Currant souffle

      Хёнджин несёт в своих руках корону. Да-да, настоящую корону – головной убор лесной феи. Да, венок для Феликса. Но корона все же звучит куда более изящно и элегантно. Парень собирал одуванчики по пути к дому Ликси, поэтому все пальцы были в соке зеленых стеблей и пыльце, но иногда не жалко немного запачкаться, если это особый случай. Феликс для Хёнджина всегда особый случай, честно говоря, сути дела не меняет. И пускай он теперь пахнет травой, что с того? Его мальчик и таким его любит, и замызганым грязью, как тогда, когда он поскользнулся после дождя и упал в лужу, и перемазанным в масле и ржавчине, как когда он пытался починить ему трубу в кухне под раковиной. Фел останется рядом с Хенджином, даже если тот побреется налысо или проколет все возможные места на коже, если установит протезы вместо обеих рук и ног, отрастит бороду, набьет себе состав глазированого сырка со сгущёнкой на лбу – боже, что угодно, насколько фантазии хватит. Феликса правда привлекла его внешность и, если бы не его милое лицо, стройная фигура и высокий рост, он бы, может, не подошел к нему, но полюбил он его за душу, за слова, поступки, заботу, образ мысли, интересы – за внутренний мир. И Хёнджин, счастливый, что несёт подарок своему милому, улыбается и аккуратно вплетает стебельки последних цветков в венок, чтобы замкнуть в кольцо и соединить два его конца. Вуаля, корона готова, осталось только надеть её на голову того, кто заслуживает её носить. Уже подойдя к дому Ли, парень слышит знакомый журчащий весельем голос и поднимает голову. Мальчик с высветленными волосами, в кофте с задранными рукавами и шортах, стоит на балконе и пускает переливающиеся на солнце мыльные пузыри, десятки маленьких воздушных мыльных капелек, и улыбается. – Хе-е-е-енджи-ин! – тянет он и машет ему палочкой для пузырьков, пуская еще одно сияющее войско для атаки горячего асфальта и травы. – Что у тебя там? Парень ярко улыбнулся и помахал мальчику на балконе, поднимая венок над головой. – Это нимб для тебя, мой ангел! – кричит он в ответ и подбегает ближе. – Раз, два, лови! – смеется он и подбрасывает венок вверх, а Феликс едва успевает его словить, положив бутылочку с раствором из средства для мытья посуды, глицерина и воды, на подоконник. Светлая фея надевает на свою голову корону и звонко смеется, как дитя, облокачиваясь локтями на перила балкона. – Они же завянут быстрее, чем ты поднимешься и обнимешь меня. – Хочешь проверить? – Очень хочу, – ухмыляется Ликс и снова дует на него пузыри, которые тут же подхватывает теплый ветер и уносит в сторону. Атаковать ими парня не получается, ни одна штучка его не задела. И Хёнджин на всей возможной скорости разгона своих ног бежит к подъезду, чтобы подняться и расцеловать все личико своего маленького принца фей с короной и волшебной палочкой.