Küssen

*песня к главе: Cg5 — They Feast Tonight

      Всю ночь Разумовскому снились безликие сны, их мотивы перетекали друг в друга словно вязкая густая каша, не цепляя худую память никакими яркими образами. Однако в самом конце его подсознание наконец смогло выдать что-то более менее стоящее прошедшего дня.       Сон был мрачным и пугающим. Его опять душили эти грязные потрескавшиеся руки. Сергей задыхался, давясь собственной слюной, на скулах трепетали вздувшиеся желваки, голова была запрокинута. Лицо мерзавца было плотно укрыто неясным туманом, мозг никак не мог упомнить хотя бы одну примету внешности. Серёже только и оставалось, что хрипеть, кашлять и цепляться за рукотворную удавку. Однако чем больше Разумовский вглядывался в черты лица нападавшего, тем больше терялся в образах, и вот теперь его душит не алкаш с остановки, а чья-то другая фигура. Более высокая, молодая и безжалостная. На лице был лишь широченный плотоядный оскал, но даже этого хватило, для того, чтобы понять кто перед ним стоит. Если до этого момента он чувствовал лишь отвращение и злость, то теперь в нём возобладал животный ужас. Горечь воспоминаний прежних дней душила не хуже тонких пальцев. Серёжу обуздала дикая паника, а эта улыбка, мстительная и зубастая всё хохотала и хохотала, расползалась всё шире, как у чеширского кота.       Разумовский был близок к тому чтобы начать биться в истерике, когда неожиданно улыбка исчезла. Да и чужие руки, обвивавшие его шею, тоже пропали. К такому парень был не готов, смутное сознание металось по чертогам его памяти, явно ища продолжения сна. Кончики ледяных пальцев начало покалывать, сначала совсем незаметно, но постепенно покалывание усиливалось. Стало тепло, будто кто-то взял его за руки. Несмотря на это ощущения были приятными, было даже немного щекотно. Серёжа подался вперёд, надеясь увидеть источник тепла, но вместо этого согнулся пополам от нестерпимой боли в боку. Он потерял опору и, неистово крича, стремительно полетел куда-то вниз.       Проснулся Разумовский от собственного крика. Было утро. Солнце как полоумное пыталось пробиться через толстую ткань плотно задвинутых штор. В самой квартире было ещё темно. Серёжа наконец осознал причину своего столь болезненного пробуждения — во сне повернулся на ушибленный бок. Неопределённо шаря рукой по стоящему возле дивана столику, ему удалось найти блистер с таблетками. Он выдавил две и, закинув в рот, как можно быстрее прожевал их. Вкус был отвратительно горьким, но заморачиваться с поиском воды не хотелось, да и так даже быстрее. Взяв всё с того же столика телефон, Серёжа прищурился, чтобы посмотреть на время: 7:29.       Разумовского, аж кондрашка схватила. Однако через несколько секунд, вспомнив, что сегодня воскресенье, парень устало плюхнулся обратно на диван. Транквилизаторы постепенно начинали действовать, успокаивая расшатанные нервы. Грудная клетка перестала ходить ходуном, а медикаментозно нормализованное сердце продолжало чеканить ровный ритм. Желудок предательски заурчал. Ну нееет, давай попозже…       Вставать категорически не хотелось, но и уснуть Сергей скорее всего уже не сможет. В противостоянии между ленью и голодом победил второй. Кряхтя и ойкая, Серёжа поднялся с постели и, сунув ноги в тапочки, зашаркал на «кухню». Надо сварганить себе что-нибудь на завтрак. Он уже собирался распахнуть дверцу небольшого холодильника, как вдруг в глаза ему бросился кусок исписанной бумажки, прицепленной к белой поверхности с помощью магнита. Отцепив записку, Разумовский подошёл поближе к окну и принялся разбирать мелкий убористый почерк:       «Спасибо за ночлег. Ещё раз извини за вчерашнее. В качестве компенсации — в холодильнике в контейнере завтрак. До встречи на репетиции.

Олег Волков.»

      М-да, не густо, как будто рапорт прочитал. Значит, всё-таки остался ночевать. Разумовский смял бумажку и, открыл холодильник. На одной из полок и правда обнаружился пластиковый судок с шакшукой*. Кажется Олег не парился и просто смешал на сковородке всё, что удалось найти в небогатом Серёжином холодильнике. Парень закинул посудину с едой разогреваться в микроволновку, а сам решил рационально использовать время ожидания. Приняв все ванные процедуры, Серёжа озаботился другим не менее важным вопросом.       Несмотря на все старания Волкова йодной сеточки на боку было явно недостаточно. Травма болела и при каждом повороте давала знать о себе, тут уже хочешь, не хочешь, но к врачу сходить нужно. Вот тут и заключалась главная загвоздка. Разумовский терпеть не мог бюрократии и бумажной волокиты, которой, как известно, при посещении и регистрации в поликлинике просто не избежать. Он не ходил в поликлиники. Нет, конечно, раз в год общее студ. обследование ему проходить приходилось, однако более эта система никак его не касалась. Даже транквилизаторы и седативные он до сих пор покупал по рецепту, оставшемуся у него ещё с детдомовских времён, всё равно его никто не проверял.       Сергей задумался, кто бы мог помочь ему с записью к хирургу? Пчёлкина? Нет, она скорее всего придушит его на месте, за такое распиздяйство. Гром? Тоже нет, расскажет всё Юле… А вот Дубин! Он же юрист, должен хоть что-то за все эти штуки понимать, да и честный он вроде как, если попросить, авось и не расколется.       Достав судок из СВЧ-печи и положив на стол, парень взялся за исполнение своего плана. Тонкие пальцы забегали по экрану смартфона и уже через несколько секунд сквозь линии гудков послышался заспанный тенор:       — Алло… - Серёжа обрадовался, контакт есть.       — Доброе утро, это Разумовский, ну, из группы, — ему не терпелось перейти к сути.       — А, тебе Игоря надо? Я сейчас его позову, — на обратной стороне провода послышалось тихое шуршание.       — Не… нет, не надо, — затараторил рыжик, — я вообще-то к тебе. Слушай, а как записаться в межвузовскую поликлинику к врачу на приём, — начал Серёжа.       — Мм? А к какому? — не понял Дима.       — Ну там например, окулист или хирург…       — А, ну это тебе надо через сайт талон брать, и с собой тоже там снилс, паспорт, страховку, — Дубин легонько зевнул.       — А если я ни разу там не был? — осторожно поинтересовался Разумовский.       — Ничего страшного, просто возьми с собой студенческий и всё.       — Ок, спасибо. Только ты, пожалуйста, никому о нашем разговоре не говори, ладно? — как можно мягче произнёс Серёжа.       — Гм, ну ладно, — Сергею хватило и этого. Извинившись за беспокойство, он сбросил звонок.       Что ж гештальт с болячками закрыт, теперь можно и к мирскому. Скоро орудуя вилкой, Серёжа с жадностью поглощал так любезно приготовленный для него завтрак. Несмотря на простоту, надо признать, блюдо было приготовлено великолепно. Сочные помидоры и тягучий расплавленный сыр — такое он любил. Смакуя каждый кусочек, Разумовский невольно задумался, что мысленно Волков уже приобрёл плюсик к карме. Трапезничая, он также успел узнать из браузера о местонахождении межвузовской поликлиники и взял талончик к хирургу, не поверите, прямо на этот же день.       Покончив с завтраком, Серёже пришла мысль о прогулке, всё равно никаких особых дел не было, заказы по работе он выполнил, до приёма у врача ещё есть несколько часов, а курсовая? Ну… время ещё есть.       Накинув на себя более менее чистую футболку с ветровкой, он покинул свою мрачную обитель