Мы встретимся с тобой на рассвете

      Возможно, Фабиан слишком уж часто перелистывал страницы книги, стремясь за считанные мгновения прочитать довольно увесистый трактат и тем самым с головой выдавая себя, однако, это уже мало его волновало. Сжавшийся в самом углу кареты Арли с волнением смотрел на него, периодически бросая короткие испуганные взгляды в сторону окошка. Помощник слабо мог представить себе, как в головном уборе и при таком тусклом освещении можно читать, однако, Его Святейшеству, казалось, это отнюдь не мешало. - Всё ли у вас хорошо, Ваше Святейшество? – послышался из-за окна бодрый голос генерала Витольда.       Рука Фабиана, потянувшаяся к уголку очередной страницы, замерла. За одно только мгновение на его лице сменилось столько выражений, что, не надень он «солнечную шапку», то Арли точно решил бы, что в Его Святейшество вселился демон. В который раз за сегодняшний день разыгрывается эта глупая сценка? В который раз генерал Витольд «будто между делом» проезжает на вороном жеребце мимо его кареты и с самым искренним и непорочным видом интересуется, «всё ли хорошо у Его Святейшества»? Первые разы Фабиан старался быть с ним крайне вежливым, сообщая тому, что ничего плохого в столь солнечный день произойти с ним не может, «ведь за всеми нами явно приглядывает сам Солнце». Больше десятка раз Его Святейшество произнёс разные вариации этой фразы, и каждый раз Витольд с каким-то странным выражением усмехался, после чего просил «позвать его, если тому вдруг понадобится помощь». Фабиан плохо представлял себе, что с ним в принципе может такого произойти, когда его окружало так много людей, так ещё и Арли, будто подозревающий его в чём-то, не спускал с него ни на миг глаз. Когда же пошёл счёт на второй десяток таких «случайных посещений» генерала Витольда, Его Святейшество почувствовал, что продолжать и дальше держать лицо ему будет затруднительно, и тут ему на помощь внезапно пришла столь нелюбимая им «солнечная шапка». Теперь, услышав первые звуки голоса генерала Витольда, Фабиан, скривив лицо и беззвучно произнеся слова несчётного числа проклятий, поворачивался к нему, ограничиваясь лаконичным «хорошо». К сожалению, это не помогло ему побыстрее отвязаться от внезапно ставшего слишком навязчивым генерала, а только сделало всё ещё хуже.       На его короткое «хорошо», Витольд, преувеличенно тяжко вздохнув, отныне начинал свой длинный и очень трагичный монолог, со всей искренностью сокрушаясь на тему того, что никто уж и не желает разговаривать со стариком, «очень-очень одиноким стариком». Охая и ахая, он принимался жаловаться Его Святейшеству на молодое поколение, которое и смотреть-то в сторону «своих стариков» не хочет. Услышав в первый раз его последнюю фразу, Фабиан искренне обрадовался тому, что вовремя сообразил надеть «солнечную шапку». На его лице в тот же миг отразилась целая гамма самых разных эмоций. Чтобы случайно не сказать лишнего, он прикусил до крови губу, мысленно представляя зеленые леса вокруг Абхи, да чудесный сад, что находился во внутреннем дворике храма. Воспоминания о милых глазу пейзажах немного успокоили Его Святейшество, и он, качая головой, принялся соглашаться с каждым словом генерала, делая вид, что он не понимает ни единого его намёка, которыми тот щедро приправил свою проникновенную речь. Да только чего Витольд пытался этим добиться? Показать, что он его узнал? Фабиан понял это по одному его взгляду в первую их встречу, повторять это несчётное число раз не стоило. - День уже клонится к своему завершению. Скоро ли наступит время привала? – вспомнив бесконечное число их сегодняшних однотипных разговоров, наконец-то произнёс Фабиан, посмотрев на окрашенное багряными красками небо. Оно было слишком красным, будто на прекрасный голубой атлас пролилась чья-то алая кровь. Его Святейшество еле заметно мотнул головой, под конец дня к нему в голову начали приходить странные мысли. - … С каждым днём начинает темнеть всё раньше и раньше, - Витольд явно собирался в очередной раз начать твою нескончаемую тираду. По выражению его лица было видно, что его даже немного огорчило то, что Его Святейшество ответил ему иначе, чем до этого. – Думаю, что привал объявят уже совсем скоро. Насколько я помню, не так далеко отсюда как раз есть одно подходящее место. - Благодарю вас за ответ, Ваше Высокопревосходительство, - довольно сухо поблагодарил его Фабиан, возвращаясь к старательному имитированию увлеченного чтения, хотя, если быть до конца честным, Его Святейшество даже сказать название книги, которую он держал в руках, не смог бы.       Пусть его взгляд и был устремлён на с трудом читаемые строчки, однако Фабиан явственно чувствовал, что Витольд ещё некоторое время внимательно смотрел в его сторону, после чего, попрощавшись, двинулся дальше. Почувствовав свободу, Его Святейшество, прикрыв рот ладонью, протяжно зевнул. Его ужасно клонило в сон, ведь прошлая ночь выдалась для него отнюдь не легкой. Убрав руку от лица, он нахмурился. В его памяти всё ещё хранилось лицо юноши, поразительно похожее на его собственное, тёплые лучи солнца, что освещали его золотистые волосы, и его светло-карие глаза, в которых читалось нескрываемое удивление. - Неужели ты вновь можешь со мной говорить?       И что только тот мог иметь в виду под этими словами? Его Святейшество задумался, практически сразу придя к простому и вполне закономерному выводу. Этот юноша был обладателем того самого голоса, который Фабиан прежде слышал в своих снах, однако на его памяти они никогда прежде не разговаривали друг с другом. Или же всё-таки разговаривали? Воспоминания из его детства были очень размытыми, но Его Святейшество не исключал того, что он и раньше ему снился. Но с какой целью он это делает? И кто собственно такой этот юноша? Почему у него лицо Фабиана? Его Святейшество не знал ответов на эти вопросы, однако тот странный юноша точно должен был знать. Как же жаль, что он не успел задать ему все эти вопросы.       Фабиан с крайним недовольством во взгляде резко захлопнул книгу, положив её после этого себе на колени. Беззвучно произнеся сквозь зубы проклятия, он еле слышно вздохнул, повернувшись лицом к окошку.       Стоило тому юноше заглянуть ему в глаза, как Фабиан тут же проснулся. Очнулся он, сидя на полу и крепко прижимая к ноющей груди руку. Всё его тело было охвачено невероятной слабостью, будто он за один световой день прошёл весь путь от Абхи до Индиры, на бегу сражаясь со всей встречающейся ему по дороге крайне недружелюбной нечестью. Ноги отказывались держать его, поэтому ему пришлось немного подождать перед тем, как отправиться в постель, конечно же, не забыв предварительно спрятать дневник Роттаны. Однако столь короткий прежде путь до кровати теперь показался ему непреодолимым. Придерживаясь за стол, Фабиан сделал несколько неуверенных шагов, после чего с тяжёлым вздохом опустился на землю, ощущая нарастающую слабость в ногах. И как ему добраться до постели? Его Святейшество посмотрел в сторону крепко спящего помощника. Стоит ему попросить того о помощи, как его окончательно заклеймят «смертельно больным Святейшеством, который и на ногах стоять-то толком не может». Тогда Фабиану точно не дадут спокойно вздохнуть, втрое усилив свою опеку над его здоровьем.       Помощь пришла оттуда, откуда Фабиан её не ждал. Пока он, смирившись, представлял, как будет ползком добираться до кровати, в его ногу кто-то уткнулся. Его Святейшество, вздрогнув, тут же резко повернулся, готовясь увидеть всё, что угодно, начиная от крысы и заканчивая мелкой нечистью, но это оказался всего лишь Луч Третий. Пушистый кот несколько недоумённо посмотрел на него, после чего неуверенно положил лапку на его ногу, чуть выпустив свои острые коготки. Фабиан чуть поморщился, тут же хватая кота и беря его на руки. - Ну и что ты делаешь? Говори, что удумал делать, негодник? – глядя в его, безусловно, очень наглые глаза, недовольно произнёс Фабиан, теребя при этом мягкую кошачью шёрстку. Луч же, совсем не обращая внимание на недовольный тон Его Святейшества, принялся очень громко мурчать, в наслаждении прикрыв глаза. Фабиан невольно улыбнулся. Луч Третий был очень схож со своими предшественниками, Лучом и Лучом Вторым, которые тоже любили, устроившись на его руках, громко мурчать.       Его Святейшество чувствовал тепло, исходящее от, казалось бы, только пришедшего с холода кота. И вместе с теплом к нему как будто начали возвращаться потерянные силы. Опустив кота на пол, Фабиан, встав и потянувшись, протяжно зевнул, после чего посмотрел на крайне недовольного его поведением кота. - И что мы так недовольно смотрим на меня? Может, пойдём спать? Время позднее, всем давным-давно пора спать, - после чего он махнул рукой и сам направился в сторону постели. В ногах всё ещё чувствовалось лёгкое онемение, однако оно и рядом не стояло с той слабостью, что одолевала его прежде. Фабиан бросил короткий взгляд в сторону кота, однако тут же мотнул головой. Не стоило пытаться найти подвох там, где его нет и быть не может. Просто он как следует отдохнул и смог после этого встать. Тот человек ведь тоже сказал ему отдохнуть.       Последующая ночь действительно выдалась не из лёгких. Хоть его бок и грел очень тёплый Луч, сны Фабиана не были столь же теплы. Он то и дело переворачивался с боку на бок, мучаясь от каких-то странных, никоем образом не связанных друг с другом глупых снов. По этой причине Его Святейшество так и не смог как следует выспаться за всю предыдущую ночь, а днём ему всё время мешал задремать то и дело мелькающий по ту сторону окна генерал Витольд. И почему только ему так неймётся? Почему он не мог оставить его хотя бы на несколько часов в покое?       Мучимый этими вопросами Фабиан не сразу заметил, как их карета остановилась. Высунувшийся наружу Арли поинтересовался у возничего, пришли ли они к месту их сегодняшнего привала, и, получив утвердительный ответ, повернулся к Его Святейшеству. - Ваше Святейшество, я поспешу разузнать о том, где будет располагаться наш шатёр, а также распоряжусь насчёт вещей, - Фабиан молча кивнул ему, тем самым отпуская его. Арли тут же оставил его, скорым шагом скрывшись меж суетящихся мужчин, разбивающих лагерь. Его Святейшество проводил помощника взглядом, после чего посмотрел в противоположное окошко. Совсем скоро ему можно будет лечь и спокойно выспаться, не боясь внезапного появления генерала. Конечно же, предварительно ему нужно будет придумать какое-нибудь оправдание для своего отсутствия на ужине. Но что сказать? Любое упоминание своего недомогания может повлечь крайне неприятные для него последствия, а больше никаких отговорок он придумать так сразу и не смог. Фабиан, прикрыв глаза, вновь протяжно зевнул, прикрыв рот рукой. Всегда можно прокрасться в свой шатёр и успеть лечь спать до того, как его вечер решат «скрасить чудесным совместным ужином».       Арли вновь где-то пропал. Прошло уже достаточно времени, лагерь был разбит, однако тот так и не вернулся к своему голосу Солнца. Устав его дожидаться, Фабиан выглянул из кареты и, оглядевшись по сторонам, удостоверился, что его помощника нигде поблизости видно не было. С трудом выпутавшись из множества тёплых одеял, Его Святейшество вышел из кареты, тут же проведя ладонями по замёрзшим плечам. Их путь не длился так долго, однако золотая осень уже успела сменить ранней зимой. Почти вся листва уже опала, тут же смешавшись с грязью, а ветер совсем перестал быть тёплым, становясь из верного друга опасным врагом. С каждым днём становилось всё холоднее и холоднее. Его Святейшество тяжело вздохнул. Если бы Фабиан не родился в Индире, то решил бы, что даже природа этих земель была к ним крайне недружелюбна, в отличие от природы Абхи, где даже зимы были очень мягкими и тёплыми.       Откуда-то из центра лагеря доносился шум. Множество людей старательно трудились, пока он стоял на холодном ветру, ощущая неприятное покалывания в стопах. Долгое сидение на одном месте давалось ему всё труднее и труднее, так что даже хорошо, что их путь подходил к своему закономерному концу.       Фабиан поднял взгляд к стремительно темнеющему небу, на котором начали появляться первые звёзды. В скором времени он не сможет видеть ничего, кроме них. Это немного огорчало Фабиана, однако, подумав, он решил, что в его кабинете будет гораздо больше свечей, чем когда-то в его доме, так что серьёзных трудностей возникнуть не должно. Гораздо труднее для него будет вновь привыкнуть к холодным индирским зимам и холодным индирским людям. Хотя назвать всех людей холодными было бы неправильно. Среди нахмуренных лиц часто встречались и улыбчивые, которые, однако, не были столь часты, как хотелось бы. Фабиан покачал головой и опустил взгляд с неба на землю. Ему стоит как можно скорее поговорить с Арли на тему того, чтобы подобрать для повседневного ношения более тёмные мантии, иначе послушники, не побоявшись гнева Солнца, вслух начнут ругать Его голос за неосторожность. Приподняв полы уже успевшей испачкаться мантии, он заметил, что наступил на что-то.       Убрав ногу, он осторожно присел на корточки, придерживая полы мантии и беря в руки отцветший цветок. По всему его внешнему виду было понятно, что по нему успел пройтись не один десяток людей, возможно, даже его собственная карета переехала его. Стебель цветка был размозжён, а от него самого почти ничего не осталось. Фабиан не мог сказать, что это за цветок был прежде. Его Святейшество не знал почему, но глядя на этот цветок он ощутил какое-то странное тягостное чувство в груди. Жалость? Нет, скорее сочувствие, невольно обращённое и на него самого.       Если ему удастся, то после свадебной церемонии он договорится с дядюшкой Бертрамом о передаче титула, например, тому же Арли, а сам уедет куда-нибудь ближе к Абхе, где купит небольшой дом, возможно, ему даже удастся найти дом похожий на тот, что был у него в детстве. Там он заживёт тихой спокойной жизнью, свободной от всяких интриг, регламентов и «странных происшествий». Фабиан не хотел закончить как этот цветок, хотя, оставаясь в Индире, он имел на то все шансы, становясь крайне удобным для дядюшки Бертрама инструментом управления их ветви верования в Солнце.       Конечно, у Фабиана были и хорошие воспоминания о своей юности в Индире, но он, как никто другой, знал, что скрывалось за этими детскими «хорошими воспоминаниями». Он понимал, что дядюшка Бертрам не был безгрешным человеком, за лицом невысокого добродушного мужчины скрывался твёрдый непоколебимый характер, проявляющийся каждый раз, когда дело начинало касаться Индиры и её места в этом мире. Учитель Ферокс, что с крайне недовольным видом начинал отчитывать Пири, стоило тому пропустить занятие по фехтованию, лучше многих знал, как хрупка человеческая жизнь и как легко её отобрать. Пожалуй, лучше с этим был знаком только Дуан. Авия же… Фабиан поднял помятый цветок и задумчиво посмотрел на него, окружённого мягким сиянием луны. Как бы ни хотел он отмахнуться от этой мысли, однако Фабиан чувствовал, что Авия что-то от него скрывает. Очень давно скрывает, возможно, даже с момента их первой встречи на заднем дворе тётушкиного борделя. И это чувство порой мешало ему полностью довериться названному брату. Его же попытка убедить Фабиана, что всё, что произошло с ним в доме Роттаны, всего лишь сон, и вовсе резко подкосило доверие Его Святейшества к нему. Хотя, возможно, если бы не Роттана и её дневник, он бы наверняка поверил ему, потому что это всё действительно было слишком сильно похоже на странный сон.       Фабиан замер, удивлённо глядя на цветок в своих руках. Задумавшись, он и не заметил, в какой момент тот внезапно так сильно изменился. На месте растерзанного цветка появился небольшой ярко-жёлтый одуванчик. Но когда? Фабиан опустил руку и посмотрел на него. Так и есть, самый обыкновенный ещё не отцветший одуванчик, который выглядел так, как будто сейчас была середина весны и он только-только показался из-за зеленеющей травы. Но каким образом и почему это произошло?       Его Святейшество так внимательно разглядывал цветок, что, когда мир перед его глазами внезапно покачнулся, он очень удивился этому, выпуская цветок из рук и опираясь рукой о влажную землю. Фабиан ощутил резкую сильную слабость, которая, однако, к его счастью была не столь сильна, как накануне утром. Он медленно вдохнул и выдохнул. Ему стоит посидеть так совсем немного и, восстановив силы, встать, после чего вернуться в свою карету. Да, так он и поступит. - Ваше Святейшество, с вами всё в порядке? – из-за его спины послышал не взволнованный, но заинтересованный голос генерала Довмонта. Фабиан поморщился, только его присутствия ему не хватало. И что он только забыл рядом с его каретой? – Вы что-то потеряли? Вам нужна помощь в поисках? – не дожидаясь его ответа, он обошёл Фабиана и встал возле него, нагнувшись и принявшись самым внимательнейшим образом разглядывать траву, на которую был устремлён взгляд Его Святейшества. - Благодарю Вас за ваше предложение, но вынужден отказаться. Мне не нужна помощь, я ничего не терял, - Фабиан хотел было в тот же миг подняться на ноги, однако почувствовал, что сил ему для этого всё ещё не хватает. - Тогда ваше поведение кажется мне ещё страннее, чем до этого, - Довмонт повернулся к нему лицом и улыбнулся своей тонкой неприятной улыбкой. Встретившийся с ним взглядом Фабиан еле сдержал невесёлую усмешку. Довмонту ещё расти и расти, чтобы стать хотя бы на десятую часть столь же пугающим, как его отец, генерал Витольд. Хотя тот под конец дня и стал вызывать у Фабиана больше раздражение, чем тревогу и страх. - …Признаться, мне показалось, что я увидел светлячка, - на ходу начал сочинять Фабиан, откидывая за спину непослушную прядь волос. – Вспомнилось детство, и отчего-то появилось жгучее желание поймать его, светлячка, но он спрятался в траве и, видимо, уже давно улетел в лес, - это была настолько явная ложь, что Его Святейшество даже не надеялся на то, что тот ему поверит. Однако Довмонт повёл себя с точностью до наоборот, чем изрядно удивил Фабиана. - Как посмотрю, из Его Святейшества крайне никудышный охотник, - генерал Довмонт покачал головой, несколько мгновений преувеличено внимательно глядя на Фабиана, после чего перевёл взгляд на траву. Его Святейшество, стоически выдержав его взгляд, последовал его примеру, заметив, что в складках его мантии затерялся одуванчик, что теперь неуверенно выглядывал, демонстрируя ярко-жёлтые лепестки. – Разрешите задать вам вопрос. А доводилось ли вам, Ваше Святейшество, участвовать в охоте? – вопрос генерала ещё больше удивил Фабиана. Отбросив неприятные воспоминания, он прочистил горло, после слабо улыбнувшись. - В каком-то смысле да, доводилось участвовать. Но к чему вы задали этот вопрос, Ваше Высокопревосходительство? – в ответ Довмонт усмехнулся. Фабиан отвёл взгляд в сторону. Он что-то говорил о том, что тому далеко до отца? Дистанция между отцом и сыном стремительно сокращалась, Его Святейшество даже сказал бы, что прямо на его глазах. - Да что-то вспомнился мне один случай, Ваше Святейшество. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но отчего-то мне кажется, что для вас не станет открытием то, что проведение охоты в Индире дело несколько более сложное и опасное, чем в Абхе, - Довмонт не задал свой вопрос напрямую, однако по его тону Фабиан понял, что того очень интересовала связь Его Святейшества с Индирой. – Когда-то давно быть организатором охоты было делом крайне неблагодарным, ведь именно на их плечи была возложена обязанность по подготовке лесов, а ведь они ещё лет двадцать назад буквально кишели самой разнообразной нечистью. Кто-то был более агрессивным, а кто-то менее, однако все они были необычайно хитрыми. Да, пожалуй, хитрость можно посчитать их отличительной и самой опасной для человека чертой, - Фабиан, не понимая к чему тот вёл, краем глаза заметил, что тот сначала выпрямился, а затем присел рядом с ним на корточки. - Отмечу, что вы… Вы довольно хорошо разбираетесь в нечисти, Ваше Высокопревосходительство, - отметил Фабиан. - Можно и так сказать, благодарю вас за похвалу, - кивнул ему в знак благодарности Довмонт, глядя при этом на темнеющий лес, из глубины которого раздавались тихие шорохи. – Лет девять-десять назад я впервые самостоятельно участвовал в охоте. Тогда прошло всего несколько лет после зачистки леса от нечисти, и леса вокруг Индиры стали считать более безопасными. - Вы говорите так, будто на самом деле всё было не совсем так, – предвосхищая слова генерала, предположил Его Святейшество. - Вы как никогда правы, Ваше Святейшество, - вновь усмехнулся тот. – В тот раз дичь отчего-то всё никак не собиралась падать мне прямо в руки, тогда я, устав гоняться за белками да зайцами, решил отдохнуть у озера. Прекрасного, почти сказочного озера, будто сошедшего со страниц книги. Я как-то уже рассказывал вам о нём. Его называют Калта. Озеро, на поверхности которого растут светящиеся кувшинки, - Фабиан неуверенно кивнул, вспоминая столь знакомые ему пейзажи. – В индирских лесах трудно передвигаться верхом, поэтому охотятся обычно пешком. После долгого хождения у меня тогда сильно пересохло в горле, и я подошёл к воде, чтобы хотя бы немного промочить его. И знаете, Ваше Святейшество, стоило мне только зачерпнуть немного воды, как передо мной показалась довольно… Симпатичная девушка, - Фабиан еле удержал себя от того, чтобы резко повернуться к генералу. Неужели он повстречал ту же русалку, что встречалась когда-то и ему? – Если быть точнее, то половина от лица довольно симпатичной девушки. В следующий миг я услышал её прекрасное пение, которое исходило как будто со всех сторон, хотя её рот и находился под водой. Мне стало интересно, что она задумала, поэтому я сделал вид, что поддался её чарам. Решив, что рыбка клюнула на приманку, ундина подалась ко мне, думая утащить на дно озера. И в это мгновение мне стало понятно, почему она прятала своё лицо под водой. Нижняя половина её лица была ужасно обезображена, - Его Святейшество, охваченный размытыми воспоминаниями о неудачном сборе кувшинок, невольно провёл большим пальцем по нижней губе. Он плохо помнил, что произошло с ним в тот день, однако чувство того, как его тянули на дно озера, всё ещё сохранилось в его памяти. – Она потянулась ко мне, но я оказался быстрее. Схватил её за руку и вытащил на берег озера, тут же пригвоздив руку мечом к земле, после чего приставил к горлу нож. Да, тогда я подумал, что сорвал действительно очень большой куш. Пойманная нечисть стоила в десятки раз больше очков, чем обыкновенное животное, - Довмонт произнёс это со странной улыбкой на лице, от которой Фабиан почувствовал себя крайне неуютно. – Она, ясное дело, начала пытаться вырваться. Кричала, билась. Как сейчас помню, хвост у неё был мощный, одним ударом вполне можно переломать ноги. Но мне удалось перерубить его в районе плавника. Крови она потеряла не так много, однако боль парализовала её, а это-то мне и было нужно. Я уже собирался было достать верёвку и связать её, как она начала реветь, а потом громко засмеялась. Говорила что-то о том, что пожила она прилично и повидала многое за это время. Потопила несчётное количество «дурачков, что повелись на её сладкие речи». И хотелось бы ей пожить подольше, если бы не повстречала она «мальчишку, поцелуй с которым был самым сладким в её жизни». Мальчишка с добрыми глазами и светлыми волосами, будто впитавшими в себя свет кувшинок, что видели лучи уходящего солнца, - на этих словах Довмонт повернулся к Фабиану, явно пытаясь уловить что-то в его взгляде, однако Его Святейшество лишь со всем вниманием слушал его рассказ, а точнее старательно делал вид, что слушал. Произойди эта ситуация в Абхе, то Фабиан никогда бы не принял слова ундины на свой счёт. Однако всё это дело происходило в Индире, где светловолосых мальчишек можно было на пальцах одной руки пересчитать. – Ещё она довольно долго говорила о том, что ей удалось урвать частичку его тепла, вдохнуть «запах солнца» и теперь ей нестрашно умереть, - внезапно для Его Святейшества рука Довмонта потянулась к нему, а Фабиан же, растерявшись, замер, настороженно глядя на то, как тот взял в руку его прядь волос и задумчиво приблизил к своему лицу. – Знаете, я раньше не замечал, что Его Святейшество пахнет луговыми цветами.       Произнеся эти слова, генерал перевёл взгляд с волос на него самого. Этот взгляд был слишком знаком Фабиану, слишком уж часто ему доводилось встречаться с ним. Так смотрели на молодого мальчишку жадные работорговцы, заранее подчитывающие свою прибыль с его продажи, ушлые жулики и, к его чести ли нет, даже Король Абхи. Тёмный взгляд, что с извращённым наслаждением касался его лица и тела. Чувствующий давящее чувство тревоги Фабиан внезапно успокоился. Это многое объясняло. Так вот по какой причине они так часто встречались с генералом.       Спокойствие стремительно сменилось раздражением. И почему именно он стал объектом его страсти? Это всё из-за волос? Конечно, когда-то давно некоторые мамины подруги говорили ей, что они с сестрой очень похожи, но то было в детстве, а сейчас он взрослый мужчина, которого крайне сложно перепутать с женщиной. Говоря о последних, по какой причине генерал, если ему так не терпится затащить кого-то в постель, просто не может найти себе какую-нибудь служанку? Наверняка среди них найдётся хотя бы одна, кто за мешочек золота согласится разделить с ним ложе. Или у генерала изначально были несколько иные предпочтения? - «Тогда пусть отправляется вместе со своими предпочтениями прямиком в пасть нечисти», - внутри Его Святейшество бурлило негодование, которое, однако, никак не отразилось на его лице. И как ему следует поступить с генералом? Что-то подсказывало ему, что, к его большому сожалению, генерал Довмонт был далеко не из тех, с кем можно было просто объясниться. Это читалось по его глазам, по движениям. Он не воспримет отказа всерьёз, продолжив с наслаждением упиваться своими играми. Тогда оставалась лишь одна годами проверенная на примере Короля тактика – избегание. Если повезёт, то после прибытия в Индиру они больше уже не встретятся. Если так, то ему осталось ждать не так уж и долго, – Это всего лишь запах масел, не более, - с осторожностью высвобождая свои волосы, спокойным голосом произнёс Фабиан. - Да? Тогда позвольте заметить, что эти масла невероятно вам подходят, - Довмонт послушно выпустил его волосы, однако тут же перехватил руку, что пыталась их высвободить. Фабиан тут же сжал её в кулак, дёрнув и попытавшись вырваться, однако генерал был на порядок сильнее его. Приблизив его запястье к своему лицу, Довмонт вновь медленно вдохнул воздух, а затем осторожно коснулся его губами. Его Святейшество, вздрогнув от прикосновения, резко потянул руку на себя, тут же освободив её, однако, повалившись при этом на землю. Фабиан невесело усмехнулся. Вот же, теперь Арли точно будет ругать его из-за испачканной мантии. – И правда очень сладко… - тихо пробормотал Довмонт. Фабиан беззвучно выругался и отполз чуть в сторону от него. - Ваше Высокопревосходительство, вы… Подобное совершать не позволительно, - наконец сдавленно произнёс голос Солнца, отчаянно пытаясь не сорваться на проклятия. Только всего этого ему не хватало. Резко выдохнув, Фабиан через силу встал с земли, всё ещё ощущая небольшую слабость в коленях. Подержал цветок в руках на свою голову. - Поначалу я был так рад тому, что мне дозволялось хотя бы на мгновение касаться вашего тепла. Этого мне было вполне достаточно. Однако со временем я научился видеть не только вас, но и жадный мир, вас окружающий. Увидел и понял, что слишком много людей позволяют себе красть ваше тепло, - Довмонт, встав, сделал шаг по направлению к нему, а Фабиан одновременно вместе с ним отступил ближе к карете. И почему в тот момент слова генерала показались ему такими знакомыми? – Скажите мне, Ваше Святейшество, почему вы так добры ко всем? – он сделал ещё шаг, и Фабиан вслед за ним. С каждым словом генерала ситуация всё больше и больше не нравилась голосу Солнца. Он судорожно перебирал варианты того, как можно наиболее безопасно выйти из неё, однако один вид уверенно шедшего к нему Довмонта постоянно сбивал его с мысли. Но не может же он просто развернуться и убежать? Глупость, но он всё больше уверялся в том, что именно бегством это всё и закончится. – И почему вы так… Близко общаетесь с генералом Ноаком и Лордом Авией? По какой причине вы провели всё плавание в своей каюте, а Лорд, в свою очередь, пропадал там часами, никого туда не подпуская? Почему вы ночевали вместе с ним в одном шатре? - Генерал Довмонт, прошу меня извинить, если мои слова покажутся вам грубыми, но вы задаёте слишком много вопросов, которые вас никоем образом не касаются, - не выдержав, всё-таки ответил ему Фабиан. – Не буду увиливать, ваше поведение доставляет мне неудобства. Попрошу вас немедленно оставить меня. У меня нет совершенно никакого желания продолжать этот странный разговор. - Каждое ваше слово режет меня без ножа, Ваше Святейшество, - Довмонт остановился и, положив руку себе на грудь, тяжело вздохнул. – Раз вы говорите, что я доставляю вам неудобства, то прошу извинить меня. Возможно, я действительно позволил себе лишнее, - услышав слова генерала, Фабиан насторожился, уж больно внезапно тот решил отступить. – Эта ночь выдалась очень тёмной. Возможно, в моём поведении виновато отсутствие взгляда Луны. Когда она не следит за нами, начинаешь чувствовать себя несколько более… Развязано, - сетуя, покачал головой генерал. – Тогда позвольте мне откланяться. Спокойных вам снов, Ваше Святейшество. - Желаю вам того же, Ваше Высокопревосходительство, - всё ещё будучи настороже ответил ему Фабиан. Улыбка на лице генерала приобрела какие-то странные, плохо поддающиеся распознаванию оттенки, после чего тот откланялся и действительно покинул его.       Его Святейшество резко выдохнул, прижав руку к груди, стоило ему удостовериться в том, что тот скрылся меж шатров. Покачав головой, Фабиан повернулся в сторону ушедшего генерала. И чем он только смог вызвать интерес у этого человека? Почему это опять происходит именно с ним? Ему только-только удалось распрощаться с Королём и его извращёнными ухаживаниями, как на горизонте показалось нечто куда более опасное. Помогут ли ему и на этот раз крепкие стены храма, и разрешится ли данная ситуация по его прибытию в Индиру? Фабиан мотнул головой, переведя взгляд на землю. И, как бы он ни был всей душой против излишней опеки над собой, ему больше не стоило оставаться одному. Его Святейшество передёрнуло. Слишком уж страшная молва ходила о Довмонте, слишком уж пугающим был его взгляд. Фабиан приложил холодную руку к горячему лбу. Ему нужно успокоиться и немного отдохнуть, а после этого решить, как поступить в сложившейся ситуации. Он ведь и не с таким в своей жизни справлялся. - …меня, Пири? – на плечо Фабиана опустилась чья-то рука. Его Святейшество, испуганно вздрогнув всем телом, отскочил в сторону, не глядя наступив на полы мантии, и чуть вновь не повалился на землю, если бы его вовремя не удержали, крепко ухватив за предплечье. – С тобой всё в порядке? – Фабиан несколько раз растерянно моргнул, увидев перед собой растерянное лицо Авии. - Солнце, за что мне такие испытания, - отвернувшись, полушёпотом пробормотал под нос Фабиан, твёрдо вставая на ноги и высвобождая свою руку, после чего приподнял полы уже и так порядком испачканной мантии. – Не надо ко мне так подкрадываться, Авия, я уже слишком стар для такого, - уже громче и недовольнее обратился к Третьему Лорду Фабиан. Авия сначала в удивлении приподнял брови, однако тут же слабо улыбнулся, скрестив руки на груди. - Подкрадываться? Мне интересно, и над чем ты так усиленно думал, раз не заметил моего присутствия? В свою защиту могу сказать, что я очень долго звал тебя, - Фабиан бросил в его сторону короткий взгляд, после чего тихо вздохнул, опуская полы мантии обратно на землю. – Точно ничего не произошло? - Звал? Прости, видимо, я действительно слишком сильно задумался, - Его Святейшество покачал головой, а затем замер, переведя взгляд на Авию. Перед ним стоял Лорд, его названный брат, который, используя свои власть и авторитет, мог помочь ему с Довмонтом. Может, ему стоит рассказать Авии об произошедшем? Фабиан отбросил эту мысль. И что ему сказать Авии? Что генерал Довмонт пару мгновениями раннее до его прихода оказывал ему крайне нетривиальные знаки внимания, имея конкретные на то причины и чёткую цель, подробности которой Фабиану даже представлять было омерзительно? Его Святейшеству стало противно от собственной слабости. С такими глупостями он сможет разобраться самостоятельно, а к Авии обратится только в случае крайней необходимости. Он всё-таки Третий Лорд, у него и без Фабиана есть много по-настоящему серьёзных дел. - И вот опять ты смотришь сквозь меня, - сквозь плотную пелену мыслей услышал Его Святейшество, тут же обратив всё своё внимание на Авию. Третий Лорд стоял, чуть наклонив голову к плечу и слабо прищурившись, словно пытаясь по его выражению лица понять, что беспокоило Фабиана. – Это как-то связано с твоим самочувствием? Или что-то произошло? Поделись со мной. Твоя излишняя задумчивость заставляет меня волноваться. - …Мы уже совсем скоро прибудем в Индиру. И… Знаешь, Авия, я начинаю всё больше и больше задумываться над этим и над тем, что меня будет ждать после этого, - так же, как Авия, скрестив руки на груди, со вздохом произнёс Фабиан, отведя взгляд в сторону. Нет, он не будет беспокоить Лорда из-за таких пустяков, с этим он как-нибудь разберётся сам. – Прибытие, подготовка и проведение свадебной церемонии… Это не так просто, как может показаться на первый взгляд. Да и я чувствую, что с уважаемой Её Святейшеством Селиной будет не так уж и легко во всех вопросах прийти к согласию. - Иногда ты… - Авия начал говорить, однако осёкся и мотнул головой, затем вновь переведя взгляд на него. – Индира – не чужая тебе земля, это место, где ты родился и вырос, не забывай об этом. Это твой дом, где есть люди, которые способны тебя поддержать и, если необходимо, помочь тебе, - Авия произнёс эти слова каким-то странным, как будто немного печальным тоном. – Конечно же, для всех остальных ты продолжаешь считаться Его Святейшеством, голосом Солнца, однако это никак не мешает нам всем быть семьёй. - Услышать подобные слова от Третьего Лорда – величайшая честь для меня, - пытаясь развеять возникшую после слов Авии немного тягостную тишину, Фабиан обошёл Авию и встал перед ним. – …Однако, скажу тебе честно, мне было бы немного приятнее, если бы мои привилегии немного захватывали и Её Высочество. Поверь мне, принцесса Мелати чудесная девушка, однако учитель Ферокс… - Фабиан покачал головой, силясь подобрать слова. – Порой, он не совсем правильно доносит свои мысли с помощью слов. Как бы принцесса, ещё совсем юная и неопытная, не поняла что-то из его слов превратно. Да и он по роду своей деятельности привык везде искать второе дно. Я боюсь, как бы случайно не сложилась неприятная ситуация из-за внезапно возникшего глупого недопонимания. - Глупого недопонимания, - на этот раз на лице Авии отразилась задумчивость. – В любом случае принцесса также, как и Его Святейшество, находится под защитой Первого Лорда. Никто не посмеет и пальцем её коснуться ровно до того момента, как факт, к примеру, государственной измены не будет доказан. Но и в том случае, согласно условиям договора, с ней, лишившейся статуса неприкосновенности, будут обращаться как с королевской особой… Так что тебе не стоит об этом так волноваться, с Её Высочеством в любом случае всё будет хорошо. - Будет чудесно, если всё в действительности так и окажется. Волнуюсь я за неё, хоть и рассудительна не по годам, но всё ещё одинокий ребёнок в чужой стране, - Фабиан, вздохнув, посмотрел на Авию. – Совсем забыл спросить, а что тебя ко мне привело? - Неужели не хочешь со мной видеться? – скрестив руки на груди поинтересовался Третий Лорд. Фабиан, фыркнув, повторил его позу. - Я ничего подобного не имел в виду, всего лишь решил поинтересоваться, - отведя взгляд в сторону, произнёс Его Святейшество. – «Ты даже представить себе не можешь, насколько вовремя ты пришёл», - после этого подумал он. Если подумать, то генерал Довмонт довольно резко оборвал с ним разговор. Могло ли быть такое, что он издалека увидел Авию и решил быстро скрыться, пока тот не подошёл? Не хотел вызывать у того лишних вопросов. Такая версия вполне имела право на существование. – Мой помощник, Арли, отправился узнавать насчёт шатра и до сих пор не вернулся, - с печалью в голосе произнёс он, - а ел я в последний раз утром. Эх, дожить бы до его возвращения… - Что же, тогда я пришёл вовремя, - на слегка нахмуренном лице Авии появилась слабая, будто немного неуверенная улыбка. – Я хотел предложить тебе отужинать вместе, - услышав его предложение, Фабиан улыбнулся ему в ответ, тут же самодовольно ответив ему: - Ох, какое внезапное и, безусловно, приятное предложение. Неужели Третьему Лорду так необходима компания на время ужина? Что же, не сказать, чтобы я был против, так что считай, что моё согласие ты получил, - Авия, выслушав его заявление, приподнял в удивлении брови, после чего еле слышно усмехнулся, покачав головой. - Ты как всегда удивительно проницателен, мне действительно нужна компания, - наконец ответил он. – Так мы можем идти? Я и сам, признаться, за день успел хорошо так проголодаться. - Тогда чего мы ждём? Идём! Только мне кое-что забрать надо. Арли точно от негодования удар хватит, если я её вновь забуду в карете «солнечную шапку»… - уже по пути в карету, произнёс Фабиан. Быстро забрав головной убор, он надел его, после чего вернулся к Третьему Лорду. Авия задумчиво посмотрел на него, а потом, развернувшись, уверенно направился в сторону своего шатра. Придерживая полы мантии, Фабиан двинулся следом за ним.       С Авией идти было гораздо удобнее и легче, чем с Ноаком. Фабиан осознал это с первых минут их короткого пути. Ноак, в силу привычки, шёл необычайно быстро, почти срываясь на бег и ловко маневрируя средь толпившихся людей, которые порой даже не успевали заметить, что мимо них промчался сам генерал Ноак. Авия же шёл спокойно, постоянно оглядываясь и дожидаясь Фабиана, стоило тому лишь немного отстать. Слоняющиеся по лагерю воины тут же выпрямляли спины, а затем склоняли головы, стоило им заметить приближающегося Третьего Лорда. Авия же в свою очередь окидывал их быстрым взглядом, под которым, мужчины начинали волноваться больше, будто даже совсем прекращая дышать. Стоило же Авии с Фабианом отойти чуть дальше, как Его Святейшество краем уха улавливал не испуганный, но восхищённый шёпот воинов. Совсем иначе, чем было в присутствии Довмонта. - Знаешь, Авия, а ведь Дядюшка Бертрам совершит самую большую ошибку в своей жизни, если передаст кому-то кроме тебя титул Первого Лорда, - задумчиво пробормотал Фабиан, переводя взгляд с них на Авию. – Только сразу предупреждаю тебя, брать в жёны сестрицу Анабель могу только я, она мне первому обещала, - лицо Фабиана было скрыто вуалью, которая, впрочем, не могла скрыть смех в его голосе. - Вот оно как, значит… Что-то мне подсказывает, что, если ты и дальше будешь пропадать где-то в неведомых далях от неё, Анабель может внезапно передумать, - Фабиан фыркнул, услышав его слова. - Такое никогда не произойдёт. И ты и я хорошо знаем её. Сестрица Анабель никогда не нарушала, данные ею обещания. Не знаю, что должно такого произойти, чтобы она внезапно передумала, - с трудом сдерживая смех, с уверенностью в голосе заявил он. - Да, в этом ты прав. Анабель всегда старается сдерживать свои обещания… Кое-кому стоит у неё этому научиться, - еле слышно добавил Авия, отвернувшись от Фабиана. Его Святейшество, до которого всё же дошли его слова, хотел было возмутиться, однако так и не сделал этого, остановившись на месте.       Обещания. Ему стоит научиться сдерживать свои обещания. Почему в последнее время так много людей стремятся напомнить ему об обещаниях, которые он, по их словам, им когда-то дал? И почему в их ряды так естественно встал Авия, произнёсший те слова с лёгкой грустью в голосе? Разве Фабиан ему что-то обещал? А всем остальным? Остальным он тоже что-то когда-то обещал или всё-таки нет? Вопросы роились в его голове, словно рой назойливых мух, от которых ему было не так легко отмахнуться. Внезапно возникшая тупая боль в висках заставила его невольно сморщиться. Почему произнесённые Авией слова так сильно задели его? Словно тот разбередил старую, с трудом зажившую рану, о которой Фабиан и забыть-то давным-давно забыл. А, может быть, и не знал никогда. - …Пири? С тобой всё хорошо? – Фабиан не заметил, как его руки сами по себе потянулись к пульсирующим от боли вискам, пытаясь хоть каким-нибудь образом успокоить её. Впрочем, это даже каким-то чудом и правда помогло ему, потому что уже в следующее мгновение ему стало гораздо лучше. - Всё со мной хорошо, лучше и быть не может, - заметив недоверчивый взгляд Авии, Фабиан чуть приподнял вуаль и скривил в гримасе лицо. – Не нужно так надо мной трястись. Всё со мной хорошо, просто я самую малость задумался. Ну же, перестань на меня так смотреть! Честно, у меня и в мыслях не было падать посреди дороги без чувств. Так и быть дойду до твоего шатра, а там уж и можно будет… - заметив небольшую растерянность в глазах Авии, который явно не мог понять, шутил ли тот, Фабиан внезапно рассмеялся. Не сдержав порыва, он протянул руку и легонько щёлкнул того по носу, в тот же миг себя за это отругав. Подобное не следовало делать при посторонних, кто знал, что могли подумать о Третьем Лорде подчинённые. Фабиан принялся судорожно оглядываться по сторонам, чтобы определить масштабы бедствия, тут же от всей души принося тому свои извинения. – Не начинай, я и сам знаю, что это было лишнее. Беру на себя всю ответственность за это, и, если будет необходимо, я… - Его Святейшество, растерявшись, замолк на полуслове, заметив, что вокруг них не было ни единого человека. – Я… А куда, собственно, все делись… - Пока ты над чем-то так сильно задумался, прозвучал сигнал к ужину, - подняв руку, Авия немного задумчиво потёр свой нос, после чего перевёл взгляд с руки на Фабиана. – Но ты совершенно прав, такое лучше не делать в присутствии посторонних. Поторопимся, нам тоже пора садиться есть, - продолжая немного задумчиво тереть нос, Авия развернулся и пошёл дальше. Фабиан, понадеявшись, что он не переборщил с силой щелчка, последовал за ним, будучи всё же уверенным в том, что он не так уж и сильно щёлкнул его.       Признаться, Его Святейшество не так представлял их совместный ужин. Он уже мысленно собрался начать второй круг пристрастного расспроса о жизни остальных братьев, когда Третий Лорд кивком указал ему на обеденный стол, после чего сам сел за рабочий стол и принялся с крайне сосредоточенным видом разбирать очередные документы. Задумчиво взяв в руку серебряную вилку и отщипнув ею немного мяса, Фабиан положил кусочек в рот. Вкусно, но не то. Затем, подумав, он откусил ещё немного. Со стороны Третьего Лорда раздавался лишь тихий шелест бумаг да редкий скрип пера, когда тот где-то расписывался. Его Святейшество тяжело вздохнул, отложив вилку в сторону и посмотрев в сторону Авии. - Знаешь, а ведь я явно что-то недопонимаю. Почему я сижу в гордом одиночестве, издеваясь над ужином, пока ты работаешь? - встав из-за стола и подойдя ко столу Авии, поинтересовался у того Фабиан. – Может, я тебе снова помогу, а затем мы вместе поедим? - Нет, мне не нужна помощь. Отправляйся ужинать, тебе нужно восстанавливать силы после вчерашнего, - не отрывая взгляда от документов, категорично ответил ему Авия. Его Святейшество недовольно фыркнул, скрестив руки на груди. - Поужинать я мог бы и в своём шатре. Не вижу во всём этом смысла, не надо было меня звать, - недовольно произнёс он. - Ты ведь не удивишься, если я скажу, что такого варианта не было? Твой выбор был невелик: либо со мной, либо с Её Высочеством, Ноаком, генералами Витольдом и Довмонтом. Пожалуй, я извинюсь за то, что сделал этот выбор за тебя, но что-то мне подсказывает, что ты бы сделал тот же выбор, - очки, что Авия в какой-то момент успел надеть, немного скатились, и он, не поднимая головы, поправил их, ставя очередную подпись на документе. - … Ты даже не представляешь себе, как я сейчас хочу сказать тебе что-нибудь этакое, но ты ведь, негодяй, совершенно прав, - Фабиан вздохнул, махнув на того рукой. Что-что, а есть в присутствии генерала Витольда Его Святейшество не смог бы. Его голод не был достаточно силён, чтобы перебить собой крайне неприятное ощущения от осознания того, что генерал Витольд сидит буквально в шаге от него. – В этом ты прав, но я всё равно не понимаю, почему я не могу помочь тебе. Закончим, а потом вместе поедим. Если хочешь, перед Солнцем поклянусь, что не собираюсь разглашать никому секретную информацию… - К твоему сведению секретные документы не склонны дожидаться своей очереди, в хаотичном порядке валяясь на рабочем столе. Однако и обычные документы не стоит откладывать в долгий ящик, - после этих слов Авия всё-таки поднял на него взгляд. – Я присоединюсь к тебе немного позже, не жди меня. - Я всё понимаю, но, может, всё-таки… - не собирался так легко отступать Фабиан. – Вдвоём будет куда быстрее с этим всем… - Господин! – раздался внезапно громкий крик со стороны входа в шатёр, и в следующее мгновение на его пороге появился молодой высокий мужчина со светлыми волосами.       Фабиан замер, с удивлением глядя на вошедшего. Отчего-то мужчина показался ему необычайно знакомым, будто они когда-то прежде уже встречались. Но где? И когда? Его Святейшество не мог этого вспомнить, как бы внимательно ни вглядывался в его лицо. Если судить по цвету его волос, то мужчина был явно не из Индиры или, может, он, как и Фабиан, просто не был похож на коренного жителя Индиры. Возможно, в ней они когда-то и повстречались, однако Фабиан не мог вспомнить, когда и при каких обстоятельствах это произошло. Его Святейшество вновь посмотрел на его волосы. Он были даже не светлые, Фабиан назвал бы их скорее золотисто-рыжими. - Пири! – обратив всё своё внимание на ворвавшегося в шатёр мужчину, Фабиан попросту не заметил, как из-за его спины метнулась тень. В следующий миг Его Святейшество получил довольно увесистый удар по лицу.