Гриффиндорский гамбит

      Огромный стальной клинок со свистом рассек воздух, направляясь к сердцу спящей женщины с желанием сделать свою работу и получить заслуженное вознаграждение в довольно крупном размере за заказное убийство, однако рука наемника, к его изумлению, вместе с зажатым в ней предметом, прошла сквозь тело Амелии Боунс, словно сквозь пустоту и с глухим звуком стукнулась о лежащий под ним матрас, заставив даже чуть потерять равновесие от отсутствия точки опоры.       — Петрификус Тоталус! — тут же раздалось из-за спины и убийца, на секунду зависший от неожиданности, получил в спину двойное парализующее проклятие, от чего неуклюже рухнул на пол и уставился глазами в потолок.       В зажегшемся на концах палочек свете, мистер Смит увидел одетую и держащую на изготовке свое оружие женщину, являющуюся его целью и явно не имеющую никаких следов сна, а также известного мракоборца в отставке, Аластора Грюма, так же не опускающего свой волшебный инструмент и направляющего его точно между глаз преступника.       — А я говорил тебе, Амелия, — довольно прокряхтел Грозный Глаз, убирающий иллюзию с кровати, — они придут за тобой после атаки на дом Макнейра.       — Да я и не спорила особо, — потерла виски мадам Боунс, вспоминая письма, взмахнула палочкой и оголила предплечья убийцы. — Смотри, он тоже не Пожиратель.       — Наемник, — сплюнул Грюм, вращая голубым глазом. — Видимо, Волдеморт пока не хочет атаковать открыто. Это уже третий на этой неделе, Кингсли и Тонкс только чудом удалось отбиться и сделать вид, что они погибли. У нас определенно завелась крыса в Ордене, сливающая информацию этим говноедам.       — Значит нужно допросить с сывороткой каждого, включая детей.       — Ты думаешь, что кто-то из этих юнцов может работать на Волдеморта? — хмыкнул Грюм. — Брось, Амелия, даже я считаю, что это уже перебор.       — Мы вынуждены обработать все варианты, Аластор, — вздохнула женщина. — Вспомни первую войну и Петтигрю, а вон оно как оказалось.       — Хорошо, — не стал спорить Грюм. — С этим что будем делать? — махнул он рукой на все еще парализованного наемника.       — По обычному закону я обязана посадить его в Азкабан, — ответила она. — Но…       — Но?       — Но по законам мирного времени, нам всем конец настанет очень быстро, — с горечью в голосе признала мадам Боунс, вспоминая погибшего Скримджера и еще нескольких хороших человек. — А по закону военного… Знаешь, я тут отвернулась, а он освободился от заклятия и кинулся на меня с ножом…       — Тогда я имею полное право защитить главу ДМП легким «Депульсо», неудачно откинувшим преступника на острый угол шкафа, проломившего ему голову? — с легкой ухмылкой закончил за нее ветеран первой войны.       — Только сначала попытаемся достать из его мозгов всю информацию, — кивнула мадам Боунс, начиная делать сложные пассы палочкой. — Хотя не думаю, что там сильно больше, чем у первых двух убийц, но все же… Легиллименс!       Грюм обоими глазами внимательно наблюдал за тем, как Амелия роется в голове у преступника и пытается вытащить оттуда всю доступную информацию, не забывая держать его на прицеле на тот случай, если ему удастся освободиться от парализатора. Глава ДМП была весьма опытным легиллиментом и порой могла даже доставать поверхностную информацию, просто заглянув в глаза, однако и наемник оказался не из робкого десятка. Его ментальные щиты оказались весьма сильным, а учитывая тот факт, что его походу не собирались оставлять в живых, он решил во что бы то ни стало держать при себе тайны личности его нанимателя чисто из вредности.       — Хорошо держится, — фыркнула мадам Боунс. — Аластор, ты не мог бы сделать его несколько посговорчивее? Не переживай, дом пуст и никто ничего не услышит.       — Без проблем, — кивнул Грюм и навел палочку на ногу мистера Смита. — Слушай сюда, ублюдок ебаный, ты либо сейчас же даешь нам информацию и умираешь быстро, либо продолжаешь играть в героя, но тогда будет долго и больно. Амелия?       — Пока держится.       — Ты сделал свой выбор, — хмыкнул мужчина. — Экспульсо!       Небольшой взрыв, обычно не способный даже проделать дырочку в каменной стене, на живой ткани показывал просто поразительные результаты. Кусок бедра просто разорвало в кровавую труху, а прятавшуюся под ним кость поломало на несколько осколков, но из-за парализующего заклинания убийца не мог ни закричать, ни закрыть рану руками, а только чувствовал дикую, ни с чем несравнимую боль.       Зная методы работы ДМП, он максимум рассчитывал на что-то вроде «Круциатуса», причиняющего похожие страдания, но отпускающие, следовало только снять заклинание, и не оставляющие физических повреждений. Но сейчас, примерно представляя, что Грозный глаз будет все дальше калечить его, разрывать внутренности и выдирать кости, пока он не помрет от болевого шока, Смит был готов сдать свою мать с потрохами, лишь бы получить смерть как можно скорее.       — Уже лучше, — кивнула Амелия, чувствуя как защита падает. — Так… Угу… Опять этот тип… Вот же задница! Все, можешь кончать этого урода.       — Минуточку, — произнес старый мракоборец. — Вингардиум Левиосса!       Искалеченное тело неудачливого убийцы поднялось в воздух и с дичайшей скоростью понеслось в стену, словно упало как минимум с десятого этажа. Доли секунды полета свели жизнь и смерть воедино, голова со всего размаху врезалась в острый угол дверного косяка, черепная коробка не выдержала такого давления и с громким хрустом развалилась на части, принося ему столь желанную и довольно быструю смерть.       — Да мог бы и Авадой грохнуть, — поморщилась мадам Боунс. — Теперь от крови все отмывать, иначе Аманда прикончит меня.       — Отмоем, — махнул рукой Аластор. — Все же Дамблдор не любит, когда мы используем Непростительные, да и репутация у Ордена должна быть положительная. А с твоей сестрой ничего не случится, она прекрасно понимает кто ты и какова твоя работа.       — Ладно, уговорил, — вздохнула мадам Боунс. — В общем, его заказал тот же урод, что и предыдущих двоих. Помятый вид, почти лысый, несло табаком и алкоголем, но я не узнаю его, поскольку само лицо словно размазано. Вполне возможно, что он находился под обороткой, да еще и подкорректировал воспоминания у наемника, чтобы мы не смогли его узнать.       — Скорее всего, — крякнул Грюм. — Такие дела не решаются в своем обличии.       — Тонкс и Кингсли пока выбыли из игры, имитируя свою смерть, — продолжала она, — но я не могу сделать этого, поскольку должна руководить ДМП и продолжать переводить его на военные рельсы.       — Тогда тебе следует переехать в любой защищенный Орденом дом, по их примеру, — советовал Грюм. — Идеально, если на Гриммо. Места там хватает, защита по высшему разряду, прямой камин в Министерство для членов Ордена, а еще лучше, если Аманда тоже сделает это.       — Думаешь?       — Она твоя единственная родня, помимо Сьюзен, — пожал плечами он. — Через них будет довольно легко надавить на столь влиятельного человека, но девочка под защитой Альбуса, а вот ее мать…       — Хорошо, — согласилась Амелия. — Я поговорю с ней и надеюсь, что она все поймет и не будет сопротивляться.

***

      Гарри вернулся в свою комнату уже на рассвете, даже не зная стоит ли теперь ложиться спать или же нет, после такого количества действий. В конце концов, справедливо рассудив, что наполненная событиями ночь один хрен не даст ему уснуть, он завалился на кровать, открыл первый попавшийся учебник и стал переваривать произошедшее, пытаясь вчитаться в строчки.       Меньше чем за сутки произошли столько открытий, что не снилось ему и в самом страшном сне: похожий медальон на шее Дафны Гринграсс, фраза Малфоя и драка с ним, странное поведение Карты Мародеров, разговор и дуэли со Снейпом, а так же тот факт, что он за один раз начислил ему больше баллов, чем за все пять лет до этого вместе взятые. И пусть сварливый зельевар просто вернул отобранное ранее, но сам факт…       Гарри буквально горел изнутри от одной только мысли, что он сражался с ненавистным профессором и смог одолеть его своей хитростью, которой его никто не учил. И пусть тот поддавался и бился хорошо если в четверть своих возможностей, но такого маневра Снейп явно не ожидал, а потому и оказался оглушенным. Однако на душе пели птицы и играла музыка банально от самого факта победы над ним.       Почти час, пока раскаленное огненное светило поднималось из-за гор, волшебник лежал на кровати и размышлял над своими дальнейшими действиями. Он хотел мести Малфою за его поганый язык, хотел утопить того в дерьме собственного высокомерия, хотел сделать так, чтобы хорек больше никогда в жизни не посмел сказать ничего подобного, ибо когда тот оскорблял его, то это еще было терпимо, но за Гермиону Гарри был готов рвать на части, не разбирая дороги.       — Уже не спишь? — выдернул его из своих мыслей голос проснувшегося Рона.       — Ага, — кивнул Гарри. — Настроения не было…       — А-а-а… — протянул он. — Черт… Голова все еще раскалывается…       — Пить нужно было меньше, — хмыкнул Гарри.       — Да мне-то откуда было знать? — развел руками Рон. — Я же первый раз…       — Ну хотя бы логика-то должна быть, — раздался голос Симуса с соседней кровати. — Ты выжрал почти целую бутылку крепкого эля, два бокала Огденского и полирнул еще сверху сливочным пивом. И пусть оно почти безалкогольное, но все же…       — Ты что, считал? — посмотрел на него Рон.       — Мы с Дином поспорили, как быстро ты вырубишься, — хихикнул Симус. — Честно говоря, я ставил на меньшее…       — Кстати, — появился голос Дина, — а как Браун реагировала на твои пьяные поцелуи?       — Что…? — шокированно уставился на него Рон. — Я… Мы…       — А ты не помнишь? — засмеялся Томас. — Вы так мило зажались на одном из кресел, считая что вас никто не видит, но было это почти в самом центре комнаты.       — Я… Целовался… С Лавандой? — схватился за голову Рон. — Но я не помню…       — У-у-у… — с улыбкой смотрел на однокурсника Финниган. — Сочувствую тебе, я все же запомню свой первый поцелуй на всю жизнь, а ты…       — Заткнись… — прошипел Рон, под дружеский смех всей комнаты. — Как мне теперь ей в глаза смотреть?       — А что не так? — спросил Гарри. — Ты же вроде мечтал о ней?       — Э-э-э… — замялся Рон. — Ну да…       — Так радуйся, — хлопнул его по плечу подошедший Симус. — Она, в отличии от тебя, была вполне трезвой и отдавала отчет своим действиям. Так что советую привести себя в порядок, почистить зубы от остатков вчерашнего, причесаться, нормально одеться и бежать к выходу из женских спален, дабы встречать свою новую девушку.       Гарри хихикнул, наблюдая за крайне растерянным выражением лица друга, после чего встал, решил также последовать совету Финнигана, умылся, создал на своей голове хоть что-то напоминающее нормальную прическу, а не просто клок спутанной проволоки и вышел из спальни, чтобы встретиться с Гермионой и отправиться с ней на завтрак.       — Чего это ты такой радостный? — посмотрела на него Гермиона, когда он спустился по спиральной лестнице.       — Да тут такое дело, — приобнял он свою девушку, под недовольным взглядом проходящей мимо Джинни. — Пока мы с тобой шалили в ванной старост, Рончик тут, под воздействием неких напитков, набрался смелости и осчастливил всех видом себя, целующегося с Лавандой.       — Да неужели? — округлились глаза Гермионы, когда они проходили сквозь портрет. — Жаль, что я этого не видела… — перешла она на шепот. — Хотя все же твоя голова между моих ног была куда приятней.       — И не говори, — хихикнул Гарри, вспоминая ее ответное поздравление за победу в матче и вспухшие губы, скользящие по его члену.       Хотя, по правде говоря, победа над Слизерином могла стать отличным поводом для их первого полноценного секса, но Малфой настолько сильно испортил настроение Гарри, что он просто не хотел смазывать впечатления этим дерьмом. Да и Гермиона в очередной раз намекала ему, чтобы он чересчур не увлекался исследованиями ее нутра, а ограничился уже привычным куннилингусом, где он прогрессировал со скоростью несущегося Хогвартс-Экспресса.       Они шли по каменным коридорам школы, освещаемыми светом восходящего Солнца и провожаемые взглядами висящих на стенах многочисленных картин. Девушка выглядела очень заспанной и со странным выражением лица, но Гарри списал это на бурную ночь и раннее пробуждение, что не могли не сказаться на количестве ее сил, да и в целом она последнее время была постоянно уставшей.       — Теперь дяде Рона не позавидуешь… — размышляла на ходу Гермиона. — Задолбает его совами с просьбой советов…       — Это да, — хихикнул Гарри. — Сычик тоже с ума сойдет от такого количества перелетов.       — Главное, чтобы я их не поймала где-нибудь в чулане, — улыбалась она.       — К слову об этом, — решил рассказать о своих ночных приключениях Гарри, — ты же не выходила сегодня из спальни?       — Да нет, — пожала плечами Гермиона, активно зевая. — Всю ночь провела в ней и спала как убитая, только один раз что-то стукнулось в окно и разбудило нас.       — Ага, — кивнул Гарри, — это я был на метле.       — Ты? — удивилась она.       — Угу, — рассказывал он как есть. — Просто мне не спалось этой ночью…       — И ты решил поподглядывать за спальнями девушек? — ехидно спросила Гермиона.       — Да нет, — махнул рукой Гарри. — Я разглядывал карту и увидел, что по замку бродит целых три тебя.       — Это как это?       — А хер знает, — пожал плечами Гарри. — Точнее, одна из вас была на своей кровати, в чем я убедился, облетев замок на метле и случайно врезавшись в ваше окно, а вот вторая и третья брели по подземельям, недалеко от гостиной Слизерина.       — И часто ты пялишься на спящих девушек? — притворно насупилась Гермиона.       — Не бузи, — хихикнул Гарри. — Это был первый раз, да и причина была совсем иная.       — Ладно, — кивнула она. — Продолжай.       — В общем, я спустился в подземелья, почти добрался до второй тебя, но в последний момент точка просто исчезла с карты, словно ты трансгрессировала, а коридор оказался пуст. Третья же исчезла за несколько минут до этого сама.       — Но в замке нельзя трансгрессировать, — напомнила Гермиона, продолжая зевать.       — Да знаю я, — ответил Гарри. — Вот и говорю, что странно все это. Быть может, несмотря на все заверения Римуса и Сириуса, карта все же может врать? Ну или чары, со временем, начинают глючить?       — Лучше спроси у них сам, — пожала плечами Гермиона, чувствуя очередную ледяную иглу в своем сердце и жалея, что Обет не дает возможности хоть что-то рассказать.       — Спрошу, — пообещал Гарри, — но дальше произошло еще кое-что и это сильно меня удивило.       — А ну-ка?       Гарри собрал в кучу мысли и рассказал ей о произошедшем между ним и Снейпом противостоянии, буквально по буквам пересказав их диалоги, фразы, дуэль и прочие вещи, происходящие этой безумной ночью. Они уже вошли в Большой зал и направились к привычному месту немного в сторонке, где можно было без проблем общаться, не опасаясь лишних ушей.       — И ты бился с профессором Снейпом? — глянула на него Гермиона.       — Да, — кивнул Гарри. — Он, как оказалось, просто прекрасный дуэлянт и мог раскатать меня об стену одной лишь мыслью, что и продемонстрировал несколько раз. Лишь в конце, когда он расслабился, я смог собраться и перехитрить его, но, Герми, это какой-то пиздец!       — Не матерись, Гарри, — шикнула девушка. — Я же просила.       — Прости, — потупил он взгляд. — Просто я до этого и не подозревал, что против взрослого колдуна не выстою и нескольких секунд! И это учитывая, что Сириус хоть чему-то успел обучить меня, а еще пару месяцев назад я бы проиграл, не успев даже подумать об этом!       — Ну мы же еще студенты, — хмыкнула Гермиона. — Это не удивительно.       — У нас война на носу, — шипел Гарри, заметив проходящую за их спинами светловолосую Дафну Гринграсс. — Я должен научиться быть не хуже Снейпа! Я сегодня-же поговорю с Бродягой и постараюсь убедить его заниматься со мной в полную силу.       — Ну давай, идея просто отличная, — улыбнулась Гермиона, все еще еле-еле подавляя зевоту. — А пока давай завтракать, да пойдем, История магии начинается через двадцать минут.       — Слушай, ты последнее время какая-то дико уставшая и будто исхудавшая, — заметил Гарри. — Опять навалила на себя кучу уроков и засиживаешься с учебниками до самой ночи?       — Да, есть немного, — нервно кивнула она. — Крайне много дел.       — Тебе нужен отдых, — утверждал Гарри.       — Позволь мне самой решать когда отдыхать, хорошо? — раздраженно ответила Гермиона. — Я же не учу тебя играть в квиддич?       — Хорошо, хорошо, — поднял руки в примирении Гарри. — Просто предложил. Идем.       По прошествии нескольких часов, когда студенты пообедали и направились на последние пары этого дня, Гарри и Гермиона вновь стояли у класса Защиты от темных сил и ждали начала урока. День, как ни странно, прошел весьма спокойно и даже Снейп просто игнорировал Гарри все два часа, что позволило сварить весьма качественное зелье. Ну, с учетом подсказок Гермионы, конечно.       — Хорошо ты его так отметелил, — ухмыльнулась Гермиона, заметив что Малфой все еще не появлялся на уроках, видимо не желая показываться на людях.       — Ничего такого, — пожал плечами Гарри. — Но я рад, что его рожа не раздражает меня хотя-бы сегодня.       Прозвенел звонок и студенты двух факультетов вошли в помещение, где их уже ждал на своем любимом балкончике Сириус. За эти месяцы все уже привыкли к тому, что бывший узник Азкабана все же являлся нормальным человеком, да еще и весьма компетентным в области защиты, а потому на его уроки все ходили весьма радостно, ожидая новых историй о жизни мракоборца, подкрепляемых изучением полезных чар. Уж в чем Блэк был точно прав на своем первом уроке, так это в том, что сегодня он бы не смог запугать класс до усрачки, даже приведи сюда Волдеморта, в качестве наглядного пособия для отработки практических заклинаний.       — Всем добрый день, — поприветствовал он. — Рассаживайтесь. Учебники можете не доставать, там все равно нет темы, что я хочу рассказать вам сегодня.       — Интересно что это? — шепнула с задних рядов Парвати.       — Дементоры и смеркуты, мисс Патил, — с улыбкой поведал Сириус.       — Но… — удивилась такой слышимости волшебница. — Я же…       — Поверьте, не так сложно было догадаться о том, что вы сказали, — спускался к ним Сириус. — А так да, я не слышал ни звука, так что можете продолжать болтать о волшебной моде, я не замечу.       Легкий смешок прокатился по залу, настраивая всех на позитивный лад и желание слушать очередную историю. Бродяга с каждым уроком все лучше и лучше вел лекции, решив смешать несколько стилей, став беспристрастным для факультетов, как Макгонагалл, дающим понятный и необходимый материал, как Флитвик, умеющий в нужные моменты приструнить класс, как Снейп и не забывая свои фирменные шуточки, для хорошего настроя.       — Итак, вы все в общих чертах знаете кто такой дементор, не так ли?       — Да, профессор, — неровно ответили они.       — Кто-нибудь может подробнее? — оглядел он несколько поднятых рук. — Да, мисс Гринграсс?       — Дементоры — это полуразумные существа, питающиеся позитивными эмоциями находящихся рядом людей, — встала со своего места слизеринка. — Они представляют собой парящее тело, завернутое в плащ, имеющее возможность чувствовать находящуюся рядом жертву и, при желании, имеют способность высосать его душу. На данный момент дементоры являются стражами Азкабана и охраняют там преступников.       — Можете ли рассказать о способе борьбы с ними? — уточнил Сириус.       — Да, сэр, — кивнула она. — Единственным эффективным способом защититься от дементора является заклинание Патронуса, но его мало кто знает, поскольку последние сотни лет все эти создания находятся под контролем Министерства магии и не нападают на обычных людей, а потому оно не входит в школьную программу.       — Прекрасно, мисс Гринграсс, — улыбнулся профессор. — Пять очков Слизерину. Тогда второй вопрос, более сложный. Кто-нибудь знает о таком существе, как смеркут?       Класс неуверенно помотал головами, но это было и неудивительно, однако одна рука все же взметнулась в воздух, также не вызвав никаких вопросов, почему именно она знала ответ.       — Я вас слушаю, мисс Грейнджер.       — Смеркут чем-то напоминает дементора, — встала Гермиона. — Только под плащом у него ничего нет, поскольку сам плащ и есть это существо. Оно обитает в тропических странах, любит тепло, а потому крайне редко встречается на Британских островах.       — Хорошо, продолжайте.       — В отличии от дементоров, смеркуты охотятся ночами, нападая на спящую жертву и перекрывая ей кислород, после чего втягивают в себя и переваривают несколько дней. Долгое время волшебники не знали, как с ним бороться, однако, в 1782 году, некий Флавиус Белби стал первым, кто смог отогнать это создание. Судя по его мемуарам, он пытался бить оглушающими и замедляющими чарами, но все было бесполезно, пока он не призвал Патронуса, все же отогнавшего смеркута.       — Прекрасно, мисс Грейнджер, — улыбнулся Сириус. — Десять баллов Гриффиндору за такой развернутый ответ. А теперь приступим к самой теме урока.       Сегодняшнее занятие профессор Блэк решил посвятить изучению довольно сложного, но крайне полезного заклинания Патронуса. Учитывая надвигающуюся войну, где Волдеморт вполне мог бы использовать этих существ в качестве основной атакующей силы, такая магия была просто необходима в арсенале каждого студента, у кого хватило бы сил вызвать защитника.       — Эти чары обычно изучают ближе к уровню ЖАБА, да и то в качестве дополнительных, — говорил Сириус. — Но, учитывая обстоятельства, я решил что вам будет полезно узнать о них как можно раньше.       — Какие обстоятельства вы имеете ввиду, профессор? — уточнил Теодор Нотт.       — Пускай многие из вас не верят, что Волдеморт возродился, — произнес он, с удовольствием отмечая, что почти никто не вздрогнул от его имени, за исключением, пожалуй, Лаванды и Парвати, — но все же события двухгодичной давности, когда школу окружили ими в попытке поймать меня, дают основание полагать, что оно может пригодиться в любой момент. Я думаю, многие из вас помнят обыск в поезде и появление этих существ на матче Гриффиндор-Пуффендуй в тот год?       Неприятные воспоминания влезли в голову каждому из учеников, а потому многие сглотнули слюну и словно потухли взглядами. Этот инцидент глубоко сидел в головах у каждого, когда сотни темных существ прилетели на квиддичное поле и погрузили в тоску и печаль практически всю школу, а Патронусов могли вызвать лишь учителя и директор, с трудом отогнавшие дементоров прочь.       — Вот и я о том же, — заключил Сириус. — Мистер Поттер.       — Да, профессор? — посмотрел на него Гарри.       — Насколько я знаю, вы еще на третьем курсе обучились этим чарам?       — Да, сэр.       — Не могли бы вы продемонстрировать нам свои таланты?       — Конечно, сэр, — с легкой улыбкой встал он со своего места и подошел к крестному. — Экспекто Патронум!       Огромный серебристый олень вырвался из его палочки, наполняя своим свечением каменный класс и даря тепло и позитивные эмоции каждому присутствующему в этом зале. Гарри направил его пройтись между партами, чтобы любой смог прикоснуться к этой магии, а многие девушки с упоением наблюдали за могучим животным, проходящим рядом, словно за единорогом, что демонстрировала им профессор Граббли-Дерг.       — Спасибо, мистер Поттер, — с улыбкой поблагодарил Сириус. — Пять баллов Гриффиндору. То, что вы сейчас видели — это вторая форма, именуемая также телесной. Она более продвинутая и может не просто защитить, но и прогнать дементоров и смеркутов, а в случае большой силы — даже убить. Чаще всего получается лишь первая форма, напоминающая щит из серебристой дымки, не дающий им проникнуть сквозь него, а вторую в реальных условиях боя с дементором вызвать очень сложно.       — Разрешите уточнить, сэр, — поднял руку один из слизеринцев.       — Да, мистер Забини?       — Правда ли, что темные маги не могут вызвать Патронуса?       — Очень хороший вопрос, — расхаживал по классу Сириус. — Одновременно и да, и нет. Для вызова защитника, человеку нужно наполнить себя позитивными эмоциями и воспоминаниями, что крайне сложно, учитывая, как дементор влияет на сознание. Человек, глубоко изучающий темные искусства, обычно имеет крайне мало светлого в своей жизни, а потому ему, обычно, просто нечем запустить заклинание, хотя могут быть и исключения. Еще вопросы?       — А какое животное выйдет из палочки, сэр? — спросила Панси.       — Наиболее близкое по духу, мисс Паркинсон, — ответил Сириус. — Как ни странно, у выходцев с вашего факультета, чаще всего, получаются змеи. Еще вопросы?       Класс дружно хихикнул и помотал головами, вновь уставившись на Сириуса, ожидая продолжения лекции.       — Хорошо, — хлопнул он в ладоши. — Заклинание очень сложное в обучении и требует большой концентрации, а потому я не жду, что у всех из вас оно получится прямо сейчас. Мы посвятим ему как минимум три занятия, пока у каждого не получится вызывать хотя-бы первую форму, а большинство из вас, без влияния дементора, должно получить вторую. Приступаем!       До конца занятия со всех концов класса доносились выкрики учеников, пытающихся сконцентрироваться и призвать своих защитников. В отсутствии дементоров, не мешающих настроиться на нужный лад, первая форма получалась практически сразу, за исключением Крэбба и Гойла, имеющих лишь по несколько серебристых искорок, но вот вторая форма до самого конца занятия была лишь у Гарри, разгуливающего со своим животным по классу и, что не удивило никого, Гермионы.       — А раньше была выдра… — рассуждала девушка, наблюдая за призрачной ланью, скачущей за оленем Поттера.       — Раньше? — удивились стоящие рядом Сириус и его крестник.       — Ну… — потупила взгляд Гермиона. — После нападения дементора этим летом, я решила научиться вызывать Патронуса и тренировалась на Гриммо… В общем, там я научилась и у меня была выдра…       — Он может менять форму, при сильных эмоциональных привязанностях, — шепнул Блэк. — Олень-лань, сама понимаешь…       — Ой… — пискнула Гермиона, понимая что прямо сейчас могла порушить всю их игру в тайну ко всем чертям.       — Ты радуйся, — похлопал ее по плечу Бродяга. — Смена Патронуса, как самого представления высшей светлой магии — это один из самых ярких показателей того, насколько сильны чувства и верность к партнеру. Это прямое доказательство, что у тебя только искренние и добрые эмоции и желания относительно Гарри, и я очень рад такому повороту. Ты действительно живешь в этакой гармонии с ним и ради него готова на все, пусть и не всегда получается реализовать задуманное.       — Я стараюсь, в меру возможностей, — тихо произнесла Гермиона. — Но остальные сейчас могут…       — Не переживай, — подмигнул Блэк. — Об этом крайне мало кто догадывается и уж явно не ученики пятого курса.       — А почему это не мой стал выдрой? — уточнил Гарри, радуясь очередному подтверждению лживости слов Малфоя. — Это что, — опустился он до шепота, — Гермиона любит меня сильнее?       — Ты вызвал своего Патронуса еще два года назад и потому он у тебя сильный и сформированный, а второй обычно подстраивается под первого, — успокоил его крестный. — Поверь, если бы твоя кареглазка научилась первой, то, скорее всего, ты бы сейчас испускал выдру и это никак не связано именно с силой твоих эмоций.       — Ну хорошо, — расслабился Гарри. — Кстати, у меня к тебе просьба.       — Это какая же?       — Я хочу, чтобы мы вернулись к индивидуальным тренировкам, как на Гриммо. Хочу, чтобы ты учил меня и Гермиону боевой магии, но в полную силу.       — Чего это вдруг? — поднял брови Блэк.       — Я видел как легко ты отделал Малфоя, — не хотел рассказывать о случае со Снейпом Гарри, дабы не вызывать бурю эмоций у крестного. — Я мог бы защищаться не сильно-то лучше, а потому нам нужна практика, чтобы в случае чего я хотя бы не откинулся от первого же заклинания.       — Хорошо, — согласился Сириус. — Но я тут в учительской слышал о двух неделях отработки у Снейпа? Нет, я тебя прекрасно понимаю и сам бы набил рожу любому из Малфоев даже без повода, но все же вечера будут теперь заняты…       — Тогда сразу после них, — вздохнул Гарри. — А у тебя как раз будет время обдумать план занятий.       — Заметано, Сохатик, — кивнул и обратил на себя внимание всех. — Ладно, пора заканчивать. Дополнительно по пять баллов каждому, кто смог вызвать первую форму Патронуса, и десять мисс Грейнджер, за вторую.

***

      Высокий мужчина в длинной мантии расшагивал по своему кабинету, держа руки за спиной и много думал о своей жизни и ее целях. Перспективы будущего совершенно не радовали Снейпа и все его сознание бурлило ярким протестом еще с первого раза, как была поднята эта тема, но тогда времени на обсуждения не было, а сейчас за его мучениями наблюдала светловолосая чародейка в слизеринской мантии, сидящая на соседнем стуле и болтающая ногой, явно ожидая ответа.       — Северус, ну ты чего? — уточнила она.       — Индивидуальное обучение Поттера! — плюнул он на пол. — Зачем мне это, Дафна, вот скажи?       — Ты знаешь зачем, — ответила она. — Ему просто необходимо быть готовым. Плюс ты не хочешь открывать ему тайны, пока он не обучится окклюменции, а мы с Гермионой крайне желаем ими поделиться, ибо достало скрываться донельзя! Мы обе хотим открыть всю правду, но не можем из-за твоего гребанного Обета! Я уже тысячу раз это повторяла! Знал бы ты, как она ненавидит себя за необходимость постоянно скрываться и увиливать от ответов!       — Но твою-то мать, Дафна! — резко остановился он. — Ты сама не особо бум-бум в этой теме, но должна прекрасно понимать, насколько это интимные уроки!       — Вам же не трахаться надо…       — Не смешно, — смерил ее взглядом Снейп. — Ты поняла о чем я. Лезть в голову Поттеру, доставать самое сокровенное… Включая его шашни с Грейнджер!       — Ой да брось, — махнула она рукой, сделав глоток из небольшой фляжки. — Что, боишься увидеть то, чего так и не получил за все свои тридцать с хером лет?       — Я тебе говорил не хлебать его столько! Даже от постоянного употребления обычной оборотки котелок может нехило так потечь из-за раздвоения личности, когда ты сама забываешь кто есть кто, — холодно сказал Снейп, наблюдая за трансформацией и уходя от темы. — А в твоем случае, да еще и с непроверенной модификацией, все может быть куда хуже! Да и вообще, Поттер скоро придет на отработку и что будет, если увидит тебя в такой форме?       — Скажу, что захотела уточнить формулу какого-нибудь зелья, — пожала плечами ведьма, принимающая внешний вид Гермионы Грейнджер. — Или таки ты снимешь Обет и я расскажу все прямо сегодня? Северус, прошу! Пока еще по-хорошему!       — Нет и точка, — твердо сказал Снейп. — Скажи только — слизеринская мантия это будет в качестве ролевых игр?       Волшебница хмыкнула, взмахнула палочкой и зелено-серебристые цвета факультета змей сменились ало-золотыми, с изображением льва, полностью копируя форму Гриффиндора, куда более привычную на плечах кареглазой ведьмы.       — Еще вопросы?       — Донор волос-то жив еще? — уточнил Северус со смешком.       — Пока спит магическим сном, ей нужно отдохнуть, — ответила девушка, — все в порядке, не переживай. Плюс нам нельзя случайно пересечься в одном образе, а потому, чтобы она не скучала, просто усыпляю, а потом заливаю воспоминания.       — Да насрать на нее, если честно, это я так, справки ради, — махнул он рукой. — Но в башку я Поттеру не полезу! Мы только этой ночью совершили атаку, убили Яксли, а теперь еще и это! И так дерьма по жизни хватает, так еще и ковыряться в мозгах ее сына!       — Северус, я сколько тебе уже говорила, что хватит страдать по Лили? Ты же такой сварливый исключительно из-за своего обета целомудрия, что сам на себя наложил! Но он же обычный, без магии! В отличии от моей сраной клятвы! Его-то ты можешь нарушить!       — Молчи…       — Она умерла пятнадцать лет назад и ее не вернуть! — не сдавалась ведьма. — Я тебе уже тысячу раз говорила, что это бессмысленно! Не хочешь заводить отношений? Иди в бордель и трахни первую попавшуюся шлюху! Иначе это попахивает какой-то некрофилией!       — ЗАТКНИСЬ, ДАФНА! — взорвался он. — Я НЕ ХОЧУ! ПОНИМАЕШЬ! НЕ! ХО! ЧУ!       — Ну и дрочи тогда, дальше, — хмыкнула она. — Не хочешь — как хочешь, но это тупо вредно для здоровья и психики, о темный рыцарь, хранящий верность.       Сарказм просто плевался ядом в его побитую камнями душу, даже заставив несколько поумерить свой пыл и успокоиться. Все же он видел, на что способна эта колдунья и даже немного содрогнулся от холодного и расчетливого мышления. Она могла сломать свое сознание, загасить все сострадание, бесстрашно рваться в бой, захватывать людей, пытать, даже убить, если нужно, а он…       — Короче! — вернулся к расхаживанию мужчина. — Не плачьте потом, если я увижу порнушку с Грейнджер! Да еще и от лица этого…       — Они еще не спали полноценно, да и цель того стоит, — не дала ему закончить ведьма. — Гарри должен научиться окклюменции, а если ты залезешь туда, куда он совершенно не хочет, то это даст ему мотивацию не пускать дальше.       — И все же, почему я?       — Ты лучший в этом деле, плюс знаешь всю историю, поэтому выбора особого нет, — отвечала девушка. — Тебя не могут прочитать даже Дамблдор и Реддл, а запускать другого легиллимента в голову Гарри нельзя, ибо там и так слишком много важной информации. И ты прекрасно знаешь, что директор сам хотел попросить тебя научить Гарри этому навыку, хоть он еще и не в курсе, что крестража в голове больше нет.       — Поттер — бездарность! — выплюнул Снейп. — Он никогда не овладеет этим тонким искусством!       — Ты не верил, что он одолеет тебя в дуэли, — напомнила она. — Но все же он смог тебя удивить. И кстати, в бою его тоже нужно поднатаскать.       — Пусть Блэк занимается этим! Дафна, я нахер не хочу…       — Сириус не сможет натаскать его так, как ты! — вспыхнула она. — Он сильный маг, но они все равно будут бояться нанести друг другу вред, а потому никогда не смогут тренировать ярость боя! И ты это знаешь! Гарри бы не вышел живым из атаки на Яксли, ибо ломанулся бы вперед и отхватил свою «Бомбарду»!       — Да мне плевать! — рычал Северус. — А еще ты хочешь все рассказать ему и окончательно сломать мозг? Да у него не хватит силы воли сконцентрироваться на окклюменции, когда будет бурлить такой поток информации!       — Ну хорошо, ты не доверяешь мне в этом деле, — не сдавалась она, — тогда расскажи сам! Начни с малого, так, как видишь нужным! Просто проверь и дай ему хоть что-то, раз не позволяешь мне или Гермионе! Пожалуйста, Северус, я прошу тебя на полном серьезе, нам очень тяжело морально и психологически! Скоро уже не получится просто уходить от ответов, а придется врать прямо в глаза, чего крайне не хочется! И так крыша едет из-за всей этой херни со смесью воспоминаний, разных образов, игры на три фронта и прочего дерьма, а ты не даешь даже шанса расслабить ситуацию! Как же я жалею, что дала этот сраный Обет, когда ты воспользовался помутнением моего сознания! Сириус был полностью прав, когда отказывался от подобного в Ордене! Без него все было бы куда проще и не пришлось бы держать Гарри в неведении!       — Он не готов! Ты и Грейнджер слабые и привязанные, прямо как Поттер! Будь моя воля, я бы вообще…       Неожиданный стук в дверь прервал их разгоряченный спор и волшебники отпрянули в разные стороны, успокаивая дыхание и эмоции. Они не заметили, как наступило время прихода Гарри на отработку, а потому чуть не сделали его невольным свидетелем множества не озвученных слов и, возможно, причиной скоропостижной смерти девушки от нарушения клятвы.       — Войдите! — разрешил Снейп и в класс просунулась вихрастая голова провинившегося ученика.       — Здравствуйте, профессор, — поздоровался он. — Гермиона? Я же видел как ты ушла в гостиную…       — Я заскочила разрешить несколько вопросов, — ответила она. — Спасибо вам, профессор Снейп, надеюсь вы примите мою теорию к сведению.       — Пожалуйста, мисс Грейнджер, я подумаю, пока можете идти, — кивнул он. — А вы, Поттер, проходите. Вечер обещает быть долгим.