На языке зверей

      Подумать только, как может измениться жизнь за одну треклятую неделю!       Все опоры, которые казались незыблемыми, разрушились в одночасье. Астра осталась одна. Мама, друиды и директор Хогвартса вероломно предали ее интересы. Возможно, они искренне желали помочь, но разве доброе имя отца и семейства не стоят того, чтобы за них бороться? Что сказали бы Максвеллы, будь они живы?       Астра понимала: нет ничего удивительного в том, что Корвуса предали так легко. Никто из тех, кто это сделал, не был Максвеллом, а значит, не видел зазорного в пятнах на фамильном наследии. Даже мама лишена таких родовых чувств. Именно она, Астра Максвелл, обязана все исправить — как дочь Корвуса, как прямой потомок друидов. Но нужно знать наверняка, что именно исправлять.       С такими мыслями она отправилась в совятню субботним вечером, чтобы отыскать там Кроноса. Ворону она рассказала о своем замысле подробно и без утайки.       — Хотите знать, что случилось в Чертополоховой Теснине?       — Да, хочу, — решительно сказала Астра. — Ты должен мне рассказать! Ты служишь семье Максвеллов. Не моей матери, не Дамблдору, даже не лично мне. Наследие Максвеллов — вот что должно волновать тебя.       Ворон казался озадаченным.       — Меня не было с хозяином в тот день, госпожа. Они с мистером Дамблдором строго-настрого запретили нам следовать...       — С Дамблдором?       В голове тут же начал вырисовываться план.       За время, проведенное в директорском кабинете, она успела изучить некоторые повадки его хозяина. Альбус Дамблдор хранил самые ценные воспоминания в Омуте Памяти — мраморной чаше с плавающей в ней магической плазмой, что покоилась в столешнице будуара. Астре как-то довелось окунуться в нее, подсмотреть воспоминание о друидской Общине в Ирландии. Дамблдор предложил ей это сам — он хотел, чтобы Астра имела хорошее представление о том, куда едет.       — Что бы не произошло в тот день, уверена, профессор не захотел бы этого забыть, — решила Астра. — Это воспоминание наверняка в Омуте.       — И что же вы сделаете, вломитесь в кабинет мистера Дамблдора?       — Это единственный способ! Был бы другой, Кронос, я бы обязательно им воспользовалась.       — Д-д-дор сразу почувствует, что вы рыскаете в его кабинете, — заявил мистер Тафт. — Как-то раз он почувствовал, что я пролетаю метрах в ста от его окна, и велел Фоуксу пригласить меня на мисочку свежего фарша.       — Ты не рассказывал, что Дамблдор кормит тебя фаршем, — Астра подозрительно прищурилась. — Он у тебя что-нибудь спрашивал?       — Сущую ерунду, — легкомысленно отозвался ворон. — Чем вы занимаетесь, где пропадаете, кого заклинали в последний раз...       Астра насилу удержалась, чтобы не отвесить глупцу подзатыльник. Кто бы сомневался, что мистер Тафт готов продать ее за миску фарша!       — Так, ладно, — она затрясла головой, отгоняя злость. — Разберемся с этим позже. Сейчас главное — решить, как добраться до Омута. Кронос, ты знаешь, когда у Дамблдора запланирован следующий визит к Фаджу?       — Не знаю, никто не знает его расписания, — отмел ворон. — Но с начала Турнира он совсем не покидает Хогвартса. Полагаю, все разговоры с министром проходят прямо здесь.       — Черт, должно же быть хоть что-то...       Она почувствовала деликатный клевок в плечо: то был Одноглазый, он держал в лапе свернутый лист бумаги. Астра торопливо забрала, развернула — лист оказался плакатом, судя по всему, снятым с доски объявлений. Глаза ее тут же загорелись.       — Святочный бал! Глазик, это чудесно. Дамблдор обязательно будет там. Думаю, он проведет на балу весь вечер, он же все-таки директор. И в это время его кабинет будет пустовать...       — Если хотите пропустить бал, притворитесь больной, — каркнул мистер Тафт. — Такой бледной поганке сразу поверят.       Астра свернула плакат в трубочку и шлепнула им наглеца по заду. Мистер Тафт зашипел и встопорщился, как дворовой кот.       — Я пойду на бал, — твердо заявила она. — Если отпрошусь, будет слишком подозрительно. Нужно всего-навсего найти пару.       Всего-навсего, ага, как же. Астра понятия не имела, захочет ли кто-нибудь идти на бал с девочкой, которую полгода назад дразнили сквибом, а сегодня кличут драконоволицей. Да, сокурсники признали ее талант, многие выразили благодарность за спасение... и все-таки они ее побаивались. Что, если подумать, не так уж странно. Наверняка первое, что им вспоминается при встрече — тело хвостороги с разорванным горлом.       С другой стороны, можно пойти с Невиллом, он точно не решится ей отказать. Или позвать кого-нибудь из младшекурсников — им не попасть на танцы без старших. Она заклинала дракона, неужели мальчишку на бал пригласить не сумеет?       — Кронос, Глаз, мистер Тафт, — серьезно сказала Астра. — Мне нужно, чтобы вы последили за центральной башней. Я могу на вас рассчитывать?       Она переводила взгляд с одного ворона на другого, с другого на третьего. Птицы вышагивали по парапету совятни с ужасно умудренным видом, будто раздумывали, годится план их внимания или нет. Ну и зазнайки.       — Не нравится мне ваша затея, — сказал Кронос, наконец. — Госпожа Дейдра не одобрила бы...       — Тебе пора решать, на чьей ты стороне, старик. Ты верен госпоже Дейдре или семейству Максвеллов? Ей или мне? Я не потерплю рядом с собой ворона, которому нельзя доверять, знаешь ли.       Мистер Тафт и Одноглазый вытаращились, благоразумно отступая на несколько шагов, пока Кронос и его хозяйка буравили друг друга тяжелыми взглядами.       — Хорошо, — медленно произнес Кронос. — Я на вашей стороне, маленькая госпожа.       Астра вздохнула:       — Слушай, мне четырнадцать. Прекращай меня так называть.       — Когда я вас впервые увидел, вы были крохотным розовым птенчиком, мисс, — важно ответил Кронос. — Такой вы для меня и останетесь.       Мистер Тафт подпрыгнул от восторга:       — Ха! Розовый птенчик! Астра была розовым...       Астра проворно сшибла его локтем. Не ожидавший такой подлости, Тафт с криком полетел с совиной башни вниз...

***

      Не одна Астра Максвелл, надо сказать строила планы относительно бала. Все ученики и ученицы словно посходили с ума. Коридоры оглашались перешептываниями — то мужскими, то женскими, или тоненьким хихиканьем, когда какой-нибудь парень, робея, приближался к девичьей стайке. Однажды Флер Делакур попыталась применить свои вейловские чары на Седрике Диггори, но промахнулась и попала в Рона. История вышла просто обалденная! Правда, Рона она особенно не насмешила. Он чуть не плакал, когда вспоминал, как в дурмане пригласил Флер — самую красивую и высокомерную девушку из ныне находящихся в Хогвартсе.       Астра, разумеется, красивых и высокомерных приглашать не собиралась. Ей нужен был кто-нибудь, кто на все согласен, и от кого можно отделаться при необходимости. Тут главное — не затягивать.       Они сидели на совместных отработках по Зельеварению, когда Астра пообещала себе, что не устрашится и точно кого-нибудь пригласит. Украдкой косилась на Симуса, что с красным от напряжения лицом и высунутым языком строчил реферат для Снегга. Неплохой вариант. Надежный, как швейцарские часы.       Сейчас сдам работу и приглашу, обязательно приглашу, подбивала она себя. Худшее, что станется — он откажет. Ну и пускай! Мир, что ли, перевернется оттого, что Астре Максвелл разок откажут...       Она приблизилась к профессорскому столу, Снегг принял пергамент, как и обычно — с выражением умеренного отвращения. Пробежал придирчивым взглядом по строчкам, что-то спросил. Астра, напряженно репетировавшая про себя приглашение, встрепенулась и выпалила:       — Пойдешь на бал со мной?       Брови Снегга взлетели чуть не до середины лба.       — Что вы сказали, Максвелл?       — Ничего, — пробормотала она, внутренне леденея от ужаса. Не дожидаясь, пока Снегг ее отчитает — или, не приведи бог, снимет со всего факультета баллы — она сиганула к выходу, на ходу подцепив сумку. Черт, черт, черт, да что с ней вообще такое!       Сбоку раздался сдавленный смех. Что-то невесомо стукнуло ее по плечу, отскочило и шлепнулось на пол. Смятая бумажка? Астра непонимающе уставилась на ухмыляющегося рыжего близнеца — то ли Фреда, то ли Джорджа.       — Эй, Максвелл, — почти беззвучно проговорил Уизли, потом изобразил руками, как будто вальсирует, и недвусмысленно показал на себя. — Ты. Пойдешь. На бал. Со мной?       Астра вытаращилась. Фред Уизли? Или, может быть, Джордж?       Но зачем кому-то из них звать ее на бал?       — Хорошо, — справившись с изумлением, ответила Астра. — А ты кто?       Второй близнец затрясся от беззвучного смеха, первый закатил глаза:       — Фред, Фред Уизли, приятно познакомиться.       Он делал вид, что сердится, но улыбка веснушчатом лице становилась все шире и шире. А вот сидящие тут же Гарри и Рон почему-то совсем скисли. Кто-то вроде говорил, мол, они сильно переживают, что у них до сих пор нет партнерш...       — Зачетно ты Снегга пригласила, — прошептал Джордж, с намеренной отчетливостью, чтобы было слышно на весь зал, и Астра чуть в обморок не хлопнулась со стыда. Профессор тут же метнулся между столами, полы его мантии взметнулись, словно крылья гигантской летучей мыши: судя по виду, он готовился выплеснуть на близнецов всю свою ярость.       Воспользовавшись моментом, Астра поспешно выскользнула из кабинета. Так, партнер для танцев есть. Осталось решить, что делать с Фоуксом, денно и нощно стерегущим рабочую обитель Дамблдора. Самое очевидное — неаккуратно зачаровать, чтобы сознание выскочило из тела и какое-то время поплутало в когнитивных пустотах. Только вот Фоукс — не обычный зверь, а магический, и без браслетов в него никак не вселиться. Единственный комплект, что был у Астры, конфисковало Министерство...       По счастью, в Хогвартсе был один человек, который мог помочь с этой проблемой.       Астра прождала под лестницей добрых полчаса, пока не увидела отряд друидов, возвращающийся с ежедневного патруля. Фейбл Пилсуцка, идущая чуть поодаль от остальных, раздраженно копалась в своих волосах, пытаясь выпутать из них сколопендру. Дождавшись, пока Брайс и Джимон пройдут вперед, Астра высунулась из своего укрытия и ухватила друидессу за руку. Та ощетинилась было, но Астра прижала палец к губам.       — Иди за мной!       Они юркнули за статую крылатой леди, оттуда свернули в коридор, ведущий в северное крыло. Астра бегом провела подругу по лестнице и не остановилась, пока они не оказались в кабинете прорицания. Хлопнула дверь — и все стихло.       — Ты решила устроить мне экскурсию? — игриво спросила Фейбл, показывая язык своему отражению в большом хрустальном шаре.       — Мне нужно было поговорить с глазу на глаз. Это кабинет профессора Трелони, она немного... того. Сейчас, наверное, где-то разыскивает свое Внутреннее Око. Еще она через раз забывает запереть дверь.       — Прозорливо, — похвалила Фейбл.       — Можешь рассказать, почему Министерство так ненавидит друидов?       Они буравили друг друга взглядами, будто в еще одном поединке. Фейбл держала руки на груди в закрытой, неприветливой позе; в глазах ее не было ни агрессии, ни предубеждения, но сторону, судя по всему, она уже выбрала.       — Ты замечала когда-нибудь, Астра, что позднишь с вопросами? Слышала я о концерте в Визенгамоте. Еще несколько месяцев назад тебе дела не было до того, кем был твой папенька. Ты про него не говорила, не спрашивала.       — Не пытайся внушить мне, будто мой отец преступник.       Фейбл замотала головой.       — О нет, я не такая дура! А вот Герх не посчитал, что тебя это заденет. Бедняга сейчас просто места себе не находит. Думает прислать тебе цветы.       Астра пропустила каверзу мимо ушей.       — Если ты просто хочешь поговорить, — друидесса вскинула руки в примирительном жесте. — То, конечно, я могу уделить пару минут. Но только пару! Если заметят, что меня нет, будет плохо...       Она уселась на стол позади себя, вытянув ноги. Гуляка покинула свое убежище и спустилась хозяйке на плечо, перебирая бессчетными алыми лапками. Фейбл ласково погладила сороконожку вдоль панциря.       — Две школы всегда ненавидели друг друга, — завела она чересчур заумным для себя голосом, и Астра поняла, что она пародирует интонацию Сильвануса. — Магия природы и магия субстанций. День и ночь, пламень и лед, моча и уксус. Адепты одной ненавидели адептов другой, но им как-то хватало благоразумия сохранять нейтралитет. Пока однажды твой пра-пра-пра, Сколопакс Максвелл, не выкинул одну забавную штуку...       — Перебрался в Англию. Да, мне до сих пор об этом напоминают.       — Думаешь, все так просто? Сколопакс не просто переехал, детка, он преподнес англичанам очень нескромный подарок.       — Что еще за подарок?       — Мирового Зверя, — Фейбл подмигнула, заметив, как вытянулось лицо Астры. — Ага, вижу, ты уже слышала о нем.       Ну разумеется, она слышала, вернее, читала в об этом в запретной секции. Мировой зверь — некая сущность или сила, на которой темная волшебница Моргана Ле Фэй якобы практиковала разделение душ. Только вот правды в этом, было ни на грамм — слишком уж много религиозных отсылок.       — Это просто красивая сказка, Фейбл.       — Как знать, как знать. Сказки было достаточно, чтобы внушить друидам еще большую злобу — еще бы, ведь у них выкрали из-под носа бесценный артефакт! Волшебники тоже озлобились, поскольку решили, что артефакт перевезли в Англию, чтобы управлять им извне...       — Это как понимать?       — Слышала историю о Троянском Коне? Мировой Зверь для британских волшебников — тот же Троянский Конь... В общем, Сколопакс Максвелл лет шесть пытался убедить англичан, что Зверя привез лишь для того, чтобы спрятать.       — А это так?       — Волшебники были уверены, что нет, — уклончиво ответила Фейбл. — А друиды — что Сколопакс просто-напросто продался англичанам. У нас принято считать его предателем, а Зверя — собственностью всех Ирландских друидов, а не лично его. Хотя Максвеллы охраняли это существо с незапамятных времен. Так уж случилось, что в семнадцатом веке одна друидесса из рода Линч вздумала завладеть им...       Астру пронзила догадка:       — Эйда?       — Она самая. Эйда Линч соблазнила брата Сколопакса, Фреджиуса, чтобы подобраться поближе к вашему семейству. Фреджиус по возрасту унаследовал фамильные друидические браслеты, которые обычно достаются хранителю Мирового Зверя, поэтому она предположила, что именно он имеет доступ к чудищу... артефакту... не суть. Желая владеть браслетами, Эйда убила Фреджиуса и забрала их себе. Лишь потом она узнала, что браслеты были липовые, настоящие забрал Сколопакс. После этого Максвеллы и перебрались в Англию, побоявшись, что Эйда однажды осуществит задуманное.       — Они что, боялись какую-то женщину?       — Эйда была не одна. Ее поддерживало некое сообщество, состоящее из опальных друидов, они называли себя «Друидская песнь». Носили маски с оленьими рогами, как у Цернунна, поклонялись ему разными способами. Перед тем, как они являлись, люди слышали странное пение...       — И что было дальше?       — Война, — Фейбл мотнула головой. — Твой пра-пра разобрался с ублюдками, как и хотел, спрятал чудище, как и хотел. Поющих не видели уже лет двести, да и знания о Мировом Звере давно утеряны. Если он существует, то Максвеллы его уже не охраняют.       — Ничего себе, — только и сказала Астра. — А ты многое знаешь.       — Ну как сказать, я с друидами восемь лет, — Фейбл рассеянно почесала за ухом. — В Общине куча разных ограничений — то не делай, это не делай, это делай. Раньше Сильванус разрешал мне читать архивные рукописи, ну я и читала... пока Архив не сгорел два года тому назад. Поговаривают, это проделки англичан.       — Не понимаю, зачем оно вообще тебе надо, — пробормотала Астра. Мисс Пилсуцка не походила на любительницу правил или друидского образа жизни, но складывалось впечатление, что она привязана к Общине больше других — и это было странно.       Фейбл ее слова проигнорировала и продолжила:       — Говорят, Мировой Зверь — здоровенное такое чудище! У него нет глаз, но он все видит, нет языка, но он и не нужен, чтобы разговаривать; у него полный рот зубов, но кусает он силой мысли. Его невозможно убить, но можно заклинать. По легенде, лишь потомок Максвеллов способен заклинать Мирового Зверя. Каково, а?       — Как же его заклинать, если глаз нет?       — Я без понятия, — она пожала плечами. — Если бы я умела заклинать Мирового Зверя, видит Цернунн, я бы сейчас не ходила на побегушках у И.Д.О.       Астра покачала головой: рассказ о Звере был немногим полезнее бреда сумасшедшего. Впрочем, это ведь легенда — они должны быть красивыми, а не логичными.       — У меня к тебе деловое предложение, Фейбл. Я знаю, что ты не хочешь помогать мне и все такое, но я и не прошу помощи. Я прошу услугу в обмен на кое-что, что может тебя заинтересовать... Ты ведь хотела бы заслужить уважение Общины?       — Заслужить. Уважение. Кхе-кхе.       — Ты поняла меня. Чтобы тебя повысили, ну или как там у вас принято.       Фейбл расхохоталась.       — Повысили! Смешная ты, Максвелл, прям обоссаться можно. Ну допустим, что так. Повышение было бы весьма кстати. Вот только я даже не знаю, что такого нужно выкинуть, чтобы Община...       Астра молча достала из кармана клык василиска, пожелтевший от времени, и протянула друидессе. Та удивленно вытаращилась:       — Аваду мне в печень!       — Ага.       Не спрашивая позволения, Фейбл выдернула из ее рук клык и подозрительно осмотрела со всех сторон, пощупала, понюхала, разве что не облизала. Осторожно провела тыльной стороной ладони по заостренному кончику, метнула в Астру любопытный взгляд.       — Где взяла?       — Не твоего ума дело.       Фейбл еще раз взвесила клык на ладони и задумчиво покусала губы.       — Что от меня требуется?

* * *

      — О нет, — застонала Астра. — Нет, нет, только не это...       — Что случилось? — обеспокоенно спросила Гермиона. Едва она повернула голову, вопрос отпал сам собой. — М-да...       Парвати тоненько захихикала:       — А твоя мама знает толк в нарядах!       — Я не могу пойти в этом, — отрезала Астра. — Оно же ужасно заметное!       — Это бал, — Гермиона закатила глаза. — Ты должна быть заметной. Если, конечно, не имеешь каких-то других планов, вроде тайной вылазки, нарушающей десяток школьных правил... Тогда такое платье сослужит дурную службу.       — Вообще-то я правда собиралась совершить такую вылазку, — мрачно сказала Астра. Последовавшая за этим пауза потонула в смехе: девочки посчитали, что она пошутила.       Следовало ожидать, что мама пришлет что-то из своего гардероба, перешитое на Астру, но кто бы мог подумать, что это «что-то» окажется настолько вызывающим! То было шелковое платье в пол: глубокий вырез выставляло напоказ шею и ключицы, костистый корсет, вышитый бисерными цветами, закусывал и до неественности подчеркивал талию. Широкие рукава и юбка красиво струлись, когда она крутилась перед зеркалом. Как и почти все в гардеробе Дейдры Максвелл, эти вещи было непроглядно-черными. В последнем письме, отправленном в Гнездо, Астра настаивала на чем-будь поскромнее. Может быть, это платье — своеобразная каверза матери на фоне их затяжной ссоры? Лучше бы бомбу-вонючку прислала, честное слово...       — По-вашему, не странно отправлять такое платье своей дочери? Я имею в виду... — Астра многозначительно показала на свою грудь. Стыд-то какой! Хоть палантин мать не пожалела — будет, чем прикрыться.       — Странно, — согласилась Гермиона.       — Не странно, — горячо возразила Парвати. — Как по мне, выглядишь сногсшибательно! Моя мама тоже хотела прислать черное, но потом говорит, ха-ха, это же не похороны... Без обид, Астра. А розовый хорошо сочетается с моей кожей!       Парвати еще какое-то время трещала о платьях и украшениях, потом засобиралась в гостиную Когтеврана, чтобы проведать сестру. Астра с Гермионой остались одни.       — Поможешь мне с волосами? — попросила Астра, усаживаясь напротив зеркала. — Ты знаешь, какая из меня волшебница. Горный тролль колдует лучше, чем я.       Грейнджер по-доброму рассмеялась.       — Ты правда что-то задумала? — тихо спросила она, мягко перебирая волосы Астры. По привычке, видимо, прибегла к старому-доброму маггловскому методу.       — А ты и правда хочешь знать? — в тон спросила Астра. — Сегодня твой день, Гермиона. Ты просто обязана провести лучший вечер в своей жизни с лучшим ловцом в мире.       Кончики ушей у Гермионы порозовели.       — Откуда ты...       — Птичка на хвосте принесла, — усмехнулась Астра. — В прямом смысле, ха! Но если твоя птичка никому не расскажет, то и моя промолчит.       Гермиона неодобрительно поджала губы.       — Иногда ты такая противная, Максвелл, что я прямо не знаю, почему ты оказалась на Гриффиндоре...       — Я тоже не знаю, Грейнджер. Не знаю.

***

      Астра спускалась по лестнице в большой зал, чувствуя себя коровой, выпущенной на ледяной каток. В платье столь постыдно-помпезном на нее не вытаращился бы разве что слепой. Ни Фреда, ни Джорджа не было видно; в первую секунду подумалось, что они решили ее разыграть. Затем спины коснулись чьи-то холодные руки.       — Ай! Какого черта, Уизли?!       — Не удержался, — покаялся он, стряхивая с ладоней остатки снега. — Знаешь, ты так эффектно спускалась, что я сразу подумал, как было бы забавно, если бы я вдруг не пришел.       На площадку одна за другой начали выходить парочки. Приблизился и Джордж, ведущий под руку Алисию Спиннет. Едва завидев Астру, он округлил глаза.       — Максвелл, — сказал он, прочистив горло. — Недурно выглядишь.       — А я говорил! — Фред озорно подмигнул. — Пора заходить. Профессор Макгонагалл с ума сойдет, если мы опоздаем хотя бы на минуту...       — Решит, что мы что-то задумали, — добавил Джордж.       — Это же не так, да? — бдительно спросила Астра.       Они синхронно помотали головами, но в глазах плясали бесенята. Мерлинова борода, хоть бы не пустили ее собственный план под откос своими дурацкими выходками!       Еще Астре никак не удавалось свыкнуться с мыслью, что вот она, рука Фреда Уизли, придерживает ее под локоть — простая, казалось бы, данность, а в голове не укладывается. Она так увлеклась планированием вылазки в директорский кабинет, что совершенно не подумала о том, что ей придется находиться в тесной близости с существом противоположного пола. Да еще старшеклассником. Да еще Уизли. Просто безумие какое-то.       Она украдкой поглядывала на Фреда снизу вверх: обегала взглядом выступающие мышцы на длинной шее, заостренную линию челюсти, сизую венку, бьющуюся прямо под ней. Плечи у Фреда были широкие, а руки — невообразимо длинные, с такими же длинными пальцами. Рост Астра унаследовала от Дейдры, поэтому в свои четырнадцать уже сравнялась с некоторыми шестикурсницами, но Фреду едва доставала до середины груди, отчего чувствовала себя... непривычно. Волнительно. Фред перехватил ее взгляд и вопросительно изогнул бровь, заставив Астру поспешно отвернуться и сделать вид, что ее заинтересовала толпа гогочущих слизеринцев во главе с Малфоем (который, кстати, обрядился в такой расфуфыренный сатиново-блестящий фрак, что и мамино платье рядом с ним казалось скромным).       О начале бала возвестил звон колокольцев. Пары потихоньку наполняли великолепно украшенный Главный Зал. Последними вошли чемпионы на пару со своими партнерами — Флер Делакур с Роджером Дэвисом, Гарри с Парвати, Седрик с Чжоу Чанг и Виктор Крам с Гермионой. Гермиона была так потрясающе хороша собой, что даже Малфой, иначе как грязнокровкой Грейнджер не называвший, буквально пожирал ее взглядом.       Чемпионы оттанцевали традиционный вальс, затем мотив сменился, и зрителей пригласили присоединиться к танцующим. Фред протянул Астре руку с самым участливым выражением лица.       — Если ты вдруг запутаешься в ногах, я, так и быть, спасу нас от позора. Скажу, что проклял тебя.       — И не надейся, Уизли, — прошипела она, уверенно размещая руки: левую сунула в его руку, правую — за спину. В нос забирался исходящий от него терпкий запах пороха, лакрицы и чуть менее заметный — какого-то одеколона. Фред приобхватил ее за талию и они тут же закружились в быстром, легком, небрежном вальсе. Он смотрел так, как будто осуществил величайшую в своей жизни шалость.       — Я выиграл, — сказал он, предвосхищая ее вопрос. — Ты пошла на бал с тем, кого ненавидишь. Но мне все нравится, веришь?       — Не льсти себе, Уизли, я тебя не ненавижу.       Фред наклонился к ее уху:       — Извини, Максвелл, я спутал. Просто ты все время пялишься на меня с таким видом, будто сожрать хочешь... — Астра побагровела от возмущения. — Да, да, вот так.       — Планируешь вывести меня из себя?       — Не планирую. Мне просто везет, согласись.       На очередном повороте Астра схватила его за шею и откинулась назад, уводя вниз. Фред был вынужден податься следом, поддержать, а она, пользуясь мгновением его замешательства, отчетливо проговорила:       — Прекращай, Уизли, я серьезно.       — А то что?       Музыка сменилась. На сей раз «Ведуньи» играли незамысловатый поп-рок — посредственная музыка в сравнении с магглской, которую привыкла слушать Астра, но все веселее, чем классический вальс. Она, наконец, позволила себе отлипнуть от Фреда и подвигаться в свое удовольствие. Затем будто бы незаметно нащупала в своей сумочке часы, мельком взглянула. Половина восьмого. Пора!       — Схожу носик попудрю, — непринужденно сказала она. — Подождешь?       Фред кивнул, плавно перетекая на другой конец танцплощадки, где Дин отплясывал со старшекурсницей Ханной Аббот. Астра развернулась и пошла вперед, лавируя между учениками. Фуршетные столы ломились от явств. Хогвартские эльфы в этот раз превзошли сами себя: трехэтажными блюда с канапе, тарталетками с искрой, всевозможными пирожками, пирожными и фруктами, аккуратные рядки бокалов с пуншем и шампанским. Астра сделала вид, что суетится, выбирая напиток, будто бы невзначай оглянулась через плечо — ни одного из близнецов видно не было.       Она легко скользнула в коридор. Там было пустынно, если не считать Филча, стерегущего у противоположной стены. Завхоз выглядел понаряднее, чем обычно, даже манишку надел, хотя волосы были такими же всклокоченными и сальными, а одежда — до ужаса мятой.       — Cedo oculos, — прошептала Астра.       Она переместилась в тело миссис Норрис так легко, словно делала эту тысячу раз. Коридор глазами кошки был прямо-таки гигантским, точно чертоги великаньего замка. Астра развернулась и потрусила в противоположную часть коридора, издавая отчаянное мяуканье.       — Миссис Норрис! — за спиной послышался гулкий топот завхоза. Как и ожидалось, он не отставал от своей любимицы не на шаг.       Астра уже почти довела их до библиотеки, когда почувствовала на своем бедре чей-то щипок, вздрогнула и открыла глаза.       — Если у тебя запланирована другая вечеринка, Максвелл, пригласи на нее своего кавалера.       — Исчезни, — она рыкнула, отпихивая его руки.       Но Фред и не думал никуда исчезать, напротив — встал поудобнее, упер руку в стену и навис, бесстыдно рассматривая ее сверху вниз. Астра запахнула палантин, отвернула голову. Коридор, из кого совсем недавно выбежали Филч и миссис Норрис, обещал пустовать недолго: она не успела увести кошку достаточно далеко, чтобы оставить себе приличный запас времени.       — Исчезни, — повторила Астра, устремляясь прочь. Фред, конечно, последовал за ней. Какое-то время они бежали в совершенном молчании, минуя коридор за коридором. Астра остановилась, чтобы скинуть туфли и переобуться в кеды, спрятанные за одной из статуй. Фред наблюдал за ней с такой внимательностью, будто изучал поведение очередной экзотической зверюшки Хагрида на уроке по уходу.       — Чего уставился? — не выдержала Астра.       — Да так. Интересно стало, какие у нас планы.       — Нет у «нас» никаких планов, Уизли. Есть мои планы, а ты просто прицепился, как... — она описала руками в воздухе нечто неопределенное, тяжело и раздраженно вздохнула. Это же надо, столько всего распланировать и не учесть одну-единственную переменную. Имя переменной — Фред, мать его, Уизли!       — Что ты задумала, Максвелл? В окрестностях еще остались драконы, которых ты не укокошила?       — Ты не вернешься на бал по-хорошему, да?       — И пропустить все веселье? Да за кого ты меня принимаешь! — Фред казался искренне возмущенным. — Уверяю тебя, что я не просто его не пропущу, я готов внести свой вклад.       — И ты не будешь задавать вопросов?       Он с улыбкой поднял ладонь вверх.       — Могила! Говори, что нужно делать.       В центральной башне, через которую пролегал путь к директорскому кабинету, их поджидало новое препятствие. Рядом с горгульей сидели Анвелл и Малыш Перт — они играли в волшебные карты и попивали сливочное пиво.       — Твои друзья-друиды похожи на бездомных. Может, поставим перед ними миску для мелочи?       — Смешно, не могу, — едко отозвалась Астра. — Соображай, как нам пройти!       — М-м, а ты не можешь попросить их убраться? Вы же так неприлично близки.       — Теперь не так уж неприлично...       Чья-то рука смачно ущипнула ее за зад, заставив подскочить на месте. «ФРЕД УИЗЛИ!» — злобно подумала Астра и развернулась, готовясь врезать ему по самое небалуй. Однако куда ближе, чем Фред, к ней стояла более знакомая персона — и по-дурацки улыбалась.       — Отпадно смотришься, — сказала Фейбл. — Сразу видно, мамочкин вкус. А вот этот не похож на заклинателя, — она кивнула на Фреда, затем нырнула рукой в поясную сумку и достала пару медных браслетов, испещренных круговым узором. — Как договаривались. Это запаска Герха, лучше бы вернуть их до утра. Справишься?       — Если попаду туда — несомненно, — хмуро ответила Астра. — Ты посмотри, кого нелегкая принесла.       Фейбл быстро заглянула за угол.       — Ах, эти...       — Сможешь отвлечь?       — Чтобы мне это припомнили, когда тебя поймают? — она фыркнула. — Да ни за что. Развлекайтесь, ребятки.       — Она тоже из этих? — с интересом спросил Уизли, когда пышная шевелюра Фейбл скрылась за поворотом.       — Ага, — промычала Астра.       Мысли ее были заняты заблокированным коридором. Что Адвелл и Перт делают здесь в такой час? Неужели Дамблдор поручил им караулить проход? Нет, маловероятно: оба друида выглядят уже довольно поддатыми. Но выходить к ним — дело сомнительное, еще начнут вопросы ненужные задавать.       — Уизли, нам сейчас не помешает пара твоих гениальных... — Астра обернулась, но никого за собой не обнаружила. — Ну что ж, одной проблемой меньше.       — Я бы на твоем месте не надеялся.       Астра так и подскочила: Фред стоял рядом, как ни в чем не бывало, держал на вытянутой руке блюдо со сладостями — тыквенными пирожными, карамельками, ирисками, орехами в шоколаде и многим другим.       — Ты где был?       — Вопросы, Максвелл, мы пообещали не задавать друг другу лишних вопросов.       Он взмахнул палочкой: поднос вместе со всем содержимым плавно взмыл и проплыл по воздуху вперед, в арку, за которой шумели друиды. Их полупьяные крики тут же стихли, сменились на удивленные, а затем и яростные перешептывания: Малыш Перт утверждал, что это проделки злых духов, Анвелл считал, что так местные приветствуют гостей. На лице Фреда расцвела самодовольная ухмылка.       — Знаешь, каждый из них по-своему прав.       — Голосую за злых духов, — пробормотала Астра. — Что в них? Снотворное? — Обижаешь, Максвелл.       Тишину разорвали оголтелые вопли, затем приближающийся топот. Фред среагировал мгновенно: сгреб Астру и вжал в залитый тенью угол. Спустя мгновение мимо пронеслись Анвелл и Перт, волочащие за собой длинные распухшие языки — каждый длинной с хорошего удава. Бестолково размахивая руками, они скрылись в конце коридора; перед этим Малыш Перт запутался в своем языке и упал, кувыркнувшись через голову. Под телом Фреда Астру затрясло: он едва сдерживался, чтобы не расхохотаться в голос.       — Чтоб тебя, Фред, ты должен был усыпить их, а не напугать!       — Да не парься, заснут они, — Фред откинул волосы со лба. — Мы решили, что усыпляющее зелье от Уизли без интересного побочного эффекта — все равно что обычное усыпляющее зелье, и добавили три глаза рыбы-собаки и язык летучей мыши.       — Раздувающие ингредиенты в усыпляющем зелье? Безумие!       — Но смешно ведь!       — Смешно, ага. Но если завтра друиды объявят волшебникам войну, я всем расскажу, что это из-за тебя.       — Если результат будет настолько ошеломительным, я сам всем расскажу, — заверил Фред. — Так, путь свободен. Что ты собираешься делать с этими штуками?       Астра как раз надевала браслеты Герха: они были не слишком довольны сменой хозяина, но подчинялись сносно. Хороший знак. Подойдя к статуе, она сделала глубокий вдох. На то, чтобы вселиться в Фоукса, у нее была ровно секунда. Если сделать это мгновенно, он и не вспомнит, что видел ее, а помедлишь — последствий не избежать.       — Пожелай мне удачи. Если что-то пойдет не так, можешь сваливать.       — Ну уж нет. Вместе вляпались, вместе будем расхлебывать.       — Это я вляпалась. Тебя просто черт дернул пойти за мной, хотя я и не просила... Не знаю даже, почему ты это делаешь.       — Ответ проще, чем ты думаешь, Максвелл: я и есть черт.       Горгулья сдвинулась. Они шагнули в темноту, освещая путь палочками, и поднялись по ступенькам наверх. В башне было глухо, как на дне колодца, Астра успела дважды пожалеть обо всей этой затее, пока шла.       Фоукс безмятежно посапывал на своей жерди, прекрасные перья оттопыривались и приглушенно мерцали в такт дыханию. Следовало подойти как можно ближе, чтобы обеспечить тесный зрительный контакт. Астра сделала осторожный шаг, затем второй, третий, четвертый... и вот она — половица, стукачески взвизгнувшая под ногами.       Феникс дернулся и открыл глаза.       Пятнадцать метров, один шанс из сотни.       — Cedo oculos!       Астре показалось, что браслеты на ее руках взорвались залпом магической энергии, задрожали, мелко вибрируя на коже. Невидимая волна отделилась от рук и захлестнула сознание феникса, как пушинку. Отдача толкнула назад, заплясала в глазах черными пятнами. Вот тебе и запаска Герха, подумала Астра. Супероружие, а не запаска.       Взгляд Фоукса замер, а сам он свалился с жерди на стол, безвольно уронив голову. Перья, до сих пор отливавшие расправленным золотом, безжизненно потухли.       Астра где стояла, там и села. Она не сразу заметила, что тихонько скулит от ужаса, а когда заметила, ничего не смогла с собой поделать.       Фоукс не шевелился.       — Максвелл! Максвелл, приди в себя!       Фред тряс ее за плечи. Астра упиралась руками в пол, хватая ртом воздух. Слез не было, только паника, бьющая по поверхности кожи электрическими разрядами.       — Я убила его. Убила.       — Кого ты убила?       — Фоукса. Но ведь я не хотела.       По взгляду Фреда Астра поняла, что он напуган не меньше. Лицо его было непривычно встревоженным, рыжие брови сдвинуты. Уизли отлепился от нее и, не говоря ни слова, подошел к столy, на котором лежало обмякшее тело кабинетного стража.       — Дышит. Похоже, ты его просто вырубила.        Астре показалось, что с ее плеч свалилась многотонная глыба. Фред резко повернулся на нее, взгляд его сделался укоризненным.       — Чтоб тебя, Максвелл, я сам чуть не помер со страху!       — Я не знала, что так могу, — попыталась оправдаться она. — Уйди, мне надо... надо...       Она сама толком не знала, чего ей надо. Паника еще отбивала по вискам. Уизли демонстративно присел на край стола, показывая, что уходить не собирается. Ну и черт с ним, подумала Астра, слишком многое теперь на кону. Минуту назад она думала, что убила феникса! Убить феникса по меркам волшебного мира — все равно, что убить единорога. Страшное преступление... Если она почти совершила его, то тут уж нет никакой разницы, увидит ли Фред Уизли, за чем на самом деле она сюда явилась.       Астра подошла к будуару и решительно распахнула створки. Глаза пробежали по полочкам, где между специальными креплениями теснились крохотные сосуды с воспоминаниями, подписанные различными датами, фамилиями, словами или просто буквами — очевидно, порядок был ведом одному лишь хозяину. Взгляд быстро зацепился за флакончик, подписанной небезызвестной фамилией:

      А. МАКСВЕЛЛ

      Что еще за "А"? Своих воспоминаний она Дамблдору вроде не давала...       Времени было мало, других знакомых меток не наблюдалось, поэтому Астра решила действовать. Сняла флакончик с полки, откупорила, перевернула над чашей. Дрожащая серебристая дымка зашлась потусторонним шипением. Пути назад больше не было: был лишь тот, который вел ее к правде.       Астра задержала дыхание и погрузила голову в Омут, чувствуя, как уши заливает чужими воспоминаниями.