Currant souffle

– И... Как думаешь, надолго еще мы задержимся здесь? Левый наушник в правом ухе Феликса, правый – в левом у Хёнджина. Инди-рок бежит по проводам, отколачивает по барабанным перепонкам и словно растворяется внутри, продолжая свой путь уже по кровеносным проводам организмов. Холод дерёт, как дикий зверь, по пальцам, по ушам, шее, бёдрам, ногам. Младший дрожит и жмется ближе к Джину, который может только обнять потеплее и подержать его руки в своих руках. Одинокая автобусная остановка, серьёзно, что есть, что её нет – никакой разницы. В городе ливень, какого не было с прошлой зимы. Хенджин с Ликсом как раз под него и попали по иронии судьбы, пока бежали из магазина. Ненадежные стенки остановки и стенками назвать сложно, все равно, что за решетом прятаться — огромные щели вместо стыков пропускают достаточно воздуха, так что в угол от ветра не спрячешься. Хван крепко обнимает мальчика и вздыхает. Автобуса все нет и нет. Этот вопрос от Феликса он слышит уже в третий раз. – Я не знаю, малыш. Я тоже мёрзну, поверь мне, мы с тобой оба мокрые и холодные, но я ничего не могу изменить. Младший опускает голову и вздыхает, натягивая посильнее капюшон на лицо. — Как бы ты не простыл, кроха, — шепчет парень и кусает обветреные губы. – Как бы мы с тобой не облысели, – усмехается второй и поднимает хитрый взгляд. Точно. Крупный город, множество предприятий, тонны транспорта – кислотные дожди в такой местности не редкость. Все может быть. – Ты бы даже без волос был красивым. – Уверен? А если мне капелька в глаз попала? Без глаза я бы тебе тоже нравился? – Ой, капелька, не выдумывай. – Ён дома по нам скучает, – шепчет мальчик и поджимает губы, – ждёт свои любимые рыбные хрустяшки. – Никуда не денется, — улыбается Хёнджин и дышит на покрасневшие немеющие ладони, — даже в карманах холодно. Это какой-то ужас, любовь моя. Погода лучше не становится. Двое на остановке дрожат – зуб на зуб не попадает – и слушают музыку, собирая все терпение, что только осталось, чтобы не психануть и не потрать по лужам. Они бы давно уже пошли пешком, но перспектива промокнуть до нитки совсем не радовала, так только хуже. Наверное. Кто знает. Наконец, спустя еще десять минут к остановке подъезжает их автобус, и парни вне себя от счастья несутся внутрь. Мокрые, ледяные, голодные, уставшие, как собаки – не позавидуешь. На сиденьях после них останутся мокрые пятна, но им неважно. Долгожданное, хоть и незначительное, тепло дарит маленькое облегчение. Ещё чуть-чуть и дом, и Ён, и горячий чай, и горячая ванна вдвоём. Или втроём, Ёна тоже нужно купать. Правый наушник в левом ухе Феликса, левый – в правом у Хёнджина.