Гриффиндорский гамбит

      Подземелья Хогвартса. Сколько сотен раз спускалась сюда Гермиона за свою жизнь в двух временах уже и не счесть. Особенно часто это стало случаться в последний год, когда воспоминания кареглазой ведьмы переместились из будущего и вселились в иную версию себя. С тех самых пор, как она вышла на плотный контакт с нелюдимым деканом Слизерина, смогла войти в достаточно узкий круг тех, кому он может доверять, убедила его, что не сошла с ума и доказала на словах, что нисколько не выдумывает, произошли просто тысячи событий, перевернувших эту временную линию и заставившую ее идти по совершенно иному пути.       Плюсом Гермиона стала связующим звеном, между Гарри, Сириусом и Северусом, поскольку спокойно могла общаться с каждым из них без каких-либо предрассудков и убедила их быть более сдержанным, гася эмоции в себе и работая как профессионалы, что крайне положительно сказывалось на их деле.       Сам же Снейп, каких-то девять месяцев назад, даже не думал хоть как-то менять себя и свое поведение, довольствуясь годами вырабатываемым образом нелюдимого ужаса подземелий, прикрывая свои издевательства и грубость тем, что делает все во имя блага света, а никто не ценит его жертвы. Хотя Снейп сам был виноват, поскольку, не зная причин его поведения, он оставался истинным мудаком в глазах абсолютного большинства, но это его абсолютно не волновало, позволяя тешить свои юношеские обиды и вымещать злость на гриффиндорцах в целом и Гарри Поттере в частности.       И вот заявляется та, кто на-гора вываливает на него информацию о том, что знает все его секреты о любви к Лили, о работе на Орден, о том, к чему это все привело и каким идиотом является Снейп. Она, пользуясь его страхом и отторжением, планомерно давила на самое больное, издеваясь над тем, насколько мелочными были его обиды на Джеймса Поттера, насколько глупо было страдать по давно погибшей женщине и изводить ее сына постоянными придирками.       Гермиона, пользуясь его же оружием, словно каленым железом выжигала каждую душевную боль, каждую ниточку, связывающую его с самим желанием оставаться таким, высмеивала все контраргументы, доказывая их необъективность и жестко пресекала любые попытки оправдать свое поведение.       Девушка убеждала его, что он не найдет себе счастья в этом мире, если продолжит оставаться мерзкой и нелюдимой личностью, тыкала носом в свои же ошибки, убивала любую надежду на прикрытие этой дурацкой идеей «млачного лыцаля», как она его называла в своих издевательствах, а теперь вот сидела на знакомом стуле и привычно болтала ногой, ожидая реакции на принесенные новости и была явно довольна собой до самой невозможности, что одновременно и радовало и бесило Снейпа до глубины души.       — Значит, вы нашли и уничтожили диадему? — постукивал пальцем по столу зельевар, осматривая ее задумчивым взглядом. — Блэк чуть ли не прыгал за столом от радости на ужине, еще немного и он побежал бы рассказывать эту чудесную новость всем и каждому в Большом зале.       — Ага, — улыбаясь подтвердила Гермиона. — Путем удивительных совпадений, профессор Трелони обнаружила ее раньше, чем Роули, хоть и не подозревала о ее настоящей ценности.       — Вам крупно повезло, — произнес Снейп. — Если бы он принес ее Повелителю, то худо было бы нам всем.       — А что ты в принципе об этом знаешь? — покосилась на учителя Гермиона. — Неужели Волдеморт не говорил тебе, что отправил в Хогвартс этого уродца?       — Темный Лорд очень скрытен последнее время, — дернул плечом Снейп. — После массовых провалов и смертей кучи своих слуг он стал параноиком почище Грюма. В каждом видит предателя, никому не доверяет и выдает информацию только строго отведенными порциями. Даже мне, доказавшему преданность посредством выдачи местоположения Дамблдора, дал лишь указания продолжать следить за Орденом и ничего больше, даже не намекнув, что зашлет еще одного шпиона в замок.       — Плохо, — поджала губы Гермиона. — Если он решил прибрать к рукам свои крестражи, то очень быстро обнаружит значительный их недостаток…       — Если уже не обнаружил, — поморщился Северус. — Но пока у него нет тела, то опасности почти нет. Хотя, где может лежать чаша, мы тоже не знаем, так что…       — Может она уже у него? — предположила Гермиона.       — Вряд ли, — помотал головой учитель. — Я при каждом посещении Повелителя пробегаюсь Патронусом по поместью Малфоев, где он сейчас постоянно обитает и ничего… Либо она тоже вне доступа, либо он просто перепрятал ее в другое место, что не делает для нас никакой погоды… Мы как не знали где крестраж, так и не знаем до сих пор.       — А змея?       — Змея всегда при хозяине, — отвечал Снейп. — Нагайна стала его личной охранницей и никогда не уходит далеко, а сам он окружил ее довольно мощной защитой, на всякий случай.       — Ну хоть тут искать не придется, — усмехнулась Гермиона. — Можно будет прихлопнуть обоих разом…       Снейп на это высказывание лишь скривил лицо, словно повторяя выражение Рона о слишком позитивном настрое на грядущее сражение. Зельевар прекрасно знал, что хоть Волдеморт и не имеет сейчас полноценного тела, вновь вернувшись в состояние этакого гомункула но «Авадами» и «Круциатусами» может швыряться с не меньшей эффективностью, что обычно.       Покойные Берта Джоркинс и Питер Петтигрю не дадут соврать, а потому глупо было бы считать опасность сильно меньшей, чем она была месяц назад. Да еще и с учетом того факта, что Реддл захотел вновь собрать в кучу свои крестражи, чтобы лучше их охранять.       — Пока это дела грядущие, — продолжил диалог Северус. — Важно другое. Мне удалось узнать, что Темный Лорд готовит какое-то новое дело, нацеленное на дестабилизацию обстановки. Увы, я не могу дать более точной информации, но нам нужно быть готовыми к чему-то этакому.       — Есть хотя бы варианты? — допытывалась Гермиона. — Приблизительная цель или что-нибудь?       — Увы, но нет, — мотал головой Снейп. — Я же говорю: минимум информации всем вокруг, только лишь исполнители знают о задаче, да и то, я уверен, что далеко не все.       — Прямо таки методы Дамблдора, — фыркнула Гермиона. — Теперь я начинаю понимать, зачем он так делал… Волдеморт должен был прямо беситься от невозможности узнать наши планы, если только не залез бы Альбусу в голову… Ладно, мы будем готовы к неожиданностям. Хоть когда?       — В ближайшее время, — ответил Северус. — Я уже попросил Минерву вновь усилить защиту школы и передал Амелии предупреждение, так что нам остается только ждать.       — Ну ждать, так ждать… Если на сегодня все, то я пойду. Сириус обещал показать сегодня нечто новенькое.       — Иди, — кивнул учитель. — Если что-то узнаю, то сообщу.       Долго ломать голову над планами Темного Лорда по расшатыванию спокойствия не пришлось. Не прошло и нескольких суток после разговора со Снейпом, как влетевшие на завтрак совы доставили ученикам свежее издание «Ежедневного пророка», где на первой же странице крупным планом висела фотография Корнелиуса Фаджа, с изображенной наискось темной полосой в нижнем уголке, а к этому всему прикреплялась довольно громкая статья, вызывающая далеко не самые приятные эмоции.

Министр магии убит последователями Того-кого-нельзя-называть!

Что предпримет Департамент магического правопорядка?

      Вчера вечером нашему изданию стало известно, что нынешний министр всеобщей магии, Корнелиус Освальд Фадж, был жестоко убит прямо в своей квартире, недалеко от центра Лондона. Как нам пояснили в Департаменте магического правопорядка, неизвестный злоумышленник, без сомнений являющийся последователем Тома Марволло Реддла, известного также, как Тот-кого-нельзя-называть, проник в дом мистера Фаджа, искусно обойдя многочисленные меры защиты, и хладнокровно убил его прямо в тот момент, пока мистер Фадж ужинал.       — Мы предлагали министру перебраться в более безопасное место, — рассказал редакции начальник мракоборческого центра Гавейн Робардс. — У нас, безусловно, есть множество хорошо защищенных домов, накрытых чарами Фиделиуса, позволяющих надежно предотвратить подобные преступления, однако Корнелиус не последовал нашим советам, предпочитая привычный комфорт.       — Как можно было так беспечно относиться к своей безопасности? (Корр.)       — К нашему превеликому сожалению, мистер Фадж считал, что его персона не должна заинтересовать Реддла, а в ином случае, он будет лишь похищен с требованием выкупа, — отвечал мистер Робардс. — Как видите, этих людей интересует только силовая попытка захвата власти и банальное запугивание наших граждан, а потому мы в очередной раз просим каждого проявлять бдительность и пользоваться всеми мерами предосторожности.       Напомним, что министр магии был неженат и не имел детей, а потому жил в одиночестве. Благодаря этому, он стал единственной жертвой покушения, но отсутствие случайных свидетелей не позволяет быстро установить личность убийцы. Если у вас есть какие-либо сведения о последователях Темного Лорда или же вы знаете об иных преступлениях, то немедленно сообщите в соответствующие органы правопорядка.       Последнее время мистер Фадж не пользовался популярностью у своих избирателей. Крупный скандал с делом Сириуса Блэка, обвинения во лжи Гарри Поттера и Альбуса Дамблдора, а также некие слухи о коррупции, серьезно подкосили его репутацию, а потому видные эксперты в области политики пророчили ему скорую отставку. Однако, нападение даже на практически завершившего карьеру министра магии является беспрецедентной акцией Того-кого-нельзя-называть.       Редакция газеты убедительно просит всех волшебников и волшебниц защитить свои дома чарами Доверия, обучить близких элементам самозащиты из выпущенной недавно брошюры, а также держать наготове аварийную сумку с запасом еды, питья и одежды на несколько суток. Подробнее о чарах расширения пространства вы можете прочитать на стр. 4, список лицензированных магов, способных провести ритуал Фиделиуса, опубликован на стр. 5.       По нашим сведениям, на прошедшем экстренном заседании Визенгамота, исполняющей обязанности министра магии была единогласно выбрана глава Департамента магического правопорядка Амелия Сьюзен Боунс. Благодаря ее действиям удалось выявить множество чиновников, подвергнутых заклятию «Империус», вычислить неблагонадежных сотрудников и не допустить незаметного захвата власти Томом Реддлом.       Мадам Боунс с самого начала прислушалась к мистеру Дамблдору и мистеру Поттеру, твердившим о воскрешении Темного Лорда, а потому тайно готовилась к грядущему противостоянию со столь опасным преступником и смогла арестовать и изолировать множество людей, называющих себя Пожирателями смерти. Мы все желаем удачи исполняющей обязанности министра мадам Боунс и надеемся на вашу всестороннюю поддержку.       Гарри свернул газету с мрачным лицом и положил ее между несколькими тарелками с едой, намереваясь наконец приступить к ее поглощению. Судя по возбужденным голосам вокруг, каждый из студентов обсуждал неожиданную весть, а на их лицах отображалось неверие, растерянность и страх. Уж если Волдеморт дотянулся даже до министра магии, то он казался всесильным и всемогущим, способным убить любого на кого нацелится, какие бы меры безопасности не были приняты.       — Я хочу уехать из школы! — панически восклицала одна из пуффендуек. — Я хочу увидеть родителей! Хочу быть с ними! Здесь опасно!       — Да! — поддержал ее парень с Когтеврана, вскочив на ноги. — Нужно срочно найти способ уехать! Мы должны…       — Вы должны немедленно успокоиться и вернуться на свое место, мистер Дэвис! — громко и властно произнесла директриса Макгонагалл. — Замок сейчас самое безопасное место, окруженное многими десятками защитных чар! Никто из последователей Волдеморта не сможет проникнуть сюда, пока работают щиты!       — Но мы же…       — Никаких мы! — резко прервала любые попытки спорить Минерва. — Каждый ученик школы должен оставаться здесь, под надежной охраной магии и мракоборцев! Никто, повторяю, НИКТО не покинет его стены до того момента, пока родители не пришлют официальное письмо на мое имя. Вы можете попросить их забрать вас, но я крайне не советую это делать. Будет лучше, если вы убедите их последовать совету Министерства накрыть дома чарами Фиделиуса, а сами останетесь под защитой чар Хогвартса!       Слова директрисы не сказать, чтобы сильно успокоили студентов, но, по крайней мере, громкие выпады перестали звучать с разных сторон Большого зала, перейдя в разряд яростного шепота и обсуждения новостей. На лицах многих учеников было беспокойство и паника, а потому Гарри был уверен, что многие сейчас побегут писать письма родным, наплевав на первые уроки.       — Вот и обещанный ход Волдеморта, — поджала губы Гермиона. — Северус предупреждал, что готовится какая-то акция, но увы, подробностей добыть не мог.       — Мда… — даже не притрагивался к еде Рон, мгновенно потеряв аппетит. — Зачем убивать Фаджа? Он же сейчас никто… Просто затычка на месте министра… Да и в том времени ничего подобного не было…       — Просто для устрашения, — отвечала Гермиона. — Он был лицом номер один… В другой реальности Реддл убил мадам Боунс и этой акцией крайне сильно подкосил боеспособность ДМП, посадив на ее место заимперенного Пия Толстоватого, а затем продвинув его в министры. Сейчас до Амелии и прочих высокопоставленных членов правительства хрен доберешься, само Министерство не сильно уступает в защите Хогвартсу, а потому ему крайне тяжело лавировать в такой ситуации, — набрала воздуха в грудь девушка. — Плюс там Люциус имел через него влияние на Скримджера, а здесь Корнелиус был совсем уже бесполезен.       — Надеюсь, что мадам Боунс и Орден смогут убедить людей не паниковать, — мрачно оглядел зал Гарри. — Она куда сильнее Фаджа, а значит сможет вселить уверенность в сердца волшебников.       — А еще получит больше возможностей вести войну, не имея необходимости согласовывать все с вышестоящими инстанциями, — размышлял Рон. — Кстати, заметили, что Визенгамот поддержал ее единогласно?       — Это неудивительно, — усмехнулся Гарри. — После того, как они накосячили с делом Бродяги, Грюм с Амелией прижучили каждого из этих зажравшихся выскочек, нарыли компромата и вскрыли столько дерьма, что любой из них может отправиться в тюрьму просто по щелчку пальцев, так что им приходится быть смирными. Это мне Сириус недавно поведал.       — Правда? — изумился Рон. — Все настолько плохо?       — А ты думаешь, просто так Волдеморт захватил власть в том времени? — посмотрела на него Гермиона. — Наше правительство прогнило насквозь, у каждого за душой куча темных делишек и потому никто не рыпался, боясь, что все это вскроется. Простой страх заставил высшие органы власти просто засунуть язык в задницу и слепо делать то, что им приказывает Пий.       — От этого не легче, — заключил Гарри. — Нам надо действовать резче, активнее искать чашу.       — И что ты предлагаешь? — чуть язвительно спросил Рон. — Мы перерыли все, посетили пустующие дома всех Пожирателей, кому Волдеморт мог доверить частицу своей души, Наземникус, по приказу Сириуса, облазил весь Лютный и потратил столько золота на покупку информации, сколько моя семья бы в жизнь не заработала, а толку?       — Зная Флетчера, половину выделенной суммы он пропил, — хмыкнула Гермиона. — Но, в целом, да… Информации никакой…       Долгие раздумья так ни к чему и не приводили, вызывая уныние в сердцах молодых гриффиндорцев. Они продолжали целыми сутками перерабатывать ту скудную информацию, что имелась у них из двух временных линий, добавляя крайне отрывочные сведения Снейпа о поведении Волдеморта, а также некие детали действий Ордена, что проскакивали в разговорах с Сириусом на их тренировках. Единственное, что радовало — Дафна сдерживала свое обещание и всеми методами не позволяла Малфою хоть как-то нарываться на противостояние. Гарри даже не представлял, сколько раз она его заколдовывала и как вычищала память, но Драко, даже при встречах в коридорах, просто проходил мимо, не поднимая головы и не говоря ни слова, что уже чуть облегчало жизнь.       День сменялся днем, весна уже вовсю вступила в свои права, окончательно избавив окрестности Хогвартса от снега и вытащив из земли зеленеющую траву. Многие студенты, чуть отойдя от страшных новостей, успокоились и радовались пришедшему теплу, однако приближающиеся экзамены и заключительные матчи по квиддичу не давали никакой возможности расслабиться и отдохнуть, заставляя всех выкладываться по максимуму, забывая о отдыхе и сне.       Нагрузка росла ежечасно, каждый день был расписан чуть ли не по минутам, любые отклонения от запланированного графика или же шум в гостиной тут же пресекались злыми возгласами доведенной до ручки Гермионой, срывающейся на каждого, кто в очередной раз нарушал правила или просто вел себя неприлично, в связи с чем Гарри и Рон старались не попадаться ей на глаза в дневное время суток, закрываясь горой учебников и кипами пергаментов или спасаясь же на квиддичном поле.       Гермиона хотела было, пока парни тренировались на стадионе, начать пытаться освоить хотя бы простейшую беспалочковую магию, чтобы можно было неожиданно удивлять противников, но первый же талмуд по этой теме быстро спустил ее с небес на землю, ибо на обучение даже простейшей «Левиоссе» уходили месяцы, если не годы, а банальнейший «Ступефай» удавался лишь у великих, а потому идея была задвинута в дальний угол на потом.       Возможно, на каникулах будет больше времени и можно будет начать познавать эти азы, ведь Гарри уже удавалось раздуть свою тетушку еще на третьем курсе и без палочки и без звуков, но то был, скорее, спонтанный выброс, а не осознанное действие, а значит сейчас что-то предпринимать было бесполезно.       Дела шли настолько туго, что иногда они даже забывали ходить на обед или ужин, а потому недовольные желудки постоянно напоминали о себе бурлением, а головы кипели от перегрузки и лишь редкие побеги Гарри в Выручай-комнату, когда он просто нагло и чуть ли не на плече тащил за собой любимую девушку на «процедуры расслабления», включающие громкие крики и жаркие стоны, позволяли хоть как-то отвлекаться от невыносимой нагрузки, выплеснуть копившееся напряжение и дать выход эмоциям, но и то, не до конца, заставляя даже в такие моменты говорить о текущих делах.       — Сдаюсь, — признался Гарри, лежа в обнимку с обнаженной Гермионой, приходя в себя после очередного сеанса отдыха. — Я не выдерживаю такого графика… В матче с Когтевраном за меня вновь будет играть Джинни.       — Уверен? — тихо спросила девушка, поглаживая его по груди, проявляя на своем лице редкую в последнее время улыбку. — Нет, я-то только за, но это твой решающий матч за кубок…       — Да, — твердо произнес Гарри. — Я капитан команды, а потому их победа также будет и моей. Плюс мне очень понравилась роль тренера-наблюдателя… Так приятно, когда ты не просто болтаешься в воздухе, а руководишь целой игрой.       — Тебе не хватало этого весь год, — улыбнулась она. — В том времени у тебя был ОД, где ты реализовывал свой потенциал учителя, а здесь команда стала этакой заменой, да и Сириус весьма неплохо взял на себя эту роль, прекрасно обучая студентов и нас.       — Я бы с радостью вышел на игру, но просто не могу, — признавался Гарри. — Ты была полностью права, когда предупреждала обо всем этом…       — А Рон? — уточняла ведьма. — Он что решил?       — За него на поле выйдет Фил, а Томас сменит Анджелину, ведь у нее ЖАБА на носу…       — А близнецам, я так понимаю, чихать на экзамены? — усмехнулась Гермиона. — Ну хоть они будут оберегать команду.       — Абсолютно, — хмыкнул Гарри. — Да, состав, конечно, получится куда слабее, но я обещал каждому из запасных по игре в этом сезоне. Ну и натренированы они весьма неплохо. Мы всю прошлую тренировку отрабатывали связку Кэти-Алисия-Дин и у них выходило довольно слаженно.       — Ну, у вас еще месяц на окончательно решение, — произнесла Гермиона. — Как идут уроки окклюменции?       — Нормально, — пожал плечами Гарри. — Снейп сказал, что я весьма неплохо держу достаточно сильные нажимы, а потому он считает, что научил меня всему, что знает. Дальше только саморазвитие и потому есть возможность больше налечь на занятия с Бродягой.       — А Сириус один хрен уделывает нас как детей, — хмыкнула Гермиона, переворачиваясь на спину. — Ну да ладно…       — Давай может сменим тему? — предложил Гарри. — А то у нас даже после секса разговоры об учебе и всем остальном… Я уже начинаю забывать какого это — быть просто парнем, находящимся рядом с любимой девушкой.       — Тогда забирайся наверх, целуй меня и люби! — улыбнулась Гермиона, принимая правила игры. — Твоя очередь вести!       — Как пожелаешь, родная, — появилось довольное выражение на лице парня. — Только потом не жалуйся, что я затрахал тебя до изнеможения!       Но даже отказ от игры в конце месяца, а следовательно и куча освободившегося времени, не позволили хоть чуть-чуть приблизиться к разгадке местонахождения чаши. Троица магов чуть ли не по несколько раз в неделю пробирались по коридору одноглазой ведьмы в Хогсмид, принимали Оборотное зелье, трансгрессировали в разные места и пытались искать, искать, искать и искать, однако, безрезультатно. Даже обнаружили и перерыли заброшенный дом Хепзибы Смит, у которой Волдеморт и украл артефакт, надеясь найти хоть какую-то зацепку, но, увы…       Отчаяние и уныние копилось все сильнее, нулевой прогресс раздражал так, как никогда раньше, заставляя дергаться на каждый раздражитель или лишний шум. Даже лояльный к нарушениям правил Рон легко снимал баллы с каждого, кто мешал ему учиться в общей гостиной, а Лаванда старалась не донимать его обнимашками и поцелуйчиками, видя его сосредоточенность и крайнюю раздражительность, также погружаясь в подготовку к экзаменам.       — Лучше бы я до сих пор имел в башке осколок Волдеморта, — потирал виски Гарри, после очередного мозгового штурма.       — И помимо дикой нагрузки получал бы еще пачку кошмаров каждую ночь? — пыхтела над очередным талмудом Гермиона. — Тебе мало имеющихся проблем?       — Хватает с головой, — пребывал в прострации Гарри. — Но так бы я мог забраться к нему в голову и порыться в поисках чаши… А учитывая то, что я прекрасно знаю о этой ебучей двери в Отделе Тайн, то уже не повелся бы на его видения о пророчестве и Сириусе…       — И как бы ты залез к нему? — устало спрашивал Рон. — Снейп учил окклюменции, а не легиллименции. Это совершенно разные вещи.       — Да знаю я, — махнул рукой Гарри. — Но дай помечтать, что я в один момент смог бы вытащить у него из головы всю информацию…       — Лучше вкладывай себе в голову новую, — пихнула Гермиона в его сторону учебник по Травологии. — Тебе еще четвертый курс повторять нужно.       — Повторяю… — обреченно произнес Гарри и приманил книгу Манящими чарами. — Но и крестражи выкинуть из мыслей не могу…       Ближе к середине мая было принято волевое решение приостановить поиски артефакта Пуффендуя, ввиду полнейшей безрезультативности действий, отдав предпочтение подготовке к СОВ. Им всем, даже выносливой Гермионе, пришлось признать, что просто не вывозят взваленные на свои плечи задачи, а потому избавлялись от всего лишнего, что могло бы отвлекать, решив понадеяться на то, что какой-нибудь случай даст направление поисков. Даже загадка про тайного отравителя профессора Дамблдора была отправлена на дальнюю полку, лишь бы не мешала сейчас.       Но была и положительная сторона из-за всего этого мозгового штурма. Благодаря неимоверной помощи Гермионы, друзья были уверены, что сдадут экзамены в этот раз куда лучше, чем в другом времени, а практика с Сириусом дала практически стопроцентную вероятность того, что сама кареглазая ведьма получит заслуженную оценку «Превосходно» по Защите от темных искусств, в отличии от «Выше ожидаемого», в оригинальной линии времени. Еще огромным плюсом было то, что Гарри полностью привык ко всем своим волшебным палочкам и вечно носил их с собой, хотя и пользовался чаще инструментом Роули, ибо он выглядел обычно и не вызывал лишнего интереса.       Ближе к концу месяца, учителя сжалились над буквально высушенными студентами, спавшими на уроках и имеющими огромнейшие синяки под глазами, а потому перестали выдавать домашнее задание и переключились на повторение пройденного материала, отвечая на вопросы учеников, желающих уточнить непонятый ранее момент. Они и сами понимали, насколько тяжело сейчас пятым и седьмым курсам, ибо помнили свое состояние в это время многие года назад, да еще и мадам Помфри сообщила, что количество молодых волшебников, поступающих к ней с нервными срывами, превысило допустимые нормы в несколько раз.       Единственной паузой и отдушиной перед финальным рывком к экзаменам стали заключительные матчи за звание чемпионов Хогвартса по квиддичу. В финал, ожидаемо, вышли команды Гриффиндора и Когтеврана. Гарри с нетерпением ждал этого матча, надеясь вырвать кубок из рук воронов, ведь они тоже крайне хорошо провели сезон, а потому игра обещала быть жесткой, быстрой и не прощающей ошибок. У его команды было преимущество всего в двадцать очков и потому нельзя было позволить Чжоу поймать снитч, как бы она того не хотела.       Общим собранием команды было решено отказаться от использования связи в решающем матче. Все же когтевранцы заслужили максимально честной игры и хоть никаких запретов на подобные изобретения не было, но гриффиндорцы захотели именно так. Они и в прошлых матчах чувствовали некую неловкость, считая блинчики Гермионы некоторым жульничеством, а потому просто не смогли продолжать их использовать, в связи с чем у Гарри было несколько минут до матча, прежде чем игроки отправятся на поле и станут действовать сами по себе.       — Джин, ты сама все понимаешь, — наставлял ее Гарри, стоя в выходных воротах. — Фил в воротах и Дин в нападении — не самый сильный состав.       — Понимаю, — улыбнулась она. — И ты решил взвалить на меня ответственность за проигрыш кубка в этом году?       — Я даю тебе шанс взять в свои руки судьбу всего сезона, — серьезно говорил Гарри. — Сегодня ты и только ты решаешь, кому победить, а кому остаться в дураках. Все ниточки в твоих руках, а команда поможет тебе стать звездой в сверкающих доспехах.       — Какие речи завел, а, — смеялась Джинни. — Не ссы, капитан, Чанг будет глотать пыль и никогда не догонит твою «Молнию».       — Дело ведь не в «Молнии», — положил Гарри руку на плечо девушке. — Дело в тебе. Почувствуй этот момент, проникнись им и забудь обо всем, ведя всех к победе.       — Поверь, — подмигнула она, — я чувствую.       Свисток на старт дал команду приступить к игре, четырнадцать парней и девушек рванули в майское небо, а бодрый голос бессменного комментатора Ли Джордана вновь зазвенел над стадионом, весело комментируя матч, вставляя свои шуточки и получая привычные нагоняи от профессора Макгонагалл.       Когтевранцы сразу перехватили инициативу и рванули к воротам алого факультета, надеясь с первых секунд открыть счет, но близнецы Уизли, играющие свой последний матч в школьной жизни, быстро отработали бладжерами и выбили из рук квоффл капитана Роджера Дэвиса, позволив Дину поймать его у самой земли и на всей скорости устремиться к кольцам на другой стороне поля.       — Отличная работа Фреда и Джорджа! — орал в микрофон Ли. — Вы только посмотрите как резво начался матч! Охотники обеих команд явно намереваются отъеба…       — Джордан!       — Да ладно вам, профессор, — забил уже на окрики Минервы парень, поскольку также был на этом стадионе в последний раз и мог себе позволить многое. — Томас дает пас Бэлл, она передает мяч Спиннет, но охотник синих Брэдли успевает вклиниться между ними и направиться к новичку сезона Филу Диркинсу! Я уже говорил, что капитан Поттер немного ебанутый…       — ДЖОРДАН!       — Но он решил дать шанс всем своим запасным показать себя в этой игре и доказать на деле свои лидерские навыки! Вы только посмотрите какой финт изобразили охотники Когтеврана, окруженные охуительной защитой из бладжеров!       — Я ЗАБЕРУ У ВАС МИКРОФОН!       — Невероятный уровень слаженности команды! — продолжал орать в него комментатор, отбегая подальше от разъяренной директрисы. — Но Спинет и Бэлл удается перехватить инициативу и вновь перенести атаку на другую половину поля! Давай, Кэти! Давай, детка! Ебашь их! ДА! ВПЕРЕЕЕЕД!       Игра рвала стадион на части, болельщики неистовствовали, наблюдая за тем, как мяч летает из одного конца поля в другой. Охотники не давали и секунды передышки, а загонщики как могли помогали им в атаках и обороне. Ни одна из команд не хотела уступать, зная, что у них на кону, каждый видел одну лишь цель и выжимал из своей метлы каждый волосок магии, заставляющей ее двигаться вперед, а директриса, устав гоняться за потерявшим всякие границы Джорданом, просто села на свое место и наблюдала за противостоянием, стараясь не слушать речи гриффиндорца.       — Вы только посмотрите на это! — кричал Ли. — Томас перехватывает мяч за несколько мгновений до броска Чемберса! До сих пор никто так и не смог даже попытаться атаковать ворота, счет по прежнему ноль-ноль! Я еще никогда в жизни не видел такой охуенной игры! Вы согласны со мной?       — ДАААА! — ревел стадион в ответ.       — Вы наслаждаетесь ею, также как я?       — ДАААААА!!!       — Тогда кричите громче! Делайте ваше дело! Клянусь, финал этого сезона куда круче, чем игра на Чемпионате мира пару лет назад! Вот это маневр от Гриффиндорской тройки! БЕЗУМИЕ!       Матч шел не прекращаясь, ни одна из команд не желала уступать, но никому так и не удавалось приблизиться к воротам соперника. Вратари плавно плавали между колец, готовясь в любой момент перехватить летящий в них бордовый мяч, но охотники не позволяли им сделать это, вырывая квоффл из рук нападающих и передавая друг другу, носясь по полю быстрее ветра и крича друг другу различные фразы.       Гарри еще никогда в жизни не видел, чтобы после получаса игры счет так и оставался не открытым. Он восхищался полетом своей команды, опершись на перила и не переваливаясь через них исключительно благодаря обнимающей его Гермионе. Парень, отдавая должное уважение Когтевранцам и даже забыв о висящих где-то в отдалении ловцах, наслаждался их мастерством и, с дергающимся от напряжения сердцем, следил за мечущимся квоффлом. Все внимание стадиона было приковано к шестерым смазанным пятнам, закладывающим невероятные виражи и демонстрирующим великолепное искусство полета.       Охотники приковали к себе все внимание, пасуя с такой частотой, что Джордан просто не успевал перечислять их фамилии, не говоря уже о каких-то дополнительных комментариях, загонщики лупили по бладжерам изо всех сил, вышибая квоффл из рук противоположной команды и сбивая атаки, причем после одного из ударов бита Фреда даже развалилась на части и лишь оперативный взмах палочкой от Гермионы, моментально сколдовавшей «Репаро», позволил ему не выпасть из игры.       Алые и голубые вихри смешивались в одно большое мутное нечто, где было сложно понять кто есть кто. Скорости были такими, что Дин, уклоняясь от атаки, в один момент прошел настолько близко к земле, что его спортивная мантия зацепилась за нее и, порвавшись, осталась лежать на поле, а парень лишь усмехнулся и рванул дальше, пытаясь наконец открыть счет, но, к его сожалению, выскочивший сверху охотник когтевранцев перехватил квоффл в последний момент перед броском и рванул в противоположную сторону, вызвав разочарованный вздох со стороны болельщиков Гриффиндора.       — Чемберс выходит на линию атаки! — прыгал на месте Ли. — Неужели это будет первый забитый гол в матче? Держись, Фил! Мы верим в тебя! Охотник воронов все ближе, он уже буквально в нескольких… Что? Как? Серьезно?       Взгляды всего стадиона моментально переключились на площадку комментатора, возле которой зачем-то зависла Джинни и что-то демонстрировала находящимся там судьям. Она трясла кулачком перед их лицами, а телом словно плясала на метле и подпевала играющей в ее голове веселой музыке, улыбаясь лучезарной улыбкой и тряся взлохмаченной от потоков ветра головой.       — Дамы и господа! — взревел Джордан. — Это… Это же… Нет, это полный пиздец! Джинни Уизли поймала снитч! Да! Он зажат в ее руке! Что? — прислушался он к девушке. — Да ну нахер! Она поймала его двадцать минут назад и возила с собой, чтобы дать вам насладиться такой потрясающей игрой! Гриффиндор выиграл со счетом сто пятьдесят — ноль! ДААА!!! ДЖИННИ УИЗЛИ ПРИНОСИТ ПОБЕДУ СВОЕЙ КОМАНДЕ И ЗАВОЕВЫВАЕТ КУБОК ШКОЛЫ ПО КВИДДИЧУ!       Болельщики сначала ничего не поняли из этой немного странной и бессвязной речи Ли, но не прошло и несколько секунд, как наступившая тишина сменилась настоящим ревом и рыком, напоминающим голос самого настоящего льва, хрипящего сорванными связками что-то невразумительное. Игра охотников настолько разожгла эмоции студентов, что все давно забыли о существовании ловцов и снитча, а потому теперь даже пуффендуйцы и когтевранцы неистовствовали на своих трибунах, охреневая от такой развязки и поздравляя команду Гриффиндора со столь неожиданной победой.       — Да! ДА! ДА! — не унимался комментатор! — ДААА!!! ГРИФФИНДОР! ГРИФФИНДОР! ГРИФФИНДОР!!! КАПИТАН И ТРЕНЕР КОМАНДЫ ГАРРИ ПОТТЕР СОВЕРШИЛ НЕВЕРОЯТНОЕ! ВЕЛИКОЛЕПНАЯ РАБОТА! ПОТТЕР, ДЖОНСОН, БЭЛЛ, СПИННЕТ, ТОМАС, ДИРКНИС И ЧЕТЫРЕЖДЕ УИЗЛИ! ЗАПОМНИТЕ ЭТИ ФАМИЛИИ, БОЛЬШЕ ВЫ ТАКОГО НИКОГДА НЕ УВИДИТЕ!       Алая волна из вопящих гриффиндорцев быстро нашла на трибунах все еще шокированного Гарри. Подталкиваемый софакультетниками в сторону особого подиума, получая одобрительные шлепки по плечам, Гарри на ватных ногах пробирался в нужную сторону, где уже успела собраться улыбающаяся до ушей команда в полном своем составе. Рон помог ему забраться наверх, близнецы Уизли закинули к себе на плечи Джинни, а Минерва Макгонагалл, смахивая скопившиеся от напряжения слезы, передала ему огромный золотистый кубок, который он незамедлительно передал своей команде, позволив каждому прикоснуться к заслуженной тяжелым трудом награде, особенно крайне помогающей ему в этом сезоне Анджелине.       Кубок несколько минут переходил из рук в руки, а затем была гордо поднят над ликующей толпой девушкой с огненно-рыжими волосами, принесшей победу факультету и позволившей всем сполна насладиться столь захватывающей игрой. Джинни улыбалась рукоплескающему ей стадиону, махала свободной рукой и светилась так, как никогда раньше, а стоящий рядом с командой Гарри был уверен, что это был второй самый лучший момент в его жизни, после свидания с любимой девушкой на Эйфелевой башне и именно ради таких секунд и стоило играть в квиддич.       — Поздравляю! — кинулась ему на шею подоспевшая Гермиона, даря ярчайший поцелуй под звуки гудящей толпы. — Вы заслужили это! Ты это заслужил!       — Да брось, — улыбался ей Гарри в ответ, — ты помогла мне стать тем, кем я сейчас являюсь, так что это и твоя победа.       — Нет, — мотала она головой, в очередной раз обнимая до самого хруста костей. — Это ты их собрал, ты их научил и замотивировал, ты смог выставить троих новичков в финальном матче, при этом закончить его всухую и каждый был уверен в успехе, потому что в нем был уверен ты. Я еще на первом курсе говорила тебе, что ты великий волшебник, Гарри, а еще и прекрасный лидер для всех нас.       — Ну хорошо, я поверю тебе, моя староста, — в очередной раз поцеловал ее Гарри, под одобрительный рев толпы.       — И не сомневайся в себе, что бы не случилось, — шептала Гермиона. — Идем праздновать победу, мой капитан.