он схватил Даркнесс и ударил ее коленом в живот. Она согнулась пополам, и в следующий момент они поменялись местами: Даркнесс вжалась в Коронатит, а Вульф крепко схватил ее за шею, безжалостно прижимая спиной к пылающей сердцевине. — МЕТКИЙ ВЫСТРЕЛ! Вульф мгновенно развернулся и, перехватив стрелу в воздухе, переломил ее пополам. Он уставился на меня и свирепо зарычал. Его взгляд вселял в меня страх, заставляя застыть на месте. Когда он собирался двинуться на меня, Даркнесс снова атаковала, привлекая его внимание. — ХВАТИТ! — он взревел. Он снова схватил Даркнесс за голову и развернул ее; Вульф швырнул ее в стену с такой силой, что она улетела в другую комнату. Вульф быстро прыгнул в дыру. Когда мы уже собирались последовать за ним, потолок обрушился, перекрывая проход. — Черт возьми! — я выругался. — Даркнесс, держись, мы идем!

***

— Хм, какого черта, — сказал зверочеловек Вульф. — Я не могу поверить, что ты все еще жива. На данный момент тебя даже нельзя назвать человеком. Я опустилась на одно колено, тяжело дыша. По тому, как сильно болело все мое тело, я могла сказать, что нахожусь в тяжелом состоянии. Моя левая рука свободно болталась; она была сломана. Я чувствовала острую боль при каждом вдохе. Вероятно, сломаны несколько ребер. Моя спина горела, словно в огне; возможно, потому, что так оно и было. Я чувствовала запах крови в носу, ощущала ее вкус во рту, видела ее в глазах. Все эти повреждения… боль… но это было… приятно; я чувствовала себя ошеломляюще хорошо. Несмотря на все это, я не могла удержаться от улыбки. — Послушай, — сказал он, пристально глядя на меня, — я никогда не сражался с такой женщиной, как ты, с кем-то, кто мог бы принимать мои удары так, словно они ничего не значат. Что скажешь, почему бы тебе не стать моей парой? Я закрыла глаза и слабо усмехнулась. — Извини, — ответила я, — я занята. — Хм, как жаль. Этот парень не знает, что может из тебя получить. Он слаб, труслив и ненадежен. Я улыбнулась, упираясь рукой в колено и с трудом поднимаясь на ноги. — …ты ошибаешься, — сказала я. — Он единственный мужчина, который может заставить меня чувствовать себя счастливой… нормальной… ты ничто по сравнению с ним. — Даркнесс! —закричал Казума, когда он и остальные появились из-за угла. — Что ж, тогда давай продолжим, — сказала я, насторожившись. — Я буду ломать тебя, пока от тебя не останутся одни кости. Я не могла сдержать радостной дрожи при этой мысли.

***

Глядя, как Даркнесс храбро сражается, я начал размышлять. — Черт, что я могу сделать? Обычные стрелы против него не сработают, и если я подойду ближе, меня убьют. Думай, Казума, думай… Внезапно я взглянул на тележки с рудой. Я подбежал к ним, Аква и Мегумин последовали за мной. — Казума, — сказала Аква, — я все еще не могу наложить заклинание исцеления. Я продолжал рыться в тележках. — Эй, Казума, — в отчаянии сказала Мегумин, — ты слышал, Аква не может… — Нашел, — сказал я, вытаскивая кусок руды. — Искра… проклятье… жара недостаточно, мне нужен… — мой взгляд упал на светящуюся руду в нескольких метрах от меня, — … Коронатит. Я подбежал к нему. — Казума, что ты делаешь? — обеспокоенно спросила Аква. Я прижал кончик стрелы к плавящейся руде; на поверхности появился металлический блеск. — Серебро, — пробормотал я, поднося наконечник стрелы к своему лицу. — Вот, — сказал я, бросая еще несколько стрел. — Сделайте то же самое с этими, — я повернулся к Вульфу и Даркнесс и поднял свой лук. — Меткий Выстрел! Вероятно, из-за невнимательности или того, что Вульф был слишком сосредоточен на схватке, он не попытался увернуться или заблокировать летящую стрелу; она попала ему в руку. Он взглянул на стрелу, а затем на меня. — Какой надоедливый, — снова взглянул на стрелу, а затем отшатнулся, держась за руку. — АРРРРРРРРРРРГГГХХХ! ТЫ УБЛЮДОК! Я выпустил еще одну стрелу; на этот раз она вонзилась ему в ногу. — Серебро, — сказал он, тяжело дыша. Он быстро схватил Даркнесс, используя ее как щит, а затем бросился на нас. — Нет, ты не сделаешь этого! — Даркнесс закричала; она уперлась ногами в землю, заставив Вульфа полностью остановиться. Они боролись друг с другом, он пытался оторвать Даркнесс от земли. — Аква, — сказал я, быстро поворачиваясь к ней. — Теперь ты можешь использовать магию? Она наложила исцеление на Даркнесс и кивнула. — Аква, используй на ней все, что у тебя есть! Она кивнула и так и сделала. Усиленная божественной магией, Даркнесс начала теснить Вульфа. Даже раненный стрелами и сражающийся с усиленной Даркнесс, Вульф все равно оставался сильным противником. — Ничтожества! — зарычал он. Вульф вырвался из ее хватки и обрушил на нее шквал ударов, таких быстрых и яростных, что все мы замерли, ошеломленные быстрым изменением ситуации. Когда Даркнесс, пошатываясь, отступила назад, ей удалось отразить один из его ударов и слегка вывести его из равновесия. — ОТПУЩЕНИЕ ГРЕХОВ! — крикнула Даркнесс почти на последнем издыхании. В следующее мгновение она шагнула вперед и ответила собственным шквалом ударов. Сначала удары наносились быстро, но с каждой секундой они ускорялись, все быстрее и быстрее, пока руки Даркнесса не превратились в размытые пятна. Она закричала, продолжая атаковать. Они продвигались все дальше и дальше, атаки Даркнесс отбрасывали Вульфа назад. Наконец, он опустился на одно колено, тяжело дыша. Даркнесс остановилась. — Даркнесс, — закричал я, — что ты делаешь, прикончи его!»

***

— Хех, ну что? — спросил Вульф, тяжело дыша. Я уставилась на него, подняв кулак. — Ты говорила про него, не так ли? — спросил он. — … Он улыбнулся, глядя вниз. — Черт возьми… какой позор: я был избит девчонкой и тощим мальчишкой. Я действительно потерял бдительность. — … я… на самом деле, мне было очень весело… спасибо. Он удивленно поднял на меня глаза. — Весело… Мой кулак врезался ему в лицо, и я почувствовала, как от удара затряслись кости в моей ладони. Мужчина по имени Вульф упал. Я глубоко сглотнула, а затем вздохнула, с облегчением запрокинув голову. Мгновение спустя я почувствовала боль во всех частях своего тела; я почувствовала, как хрустят и ломаются мои кости, рвутся мышцы и кровь наполняет мой рот. Так много боли… как приятно… мучительное удовольствие. У меня потемнело в глазах. Когда я пришла в себя, я лежала в кузове фургона. — Эй, Казума, — сказала Мегумин, — она очнулась. — А, добро пожаловать обратно. — Что, что случилось? — спросила я, садясь в замешательстве. — Ну, как только ты упала, Аква вылечила тебя, но ты все еще была без сознания. Ты была довольно тяжелой, поэтому я бросил тебя в кузов одной из тележек с рудой. Потом выяснилось, что некоторые патрульные были еще живы, они просто лежали без сознания. — А что насчет бандитов? — Ну, когда мы победили Вульфа, они мгновенно потеряли желание сражаться. После того, как Аква вылечила выживших членов патруля, они отправились за помощью; к счастью, из Элроада как раз направлялись торговцы. — А что насчет… остальных… тех, кто не выжил? Казума и остальные удрученно опустили глаза. — Аква провела для них свои обряды, и мы похоронили их. Оказывается, нельзя воскресить людей, которые умерли слишком давно. Я разочарованно вздохнула. Казума продолжил. — Миссия выполнена; я захватил Коронатит, документы, и нам даже удалось провезти руду вместе с этим караваном. — А Вульф? — Он привязан сзади; пара рыцарей захотели лично увидеть его, — Казума слабо ухмыльнулся. — В целом, вы, ребята, неплохо справились.

***

Отведя взгляд от Даркнесс и глядя в окно, я размышлял о том, что прочитал в записях и письмах Вульфа, и о том, что из этого следует: Вульф был одним из генералов Короля Демонов — Короля Демонов Севера. После его захвата было лишь вопросом времени, когда Король Демонов узнает о случившемся. Я вздохнул, прекрасно понимая, что когда-нибудь в будущем мне придётся столкнуться с ним. — Мы вернулись! — сказала Мегумин, привставая и глядя в мое окно; в поле зрения появилась столица. К тому времени, как мы сошли с каравана, уже наступил вечер. Караван изначально направлялся к рынку, так что нам это было на руку. Когда мы прибыли к воротам, один из пропавших патрульных сообщил стражникам о недавних событиях, так что к моменту нашего прибытия Клэр уже ждала нас с отрядом рыцарей. — Клэр, — сказала Даркнесс, когда мы сошли. — Лалатина, мне сказали, что ты отличилась; говорят, именно ты ответственна за поимку «Сильвера». — «Сильвера»? — О, прости, наверное, ты не знала; человек, которого ты поймала, Вульф Сильбан, известен под прозвищем «Сильвер». А вот и он. Несколько патрульных держали Вульфа, когда подводили его к нам; даже связанный мифриловыми веревками, он все равно выглядел достаточно сильным, чтобы с легкостью их разорвать. Он бросил взгляд на меня, а затем на Даркнесс, но ничего не сказал. — Казума-доно, обязательно немедленно отнесите коронатит мастеру Холту; я лично сопровожу этого негодяя в подземелье. Я наблюдал за тем, как Клэр и рыцари уводили Вульфа. Большинство патрульных ушли вместе с множеством захваченных нами бандитов; один из них, по-видимому, их капитан, подошел к нам. — Я просто хочу еще раз поблагодарить вас, ребята, за все — особенно вас, Аква-сама; я никогда не думал, что священник Аксис может быть таким… заботливым. Я ожидал, что Аква скажет что-то острое ему в ответ, но она промолчала, на ее лице отразилось печальное выражение. — Не беспокойся об этом, — сказал я, отвечая за нее. — Уму, еще раз спасибо, — патрульный направился к своей группе. — Эй, — сказал я, обращаясь к Аке; я положил руку ей на плечо. — Не переживай так сильно; ты сделала все, что могла. Она кивнула, но выражение ее лица не изменилось. Как бы она ни раздражала меня, мне не нравилось видеть Аку в таком состоянии. — Давайте отнесем все обратно в магазин Холта, чтобы мы могли пойти домой. Даркнесс и Мегумин кивнули, и мы двинулись в путь. Когда мы вошли в магазин, к нам подошла администратор по имени Грен, чтобы поприветствовать нас. — Добро… Она замерла, когда наши взгляды встретились. — Ты, — прошептал я. — Это ты разговаривала с Вульфом. Она отступила назад. — Я… я не… я думаю, вы ошибаетесь, — сказала она нервно, отводя взгляд от моего. — Нет, я уверен в этом. Мегумин и Даркнесс расступились, чтобы окружить её. — П-пожалуйста, пощадите меня; я-я не хотела этого делать — у меня не было выбора! — Он похитил твою сестру, верно? Она подняла глаза, в них читалось отчаяние, но был и проблеск надежды. — Д-да, Феррис у него; я даже не могу… — она рухнула на землю, закрыв лицо руками и громко рыдая. Даркнесс посмотрела на меня. — Казума, даже если то, что она говорит, правда, если она передавала информацию врагу, мы не можем просто закрыть на это глаза. — Я знаю, — я подошел к рыдающей девушке. — Слушай, мы можем помочь тебе вернуть сестру, но ты должна рассказать нам все, что ты сказала Вульфу. Она снова подняла глаза, в них и теперь в голосе было то же отчаяние. — Я… я не могу… он убьет… — Он не сможет; мы его поймали; прямо сейчас его везут в тюремную камеру. Она посмотрела на Даркнесс и Мегумин в поисках подтверждения; они молча кивнули. Она откинула голову назад от облегчения и слабо улыбнулась. — Слава богам, — она встала, при этом всхлипывая. — Я расскажу вам все, что знаю. — Некоторое время спустя… — Итак, он хотел информацию о королевской семье? — спросил я. Грен кивнула. — Почему? — строго перебила меня Даркнесс. — Я… я не знаю; он никогда не обсуждал со мной причины. Он только сказал мне, что ему нужно, и пригрозил навредить Феррис, если я не выполню приказ. Даркнесс нахмурилась. — Должно быть очевидно, почему ему нужна была информация об Айрис и её семье, — заметила Мегумин. — Если Вульф работает на Короля Демонов Севера, то, вероятно, потому что… — Он намеревается в какой-то момент атаковать Белзерг, — закончил я, тут же вздохнув. — Беды всегда находят меня, даже если я их не ищу… Дверь магазина открылась, и вошла Клэр. — Казума-доно. — Клэр, — сказала Даркнесс, — что ты здесь делаешь? Разве ты не была с Вульфом? Она слегка нахмурилась. — Я закончила с ним. Пришла посмотреть, как продвигается работа с коронатитом. Я перебил её. — Ну… возникли некоторые обстоятельства, — сказал я, бросив взгляд на Грен. — Что? Я снова вздохнул; нужно рассказать все Клэр, однако я чувствовал себя не в своей тарелке. Я знал, что наказание для Грен может быть суровым — даже если мы будем просить о снисхождении для неё. Однако, если я ничего не скажу, Айрис и королевская семья могут оказаться в опасности. К сожалению для Грен, я должен был рассказать правду; будь в опасности кто-то другой, я, возможно, закрыл бы на это глаза. — Ну, оказывается… — Я передавала информацию врагу! — крикнула Грен, закрыв глаза от раскаяния. Клэр уставилась на неё, а затем на нас. — Это… серьезно, — сказала она, и её лицо стало мрачным. Я быстро вмешался. — Клэр, я должен отметить, что она сделала это ради своей сестры; Вульф угрожал ей. — Даже если так, Казума-доно, это измена; я уверена, вы знаете, каково обычно наказание. — Симфония-сама, я не буду просить вас простить меня, но, пожалуйста… пожалуйста, я просто прошу вас спасти мою сестру; она ни в чем не виновата. Клэр закрыла глаза и вздохнула, прежде чем снова их открыть. — Посмотрю, что я смогу сделать. А пока, Грен Халловиц, ты арестована за преступление против государственной безопасности. Грен с сожалением опустила взгляд. — Симфония-сама, могу я попросить вас об еще одной эгоистичной услуге? — …говори. — Могу я… попрощаться с Холтом-самой? — Нет… ты не можешь оставаться наедине с кем-то столь важным, как он. — Я могу пойти с ней, — вставил я. Клэр посмотрела на меня, и все следы понимания или снисходительности исчезли; она выглядела так же сурово, как и тот человек, которого я встретил больше года назад. — Мне все равно нужно отдать мастера Холту Коронатит; могу и ее взять с собой… в конце концов, это будет в последний раз. — Нет, я… — Тогда я тоже пойду с ним, — добавила Даркнесс. — Я тоже, — заметила Мегумин. Мы почти ожидали, что Аква что-нибудь скажет, но она по-прежнему молчала, на ее было мрачное выражение. Клэр сдалась. — Ладно. Я буду ждать здесь, наверху; поспешите. Каждый раз, когда мы спускались сюда, впереди шла Грен, но в этот раз группу вел я. Пройдя мимо большой кузницы, мы вошли в мастерскую Холта; королевский кузнец, как всегда, что-то ковал. — Кажется, ты никогда не отдыхаешь, — сказал я. Он остановился и обернулся с улыбкой. — Ты вернулся, и, полагаю, не без коронатита. — Ты говоришь так, будто не ожидал этого. Он рассмеялся. — Вообще-то… у твоей помощницы есть… новости. — Я пропустил её вперед. — О? Что такое, Грен? — спросил он с невинной улыбкой. Она начала плакать. — Холт-сама… Выражение лица Холта мгновенно изменилось; он с беспокойством посмотрел на нее, а затем на меня. — Что случилось? — он снова посмотрел на Грен. — Что-то не так? Молодая служанка рыдала. Подойдя к нему, она рухнула на колени и закрыла лицо от стыда. — Холт-сама… я… я так сожалею, я… — Грен, — сказал он, глядя на неё, — всё в порядке, ты можешь довериться мне; скажи, в чём дело. Эта фраза, казалось, только ухудшила ситуацию, так как Грен теперь сгорбилась и рыдала от горя. — Я, я не понимаю… Казума-доно… — Её… арестовали за… государственную измену. Холт казался потрясённым, но лишь слегка. — Я… понятно. Это откровение заставило рыдающую девушку громко и непрерывно вопить. — Грен, — сказал он, подойдя к ней. Он опустился на колени. Медленно она подняла голову; она отчаянно хлюпала носом, её глаза дрожали, а слёзы покрывали лицо. — Мне так… жаль. Он слабо улыбнулся. — …я знаю, что тебе жаль, и я знаю, что у тебя были на то свои причины; не волнуйся, даже если это правда, ты все равно была верной и прилежной служанкой. Я не думаю о тебе хуже, Грен. Как будто это было вообще возможно, она заплакала еще сильнее; звуки ее рыданий были чуть ли не громче, чем шум работы в кузнице. Он медленно поднялся и вздохнул. — Казума-доно, прости меня, но… можешь ли ты оставить коронатит? Мне, э-э… нужно… — Я понял, — я отложил руду и похлопал Грен по плечу. Она шатаясь встала на ноги, закрывая лицо; её рыдания теперь превратились в тихие всхлипывания. Когда мы вернулись наверх, Клэр посмотрела на Грен, а затем на меня. — Все готово? — спросила она. Я кивнул. — Я позабочусь, чтобы вы получили свое вознаграждение, Казума-доно; еще раз спасибо, — она повернулась к Грен. — Вперед, — сказала она, взяв ее за руку. Я едва успел заметить, как лицо Клэр смягчилось от печали, когда она уходила. — Казума, — печально сказала Даркнесс. — Мне… жаль ее. — Да, Даркнесс… мне тоже… пойдем домой. Мы направились к станции телепортации и вернулись к Акселю. Несмотря на то, что мы блестяще выполнили сложное задание, все мы чувствовали себя побежденными. Когда мы вошли в особняк, нас встретила Ирен. — Добро пожаловать домой, — сказала она. — Могу я что-нибудь приготовить для вас? — Нет, — ответил я, направляясь в свою комнату. Мегумин и Аква поступили так же. Перед тем, как я вошёл, я слышал, как Даркнесс разговаривала с горничной; я предположил, что, скорее всего, она рассказывала ей о том, что произошло. Прошло несколько часов, пока я лежал в постели; мои глаза были закрыты, но сон так и не приходил. — Если бы я ничего не сказал… если бы я просто вошёл в магазин и… может быть, та девушка… нет, Казума, ещё слишком рано что-либо говорить. Это не твоя вина… это она решила нарушить закон… даже если это было ради своей младшей сестры. Я накинул подушку на голову. Ту девушку могут казнить из-за того, что я решил сделать, а её сестра может навсегда потерять единственного родственника. Я покачал головой и отбросил подушку в сторону. — Мне нужно отвлечься от этих мыслей, — подумал я. Я встал и вышел из комнаты. В особняке было темно и тихо, но, подойдя ближе к гостиной, я увидел еще одну озабоченную душу, сидящую перед камином; она медленно потягивала вино. — Аква? — спросил я. — Что ты здесь делаешь? Она бросила на меня беглый взгляд, сделала еще один глоток, а затем печально опустила глаза. — Мне так грустно, Казума, — это были первые слова, которые я услышал от нее с тех пор, как мы завершили квест, и они нашли отклик в моей душе; я почувствовал ее печаль. Я сел рядом с ней. — Почему ты грустишь? Я знаю, что ты не впервые видела, как умирают люди. — Мы могли бы… спасти их; если бы только мы добрались туда раньше, если бы я не… — она отвернулась. — Я, — она сделала глоток вина. — Я всё время думаю… что это моя вина, что они умерли. — Понятно… Аква винила себя; это было серьёзно. — Произошло много всего; ты… не виновата… на этот раз. Мы оба замолчали; мы смотрели на пламя в камине. Я услышал, как Аква сделала еще один глоток. — Скажи, Казума… какая польза от богини, которая не может спасать людей? Это было действительно серьезно… — Ты спасла много людей, Аква; ты спасала меня кучу раз, — я вздохнул. — Невозможно спасти всех… даже я это знаю. Аква поставила бокал. Она схватила бутылку и сделала еще пару глотков. — Казума. — Хм? — Мы должны спасти ту девушку и её младшую сестру, — она посмотрела на меня. Я вздохнул ещё раз. — Я знаю, — я встал. — Эй, Аква… Она подняла на меня глаза. — Ты сегодня была великолепна. Она слабо улыбнулась. Аква сделала ещё пару глотков из бутылки. — Ты так говоришь только потому, что я грущу, Казума. — Ну… — я усмехнулся. — Ты сегодня в основном хорошо себя показала… не ложись спать слишком поздно, — сказал я, возвращаясь в свою комнату. Когда я вернулся, я быстро схватил свою сумку и высыпал на стол рулоны бумаги; те записки и бумаги, которые я достал из пещеры. Наложив Искру на стоящий рядом фонарь, я сел и начал читать их при его тусклом свете. - На следующее утро К утру я уже проснулся; я мало спал, но не чувствовал сонливости. Мой разум был переполнен информацией, которую я прочитал всего несколько часов назад. Я оделся и поспешил вниз. — Казума, — позвала Мегумин; она подбежала ко мне. — Хочешь пойти со мной… — Я не могу, — перебил я её. — Я отправляюсь в столицу. Она на мгновение замерла, а затем снова поспешила ко мне. — Что случилось? Почему ты снова едешь туда? Все ведут себя так странно с вчерашнего дня. Я остановился и посмотрел на неё. — Ты ничего не чувствуешь по поводу того, что произошло вчера? Мегумин выглядела слегка удивлённой. — Я имею в виду… это грустно, но… она же совершила измену… верно? Я снова зашагал; Мегумин быстро последовала за мной. — Мне нужно сдать эти бумаги, — объяснил я. — Бумаги? — Да, те, что были у Вульфа в пещере. — Что там было написано? — Не много, но то, что там есть, мягко говоря, вызывает беспокойство. — Другой Король Демонов действительно планирует вторжение? — Я не знаю. Просто похоже, что какие-то планы уже в действии; им нужен был коронатит для чего-то серьезного, — я глубоко вздохнул. В этом плане были задействованы и другие; из письма я смог вычислить только еще одного человека, некого «Г». Мы вернулись в столицу с помощью телепортационной станции. Когда мы прибыли, я быстро повел нас к дворцу. — Мне нужно поговорить с Клэр, — сказал я стражникам, стоявшим у главных ворот. Они переглянулись, а затем снова посмотрели на меня. — Леди Симфония? — спросил один из них. — Э-э, да… скажите ей, что это очень важно. Он кивнул и ушел. Через пару минут ожидания Клэр вернулась с охранником. — Удивлена, что вы так рано здесь, Казума-доно, что же… — Нам нужно поговорить, — я взглянул на охранников, а затем снова на неё, — наедине. Клэр с интересом прищурила глаза. — Тогда заходите. — Она махнула мне рукой, приглашая войти. Мы с Мегумин вошли во дворец. Мы прошли по знакомым коридорам, пока не добрались до комнаты, которую я видел только однажды; это была комната Клэр. — Сначала о главном, — сказал я, когда мы вошли. — Что с помощницей кузнеца? — Халловиц? — спросила она, глядя на меня с легким удивлением. Я коротко кивнул. Клэр вздохнула и села за большой деревянный стол. — …ее задержали. Пока мы собираем дополнительную информацию; она уже призналась в преступлении, но также проявила полное сотрудничество в отношении информации, которую она разгласила. — Итак… — Пока что ничего не известно о ее наказании, — она прочистила горло. — Но ты ведь не за этим пришел, верно? Я достал бумаги из сумки и разложил их на столе. — Что это? — спросила она, глядя на меня. — Тебе лучше их прочитать.