Currant souffle

Феликс пропускает пряди волос Хёнджина через пальцы, вытягивая их в пачкающие перчатки сосульки, растирает их и довольно улыбается, наслаждаясь процессом работы. Юноша ни разу прежде не занимался ничем подобным, опыт парикмахера он приобретает впервые. И очень удивительно то, что Хван доверился ему, зная, что Ликси далеко не эксперт в области покраски волос. – Ну как там, долго? – Долго, – серьезным тоном отвечает Ли и кивает головой, закусывая губу, – у тебя много волос, надо чтобы все были в краске. – А они... – Нет, еще не все, – перебивает его мальчик и смеётся от того, как забавно Джин хмурится и морщит нос. – Ну и вредный же ты, Ли Феликс. – Еще одно слово в мою сторону, и я замешаю в краску цемент, сделаю тебе вечную укладку. Хенджин рассмеялся и сложил ладони на коленях под накидкой, которую сам отыскал в ванной. Он впервые окрашивается не в парикмахерской, но тут, в квартире, даже уютнее – тепло, пахнет домом, в любой момент можно попросить мастера убрать свои руки, развернуться и поцеловать его, и никто Джину за это ничего не сделает. Мастер даже зацелует в ответ, а еще нальёт чай, чтобы дождаться момента смывания краски с волос. Вернуть натуральный цвет Хёнджину было его собственной идеей, Феликс её поддержал и вызвался помочь в достижении этой маленькой цели, чтобы старший порадовался. – А давай тебе несколько прядей блондом оставим, м? – предлагает Фел и замирает с руками в воздухе над головой Хвана, будто держит что-то невидимое. Хёнджин смотрит в зеркало на них двоих, думает-думает, думает и додумывается наконец: – Давай, мне кажется, будет выглядеть неплохо. Но только при одном условии. – Каком таком условии? Я весь внимание. — Сделай себе несколько каштановых локонов, – хихикает парень, ёрзая на стуле, – тогда наши причёски будут идеально подходить друг другу. Я тёмный и немножко светлый, а ты светлый и немнож... Я-я пошутил, я это смеха ради, Фел, Феликс! – Хван уже разразился раскатистым звучным смехом и прикрыл находкой нижнюю часть лица. В отражении зеркала он видит, как его мальчик, нисколько не раздумывая, мажет пальцами по волосам и оставляет сразу две тёмные пряди, неловко краснеет и отводит взгляд, смеясь вместе с ним. – Но я не знаю точно, когда ты шутишь, это звучало убедительно... – Тебе идет, птенчик. Очень. Теперь мы правда будем выглядеть как две части целого. Ой, ты теперь как пломбир с шоколадной крошкой, – улыбается Хёнджин. – А ты как... как, эм... Снежок на земле, – Феликс вздергивает брови и продолжает вазюкать краской по своим прядкам, а потом снова вытягивает волосы Джинни, делая из них полустоячие рожки. Когда наступает время смывать краску, Феликс нечаянно льётся воду не туда и долго извиняется за то, что Хёнджин захлебнулся пару раз. Окрашенные волосы его после мытья и сушки выглядят не как тренд года, а будто на него краски не хватило. Пятнышки на голове Феликса выглядят совсем жалко – будто его волосы перепутали с тарелкой риса и накапали сверху соевый соус. – Не очень. – Мне тоже не нравится. – Я говорил тебе, что я не умею красить. – Зато мы все равно похожи друг на друга, ‐ улыбается Хван, обнимая за талию малыша, – это здорово. Может, со временем привыкнем к таким цветам. Посмотри, я ведь все еще снежок на земле, а ты мороженое с шоколадом, м? Ты не постарался в полную силу, ты мог сделать это хуже, – смеётся он, – видишь, всё не так ужасно, как было возможно. Зато у меня почти что не видно корней. Хёнджин пропускает пряди волос Феликса через пальцы, мягко улыбаясь. Младший нервно смотрит на себя с ним вместе в зеркало и кивает головой, соглашаясь с ним. – Ты прав, хён. Как всегда, совершенно прав. Но ты не волнуйся, – Фел приподнялся на носочки и уткнулся носом в его висок, вдыхая аромат фруктового шампуня, – в следующий раз я выложусь на все сто и обязательно сделаю ещё хуже.