Мы встретимся с тобой на рассвете

      Оставшись в чужих покоях в одиночестве, Фабиан, ощущая себя в незнакомом месте в некоторой степени неуютно, прислонился спиной к мягким взбитым подушкам и задумчиво посмотрел перед собой. Постепенно лекарства, которые ему дала Анабель, начали всё сильнее проявлять себя, и он ощутил, как охватившая всё его тело слабость начала уверенно отступать. Спустя довольно-таки непродолжительное время все тягостные посторонние ощущения исчезли полностью, и, подождав ещё немного, он решил предпринять первую и, к его собственному удивлению, вполне успешную попытку встать на ноги. Растерянно посмотрев на свои голые ступни, пальцы на которых невольно чуть поджались из-за холода пола, он еле слышно вздохнул, подбежав к шкафу и схватив с дверцы принесённую его друзьями одежду, после чего как можно скорее вернулся обратно в постель под мягкое тёплое одеяло. Всё-таки ходить в перепачканной собственной кровью одежде было не сказать, чтобы особо приятно и удобно.       Быстро переодевшись и укутавшись поглубже в одеяло, Фабиан с печальным вздохом мысленно отметил то, что в возникшей суматохе они все совсем позабыли о том, что было бы неплохо разжечь находившийся в комнате камин, в котором сам хозяин комнаты прежде, видимо, не ощущал особой необходимости. В покоях Ио было заметно холоднее, чем в его собственных, поэтому он, постепенно замерзая, был вынужден всё глубже и глубже кутаться в тёплое одеяло, хранившее запах тела своего предыдущего владельца, на что тот старался обращаться как можно меньше своего внимания. Тем более накануне выпитое вино окончательно выветрилось, оставив ему в наследство головную боль и бессонницу.       В который раз вздохнув, Его Святейшество вновь от нечего делать принялся бездумно разглядывать предоставленную ему комнату, всё же в глубине своей души надеясь отыскать в ней что-нибудь интересное. При дальнейшем осмотре комната Ио показалась ему куда меньше по размерам, чем его собственная. Подумав, он предположил, что причиной этого, скорее всего, являлось то, что личных вещей, которые тот хотел бы в ней расположить, у него было крайне мало, поэтому и помещение было таким небольшим.       При мысли об этом Фабиан со слабой улыбкой на лице вспомнил все те многочисленные мантии, которыми под завязку были забиты все его сундуки, да огромные стопки книг, под которыми он во время дороги имел не призрачный шанс быть погребённым. Последние вскоре после приезда в город были перемещены в его кабинет, придавая его холодному виду немного уюта. Правда, ощущение тепла и уюта было слегка подпорчено в довольно скорое время возникшим бардаком, причиной которого стали кое-как закинутые в шкафы поверх всех этих книг документы. В то же время комната Ио действительно выглядела так, будто её хозяин использовал её только для того, чтобы изредка приходить и спать в ней, да и то только тогда, когда большую часть документов в его кабинете всё-таки удавалось разгрести.       Стоило ему только подумать ему о хозяине комнаты, как входная дверь еле слышно приоткрылась, и в следующее мгновение из-за неё осторожно выглянула темноволосая голова Ио. Удостоверившись в том, что тот ещё не спал, он с некоторой долей неуверенности в движениях зашёл в комнату. Обрадовавшись его приходу, Фабиан с улыбкой на лице тут же отодвинулся в сторону, освобождая для того ещё немного места на и так довольно-таки просторной кровати. - Я проводил всех их из твоих покоев и предупредил излишнее волнение, так что и сам можешь больше не волноваться о них… И я взял на себя смелость придумать легенду, почему тебя не оказалось рядом. Ничего страшного? - объяснил тот, садясь на кровать рядом с ним. Фабиан тут же кивнул, улыбкой поблагодарив его за помощь. – Я ведь своим приходом случайно не разбудил тебя? - Нет, что ты. Конечно не разбудил. Мне как раз не спалось, так что это даже хорошо, что ты решил зайти, - покачав головой, ответил ему Фабиан, продолжая улыбаться тому.       После произнесённых им слов спальня погрузилась в немного тягостную тишину. Ио продолжил молча сидеть на кровати, задумчиво глядя куда-то перед собой, а Фабиан же, мысленно гадая, что же всё-таки творилось у того в голове в тот момент, то и дело бросал в его сторону короткие изучающие взгляды, прижав поближе к себе колени и опершись о них подбородком. В очередной раз, когда Его Святейшество предпринял попытку незаметно посмотреть на того, их взгляды неожиданно встретились. Пытаясь избежать увеличение неловкости в и без того неудобной ситуации, Фабиан заставил себя продолжить смотреть на того и даже слегка улыбнулся ему, ожидая, что тот всё же решит с ним заговорить. Однако Ио продолжил молча смотреть на него в ответ, заставляя Его Святейшество буквально кожей чувствовать, как постепенно нарастает странное напряжение между ними. Когда Фабиан уже собрался было разбавить повисшую между ними тишиной какой-нибудь совершенно не к месту сказанной глупостью, тот всё-таки заговорил первым. - Думаю, лучше всего будет отдать её тебе прямо сейчас, - произнёс Ио, после чего, не уводя от того взгляда, протянул ему что-то.       Гадая, о чём тот говорил, Фабиан с лёгкой растерянностью в светло-карих глазах посмотрел на него, после чего перевёл взгляд на его руки. В следующее мгновение его глаза широко распахнулись, в них отразилось искреннее удивление. Он никогда в жизни не смог бы угадать, что тот решил принести ему. Авия протягивал ему его драгоценную спутницу, которая многие годы сопровождала его в путешествиях и была свидетельница многих его поступков, окарину, при виде которой у Его Святейшество неожиданно что-то защемило в груди. С осторожностью взяв её в руки, он прижал её к своей груди и перевёл на того полный благодарности взгляд. Его глаза, казалось, сияли в то мгновение куда ярче всех тех немногих свечей, что своим тусклым сиянием с трудом освещали комнату. - Спасибо тебе, Ио… Ты берёг её для меня всё это время, да? – с величайшей осторожностью взяв её в свои руки, он практически мгновенно ощутил, как та понемногу в знак приветствия нагрелась в его руках. Она словно призывала его немедленно что-нибудь сыграть на ней в знак их долгожданного воссоединения. - В тот раз ты попросил меня позаботиться о ней… Я не мог не исполнить твою просьбу, - пока Ио говорил ему это, с тщательно скрываемой улыбкой наблюдая за ним, Фабиан крайне неловко выкарабкался из глубины одеял, тут же ощутив подобравшийся к нему холод, но не обратив на то никакого внимания, и удобно устроился поверх покрывал, уже собравшись поддаться влиянию окарины и вспомнить какую-нибудь незамысловатую мелодию, чтобы тут же наиграть её. Однако, стоило ему приблизить окарину к своему лицу, как он тут же остановился и перевёл печальный взгляд на Ио, тяжело при этом вздохнув. - Как жаль, что сейчас всё ещё ночь, - покачав головой, уже на порядок тише произнёс Фабиан. – Будь сейчас день, я бы сыграл что-нибудь в честь нашей с тобой встречи, а так своей игрой я могу без злого на то умысла помешать кому-то спать, - пояснил ему тот, опуская руки. Казалось, и окарина ощутила его поникшее настроение, тут же охладившись. - Это… Мой дом и здесь никто, кроме меня постоянно не проживает, так что можешь играть на окарине, когда захочется и столько, сколько тебе захочется, - весьма великодушно позволил ему Ио, всё же не выдержав и слабо при этом улыбнувшись. Взгляд его тёмно-синих глаз смягчился, он кивнул в сторону музыкального инструмента, подталкивая его к тому, чтобы тот сыграл что-нибудь. - Что? Совсем-совсем никто? – немного удивлённо переспросил у него Фабиан, покрепче обхватывая окарину и постепенно начиная говорить уже на порядок громче. – А слуги или горничные? Кто в таком случае убирает твой дом? - Они приходят, чтобы навести порядок, днём, пока я работаю во дворце, - тут же объяснил ему Ио, ещё раз подтверждая, что тому даётся полная свобода на то, чтобы в волю играть когда и сколько ему захочется.       Услышав его дозволение, Фабиан замер, опустив слегка растерянный взгляд обратно на окарину в своих руках, правда, думая при этом отнюдь не о музыке. В его мыслях творилось полнейшее безобразие, с которым он всё никак не мог совладать. Значит, прямо сейчас они находятся в доме, который принадлежал Ио и в котором в этот самый момент, прекрасной зимней ночью никого, кроме них двоих, не было? Совсем-совсем? Ни одного постороннего человека. Его Святейшество внезапно закрыл глаза и резко замотал головой, вызвав тем самым удивление у Ио, после чего, приблизив окарину к лицу, с еле скрываемым волнением в движениях принялся играть, отчаянно пытаясь тем самым отогнать от себя окружившие его со всех сторон мысли, показавшиеся ему весьма странными.       В покоях Ио неожиданно зазвучала тихая, немного неуверенная мелодия, темп которой то и дело скакал, то замедляясь, то наоборот заметно ускоряясь, из-за того, что Фабиан неустанно отвлекался на борьбу с мелькавшими в его голове странными мыслями. Однако постепенно мужчине удалось успокоить самого себя, а там уж вслед за ним и мелодия стала заметно более спокойной и плавной. Бросив мимолётный взгляд в сторону Ио, он заметил, как тот, прикрыв глаза и слегка наклонив голову к плечу, слабо улыбнулся, наслаждаясь музыкой, наполнившей собой всю комнату.       Стоило ему увидеть его заметно уставший вид, в сердце Его Святейшество поднялось сильное чувство вины. Это ведь в определённой степени из-за него того разбудили посреди ночи, заставив сломя голову бежать и спасать его от обезумевших от страсти монарших особ. Если бы Его Святейшество тогда остался в своих покоях, сейчас Ио мог бы спокойно спать в своей постели, вместо того, чтобы сиротливо пристроиться на самом краю кровати, продолжая сохранять между ними расстояние, при виде которого Фабиана одолевало немного неприятное, тягостное чувство.       Мелодия постепенно изменила своё настроение, став более плавной и медленной, будто даже обволакивающей, как большое тёплое одело или же мягкие успокаивающие объятия. Ио, который, вероятно, сразу понял его мотивы, приоткрыл глаза и с лёгким удивлением во взгляде посмотрел на него, после чего неуверенно лёг поперёк кровати на бок лицом к нему, вместо подушки воспользовавшись собственной рукой. Фабиан тут же невольно поджал поближе к себе ноги, освобождая для того ещё больше места. Тёмно-синие глаза мужчины на протяжении всей тягучей колыбельной смотрели прямо на него, ни на единое мгновение не сводя своего взгляда, пока тот наконец не закрыл их, погрузившись в сон.       Заметив, что тот уже погрузился в сон, Фабиан отнял окарину от рта и опустил её на колени, после чего перевёл неуверенный взгляд на спящего Ио. Ему, наверно, было холодно, да? Камин ведь они так и не зажгли. Побарахтавшись немного, Его Святейшество вытащил из-под себя одеяло и с величайшей осторожностью укрыл им заснувшего, еле слышно пожелав ему спокойной ночи. После этого он тихонько отполз обратно к мягким подушкам и прижал ноги покрепче к груди, задумчиво посмотрев на большую круглую луну, своим холодным сиянием освещавшую комнату. Казалось, тихое спокойное дыхание спавшего мужчины вместе с тусклым тёплым светом оставшейся к тому моменту времени в гордом одиночестве горящей в покоях генерала свечи успокаивающе действовали на него, вызывая лёгкую, незаметно подступившую к нему сонливость. Постепенно открывать глаза становилось для него всё тяжелее и тяжелее, и, в конце концов, он всё-таки сдался в плен сну, вспомнив слова Анабель о том, что ему необходимо как можно больше отдыхать.       Спал Фабиан, как ему показалось, совсем недолго. Причиной же его раннего пробуждения стало тёплое дыхание, лёгким пёрышком невесомо касавшееся его замёрзших коленей. С трудом заставив себя приоткрыть глаза, он спросонья поначалу и не понял, что за чёрное пятно закрывает ему весь обзор. Лишь немногим позже тот с удивлением понял, что перед ним находился затылок Ио, который спал, повернувшись лицом к его коленям, которые Фабиан во сне пытался подтянуть к себе, чтобы согреться. Сам же Его Святейшество за время сна успел незаметно сползти с подушек и переместиться на середину кровати, где в данный момент и находился, сонно взирая на чужую голову.       Быстро проснувшись от осознания того, что он очутился в крайне непростой двусмысленной ситуации, Фабиан, попытавшись себя хоть как-то успокоить, медленно глубоко вдохнул и выдохнул, тут же наблюдая, как из-за его дыхания затрепетали волосы на голове у мужчины. Боясь, что тот проснётся из-за этого, он тут же невольно закрыл рот рукой и с ожиданием в глазах замер. Ио, в свою очередь, сквозь сон пробормотал что-то невнятное, но так и не проснулся.       Его Святейшество, обрадовавшись тому, что сон мужчины оказался довольно-таки крепким, слегка приподнялся на локте, намереваясь выйти из сложившейся ситуации до того момента, как тот всё же проснётся. Отношения меж ними и без того сохраняли некоторую неловкость, он не хотел, чтобы всё стало ещё труднее. Поэтому, мысленно по привычке проговаривая молитвы Солнцу, он чуть отодвинулся от того, стараясь не разбудить своими движениями Ио, однако, к его удивлению, его небольшие действия вызвали внезапную волную недовольного бормотания, и тот заворочался, в следующее мгновение повернувшись к нему лицом. Фабиан сразу же замер в испуге, готовясь встретиться с его полным недовольства взглядом, однако тот всё так же продолжал крепко спать.       Всё ещё опасаясь того, что он своими действиями разбудит его, Фабиан был вынужден замереть на месте в этом положении, дожидаясь того, когда сон мужчины станет крепче. Дожидаясь же этого момента, он задумчиво посмотрел на мужчину перед собой. Ио выглядел немногим старше того, каким он запомнил его во время тех трагических событий. Всё те же черты лица и тёмные волосы, которые за время сна приобрели растрёпанный и оттого слегка забавный вид. Это тянулось за ним со времён его детства, спросонья Ио отчего-то всегда выглядел до смешного помятым, но в то же время очень тёплым и домашним. Фабиан слабо улыбнулся, приподняв руку и с осторожностью убрав упавшую на лоб Ио прядь волос, которая, касаясь его века, явно доставляла ему некоторое неудобство во время сна.       Нечаянно прикоснувшись к его лицу, он испуганно замер, на мгновение ощутив странное покалывание в кончиках пальцев. В глубине его души что-то взволнованно поднялось, но тут же склонило голову, крепко связанное путами наложенного на него ограничивающего заклятья. С лицом мужчины явно было что-то не так, однако до этого самого момента Фабиан не мог ощутить этого. Он слегка нахмурился, имея твёрдое намерение расспросить его об этом, когда тот наконец-то проснётся. И этого момента ему, к беде ли радости, пришлось ждать не слишком долго.       Не прошло и мгновения после принятия им этого твёрдого решения, как дверь в комнату Ио распахнулась, и внутрь широким уверенным шагом, убрав руки за спину и выпятив грудь колесом, вошёл сам Его Высокопревосходительство генерал Витольд. Фабиан, не теряя ни секунды времени, тут же отскочил в сторону, словно пойманный на поличном вор, и отвёл взволнованный взгляд в сторону, успокаивая сбившееся по причине столь резких движений дыхание. Конечно же, оно сбилось именно из-за этого, других вариантов не было, нет и быть не могло. Он ведь не мог засмущаться из-за такого невинного движения, правда ведь? Это точно произошло из-за того, что он слишком внезапно метнулся в сторону от него. Пока Его Святейшество вполне успешно уверял себя в этом, генерал остановился у постели и громко выразительно фыркнул, разбудив тем самым продолжавшего спать Ио. - А я ведь говорил! Вот же хитрый… - почти беззвучно произнёс Кара, глядя на того, чуть при этом прищурив в подозрении свои зелёные глаза, после чего перевёл взгляд на Фабиана, который с невероятным старанием делал вид, что провёл весь остаток предыдущей ночи, задумчиво рассматривая большую круглую луну за окном. На лице демона в мгновение ока расцвела хитрая улыбка, по одному его виду становилось предельно ясно, что тот что-то задумал. Продолжая держать руки за спиной, он, подпрыгивающим шагом, двинулся прямо к голосу Солнца, а, дойдя, раскинул руки и, пытаясь таким странным образом обнять, повалился на того сверху. - Кара, объясни мне, что ты делаешь? – устало поинтересовался у него Фабиан, глядя на крепко прижавшегося к его груди крайне довольного демона. Не взрослый мужчина, а молодой юноша с плавными чертами лица и большими ярко-зелёными глазами поднял на него свой счастливый взгляд, широко при этом улыбаясь, демонстрируя при этом все свои довольно острые зубы, и явно не собираясь его так легко отпускать. - Мне так завидно, - обиженным тоном протянуло великовозрастное дитя в его руках, отчего у Фабиана невольно дёрнулся уголок глаза, а брови чуть приподнялись, выражая его удивление и непонимание. – Я единственный, кто остался без твоих объятий. Только представь себе, я, хозяин всех этих земель, остался позади этого хитрого жука и даже того пушистого комка шерсти… Неужели ты так сильно злишься на меня? – на него был обращён столь наивный детский взгляд, что, не будь Фабиан хорошо с ним знаком, и не будь он свидетелем всех происходящих при его участии событий, то даже расчувствовался бы, тут же обняв его в ответ. Однако вместо этого Его Святейшество ощутил растерянность, искренне поражаясь степени его бессовестности. – Прошу, не злись на меня, ты же мой самый близкий, драгоценный друг, - сжав его в своих объятиях ещё крепче, произнёс наглый мальчишка, прижавшись щекой к его груди и вновь подняв на него печальный взгляд. – Всё, что я когда-либо делал, было только ради того, чтобы вновь встретиться с тобой… - Кара, ты… - приподнимаясь со своего места, с явно читающейся угрозой в голосе произнёс Ио. Взгляд тёмно-синих глаз вперился в худощавую фигуру маленького демонёнка, который, будто бы задрожав от охватившего его страха, а вовсе не от безудержного смеха, прижался к Фабиану ещё ближе. - Ио, не стоит… - на мгновение одарив того предупреждающим взглядом, перебил его Фабиан, после чего вновь посмотрел на демона, лицо которого стало ещё более детским и невинным, будто намеренно стараясь разжалобить его. Жаль, что в этот раз сделать это ему уже не удастся.       Глядя на того, Его Святейшество мягко улыбнулся мальчишке в ответ, чуть наклонив голову набок. Прядь слегка спутавшихся после ночных приключений волос соскользнула с его плеча. Почти догоревшая к тому времени свеча, пламя которой начало подрагивать по этой причине, отбросила тёплые отблески на его лицо и волосы, делая его вид ещё более мягким и добрым. Фабиан видел своё отражение в его зелёных глазах, чувствуя, что необходимый в данный момент эффект был им достигнут. – Кара, я ведь столько раз объяснял тебе, что к людям нужно относиться как к равным себе, - ткнув указательным пальцем в его лоб, мягким тоном заговорил Фабиан, постепенно увеличивая оказываемое пальцем давление. – Так почему же ты, вопреки всем моим многочисленным словам и предупреждениям, начал играть с человеческими жизнями, словно с игрушками, которые вовсе не жалко сломать? Я очень сильно разочарован в тебе, Кара… - глаза мальчишки в тот же миг покраснели, он шмыгнул носом и отвернулся от него, словно пытаясь скрыть от мужчины свои готовые вот-вот пролиться слёзы. Очередное представление одного-единственного актёра. Фабиан устало вздохнул, после чего устало покачал головой. – Только не надо разыгрывать передо мной этот спектакль, я уже множество раз видел его. Простил я тебя за твои деяния или нет, это совсем не важно, куда важнее то, что отныне ты обязан искупить свою вину перед теми, кто пострадал по твоей вине за все эти годы. Иди и не смей появляться перед моими глазами до того момента, пока не сделаешь этого, - на его лице было выражение строгости и твёрдости, его не разжалобила бы и целая река пролитых слёз, на что явно не рассчитывал собравшийся разреветься в голос Кара.       Не прошло и мгновения как краснота спала с его глаз, а на лице демона отразилось скучающее выражение. Тяжело вздохнув, он напоследок обнял Фабиана, уткнувшись лицом в его плечо, после чего встал с кровати и потряс головой. И вот перед ними вновь предстал уже давно немолодой мужчина с острыми чертами лица и неприятной улыбкой, на которого так сильно походил внешне «малыш До». Генерал Витольд слабо покачал головой, при этом неотрывно наблюдая за нахмурившимся голосом Солнца. - «В самое ближайшее время нам предстоят важные дела», - словно изображая кого-то, заговорил Кара, - «а этого глупого старого демона, который, между прочим, отчитывал каждый день, с нетерпением дожидаясь моего возвращения, надо чем-то как можно скорее занять, а то он опять начнёт вмешиваться в наши дела, своими отвратительными взбалмошными поступками мешая нам творить добро и справедливость в Индире», - Фабиан приподнял в удивлении брови, продолжая слушать его.       Неужели это его Кара пытался изобразить? Это поэтому он как-то странно улыбается и то и дело хватает себя за волосы? Постойте, разве он настолько странно улыбается? Быть такого не может! Между прочим, у него ушло много времени на то, чтобы подкорректировать свою «фирменную» улыбку голоса Солнца! Да и к ленте в волосах он не так уж и часто прикасается, лишь иногда, в моменты задумчивости или сильного волнения. Да и этот тон… Неужели Его Святейшество и правда звучит как пожилая преподавательница этикета, которую дворяне вынуждены приглашать для того, чтобы та хоть немного подправила отвратительные манеры их непутёвых дочерей? Нет, нет и ещё раз нет, такого просто не может быть!       Однако после длительного наблюдения за представлением, разыгранным Карой, в его мысли закрылись некоторые сомнения. Он и правда прожил достаточно много лет, чтобы заиметь привычки «пожилой преподавательницы этикета». Серьёзно задумавшись об этом, Фабиан слегка склонил голову набок и, приставив руку к подбородку, выражая собой вид величайшей задумчивости в попытке найти истину. Впрочем, его размышления внезапно прервал раздавшийся на всю комнату заливистый смех генерала Витольда, который с невероятно довольным видом положил на его светловолосую голову свою руку. - Что же, Ваше Святейшество, тогда позвольте этому никчёмному, погрязшему в своих отвратительных грехах человеку отправиться замаливать их перед лицами тех, кто пострадал от моих ужасных прегрешений, - не переставая при этом довольно улыбаться, Кара убрал руку за спину и склонился к нему, продолжая внимательно смотреть на того. – А когда моя совесть будет полностью очищена, и милостивое Солнце наконец-то отпустит мне все мои грехи, тогда я смею пригласить вас испить со мной чудесного индирского вина да поболтать о былых деньках. Без ползающих под ногами жуков, конечно, - бросив в сторону Ио короткий взгляд, произнёс тот. - Кара… - покачал головой Фабиан, отбросив праздные размышления и как можно скорее вернув себе строгий вид тот. – Я же множество раз просил тебя не говорить так о… - А наш всеми уважаемый основатель Индиры уже несчётное количество лет не зовёт меня «дядюшкой Карой», так что ничего не мешает мне начать заниматься не только замаливанием своих грехов, но и обличение сущности некоторый наглых хитрых… - с усмешкой на лице посмотрев в сторону еле сдерживающего себя Ио, демон вновь перевёл взгляд на Фабиана, из-за чего внезапно осёкся и поднял руки в знак поражения. – Ты попросил, я тут же исполнил, запомнил. Только не смотри на меня так, а то моё хрупкое сердце не выдержит и разобьётся на мелкие осколки. Лучше поскорее выздоравливай, иначе я буду вынужден вымаливать разрешение у старой госпожи, чтобы выпить с тобой, - оставив за собой последнее слово, тот вышел из комнаты, напоследок бросив в сторону Ио немного странный взгляд и усмехнувшись. - Как же с ним порой бывает сложно… - со вздохом произнёс Фабиан, проводив мужчину взглядом, после чего посмотрел в сторону Ио. На его лице появилась слабая неуверенная полуулыбка. – Как ты? Поспал хотя бы немного? Из-за меня вся предыдущая ночь прошла в крайней степени сумбурно, - с виноватым видом спросил он у того. - Всё хорошо, - мотнул тот головой, отворачиваясь от него и запуская руку во взлохмаченные после сна волосы. – Я прекрасно выспался, ведь ты сыграл для меня, так что не стоит… Не стоит так волноваться обо мне. Лучше сам скажи, выспался ли. Её Высочество говорила, что тебе нужно больше отдыхать, - с лёгким волнением в глазах повернулся он после этих слов к нему лицом. Фабиан улыбнулся ему в ответ. - Я выспался и, на удивление, весьма неплохо. А ведь даже и надеялся, что смогу так хорошо поспать в эту ночь, слишком уж много всего произошло, - на языке у него так и вертелись слова о том, что «возможно, это было из-за твоего присутствия рядом», однако он всё же успел вовремя отдёрнуть себя.       Немного подумав, он пришёл к выводу, что ему не стоило произносить эти слова вслух, уж больно странно они бы тогда прозвучали, да и, к тому же, они совершенно не несли в себе вложенного Фабианом смысла. После этого он собирался было сказать тому, что «рядом с ним он чувствует себя спокойно», но и эти слова в его голове отчего-то приобрели какой-то странный, совершенно неправильный подтекст. Его Святейшество еле слышно вздохнул, смирившись с тем, что его рот явно не сможет правильно выразить то, что испытывает его сердце, а уж что творилось в его мыслях... И всё-таки это встреченное вне своих покоев утро подействовало на него каким-то необъяснимым образом, побудив его искать «подтексты» и «смыслы» там, где их не было и быть не могло. - Можешь быть спокоен, подобное больше никогда не произойдёт, - с мрачной уверенностью в голосе произнёс Ио, твёрдо посмотрев на него. Он выглядел так, будто давал ему в тот момент торжественную клятву, которую Фабиан должен был принять.       По его слегка потемневшему твёрдому взгляду Его Святейшество смел предположить, что он не тратил времени зря и уже составил примерный план своих действий по отношению к одному весьма импульсивному правителю Абхи. Фабиан, которому прежде уже доводилось встречаться с этой «мрачной решительностью», мысленно посочувствовал Королю Абхи, жизнь которого в самое ближайшее время должна была стать ещё труднее, чем прежде. Впрочем, это из неоткуда появившееся сочувствие длилось не больше нескольких мгновений, довольно скоро сменившись на мысль, что тот сам во всём виноват, никто его на это не подстрекал. Разве Его Святейшество не предупреждал его о том, что за его действиями может последовать закономерное наказание? Предупреждал, причем далеко не один раз. Что же, теперь на него падёт вся сила справедливого возмездия Ио. Фабиан, не сдержавшись, еле слышно засмеялся, тут же попытавшись скрыть свой смех за кашлем. - И что тебя так развеселило? – тут же поинтересовался у него всё же заметивший за его внезапным приступом кашля небольшие проблески смеха мужчина. Фабиан, немного успокоившись, прочистил горло и мотнул головой. - Нет, ты только не подумай, ничего такого… В общем, не обращай на меня внимания. Лучше позволь мне отблагодарить тебя за твою помощь. Я и правда очень благодарен тебе за всё, что ты ради меня делаешь. Только, прошу, не забудь побеспокоиться и о себе самом. Ход мыслей Его Величества порой удивляет даже самых подготовленных к этому людей, кроме того он ещё и прекрасный лицедей, каких ещё поискать на этом белом свете надо, - искренне волнуясь за Ио, предупредил его Фабиан, слабо при этом нахмурившись. Он слишком хорошо знал Короля, навряд ли после одного небольшого удара у того в голове внезапно прояснилось, и светлые мысли всё-таки посетили его. – Поверь, с него не станется попытаться переврать всю ситуацию, чтобы меня ещё и зачинщиком какого-нибудь «тайного заговора» сделать, который тот героически пытался предотвратить. Поверь уж мне на слово, это-то он может. Он хоть с виду и таракан тараканом, но порой и его искривлённый разум способен выдавать нечто из ряда вон выходящее. Так что, прошу тебя, будь осторожнее. - Я обязательно возьму это к сведению, - кивнув, сказал тот, вставая с кровати. Он явно намеревался покинуть свои покои. Наблюдавший за его движениями Фабиан, решив, что он достаточно уже потеснил его, и сам передвинулся к краю кровати и вслед за ним встал на ноги, сразу же принявшись искать что-нибудь, что можно будет накинуть поверх, чтобы не замёрзнуть при выходе наружу, однако найти ему не позволил удивлённый взгляд мужчины, на который тот случайно натолкнулся. – Ты куда-то спешишь? Лучше, на всякий случай, вернись пока обратно в постель, необходимо дождаться прихода Её Высочества, - услышав его нетерпящий возражений тон, Фабиан немного растерялся.       Во-первых, Его Святейшество не мог припомнить такого случая, чтобы Ио именно с ним, не Пири, разговаривал прежде таким «не терпящим возражения» тоном. Этот мальчишка был практически воспитан им, поэтому тот всегда обращался к нему с уважением, а все требования к нему поступали в виде осторожных просьб, даже когда они пару раз чуть было не ссорились из-за Абхи. Во-вторых, Фабиану не терпелось как можно скорее покинуть его покои, заметив за собой, что чем дольше он там находился, тем больше двусмысленных ситуаций с ним происходило, а уж то, какой бардак творился в его мыслях... И если первое его не так уж сильно волновало, всё же тот долгое время занимал место генерала, поэтому это могло повлиять на его поведение, то вот второе вызывало всё больше и больше опасений. - Мне кажется, что я уже чувствую себя достаточно хорошо, чтобы на своих двоих дойти до своих собственных покоев, - сказанные им уверенным тоном слова тут натолкнулись на ещё более явно читающееся сомнение в глазах, чем прежде, после чего Ио повернулся к нему лицом, перекрыв собой выход из комнаты. Голос Солнца чуть приподнял в удивлении брови, дожидаясь от того объяснений. - Хорошо, на мгновение допустим, что твоё состояние и правда улучшилось, - по всему его виду было видно, что он не верит в это, но всё же в глубине своей души признаёт небольшую вероятность случившегося за ночь «небольшого чуда», - однако тебе даже в этом случае пока что не стоит возвращаться в храм. - Но почему? – скрестив руки на груди и слегка прищурившись, Фабиан тут же искренне возмутился, на его лице отразилось желание немедленно услышать от того вескую причину внезапно возникшего запрета голосу Солнца вернуться в свой собственный храм. - Расскажи мне, каким образом ты оказался в покоях Короля Абхи? – услышав заданный ему напрямую вопрос, Его Святейшество тут же потерял всякое возмущение и смутился, услышав его формулировку.       Слегка приоткрыв рот, Фабиан собирался уже было приняться терпеливо объяснять тому, что это произошло без его на то согласия и «оказался» тут не совсем подходило. Учитывая его состояние в тот момент, тут скорее уж подходило «притащили». Он даже смутно мог вспомнить массивные фигуры тех, кто, вероятнее всего, и отнёс его прямиком на красные шёлковые простыни Короля. И этот «кто-то» точно был одет в мантии послушников. Резко зацепившись за эту мысль, он поднял на Ио совершенно растерянный взгляд. В голове вновь всплыла та проклятая история про родинки и то недавнее «происшествие», когда Довмонт угрожал его помощнику. - Я случайно столкнулся в коридоре с тремя мужчинами… Насчёт одного не уверен, но двое явно не могли быть обыкновенными послушниками – больно фигуры у них широкоплечие, - пробормотал он, прикрыв глаза и попытавшись вспомнить ещё какие-нибудь детали, однако, к его беде, единственное, что он помнил, было удивление из-за их широких, совсем не подходящим послушникам плеч. Ио, казалось, и не требовал от него большего. Он лишь кивнул, видимо, подтвердив уже имеющиеся у него подозрения. - Я не собираюсь вмешиваться в отношения между тобой и твоими послушниками. Это лишь моё мнение, но твоя безграничная вера в них… Когда-нибудь она может довести тебя самого до беды, - Фабиан видел, как тот старательно подбирал слова, пытаясь предостеречь его, но при этом не надавить. Он видел это и позволил себе мысленно улыбнуться. Ио так волновался и заботился о нём. – Дай нам немного времени, чтобы как следует разобраться в этом деле. Мы с Резартом обязательно отыщем всех тех, кто находится под управлением Его Величества, и отгородим их от храма, таким образом резко ограничив возможности Короля для совершения подобных действий. С его стороны было крайне безрассудно действовать, думая, что ему за это ничего не будет, - и без того тёмно-синие глаза мужчины заметно потемнели, став практически чёрными.       Фабиан еле заметно кивнул, с трудом, но соглашаясь с его словами. В какой-нибудь определённый момент времени он мог, повстречавшись с кем-нибудь ещё в коридоре, оказаться в ещё более неприятной ситуации, когда бы к нему на помощь уже не успели бы прийти. За кивком последовал тихий тяжёлый вздох, голос Солнца отвёл взгляд в сторону. Его Святейшество всегда старался дать своим послушникам второй шанс, входя в их положение и прекрасно осознавая, что редко кто из них совершал проступки по своей воле, чаще всего их заставляли это сделать, угрожая их жизни или жизням их родных. Могло ли быть такое, что из-за своего всепрощения, он позволил предателям комфортно устроиться у него под боком? Нет, не «могло», а так и есть. Он ещё раз вздохнул, ощутив вину перед остальными за то, что им придётся разбираться с его проблемами. - Хорошо, раз ты так говоришь, то я пока что останусь в твоём доме, - неуверенно произнёс тот, замечая, как светлеет взгляд мужчины. Неужели это так его обрадовало? Впрочем, это согласие вовсе не было окончанием всей его фразы. - …Однако всё же занимать твою личную комнату я считаю не совсем правильным, - покачав головой, закончил говорить тот. - Но почему? – произнесённый с по-настоящему детской наивностью в голосе вопрос заставил Фабиан в удивлении замереть и внимательнее присмотреться к нему. Ему и правда нужно объяснять настолько простые вещи? Или этот вопрос был из тех, которые не требовали ответа? Голос Солнца чувствовал, что его молчание в данной ситуации может быть воспринято странно, поэтому он, прочистив горло, всё же решил ответить ему. - …Наверно, потому что эта комната уже занята тобой? Хотя бы по одной этой причине мне следует расположиться в гостевых покоях, - с трудом подбирая слова, объяснил тот, после чего чуть приподнял брови и посмотрел на Ио, ожидая его ответ. Эта ситуация была невероятно глупой, но он даже не представлял, как теперь выкарабкаться из неё. - Если ты волнуешься из-за того, что этим можешь стеснить меня, то не стоит, она вся твоя, - тут же, к его удивлению, принялся уверенно переубеждать его Ио.       Услышав его слова, Фабиан с удивлением посмотрел на него, в первое мгновение подумав о том, что воспитанного им мальчишку подменили. Однако практически сразу голос Солнца ушёл от этой мысли и вспомнил о том, что поведение людей во многом зависит от их окружения. Находясь в храме Солнца, Фабиан и сам не заметил, как зародилась его собственная вера в Солнце. Видимо, нечто похожее произошло и с Ио. Возможно, тот перенял слишком много черт от Кары. В ином случае он не представлял, почему тот с таким невинным видом убеждал его остаться в своей комнате, когда ничего не мешает Его Святейшеству расположиться в покоях по соседству. – Позволь мне всё объяснить, - возможно, мелькавшие в голове у Фабиана мысли были настолько чётко написаны у него на лбу, что Ио тут же поспешил внести ясность, в мгновение ока вновь приняв привычный сдержанный вид. - Большую часть времени я провожу во дворце, там же чаще всего и ночую. А гостевые покои… Сказать по правде, с самого начала я был против, чтобы для меня на территории дворца строили отдельное поместье, мне было достаточно и своего кабинета во дворце. Так что дом… Можно сказать, что он с момента своей постройки пустует, так ещё и из-за войны с Абхой мне не было никакого дела до его обустройства… Понимаешь, в гостевых покоях кроме стен ничего нет, - покачав головой, признался наконец тот. – Поэтому я и предлагаю тебе остаться здесь. Просто ни о чём не волнуйся и живи у меня до тех пор, пока всё не успокоится. Если же это будет необходимо, я отдам приказ перенести все документы из твоего кабинета сюда, - услышав о небольших уступках, на которые тот был готов пойти, Фабиан посмотрел на него с лёгким удивлением. Он как раз не знал, с какой стороны к нему подойти с этой просьбой. Болезнь болезнью, однако никто вместо него его обязанности выполнить не сможет, особенно, если количество его помощников резко уменьшится после проводимой Ио «чистки». - На самом деле, было бы крайне неплохо это сделать, - соглашаясь с его предложением, кивнул тот, видя, как в уголках губ того тут же притаилась довольная улыбка. Хитрый жук. – Только вот для начала… - он уже собирался было сообщить об очередной пропаже его помощника Арли, когда двери в покои Ио резко распахнулась.       Первой в дверном проёме показалась Анабель, сложившая руки перед собой и спокойным шагом вошедшая внутрь. Вслед за ней с её молчаливого согласия в покои проследовало несколько безмолвных слуг, которые несли на вытянутых руках подносы, которые были наполнены самого разного вида отварами и смесями, чей запах быстро наполнил собой комнату. Фабиан внимательно проследил за принесёнными мисками, предпринимая попытки представить, каким на вкус может оказаться их содержимое, поэтому не сразу заметил крадущегося к нему словно маленькая мышка помощника, который с видом величайшего покаяния предстал перед Его Святейшеством, сразу обратившись из мышки в провинившуюся собаку. - Простите меня, Ваше Святейшество, - стоило Фабиану встретиться взглядом с этими покрасневшими от непролитых слёз глазами, как ему сразу захотелось тяжело вздохнуть. Его помощник снова принял всё случившееся слишком близко к сердцу. Впрочем, ему ещё оставалось понять, за что именно извинялся перед ним Арли. – Вчера вы так старались, подготавливали меня к церемонии, а я так… Так сильно подвёл вас, - дрогнувшим голосом произнёс Арли, склонив непутёвую голову. Краем глаза Фабиан уловил строгий взгляд Анабель и виновато улыбнулся ей. В его взгляде ясно читалось, что «это не было чем-то сложным или, не дай Солнце, опасным, скорее самым обыкновенным развлечением», однако даже после этого строгость так и не покинула глаз женщины. – Когда Король обратился ко мне, я так перепугался, Ваше Святейшество. Я ведь должен был просто стоять и молчать, но тот стал напирать на меня с вопросами о вас, вот я и… Я рассказал ему о вашем самочувствии, - Фабиан, выслушав его, кивнул. Так вот по какой причине Арли не показывался ему на глаза последние полдня, он всё это время волновался из-за этого. Значит, о произошедшем прошлой ночью тот не знал, впрочем, так даже было лучше. - Арли, я вовсе не зол на тебя, так что подними уже свою голову, - со вздохом произнёс Фабиан.       Голос Солнца задумчиво посмотрел на своего помощника. Вероятно, ему следовало как можно скорее дать помощнику какое-нибудь задание, чтобы спокойно продолжить своё лечение. Арли же, которому было тяжело от одолевающих его мучительных сожалений, ощутил очередной наплыв мук совести из-за того, что его «признание» были вынуждены выслушивать ещё и Анабель с Ио, которые явно имели какое-то важное дело к Его Святейшеству и теперь были вынуждены выслушивать его неуверенные извинения. - Ничего страшного не произошло, Арли. Хоть я и не был свидетелем церемонии, однако я уверен, что у тебя получилось достойно исполнить свою роль. Первый раз всегда самый трудный, но дальше тебе обязательно будет легче. Ты молодец, Арли, - с лёгкой тёплой улыбкой на лице похвалил его Фабиан, подняв руку и хлопнув несколько раз мужчину по плечу в знак поощрения. В первое мгновение на лице помощника отразилось лёгкое смущение, отчего то покрылось красными пятнами, однако смущение довольно быстро сменилось сомнением и лёгким волнением. Дальше ему будет легче? К чему Его Святейшество сказал эти слова? - Ваше Святейшество… - дрожащим голосом пробормотал помощник, глаза которого вновь в мгновение ока покраснели. Фабиан, не готовый выслушивать очередную полную волнений тираду своего помощника, тут же перебил его, собираясь направить бьющуюся через край энергию помощника в более мирное русло. Идея задания для того как раз пришла к нему. - Арли, выслушай меня. У меня для тебя крайне ответственное и сложное задание, - скрестив руки на груди, Фабиан внимательно посмотрел на того, видя, как тот тут же внутренне собрался, готовясь выслушать его. – Её Святейшество Селина проявила инициативу в подготовке к свадебной церемонии. Не мог бы ты распределить скопившиеся в моём кабинете документы так, чтобы было… Наиболее честно? Конечно же, учитывая уже проделанную нами работу. Нашу часть документов потом принеси сюда, - кивнув, закончил говорить тот. На лице помощника отразилось лёгкое непонимание. - Сюда? – взгляд помощника растерянно скользнул по комнате, остановившись на фигуре голоса Солнца. – Но это… - «покои в поместье Его Высокопревосходительства, генерала Авии», мысленно закончил вместо него Его Святейшество. – Почему вы не… - «возвращаетесь в храм Солнца, где находится ваш личный кабинет». – Это ведь… - «может вызвать различного рода пересуды среди людей».       Последнее, пожалуй, было наиболее неприятным для голоса Солнца, однако Фабиан в какой-то степени уже даже привык, что вокруг его персоны то и дело возникают всевозможные странные слухи, чаще всего распускаемые людьми, которые страстно желали, чтобы тот как можно скорее обратил на них своё внимание. Подумав, он мотнул головой. Пусть болтают столько, сколько их душам угодно. В самом скором времени, возможно, даже сразу после свадебной церемонии, он передаст титул Арли и вплотную займётся исполнением своих обещаний, которые он дал самому себе. - Какие вопросы, Арли? – с мягкой улыбкой на лице поинтересовался у него Фабиан. – Мне кажется, что я всё вполне понятно тебе объяснил. До свадебной церемонии осталось совсем мало времени, каждый день у нас на счету, так что не тяни. Ступай в храм, я буду ожидать твоего возвращения вместе с документами, - кивнув в сторону двери, направил его прочь из комнаты тот. Арли, услышав его повелительный тон, тут же собрался с духом и скорым шагом покинул комнату, еле слышно повторяя себе под нос приказ Его Святейшества. - Садись, - как только в покоях остались только Фабиан, Ио и сама Анабель, произнесла женщина. Его Святейшество покорно прошёл к кровати и опустился на неё. Её Высочество сразу же взяла его руку и прикрыла глаза, замерев в таком положении на некоторое время. – Ты намереваешься в будущем передать ему свой титул? – негромким голосом задала она вопрос, который прежде читался в глазах его помощника. Фабиан уверенно кивнул, переведя взгляд с Анабель на Ио и обратно. С ними, пожалуй, своими планами ему нужно было поделиться в первую очередь. - На самом деле я никогда не стремился заполучить этот титул. Его получение является сущей… Случайностью? Предыдущий голос Солнца, скажу я вам по секрету, давно уже искал повод для того, чтобы отказаться от своего титула и жить себе спокойно, освободившись от всех правил и ограничений храма. Моя… «Необыкновенность»? Особенность? В общем, моя изредка проявляющаяся сила сделала меня в его глазах «благословлённым Солнцем», на которого со спокойным сердцем можно было взвалить всю тяжесть управления делами храма. Но вы же прекрасно знаете меня, из меня отвратительный управляющий, - искренне признавшись в этом, Фабиан покачал головой, после чего перевёл взгляд на дверь, за которой скрылся его помощник. – У Арли наоборот это качество развито на порядок лучше, чем у меня. Ему просто следует научиться правильно позиционировать себя во время разговора. Я верю в то, что у него всё обязательно получится, - с улыбкой закончил тот, пока Анабель продолжала неподвижно сидеть возле него. Отпустив его руку, она потянулась к одному из подносов и вручила ему совершенно безвкусный отвар. Как только он осушил кружку с ним, женщина вновь взяла его за руки и прикрыла глаза. - А… Что ты собираешься после этого делать? – с удивившей Фабиана неуверенностью в голосе спросил у него Ио. Его Святейшество перевёл на него взгляд, после чего широко улыбнулся, на короткое время громко рассмеявшись. Встретившись с серьёзным взглядом с Анабель, он, однако, тут же прокашлялся и замолк. - Останусь здесь, конечно же, - на порядок тише и спокойнее ответил он. – Я же уже говорил тебе. Мне нужно сделать столько всего, чтобы загладить свою вину перед всеми вами. Так что я тут ещё надолго останусь, а потом… Индира невероятно красивый город, моей ошибкой было пытаться отгораживать себя от него. Я хочу заново с ним познакомиться и построить хорошие доверительные отношения, - со слабой улыбкой на лице закончил он. На лице Ио также промелькнула тень улыбки, отразившаяся в его тёмно-синих глазах яркими тёплыми звёздами. - Ио, - внезапно с крайне серьёзным видом произнесла Анабель, подняв на Фабиана взгляд и заметно нахмурившись, - попрошу тебя выйти. Мне с Пири нужно очень серьёзно поговорить, - перевела она взгляд на Ио. Тот хотел было что-то возразить, но спустя мгновение лишь склонил голову и, кивнув Фабиану на прощание, скорым шагом покинул комнату. - Что-то произошло? – улыбка пропала с его лица. Что-то во взгляде женщины говорило ему, что её внезапная серьёзность возникла отнюдь не на пустом месте.