Гриффиндорский гамбит

      Первый учебный день встретил Гарри небольшим скандалом в гостиной, в котором принимала непосредственное участие новообъявленная староста Гриффиндора. Когда Гарри спустился вниз, то застал разгоряченную Гермиону, отчитывающую братьев Уизли за незаконные опыты на первокурсниках. Вчера они провели чудесный день на улице, гуляя вокруг озера и наслаждаясь теплым осенним днем, а потому Гермиона не натыкалась на братьев, но сегодня близнецы с самого утра попали под ее горячую руку.       — Пойми, Грейнджер, мы же позволяем им заработать! — отбивался Фред.       — Тем, что пускаете им кровь носом и отправляете в обморок? — уткнула она руки в бока. — Короче так — либо вы экспериментируете на себе, либо я пишу вашей матери!       — Ты не посмеешь… — просипел Джордж, знающий, как миссис Уизли отреагирует на подобное письмо.       — Хочешь проверить? — хмыкнула она. — Они еще дети и не понимают нихрена!       — Скучная ты, — махнул рукой другой Уизли. — Ладно, но тогда курса с четвертого уже нормально? Они-то умненькие уже.       — С пятого! — не сдавалась Гермиона. — Там один фиг — либо к вам на опыты, либо все же хватит мозгов отказаться.       — Заметано, с пятого курса люди имеют возможность нормально так поднять налички, — кивнул второй. — Ты чудо, Грейнджер!       Гарри, чуть смеясь, подошел к своей девушке, уже привычно приобнял ее в приветствии и повел из гостиной в сторону коридора, где, воровато оглянувшись, незаметно ущипнул ее за ягодицу, получив в ответ шиканье наряду с легкой улыбкой и коротким чмоком в щеку.       — Ты точно хочешь сдавать Зельеварение на «Превосходно», я так смотрю, — шепнула она.       — Я готов рискнуть, — хихикнул парень. — Ладно, что у нас сегодня по парам?       — А сам читать не умеешь? — хмыкнула Гермиона, доставая расписание. — История магии, сдвоенное Зельеварение, твои Прорицания, моя Нумерология и сдвоенная Защита от Темных искусств.       — Снейп, еще и в понедельник? — застонал Гарри. — Ладно, не прожигай меня взглядом, постараюсь не завалиться в первый же день.       Еще вчера девушка почти полдня убеждала его в том, что если он решил таки стать мракоборцем, хоть и по совету Пожирателя смерти, то ему просто необходимо будет прилежно учиться во всех требуемых дисциплинах, и Зельеварение было первым из них, поскольку личная неприязнь с учителем не должна была стать причиной провала на экзамене. Любой служитель правопорядка просто обязан хорошо разбираться в различных зельях, иначе долго он не проживет.       — Но как мне это сделать, если Снейп ненавидит меня? — вопрошал вчерашним вечером Гарри, сидя в обнимку с Гермионой, спрятавшись в тени деревьев от любопытных глаз.       — А ты попробуй загасить в себе эмоции действовать чисто по книге или инструкции на доске, — советовала Гермиона, нежась в его руках. — Не отвлекайся ни на что и концентрируйся на выполнении задания.       — Я, конечно, попробую, — вздохнул Гарри, — но, видимо, когда раздавали таланты зельеваров, на меня ссыпали лишь крошки со стола.       — Не паникуй, — улыбнулась она, опустившись ниже и разложив волосы на его коленях, — если что — помогу чем смогу.       Прошли первые и ничем не примечательные занятия по Истории магии, где призрачный профессор Бинс, считающийся самым бесполезным учителем в школе, привычно пробубнил о восстаниях гоблинов, вгоняя весь класс, кроме Гермионы, в состояние глубокого сна, после чего волшебники спустились в подземелья. Войдя в аудиторию, Гарри двинулся вместе с Гермионой к привычному столу в дальнем конце и уселся с ней рядом, раскладывая вещи.       — Успокаиваемся, — холодно произнес Снейп, закрывая за собой дверь. Этот призыв к порядку был излишним: едва дверь захлопнулась, как безмолвие и неподвижность воцарились сами собой. Одного присутствия Северуса было, как правило, достаточно для поддержания тишины.       — Прежде чем начать сегодняшний урок, — продолжал Снейп, быстро подойдя к своему столу и оглядев класс, — я бы счел уместным напомнить, что в июне вы будете держать серьезный экзамен, который покажет, насколько вы усвоили науку изготовления и использования волшебных зелий. Хотя изрядную часть из вас, несомненно, составляют кретины, я все же надеюсь, что вы худо-бедно заработаете на СОВ хотя бы «удовлетворительно». Иначе вам придется столкнуться с моим… Неудовольствием.       Его взгляд гулял по классу, оглядывая каждого из учеников и задержался на пару мгновений на столе лохматой парочки. Неприкрытая ненависть, выражаемая к Гарри, не стала для него неожиданностью, ведь все четыре года до этого Снейп вел себя абсолютно одинаково, однако в этот раз Гарри смог уловить некую заинтересованность и кривую ухмылку, когда его взгляд прошелся по Гермионе.       — По окончании пятого курса многие из вас, разумеется, перестанут у меня учиться, — продолжал Снейп. — По программе, нацеленной на подготовку к выпускным экзаменам, в моем классе Зельеварения будут заниматься только лучшие из лучших, остальным же придется со мной распрощаться. Но до приятной минуты расставания как-никак еще год и потому, будете вы впоследствии претендовать на высшую аттестацию или нет, я советую всем собраться с силами и постараться получить те приличные баллы за СОВ, на какие я привык рассчитывать у своих учеников.       Профессор выдержал многозначительную паузу, заставив многих студентов понервничать и переглянуться. Немногие были уверены в своих силах, и уж точно лишь единицы мечтали продолжать курс по зельям на уровне ЖАБА, учитывая скверный характер Снейпа. Гарри знал, что ему будет крайне сложно сдать экзамены на «Превосходно», а потом еще и терпеть ненавистного учителя, но вариантов было немного.       — Сегодня мы будем готовить зелье, которое часто входит в экзаменационные задания для пятикурсников, — вещал учитель. — Умиротворяющий бальзам помогает бороться с тревогой и снимать беспокойство, но если переусердствовать с ингредиентами, то пациент может погрузиться в глубочайший, а то и необратимый сон, поэтому пристально следите за тем, что делаете. Ингредиенты и способ приготовления, — Снейп взмахнул волшебной палочкой, — написаны на доске. Все, что вам необходимо, — он опять взмахнул палочкой, — находится в шкафу. В вашем распоряжении полтора часа… Приступайте.       Как и предполагали Гарри и Гермиона перед уроком, учитель выбрал чрезвычайно трудное зелье, требующее нудной, долгой и кропотливой работы. Ингредиенты необходимо было добавлять в котел в строго определенном порядке и в строго определенных количествах. Помешивая состав, надо было совершить строго определенное число движений, сначала по часовой стрелке, потом против, не упуская при этом нужную температуру и постоянно регулируя огонь.       — Ты забыл сироп чемерицы, — шепнула девушка, краем глаза наблюдая за вспотевшим от напряжения Гарри.       — Спасибо, — чуть кивнул он, корректируя свою ошибку.       Класс был наполнен совершенно разными цветами и запахами, отовсюду доносились различные звуки вперемешку с отборными ругательствами. Зелье Невилла тихо сворачивалось в нечто, напоминающее цемент, Симус тыкал палочкой под котел и пытался вновь разжечь огонь, а Рон увлеченно мешал свое варево, извергающее искры и, кажется, плавящее специальную зельестойкую ложку, превращая ее в почти прозрачный скелет.       — От вашего зелья должен сейчас идти легкий серебристый пар, — сказал Снейп, когда до конца урока оставалось десять минут. — И, как мне кажется, далеко не все справились с заданием.       К своему дичайшему удивлению, над котлом Гарри и правда шел не такой насыщенный как у Гермионы, но все же серебристый пар, а зелье приятно побулькивало на медленном огне. Это определенно был успех, особенно на фоне остальных и Гарри было обрадовался такой удаче, но Снейп не дал и шанса почувствовать себя удовлетворенным или же радостным.       — Минус десять очков Гриффиндору, — язвительно выплюнул Северус, подойдя к их столику.       — За что? — возмутился Гарри. — Зелье точно соответствует рецепту!       — А не будь здесь мисс Грейнджер, вы бы забыли про чемерицу, — не отступал профессор. — И не думайте, что я не заметил!       — Но… — начала было девушка.       — Молчать! — рявкнул явно недовольный учитель. — Если не хотите, чтобы я снял еще десяток с вашего факультета! И кстати вас, мисс Гринграсс, это тоже касается!       — Я… Я… — аж зазаикалась светловолосая слизеринка от внезапного наезда.       — Мистер Малфой справился бы лучше, если бы вы не отвлекали его весь урок! — презрительным тоном выплюнул Снейп, скользнув краем глаза по оголенным предплечьям девушки с закатанными рукавами.       — Да, профессор, — поникла она. — Прошу прощения.       — Соберите ваши зелья в пробирки и оставьте подписанные у меня на столе, — распорядился Снейп. — После чего приберите свои места и можете быть свободными.       Студенты вывалились из класса и направились на обед. Гриффиндорцы наперебой костерили зельевара за несправедливость, хотя это и не было большой новостью. Он всегда предвзято относился к львиному факультету, однако неожиданный выпад в сторону Дафны был весьма странен, но не настолько, чтобы обсуждать это дольше, чем несколько минут, дабы потом вновь переключиться на способы придумать ему какую-нибудь подлянку.       — И как тут полюбить Зельеварение? — философски спросил Гарри. — Ну ошибся самую малость, мог бы и подсказать, так нет же, заметил заранее, но ждал, что я еще где-то накосячу…       — Такой уж он человек, — пожала плечами Гермиона.       — Родная, пожалуйста, — взмолился Гарри, — не защищай его хоть сейчас! Это ты лучшая ученица и сможешь задавить его интеллектом, если захочешь, а я-то нет!       — Ладно, не кипятись, — успокаивала его девушка. — Пойдем быстро перекусим, потом сходишь на Прорицания и увидимся у Сириуса.       — Пойдем! — с радостью согласился Гарри. — Уж чего-чего, а первого урока у крестного я жду с нетерпением!       На входе в Большой зал они встретили крайне возбужденных близнецов со светящимися лицами и горящими глазами. Судя по их виду, произошло нечто такое, что можно будет обсуждать сегодня весь вечер в гостиной и Гермиона крайне надеялась, что это никак не связано с их экспериментами. По-хорошему нужно было вообще запретить всевозможные приколы Уизли, но тогда они бы делали все тайно, что явно было бы хуже.       — Что вы опять натворили? — нахмурилась Гермиона.       — Мы — ничего, — хором ответили они. — Просто только что с урока у Бродяги.       — И-и-и? — стало интересно Гарри.       — Он был великолепен…       — Потрясающ…       — Гениален!       — Почти как Грюм!       — Только лучше!       — Дал просраться этим тормозам! Хотя и мы чуть не обосрались, но это было классно!       — О чем вы? — не понимал Гарри.       — Скоро узнаешь, — улыбался Фред. — Поверь, твой крестный знает свое дело.       — Уже боюсь представить, — чуть мрачно ухмыльнулась Гермиона и направилась к своему столу.       Обед прошел совсем непримечательно и после него пятикурсники встали из-за стола, отсидели Прорицания, где профессор Трелони в очередной раз пообещала каждому по страшной смерти в течении ближайшей недели, после чего направились на третий этаж в столь знакомый класс Защиты от темных сил. К своему неудовольствию, Гарри обнаружил перед входом там и толпу слизеринцев, о чем-то тихо шушукавшихся и явно дожидающихся их.       — Я смотрю, у директора совсем поехала крыша, — громко начал Малфой, заметив приближающихся гриффиндорцев. — Не успели покинуть школу оборотень и сумасшедший мракоборец, так теперь он нанял отсидевшего убийцу. Вот смеху-то будет, когда из кабинета вынесут первый труп!       — Надеюсь, это будет твой! — вспыхнул Гарри. — Твой папочка будет рад, что злой дядя Блэк укокошил своего племяша, не так ли?       Новость о такой осведомленности быстро согнала самоуверенную ухмылку Драко с его лица, а остальные ученики резко заглушили гомон и внимательно прислушались. Гарри сразу пошел с козырей и долбанул по своему врагу тем оружием, которым ранее никогда не бил, ибо ранее был не осведомлен о подобных вещах. Однако гобелен в доме на Гриммо давал множество возможностей надавить на слабые места.       — О, — продолжал Гарри, — а вы не знали? Сириус Блэк является дядей Малфою, а потому, возможно, они споются и устроят нам тут геноцид.       — Двоюродным дядей! — попытался защищаться слизеринец.       — А какая разница? — хмыкнул Гарри. — Или ты надеялся, что сможешь скрыть этот факт, Дракусик?       — Это правда? — с презрением посмотрела на блондина Панси.       — А есть сомнения? — поддержала парня подошедшая с Нумерологии Гермиона. — Вы же все кичитесь своей чистокровностью, а так и не глянули на родовые деревья? У вас в истории инцест на инцесте, и лишь одна магия не позволяет выродиться всем волшебникам от генетических заболеваний.       — Твоего мнения не спрашивали, поганая грязно… — хотел было бросить очередное оскорбление Малфой.       — Силенцио! — не стал устраивать очередной мордобой Гарри, воспользовавшись одним из изученных летом заклинаний. — Тебе не хватило в поезде? Могу еще разок нос сломать, но не хочу пачкать руки о твой помойный рот, милый хоречек.       Гриффиндорцы тихо затряслись от смеха, вспоминая инцидент на четвертом курсе и то, как трансфигурированный парень летал под потолком, а теперь стоял перед ними и бледнел, не в силах вымолвить и слова. Профессор Грюм весьма действенным методом заставил Малфоя надолго заткнуться и вести себя тише воды и ниже травы, а сейчас Гарри вновь ударил в эту точку, еще и упоминая какой-то инцидент в поезде.       Прозвенел колокол и дверь в класс отворилась, запуская толкающихся студентов внутрь. Сириус не стал делать каких-либо перестановок, лишь чуть расширил площадку перед первыми партами, дабы было больше место для демонстраций, а потому никто особо не замирал на месте, пытаясь привыкнуть к новой обстановке. За пару выходных дней они уже успели смириться с мыслью, что Блэк будет учить их Защите, а его регулярные появления за завтраком лишь подтверждали эту теорию.       — Всем добрый день! — поздоровался с улыбкой Сириус, стоя на своем балкончике, опершись руками на перила и оглядывая учеников сверху. — Рассаживайтесь, достаньте только перья и пергаменты. Сегодня будет вводный урок и учебники вам не понадобятся.       Когда класс затих, волшебник спустился по винтовой лестнице и встал перед парой десятков студентов. Он, вопреки школьным требованиям, был одет в стильный маггловский костюм взамен стандартной профессорской мантии, чем видимо показывал свой несколько бунтарский дух, а в глазах читалось некоторое волнение. Хоть до этого он уже успел провести пару вполне успешных уроков, но именно на этом присутствовал его крестник, а следовательно, нужно было не оплошать и сделать все на высшем уровне.       — Позвольте представиться еще раз и лично, — начал он. — Профессор Сириус Блэк, ваш новый учитель по Защите от темных сил.       — Здравствуйте, профессор Блэк, — чуть наперебой ответили ученики. Многие из них с явным подозрением смотрели на того, кто еще неделю назад числился убийцей и преследовался по всей стране. Некоторые же наоборот — проявляли любопытство, а у иных на лицах читалось лишь безразличие.       — Хорошо, — хлопнул в ладоши Бродяга. — Начнем, пожалуй.       Сириус подошел к своему столу, повернулся к нему спиной и оперся на его край, скрестив ноги и опустив руки на столешницу, чем вызвал удивление всего класса. Никто из профессоров не позволял себя вести столь вольно, обычно придерживаясь максимально формального стиля общения, однако Сириус не собирался изображать из себя чопорного англичанина. Его задачей было обучить Защите и делать он это собирался так, как считал нужным.       — Давайте сразу определимся, — начал он. — На этих занятиях я буду множество раз вспоминать Первую Магическую Войну, в которой пострадало множество волшебников. В связи с тем, что развязал ее один человек, то я буду называть его по имени. Лорд Волдеморт, — вздрогнул почти весь класс, — хотел подчинить себе всю власть в магической Британии и истребить магглорожденных. Он не первый, кто возжелал нечто подобное, но единственный, кто смог заставить бояться своего имени. Самое удивительное в том, что двадцать лет назад те, кто сталкивался с ним и его террором, спокойно могли произносить его, а вот после развоплощения появился прямо-таки культ эвфемизмов.       — Профессор Блэк, — подняла руку Парвати, — зачем вы это нам рассказываете?       — Я хочу показать вам, что некоторые вещи могут сидеть настолько глубоко в подсознании, что страх перед ними буквально запретит думать трезво, — отвечал Сириус. — Скажите, мисс Патил, почему лично вы боитесь произнести имя Темного Лорда?       — Я… — запнулась девушка. — Э-э-э… Ну… Меня так научили с детства…       — А кто научил?       — Родители.       — Насколько я знаю, — продолжал Сириус, — ваши родители переехали из Индии в восемьдесят пятом?       — Да, сэр, — кивнула она, удивившись вместе со всем классом тому, что профессор успел изучить досье на них.       — Значит, ни вы, ни ваши родители не застали зверств Волдеморта? — смотрел на нее чародей.       — Э-э-э… Да, — вновь вздрогнула Парвати.       — Тогда почему лично вы боитесь этого набора букв, обозначающих вполне конкретного человека ровно так же, как и «Вы-Знаете-Кто?». Ведь лично вашей семье он не причинил никакого вреда, не так ли?       Гарри, Дин, Невилл и Рон переглянулись с легким смешком, вспоминая субботний разговор. Сириус действовал все теми же вполне логичными аргументами, на которые сложно было что-то противопоставить. Он старался донести простую истину, что Реддл обрел свое могущество, основываясь лишь на страхе, смог заставить поверить всех в бредовую идею, что одно его имя способно накликать беду, а сам он — чуть ли не Темный Мессия.       — Потому что… — не могла подобрать мысль гриффиндорка. — Э-э-э… Я не знаю, сэр…       — Вот именно, — заключил профессор. — Никто из вас не застал Волдеморта живым, но тем не менее, почти все из вас боятся его имени из-за того, что вам так внушили родители. Прошу, поднимите руки те, кто способен произнести имя Темного Лорда?       Вверх взметнулись четыре раскрытые ладони, среди которых были Гарри, Гермиона, Дин и, к удивлению всего класса, светловолосая девушка со Слизерина. До этого момента она не проронила ни звука, однако, похоже, действительно не боялась такой банальности, как простой и понятный звуковой ряд.       — Мисс Гринграсс? — вздернул брови вверх Сириус. — Право, я удивлен, учитывая, что ваш род предельно чистокровный.       — Отец не принимал никакую сторону, — пожала плечами Дафна, — а потому мы почти не пострадали в той войне, стараясь укрыться под Фиделиусом.       — Хорошо, — кивнул Блэк. — Остальные же выросли в среде магглов, а потому не обрабатывались с детства мантрами своих родителей.       — И все же, — решила поддержать подругу Лаванда, — зачем нам это, сэр? Как какое-то имя может влиять на наши уроки?       — Очень просто, мисс Браун, — перевел на нее взгляд, — вы задали весьма правильный вопрос и, возможно, кто-то из вас сможет на него ответить. Сформулирую его немного по-другому для простоты понимания: что сильнее всего мешает в сражении? Что способно победить самого умелого и сильного колдуна даже в наиболее выигрышной позиции? Чего должен избегать каждый, дабы выжить в опасной ситуации?       Профессор обводил взглядом класс, но никто не мог ответить на весьма простой, по своей сути, вопрос. Истина болталась на самой поверхности, да еще и была озвучена несколько раз, однако никто так и не решался произнести заветное слово ровно по этой же причине, что и заданный вопрос. Тишина давила на уши и Сириус уже хотел было сам дать ответ, если бы не неуверенно поднявшаяся рука Гермионы.       — Я слушаю вас, мисс Грейнджер, — с легкой улыбкой посмотрел на нее Сириус.       — Возможно, вы имеете ввиду страх, сэр? — высказала она свою догадку.       — Верно, — кивнул Бродяга и резко спрыгнул со стола, вновь заставив многих вздрогнуть от неожиданности, переменив тон с шутливого на предельно серьезный. — Страх — это очень полезная вещь в обычной жизни. Страх позволяет нам избегать опасных ситуаций и не впутываться туда, где можно получить травму и увечье. Но если эта ситуация все же произошла, то страх становится нашим противником. Он сковывает движения, не дает трезво мыслить и оценивать обстановку, заставляет забыть о нужных чарах и лишь позволяет панически мечтать о том, что сейчас свершится чудо и все пройдет без вашего участия, — рассказывал Сириус, расхаживая перед классом с руками за спиной. — Если вы столь боитесь одного лишь имени Волдеморта, то что произойдет, встретитесь с ним лицом к лицу?       — Но он же мертв! — воскликнул Симус, все еще не поверивший в воскрешение Темного Лорда.       — Если бы это было так, — вздохнул Сириус. — Убеждать вас в возвращении Волдеморта я не стану, рано или поздно и без меня это произойдет. Однако это еще раз поднимает вопрос о причинах страха. Если многие из вас уверены в его смерти последние пятнадцать лет, то почему все еще называете его «Тем-Кого-Нельзя-Называть?» Вам всем настолько промыли голову страхом, что вы боитесь признать даже саму возможность появления его в нашем мире, — многозначительно обвел он взглядом гриффиндорцев, почти не обратив внимания на слизеринцев, среди которых у многих отцы были Пожирателями и уж точно рассказали все своим детям. — И что самое забавное, — резко остановился учитель на месте и скривил гримасу с весьма кровожадной улыбкой, — вы не верите ни единому моему слову, поскольку именно сейчас до чертиков боитесь меня.       Последняя фраза практически припечатала тех, кто все еще считал Сириуса убийцей. Подсознательно они ожидали чего угодно, включая нападение учителя, а разговоры о воскрешении Волдеморта лишь усиливали внутреннюю панику, но именно сейчас он стал максимально похож на свою фотографию из Азкабана, хоть и без спутанных волос, на пару с грязной щетиной на лице.       — А вот теперь, мисс Патил, — резко подошел он к ней и встал рядом, закатав рукава и продемонстрировав несколько тюремных татуировок, — назовите мне любое защитное или атакующее заклинание, которое знаете.       — Я… Я… — ошалела от столь близкого контакта ученица. — Я не…       — Мисс Браун? — переместился он к соседке и навис, уперевшись руками в парту и смотря прямо в глаза. — Представьте, что я все еще не оправдан и вы встретили меня на улице. Ваши действия? НУ?       Блондинка явно растерялась и лишь ошалело уставилась на изменившегося в лице Сириуса, моментально перешедшего из умиротворенного в довольно злое, что напрягало всех пару лет назад, когда школа была окружена дементорами. Она настолько испугалась, что лишь отпрянула от него и закрыла лицо руками.       — Паркинсон! — двумя шагами перепрыгнул он к ней, заставив вздрогнуть.       — Я… — просипела девушка, вжавшись в стол.       — Первое Непростительное, быстро!       — Э-э-э…       — Томас! — потянулся к палочке Блэк.       — С-с-сэр…?       — Обезоруживающее! Сейчас!       — Но… К-к-как…       — Финниган! — рявкнув развернулся к нему Сириус.       — Д… Д… Да?       — Как победить боггарта?       — Я… Я… Чего? — дошел до него смысл вопроса.       — Боггарта, мистер Финниган, — повторил Сириус, вновь принимая обычный и почти спокойный вид, так и не достав оружие. — Профессор Люпин рассказывал об этом на третьем курсе, не так ли?       — Э-э-э… Да… — выдохнул Симус.       — Ну так что? — продолжал допытываться Блэк. — Перед вами стоит боггарт и показывает самый жуткий ваш кошмар. Ваши действия?       — Эм… — задумался парень. — Представить что-то смешное и превратить его в это с помощью заклинания «Риддикулус».       — Чудно, — хмыкнул Бродяга. — Тридцать секунд на поиск простейшего решения в критической ситуации. Столкнись вы даже не с Волдемортом, а с обычным грабителем в темной подворотне, то, в лучшем случае, кошелька с галлеонами уже бы не нашли.       Такого поворота событий явно не ожидал никто. Гарри восхитился тому, как Сириус последовательно, одними лишь словами, смог провести короткую лекцию о страхе, потом до усрачки запугать почти каждого в этом классе, а затем наглядно, на примере, продемонстрировать истинность теории о том, что в экстренном случае паника могла погубить не хуже, чем «Авада Кедавра».       — Профессор Блэк, — поднял руку один из слизеринцев, явно довольный таким почти издевательством над храбрыми гриффиндорцами. — Вы хотите сказать, что ничего не боитесь?       — Ну почему же, — отвечал он. — Разумеется, я много чего боюсь, мистер Нотт, но просто умею в нужный момент запихивать страхи как можно глубже и рефлексировать уже после боя. Еще вопросы?       Больше никто руку не поднимал, а потому Сириус удовлетворенно хмыкнул и вернулся к своему месту у стола. В чем-то близнецы были правы и Сириус действительно начал весьма резко, больше напоминая лже-Грюма, а не Люпина, но Гарри отчасти понимал причины.       Он пользовался своей репутацией убийцы, видел, что ученики его боялись и решил играть на всю катушку. Пожалуй, через пару недель, когда все привыкнут, подобного эффекта уже не добиться, а значит, нужно действовать сейчас. И это здесь половина класса были слизеринцами, большинство из которых через своих отцов в курсе и о Волдеморте, и о невиновности Блэка, а каков был шок на занятиях у пуффендуйцев и когтевранцев — можно было лишь представлять.       — Надеюсь, я весьма красноречиво продемонстрировал, насколько страх может быть опасен? — обвел он взглядом класс. — А я ведь даже не достал палочку, действуя лишь словами и вашим представлением о том, кем я должен являться на самом деле. Вы не должны бояться произносить слово «Волдеморт», ведь страх перед именем лишь усиливает страх перед его носителем, загоняя вас все глубже в пучину ужаса. Вам ясно?       — Да, профессор… — тихо ответил класс.       — Замечательно, — хлопнул в ладоши Сириус, вырывая из своих мыслей подвисших студентов. — У нас осталась половина занятия и пора приступить к практике. Несмотря на все разнообразие заклинаний, существуют лишь два основных, используемых в девяноста процентах несмертельных дуэлей. Можете их назвать? Да, мистер Поттер?       — «Ступефай» и «Протего», — ответил Гарри с небольшой улыбкой.       — Верно, — кивнул он. — Оглушающие чары позволяют вырубить оппонента и вывести его из игры, а Щитовые позволят отразить большинство заклинаний, за исключением, пожалуй, Непростительных. Конечно, еще может быть весьма эффективным Обезоруживающее заклинание, известное вам как «Экспеллиармус», но тогда противник остается в сознании, может подобрать другую палочку или банально атаковать кулаками.       — Если умеет, — хмыкнул Гарри. — А так — весьма эффективно против Волдеморта.       — Ты хочешь сказать, что победил его с помощью заклинания второго курса? — изумился Невилл.       — Кстати, да, — подхватил идею Сириус. — Мистер Поттер единственный в этом классе, кто сражался за свою жизнь. Не поведаете нам детали дуэли с Волдемортом?       — Не знаю, сэр, — чуть растерялся Гарри. — Тут половина мне не верит, если не больше.       — Расскажите для другой половины, — оставался невозмутимым Сириус. — Я не прошу всех деталей, лишь общие факты и используемые вами заклинания.       Гарри посмотрел на студентов, также уставившихся на него в ответ. Быть может, многие и считали его лжецом, но все же им было не менее интересно, что может нафантазировать этот шрамоголовый парень. Прикинув все «за» и «против», а также продумав небольшую тактику рассказа, Гарри подумал, что сейчас вполне неплохая возможность закрыть множество вопросов у имеющих крайне малое количество информации однокурсников.       — Хорошо, — кивнул он и вышел на середину класса. — После того, как Волдеморт попытал меня «Круциатусом» и заставил поклониться ему, нацелив палочку, я вспомнил единственное эффективное заклинание, дающее хоть какой-то шанс на побег. Он бросил «Аваду», а я в ответ выпалил «Экспеллиармусом» и наши лучи скрестились в одной точке, не давая хода никому, создавая защитный экран, отделяющий от его приспешников. Было сложно, но я смог удержать связь, а она создала некие эффекты задымления, мешающие обзору и позволившие отбежать к Кубку, являющемся порталом. Я смог приманить его с помощью «Акцио» и сбежать оттуда вместе с телом Седрика. Многие Пожиратели были тому свидетелями, а потому могут подтвердить мои слова, — многозначительно глянул Гарри на Малфоя.       — Не заливай, Поттер, — взял слово Блейз Забини. — Ты хочешь сказать, что твоя сила была равна силе Темного Лорда?       — Именно, — кивнул Гарри, не упоминая о том, что он, в общем-то, оказался даже сильнее, поборов Волдеморта и заставив его палочку вызвать духов убитых им людей.       — Неважно, что произошло в итоге, — раздался голос Сириуса. — Важно лишь то, что мистер Поттер в критический момент вспомнил вбитое в подкорку сознания заклинание и не испугался его применить, показав, что даже, не побоюсь этого слова, великий Волдеморт такой же человек, как и все мы. Гарри не позволил страху победить, тупо замерев на месте в ужасе, а смог действовать, чем мы и будем с вами заниматься на наших уроках, параллельно разучивая полезные заклинания. Скажите, кто из вас умеет применять Щитовые чары?       Вверх взметнулись руки Гарри, Гермионы и, к удивлению остальных, сидящего до этого безмолвно Драко.       — Мистер Малфой? — глянул на него Сириус. — Похвально, тогда, пожалуй, вы сможете мне помочь.       Слизеринец что-то показал своей рукой и беззвучно открывал и закрывал рот, словно рыба вытащенная наружу. Гарри несколько секунд не соображал о причинах подобного поведения, а затем чуть ли не рассмеялся в полный голос. Его колдовство все еще действовало и именно по этой причине Малфой молчал весь урок, не проронив ни звука в адрес Сириуса.       — Фините! — снял чары профессор. — А что, ваши друзья не могут произнести заклинание отмены?       — Не все! — рыкнул парень, глядя на Крэбба и Гойла.       — Уточните, вы действительно знаете Щитовые?       — Да, профессор, — кивнул он.       — Тогда попрошу вас выйти ко мне.       Драко поднялся со своего места и сделал несколько шагов вперед, дабы оказаться видимым всем студентам наравне с преподавателем. Гарри немного удивил выбор Малфоя в качестве наглядного примера, но он не стал спорить с крестным, считая, что тому явно виднее, а потому оставалось лишь наблюдать за тем, как слизеринец достал палочку и приготовился к обороне.       — Запоминайте внимательно, — произнес Сириус, обращаясь к классу. — Формула звучит как «Протего» и не требует особого взмаха палочки. Нужно лишь указать в то место, где вы желаете поставить щит, ясно?       — Да, профессор Блэк, — хором ответили ученики.       — В таком случае, мистер Малфой, я буду сначала медленно, а потом все быстрее пытаться обезоружить вас, а вы постараетесь блокировать мои атаки. Задача ясна?       — Да, профессор, — кивнул он.       — Чудесно, — поднял Бродяга палочку. — Экспеллиармус!       Сириус начал посылать заклинание за заклинанием, с каждым разом сокращая интервалы и заставляя своего оппонента все быстрее махать палочкой, дабы отбить их все. Это крайне напоминало тренировки с Гарри на Гриммо, а потому он лишь с ухмылкой наблюдал со стороны за тем, что происходило тогда в комнате Клювокрыла.       В определенный момент Сириус чуть ухмыльнулся и перешел на невербальную атаку, еще сильнее увеличив темп. Драко весьма успешно держался почти минуту, отбивая все лучи, как в один момент Сириус сделал неуловимое движение и чары прошли не слева, как рассчитывал слизеринец, а справа, благодаря чему палочка выскочила из его рук и приземлилась в раскрытую ладонь Блэка.       — Спасибо, мистер Малфой, — вернул он ему волшебный инструмент. — Неплохо для пятикурсника, но вам следует четче отслеживать движения соперника и ставить щиты чуть позже, дабы не дать ему заметить и обойти их. Теперь разбейтесь на пары, — перевел Сириус взгляд на остальных учеников, — и отрабатывайте увиденное. «Экспеллиармус» против «Протего», ничего другого не применять. Хотя, если кому хочется, можете кидаться чарами Щекотки, хоть расслабитесь немного. У вас тридцать минут, так что приступайте, а мистер Поттер и мисс Грейнджер, будьте так добры, подойдите ко мне.       Пара гриффиндорцев подошли к Сириусу, который движением палочки раздвинул парты и дал место остальным для практики, после чего они стали вместе наблюдать за студентами. Тут и там доносились выкрики заклинаний, повсюду летали деревянные предметы, вспыхивали и гасли щиты, а на лицах появлялись улыбки и смех, когда кто-то заряжал очередной «Риктусемпрой».       — Ну как вам? — негромко спросил мужчина, хотя в общем гомоне он мог хоть с «Сонорусом» кричать.       — Отличный ход с использованием своей репутации, — оценила Гермиона. — Близнецы были просто в восторге.       — О, да! — чуть хохотнул Сириус. — У седьмого курса вообще никто не мог произнести его имя, а потому не видели поддержки среди своих и эффект был еще веселее. Кстати, я удивился, когда мисс Гринграсс подняла руку.       — Мы тоже, — хмыкнул Гарри. — Хотя как-то так вышло, что мы вообще не в курсе о ней, но уж такого точно не ожидали.       — Гринграссы древний род, поддерживающий своими взглядами чистокровность и все такое, — рассказывал Бродяга. — Но они почти никогда не лезли в политику, а спокойно занимаются своими делами. Как Швейцария в маггловском мире. Тем не менее, лорд Уильям Гринграсс является очень влиятельной фигурой и его слово значит очень многое.       — Почему ты вызвал Малфоя? — поинтересовался Гарри. — Я мог бы составить тебе компанию.       — Потому что ты только что рассказывал, как одолел Волдеморта, но проиграл бы Сириусу, — встряла Гермиона. — Как-то нелогично бы было, согласись?       — Все верно, кареглазка, — улыбнулся Блэк. — Если уж поднялся в глазах других, хоть и через недоверие, то не стоит падать тут же вниз, а уж прости, но перебороть тебя пока ничего не стоит.       — Да я не спорю, — чуть стушевался Гарри. — Там все было чисто на удаче…       — Тогда идите и тренируйтесь, — направил их Сириус. — Вам это еще пригодится в будущем.       Когда прозвенел звонок и ученики стали собираться на выход из аудитории, Сириус обратил на себя их внимание и произнес:       — Домашнее задание следующее: каждому небольшое эссе-размышление на тему страха и причинах его появления, а также способах борьбы с ним. Объем не регламентирую, но за отписки на пару строк баллы таки сниму. К слову, по пять баллов мистеру Поттеру, мистеру Финнигану и мисс Грейнджер, а также десять мистеру Малфою. Свободны.