Гриффиндорский гамбит

      Алый паровоз мчался сквозь снежные вихри, рассекая пространство и время, состоящие сплошь из морозного воздуха и частичек замерзшей воды, падающей с неба огромными хлопьями. Хогвартс-экспресс вез несколько сотен учеников магической школы назад в Лондон, где они хотели отметить Рождество в кругу близких и друзей, пользуясь одной из немногих официальных возможностей покинуть замок на пару недель. Все же как бы хорошо и уютно не казалось в Хогвартсе, дома обычно было лучше, ведь рядом находились знакомые с детства люди, соскучившиеся родители, новости, подарки и вкуснейшая еда.       Конечно, были и те, кто оставался в школе, обычно представляя собой профессоров, завхоза Филча и несколько учеников, которые не хотели ехать домой или же просто были сиротами. Неоднократно Гарри и сам был в их числе, однако, с тех пор как он обрел семью в виде Сириуса и Гермионы, то ему было куда отправиться на празднование Рождества. И хоть он и видел их каждый день, но все же смена обстановки никогда не была лишней, а возможность перенестись в любой момент ночи в так понравившуюся ему Новую Зеландию, где их ждали родители девушки, так и вовсе манила почище любой иной причины.       — Как думаешь, почему Бродяга попросил нас ехать на поезде, а не переправил через свой камин? — смотрел в окно Гарри, сидя в купе с возлюбленной, Роном, Лавандой, Джинни и Невиллом.       — Как он сказал, чтобы мы не забывали детство раньше времени, — с улыбкой произнесла лежащая на его плече Гермиона. — Типа налетаться каминами, порталами и трансгрессией еще успеем, а вот после седьмого курса возможность покататься на Хогвартс-экспрессе практически исчезает.       — Но ведь поезд относительно регулярно ездит в Хогсмид? — уточнил Гарри. — Ну как минимум раз в неделю, для тех, кого сильно тошнит от магических способов перемещения.       — И часто ты планируешь пользоваться его услугами? — хихикнула Джинни. — Вот только честно, что выберешь именно ты? Пару секунд неприятных ощущений трансгрессии или целый день трястись в поезде?       — Первое, разумеется, — вздохнул Гарри, признавая их правоту.       — А может он просто хотел успеть подготовить дом? — высказал предположение Рон, сидевший в обнимку с Браун. — А то Кикимер небось совсем не следил за ним, пока Бродяга жил в замке.       — Бродяга? — заинтересовался Невилл. — Почему вы называете так профессора Блэка?       — А, ты же с Лавандой не в курсе или забыл мой срыв в поезде осенью, — вспомнил Гарри. — Сириус мой крестный, один из самых близких друзей моего отца, а они давали друг другу клички. Потому я тогда так взбеленился, когда ты стал обвинять его в том, что он Пожиратель. В общем, он уже пару лет как практически заменяет мне папу, ну и, соответственно, Уизли и Гермиона хорошо с ним знакомы вне школы.       — Удивительно! — воскликнула Браун. — Просто на уроках вы вели себя весьма по правилам, не позволяя никаких проявлений близких отношений.       — Я же не Малфой, чтобы кичиться подобным, — усмехнулся Гарри. — В Хогвартсе-то он наш учитель, а потому и субординацию никто не отменял.       — Бон-Б… Прости, — запнулась Лаванда под небольшой общий смешок софакультетников. — Ронни, ты и правда столько времени держал при себе тайну профессора Блэка?       — Достаточно просто не трепать языком, как хорек, и все будет хорошо, — довольно произнес Рон. — Я же не такой самодовольный кретин, как он.       — Ты просто прелесть, — прижалась она ближе к парню.       Гермиона, продолжая нагло использовать Гарри как подушку, лишь тихо улыбнулась про себя, наблюдая за поведением друзей. Она прекрасно помнила, как на шестом курсе ее соседка по комнате крайне быстро задолбала Рона своей переизбыточной любовью и публичной эмоциональностью, заставив того чуть ли не чураться ее и бегать по всей школе. И хоть это было частично связано с тем, что их вылазка в Министерство просочилась в прессу, из-за чего Лаванда стала считать того чуть ли не героем, а здесь он ей просто нравился внешне, да еще и подавал надежды как вратарь в команде, но тем не менее, характер-то ее особо не менялся.       Гермиона, видя что Браун вновь начинало заносить на поворотах, посоветовала другу не убегать, а просто сесть и поговорить со своей девушкой, дабы чуть притушить слишком уж обильные проявления чувств. Рон, поначалу, довольно сильно боялся этого разговора, но зато потом набрался смелости, совершил нужное действие и абсолютно не пожалел об этом. Лаванда довольно неплохо поняла его и осознала, что со стороны выглядела довольно глупо, ведь это тоже были ее первые отношения и она не особо понимала, как вести себя правильно.       Они сошлись на мнении, что никаких милых кличек друг другу давать не будут, обычные уменьшительно-ласкательные формы имен вполне приемлемы, раз уж сильно хочется, а все глубокие и долгие поцелуи должны происходить в личном пространстве, а не посередине гриффиндорской гостиной. Рон же в ответ согласился быть с ней более нежным и следить за речью, приучал себя к небольшим телячьим нежностям и обращениям навроде: «зайка, котенок, рыбка» и прочее, включая более подобающее поведение за столом, так что в целом компромисс был достигнут, а потому в этом времени пара обещалась быть более крепкой и долгоиграющей, а там уже как пойдет.       За окном мелькали деревья и дома, еле проглядываемые сквозь снежную пургу, поднимаемую поездом, в облаках парили птицы, а Гермиона продолжала рассуждать над своими взаимоотношениями с Гарри. Первоначальный гормональный взрыв, вызванный признаниями и частично подкорректированный непроверенным оборотным зельем Снейпа, влиявшим на эмоциональность, немного спал и взамен этому пришли более глубокие и заботливые эмоции.       Они словно чуть откатились назад, к моменту, когда были лишь самыми близкими друзьями, готовыми пройти огонь и воду ради друг друга, но все же оставались при этом парой. Им было хорошо вместе, они сразу поняли, как лучше себя вести в разных ситуациях и просто наслаждались взаимными чувствами, плавно взращенными из обычной влюбленности в настоящую и искреннюю любовь.       Гарри же размышлял примерно о тех же вещах, вспоминая слова Сириуса о том, что рано или поздно, но такие яркие эмоции пройдут и заменятся более спокойными, но не менее сильными. Ему было приятно вспоминать начало отношений с Гермионой, их посиделки в гостиной, когда нужно было сохранять тайну, но так хотелось пошалить, незаметно обнять или чмокнуть ее в щечку, вызывая в груди бурлящую смесь из адреналина и возбуждения.       Теперь такое было недоступно, но это было и не нужно, поскольку начинало надоедать и с каждым днем все больше хотелось объявить каждому, что эта кареглазая ведьма являлась его девушкой, а потому сейчас Гарри радовался происходящему, радовался, что они решили разногласия с Роном, радовался, что тот тоже нашел себе подружку и больше не бесится от ревности.       Еще вчера Гарри, улучив момент, когда они остались вдвоем в спальне, от всей души отблагодарил друга за то, что тот направил его на путь истинный, заставил поговорить с Гермионой и восстановить отношения с ней, а не накручивать себе дурости в голове. Хоть Гарри и не ожидал, что на него свалятся такие новости про путешествия во времени, тайные планы, хитрые ходы, дружбу Гермионы со Снейпом и Гринграсс, да еще и тот факт, что она давно познала убийство, но все же это было явно лучше, чем бы он до сих пор считал, что девушка изменяет ему с врагом номер два, после Волдеморта.       Рон же в ответ еще раз извинился за свое поведение, в который раз признал, что был завистливым идиотом и радовался тому, что в итоге все вышло как есть. Он был счастлив с Лавандой, она была куда проще в общении, не давила на мозг постоянными нотациями и поучениями, да еще и была красавицей, каких поискать. Гермиона не сильно-то отставала от нее по чистой внешности, но все же практически не пользовалась косметикой, продолжала ходить с вечно растрепанными волосами, да и грудь была порядочно так меньше, что было заметно даже под мешковатыми мантиями, а потому мало кто мог разглядеть в ней истинное великолепие, продолжая по привычке считать непривлекательной лохматой заучкой.       Это полностью устраивало Гарри, ведь он прекрасно знал, какой она могла быть, если захочет. Ее образ на Святочном балу был великолепен, но ничто не сравнится с той ночью на вершине Эйфелевой башни. То кремовое платье, восхитительная прическа и туфли на высоком каблуке каждый раз заставляли напрячься причинное место парня, стоило ему только вспомнить о своем первом настоящем свидании. И никакая Чжоу не смогла бы сравниться с Гермионой, как бы она не старалась, а потому Гарри буквально скакал от счастья, что у него ничего не получилось с Чжоу, а случившееся в этом же поезде в начале учебного года поставило жирную точку в какой либо возможности начать отношения. С ней никогда не получилось бы так, как с этой кучерявой ведьмочкой: чисто, глубоко, по-настоящему…       Гарри тихо наслаждался близостью девушки, задумчиво поглаживая ее по волосам и краем уха слушая разговоры друзей. События нескольких последних месяцев значительно изменили его жизнь, направив в совершенно иное русло. Не все было хорошо, не всегда удавалось прийти к согласию, но получившийся результат полностью устраивал Гарри. Все недоразумения были разрешены, а любимая волшебница мирно посапывала на его плече, поддавшись умиротворяющему настроению.       Хогвартс-экспресс прибыл на вокзал Кингс-Кросс уже затемно, по сигналу машиниста школьники стали выгружаться из вагонов и со смехом и весельем направляться к своим родным и близким. Гермиона, с некоторой ностальгией на лице, наблюдала за этой картиной, вспоминая как в будущем студенты опасались тирании Волдеморта, всегда были настороже и оглядывались по пути. Пока у них была возможность быть счастливыми и не было никакого смысла вести себя иначе.       Попрощавшись с Невиллом и Лавандой, все же затянувшей Рона в длительный поцелуй перед разлукой, друзья направились к уже ожидающим их мистеру Уизли, Грозному глазу и мракоборцу Брустверу, явно направленному для дополнительной охраны. Подойдя к ним, Гарри также обнаружил изменившую внешность Нимфадору, представляющую собой милую женщину средних лет, держащую в руках очаровательную вязаную сумочку с котятами.       — Привет вам, — ухмыльнулся своей кривой улыбкой старый мракоборец. — Как доехали?       — Нормально, мистер Грюм, — ответила Гермиона. — Все тихо и спокойно, никаких проблем.       — Слишком уж спокойно, — прокряхтел женатый на своей прелестной паранойе мужчина. — Такое ощущение, что все затаились и чего-то ждут. За последние недели не было никаких похищений, убийств и прочего, даже Малфой и Яксли словно испарились и что-то замышляют.       — Аластор, — остановил его Артур. — Давай не здесь, все же слишком людно.       — Согласен, — кивнул Кингсли, пожимая руки студентам в приветствии. — Проследуем в дом, а там уже поговорим, да и Бродяга поди заждался.       Взрослые не стали церемониться с машинами, или обычным транспортом, а потому сделали все быстро и без лишнего шума. Знакомый рывок и чувство сжатия перенесли всю компанию прямо в гостиную штаба Ордена Феникса. Чуть придя в себя от неприятных ощущений, Гарри огляделся и сначала не совсем узнал это место. Слишком уж мало оно напоминало то, откуда они уехали несколько месяцев назад.       Дом словно сиял первозданной чистотой, грязные стены и старые обои хоть и остались прежними, но словно стали новыми, вся мебель, поношенная за целые столетия, отремонтирована и восстановлена, а зацарапанный дубовый стол блестел от недавней полировки. Гермиона так и вовсе стояла с раскрытым от удивления ртом, поскольку раньше никогда не видела его в таком состоянии, даже в будущем.       — Смотрю, вам нравится? — раздался чуть насмешливый голос Сириуса.       — Признаться, мы в шоке, — первым очнулся Рон. — Как тебе это удалось?       — Магия, — картинно обвел рукой помещение Сириус. — Ну и несколько сотен галлеонов на наем компетентных рабочих, сделавших все как надо, пока я жил в замке. Кикимер уже совсем стар и не справляется с делами, а потому я решил чуть помочь ему, плюс обитающая тут постоянно Аманда немного руководила работами.       — Аманда? — уточнил Гарри.       — Сестра Амелии, — ответил Сириус. — После покушения на нее, было принято решение защитить семью Боунс, а потому Аманду мы поселили сюда и дали карт-бланш на приведение дома в порядок, иначе скучно просто сидеть на месте. Сьюзен, кстати, решила таки переместиться камином, а потому уже давно тут.       — А как же тот факт, что здесь штаб Ордена? — уточнила Гермиона. — Все же секреты не должны выходить наружу, а посторонние рабочие…       — Ты думаешь Орден единственная тайна магического мира? — усмехнулся Блэк. — Поверь, кареглазка, они ремонтируют всякие поместья древних родов уже давно и видели там всякое… В любом случае, в стандартный перечень услуг входит Обет о неразглашении увиденного, а также обязательная чистка памяти штатным обливиатором.       — Удобно, — хмыкнула Гермиона. — И почему ты раньше так не сделал?       — Мотивации не было, — пожал он плечами. — А тут жизнь вроде наладилась, есть нормальная работа, да и мамуля слегка покапала на мозги нотациями о том, что я совсем запустил дом рода Благороднейшего и Древнейшего. Цитирую: «Мне стыдно, что ты ведешь себя как неряха и видом своего жилища показываешь это остальным, особенно гостящим у тебя дамам».       — Значит нам больше не придется здесь убираться? — обрадованно спросила Джинни. — Можно наконец-то просто отдыхать?       — Можно, — кивнул Бродяга. — Теперь дом безопасен и можно спокойно в нем находиться, не боясь, что тебя придушат шторы или погрузит в транс шкатулка.       — Класс, — улыбнулась Джинни. — А я так не хотела сюда ехать, после летних чисток! Мне в «Норе» хватало уборок на каникулах.       — Не стойте на месте, пройдемте к столу, — вернулся в комнату Артур. — Вы, наверное, проголодались с дороги?       Вечером этого же дня, после сытного ужина и различных разговоров на совершенно разные темы, подкрепляемые веселящимися близнецами и меняющей внешность по десять раз в минуту Тонкс, волшебники стали разбредаться по своим комнатам. Гермиона, несмотря на явно не одобряющую подобного поведения Молли, прямо заявила, что ей не нужна отдельная комната и жить она будет с Гарри. Миссис Уизли крайне удивилась тому, что эти двое уже довольно долго встречаются, а потому такие проявления их взаимоотношений ей были непривычны, хоть и вполне ожидаемы в будущем.       — Но вы же еще очень молоды для подобного… — пыталась предостеречь она.       — Все хорошо, миссис Уизли, — полностью поддерживал желания своей девушки Гарри. — Мы просто хотим быть вместе.       — Но…       — Молли, — остановил ее причитания Сириус. — Пожалуй, мне стоит в очередной раз напомнить, что они не твои дети, а потому могут делать в этом доме все, что я им не запрещаю. Гарри и Гермиона вполне ответственные и достаточно взрослые, чтобы просто спать в одной кровати, без каких либо негативных последствий. Я ведь прав?       — Да, — кивнула упомянутая парочка.       — Тем не менее, я бы предпочла раздельные комнаты, — бурчала воспитанная в более пуританских традициях женщина. — Я не уверена, что родители Гермионы были бы рады подобному.       — Они давно знают про нас с Гарри и совершенно не возражают против него рядом со мной, — убеждала ее Гермиона. — Просто сказали, что мне уже достаточно лет, у меня есть своя голова на плечах и понадеялись на то, что они не увидят внуков хотя бы до момента окончания Хогвартса.       От такой прямоты слов, к которым Гермиона привыкла в разговорах со Снейпом, лицо миссис Уизли залилось ярчайшей краской, слова заставили ее притихнуть и вернуться на свое место, потупив взгляд в стол. Сириус с интересом и легкой усмешкой наблюдал за этой небольшой перепалкой, дожидаясь исхода и одобрительно кивая девушке. Все же Молли постоянно пыталась распространять свое влияние и мнения на других, особенно детей, вот только своих она могла воспитывать так, как пожелает нужным, а за Гарри уже отвечал он. Гермиона же в принципе была сама по себе, ибо имела родителей магглов, однако Бродяга в этом споре принимал ее сторону и готов был заступиться, в случае чего.              — Дорогая, дети уже выросли и это нормально, — включился наконец Артур. — Ведь они умные и благоразумные, ведь так?       — Так, — подтвердил Гарри.       — Делайте что хотите, — сдалась миссис Уизли. — Но знайте, я подобного не одобряю!       Поднявшись по все еще скрипучей лестнице в свою комнату, молодые волшебники заперли дверь и, переглянувшись, рассмеялись практически в голос. Учитывая все то, что между ними успело произойти, а также переносы во времени, пытки, убийства и прочие не самые приятные новости жизни, беспокойство миссис Уизли по поводу того, что они могут заниматься далеко не детскими вещами в постели, казалось просто невообразимо мелочным. Буквально полгода назад, до того, как Гермиона решила перевернуть мир, подобные слова со стороны Молли действительно возымели бы толк и гриффиндорцы разошлись бы по разным кроватям, но не теперь.       Все смешалось в один огромный клубок, намертво привязав обоих Гарри и Гермиону друг к другу своей тайной. Они были членами Ордена, всячески желали ему успехов и помогали как могли, но параллельно занимались и своими делами, которые требовалось держать только между ними и Сириусом. Ну, по крайней мере, до тех пор, пока Волдеморт не выйдет в открытое противостояние, а дошедшая до него новость о поиске крестражей вполне могла поспособствовать этому.       — С другой стороны, — упал спиной на кровать Гарри, — а какая разница, будет знать он о нашей осведомленности или же нет?       — Ну, в таком случае, Реддл перепрячет оставшиеся крестражи и…       — Так мы и так не знаем где их искать, — усмехнулся Гарри. — Какая разница в каком тайнике они лежат, если у нас пока нет даже примерных координат?       — Все равно, — легла рядом Гермиона. — Чем позже Волдеморт поймет, что мы знаем его тайну, тем лучше.       — Согласен, — приобнял ее Гарри. — А вообще, хрен с ним, завтра Рождество, а потому давай временно забудем обо всем. Быть может, Реддл тоже будет праздновать, а потому сделает небольшую паузу.       — Он-то? — хихикнула Гермиона, устраиваясь поудобнее. — В компании Долохова, Эйвери и Кэрроу? Если таки сможет их вытащить из Азкабана, учитывая осведомленность мадам Боунс…       — А почему нет? — размышлял Гарри, привычно гладя волшебницу по волосам. — Нарцисса приготовит утку, хорек накроет стол, глядишь, так смогут уболтать его оставить их в покое…       — Вот на Малфоев точно плевать, — твердо заявила Гермиона. — Они сами заварили эту кашу, пусть теперь и расхлебывают. Если что — Дафна пусть подключается, меня их судьба интересует мало. Я когда в поезде ходила в туалет, видела, как они миловались в одном из купе… Бр-р-р…       — Согласен, — хмыкнул Гарри. — Спасать его я не намерен, жалеть тоже, ведь он получил по заслугам, так что пусть учится разбираться сам. А теперь иди ко мне, буду тебя обнимать, целовать и всячески наслаждаться близостью.       — Надеюсь, ты заглушил дверь? — кинула на него свой игривый взгляд Гермиона, тряхнув лохматой головой. — А то тут слишком много народу…       — Спрашиваешь, — подтвердил парень, расстегивая пуговки на ее кардигане. — Мы же не хотим доставлять неудобств сердцу миссис Уизли?       — О, да! — подтвердила Гермиона со стоном, получив жаркий поцелуй в шею и глубоко задышав. — Никаких… Неудобств… Гарри…       Следующим утром, когда свет зимнего солнца уже вовсю заливал собой большую комнату на втором этаже, где на одной огромной кровати с зеленым пологом расположились влюбленные волшебники, Гермиона лениво открыла глаза и, щурясь, пыталась понять более точное время. К ее превеликому сожалению, никакие часы не зацеплялись взглядом, а волшебная палочка лежала слишком далеко, чтобы просто дотянуться до нее, не вставая с кровати и потому пришлось забить и вернуть голову на подушку.       Ночь с любимым чародеем растянулась надолго, молодые горячие сердца не отрывались друг от друга несколько длительных, но от того не менее приятных часов, а потом еще долго болтали ни о чем, прижимаясь разгоряченными телами и медленно остывали от активных движений. Все мышцы приятно побаливали от нагрузок, а причинное место явно намекало, что стоило взять небольшую паузу, если кто-то не хочет стереться до основания.       — Доброе утро, — произнес давно уже проснувшийся Гарри, лежащий рядом и рисующий маггловской ручкой какую-то схему, пока девушка досматривала свои сны. — Если тебе интересно — то уже одиннадцать.       — Одиннадцать? — сонно спросила Гермиона. — Ни хрена мы поспать…       — Так заснули только к пяти, — усмехнулся он. — Это еще удивительно, что так рано встали, видимо по привычке.       — Может быть, — потянулась девушка, из-за чего одеяло соскользнуло с нее и обнажило грудь. — Что ты там рисуешь?       — Развлекаю себя схемами атаки в матче с Пуффендуем, — показал Гарри несколько исчерченных листков, с ухмылкой любуясь такой эротичной картиной. — Понаблюдал за их тренировками и хочу передать Анджелине.       — Неисправимый капитан, — хихикнув чмокнула она его в щеку. — Нет бы что полезное…       — Рад стараться, — улыбнулся он в ответ, прижимая девушку ближе.       Но насладиться новой порцией любви в объятиях друг друга им не дал громкий стук в дверь, заставивший Гермиону резко вскочить и быстро искать свою одежду, разбросанную по всей комнате в порывах страсти. Гарри же, на всякий случай, продолжал держать дверь палочкой, дабы неожиданный гость не вошел раньше времени, параллельно впрыгивая в штаны и натягивая футболку.       — Войдите! — произнес он, когда убедился что Гермиона успела накинуть на себя юбку и синюю водолазку, привела себя в порядок и даже парой движений пригладила еще более чем обычно взлохмаченную копну каштановых волос.       Дверь отворилась и в нее ввалилась целая орава рыжеволосых волшебников, один за другим проходящих сквозь проход и тут же заполняющих собой всю комнату. На их лицах, с одной стороны, читались улыбки и некоторое ехидство, связанное со смущением парочки гриффиндорцев, с другой же проскакивали нотки некоторого беспокойства и растерянности, напополам с обреченностью.       — Веселого Рождества, голубки! — первым сказал Джордж, падая на кресло. — Что-то вы долго нас впускали. Может, нужно было просто трансгрессировать к вам в комнату?       — За такое получишь что-нибудь крайне неприятное в свою задницу! — моментально вспыхнула Гермиона.       — Да ладно, он шутит, — улыбнулся второй близнец. — А я вот могу и прыгнуть!       — Фредди, братишка, — смеялся первый. — Может это сделаю я, а свалю все на тебя? Так и хочу понаблюдать за любовными игрищами детей наших меньших.       — Убью обоих! — пригрозила ведьма, хоть и не могла скрыть улыбки.       — Мы, собственно, зачем пришли, — взял слово Рон. — Не спешите пока спускаться.       — Почему? — спросил Гарри.       — Мама на кухне плачет, — угрюмо ответила Джинни. — Перси вернул ей рождественский джемпер.       — Без записки, — добавил Джордж. — Ни поздравления, ни теплых слов, ничего. Словно она ему не мать, а так, надоедливая муха.       — Мы пробовали ее утешить, — сказал Фред, пройдя вдоль кровати, выхватывая наугад первый попавшийся подарок для Гарри. — Объяснили ей, что Перси просто большой кулек крысиного помета.       — Не помогло, — вторил его брат, угощаясь шоколадной лягушкой. — Теперь Люпин и Аманда нас сменили, так что лучше подождать с завтраком, пока они ее развлекают.       — А это что вообще такое? — уточнил Фред, разорвав подарочную упаковку. — Похоже на гиббона с двумя фингалами.       — А тебе не говорили, что брать чужое неприлично? — изогнул бровь Гарри, понимая что такое сотворить мог только Добби.       — Да ладно тебе, — отмахнулся тот, разглядывая картину. — Тут все свои.       — Это Гарри! — сказал второй близнец, тыча пальцем. — Так на обороте сказано.       — Ну, вылитый, — улыбнулся Фред. — Кстати, мы таки смогли найти решение к нашему летнему соглашению, а потому сердечно благодарим за содействие и оставляем некоторый процент за пользование. Ты знаешь, где его получить.       — Спасибо, парни, — кивнул Гарри. — Я очень вам благодарен за некоторую помощь, что произошла в рамках нашего договора.       — Что за договор? — тут же заинтересовался Рон.       — Очень секретный и страшный, — сделал большие глаза его брат. — Джорджи, я думаю нам пора на встречу с Ли.       — Согласен, Фредди, — глянул тот на часы. — Не скучайте, малышня!       Двойной хлопок известил об отбытии шебутных близнецов и четверо магов остались в комнате дожидаться, пока Римус и Аманда смогут успокоить миссис Уизли. Дабы не сидеть тупо в тишине, Гарри принялся разбирать начатую кучку подарков, явно перемещенную сюда ночью Кикимером, а Гермиона с удовольствием последовала за ним, сдвинувшись на другую сторону кровати.       — Спасибо за компас для метлы, — произнес довольный Рон. — Я хоть и не собираюсь пока летать в другие страны, но вещь все равно полезная.       — Особенно, если в следующем матче будет такая-же буря, как на прошлой тренировке, — бурчала недовольная Джинни. — Я бы так и не нашла снитч, если бы он сам не врезался в меня через полтора часа!       — Ну, еще пара таких удач и кубок у нас в кармане, — улыбнулся Гарри, распаковывая подарок от Сириуса и Люпина в виде книжной серии под названием «Практическая защитная магия и ее использование против Темных искусств», с прекрасными движущимися иллюстрациями всех контрзаклятии и заговоров.       — Уже начинаю жалеть, что полезла в команду, — чуть усмехнулась она.       — А что вы подарили друг другу? — стало интересно Рону.       — Судя по всему… — достал Гарри подарок от своей девушки. — Эм… Что это? — уставился он на набор ремешков из драконьей кожи.       — Самовыдвижная кобура для волшебной палочки на предплечье, — пояснила она. — В отличие от обычных, позволяет силой мысли быстро подать оружие в ладонь и не терять время на извлечение из заднего кармана.       — Прикольно! — оценил Гарри. — Спасибо, это очень полезная вещица! Надеюсь, мой подарок тебе тоже зайдет.       Гермиона порылась среди небольшой кучки свертков и нашла довольно увесистую прямоугольную коробку, запакованную в красивую подарочную бумагу и перевязанную ленточками. Волшебница с нетерпением освободила ее от украшательств и обнаружила деревянный сундучок, под крышкой которого находилась какая-то книга, причем, судя по всему, довольно редкая и дорогая.       — Древние руны, — читала Гермиона название вслух. — Специальное издание Флавелиуса Третьего для изуч… Гарри! Где ты это достал?       — Где взял — там уже нет, — подмигнул Гарри. — Надеюсь, это чуть лучше, чем История Хогвартса?       — Конечно! — воскликнула Гермиона, зацеловывая парня во все части лица. — По этим книгам работают в Отделе Тайн! Только специалистам позволено держать их при себе! Откуда ты узнал?       — Я заметил, что ты частенько засиживаешься с внешкольной программой, — намекал он на желание девушки повторить достижение лорда Гринграсса с ритуалом переноса во времени. — А потому подумал, что тебе понравится подобное чтиво и пообщался с профессором Бабблинг на этот счет.       — Но все же как ты добыл ее? Такое не найдешь в свободной продаже!       — У меня свои надежные поставщики, — изображал довольного кота Гарри, мысленно благодаря Фреда и Джорджа, начавших заниматься небольшой контрабандой из-за границы для своего будущего магазинчика. — Скажем так, мы оказали друг другу услуги и остались довольны сотрудничеством.       — Это хоть законно? — поинтересовалась Джинни, с небольшой грустью и пониманием в глазах наблюдая за тем, как Гермиона крепко обнимает парня.       — Ну кроме того, что такие книги нужно регистрировать в Министерстве, чисто для соблюдения формальностей, а я этого не делал… — почесал затылок Гарри. — В целом да, законно. Никаких темных ритуалов, магии крови и прочей запрещенной нечисти там нет.       — Боюсь даже представить, сколько это книжка может стоить, — чуть завистливо, но весьма по доброму произнес Рон. — Ладно, надеюсь маман уже отошла от уродского поведения Перси, так что идемте вниз.       День, на удивление, прошел весьма спокойно и без лишних эмоциональных всплесков. Все члены Ордена, включая чету Боунс, поддерживали немного расстроенную поведением сына миссис Уизли, помогали ей с приготовлением праздничного ужина, развешивали по дому украшения и гирлянды, Гермиона несколько раз выбиралась из дома на часок-другой в соседние магазины, пополняя недостающие запасы продуктов, а Сириус раздобыл где-то коробку вечно горящих бенгальских огней, засыпающих своими искрами все комнаты и коридоры, что помогало поднять настроение расстроенной Молли.       Вплоть до самого вечера, волшебники веселились, пели и плясали, поддаваясь Рождественской магии, отмечали скорейшее наступление нового года и гадали, что же он им принесет. Им было хорошо и приятно, музыка лилась из колдорадио рекой, а обнявшиеся Сириус, Фред, Джордж и Римус голосили знакомые песни, редко попадая в такт и вызывая новые приступы хохота, пока Джинни и Сьюзен, которой было непривычно находиться в такой компании, о чем-то перешептывались с порозовевшими лицами на другой стороне стола.       — Как же хорошо, что мы пока еще можем окунуться в эту атмосферу, — потягивала сливочное пиво Гермиона, откинувшись в мягком кресле. — Мне этого так не хватало в том времени… Сам понимаешь, последние полтора года были весьма напряженными, особенно, после смерти Бродяги… Он был последним, кто готов был искренне поддержать нас в любой ситуации…       — Конечно, тот Гарри понял бы тебя лучше, — тихо говорил находящийся рядом парень, скрываясь за шумом и гамом, — но и я осознаю, насколько это должно быть тяжело на душе. Я крайне не желаю терять крестного в этом времени, но думаю, чуть лучше готов к возможности такого исхода, чем там…       — Звучит ужасно, но ты прав… — вздохнула Гермиона. — На тебя в тот год свалилась просто огромная куча проблем, а гибель Сириуса словно поставила огромную жирную точку во всем этом дерьме… Я вообще поражаюсь, как ты сохранил свой рассудок, да еще и смог стать более спокойным и уравновешенным…       — Видимо, взросление сыграло, — пожал плечами Гарри. — Плюс все те испытания, что взваливал на меня Дамблдор, совместно с наездами Амбридж, возможно, пережгли большинство нервных окончаний…       — Ладно, давай не будем о грустном, — улыбнулась Гермиона. — Когда приступаем к тренировкам?       — Давай с завтра, — предложил Гарри. — Ты нашла заклинание для устранения последствий расщепа, которым пользовался этот… Как его…       — Уилки Двукрест, — напомнила Гермиона. — Да, нашла. Плюс бадьяна полная сумка, на всякий случай.       — Славно, — улыбнулся он. — В таком случае, я прямо-таки хочу поскорее научиться трансгрессии, чтобы не быть привязанным к каминам, метлам и порталам.       — И снова нарушаем законы, — ухмыльнулась Гермиона. — Ладно, чего уж там, нам можно… Ну иногда…       Вечер подходил к своему логическому завершению, по мановению палочки миссис Уизли, грязная посуда взлетала со стола и направлялась прямиком в раковину, стулья становились на свои места, а добрый десяток фонарей тушились и ставились на полки.       Волшебники в очередной раз поздравляли друг друга с Рождеством, желали приятного сна и хотели было разойтись по своим комнатам, дабы лечь спать, как внезапный свет озарил их всех, а серебристый Патронус появился прямо в центре комнаты. Магическая кошка выждала пару секунд, дабы воцарилась тишина, после чего произнесла голосом Минервы Макгонагалл:       — Альбус Дамблдор был отравлен в замке на праздничном ужине неизвестным человеком. Его срочно переправили в больницу Святого Мунго в состоянии крайней степени тяжести, целители всеми силами борются за его жизнь. Не покидайте штаб Ордена до конца каникул. Теперь это небезопасно.