Глава 18. Часть 1
16 февраля 2022 г., 18:36
С самого утра на причале Цзинчэна было весьма оживленно: множество судов причаливало и отчаливало от берега, и беспрерывно загружались и выгружались грузы. Неожиданно всеобщее внимание привлёк звук гудка, и к пирсу неспешно пришвартовался довольно роскошный круизный лайнер. Судовая команда установила посадочную лестницу и позволила туристам сойти на берег.
Этот лайнер, именуемый «Принцессой», вернулся из Великобритании через Гонконг. На этом корабле находилась Чу Ран, только что закончившая учёбу за границей. Она спустилась на причал с чемоданом в руках в простой, но элегантной одежде. С тех пор как она покинула Цзинчэн прошло уже два года, но, казалось, здесь ничего не изменилось. На глазах Чу Ран навернулись слёзы, она резко остановилась и, взволнованно подняв голову, начала издалека рассматривать улицы и дома.
В этот момент пожилая женщина, по всей видимости, торговка металлоломом, подошла к ней, чтобы поднять консервную банку, валявшуюся возле ног Чу Ран, но неожиданно её кто-то ударил чемоданом.
Как оказалось, этот чемодан был далеко не из дешёвых и принадлежал молодой госпоже в солнцезащитных очках с ярко-красной помадой на губах. Она была одета в изысканный модный костюм, чулки, защищавшие от холодной погоды, и туфли на высоком каблуке.
Потеряв равновесие, старушка упала на землю. Консервная банка выпала из её рук и, разбрызгав вокруг капли воды, оставшиеся на дне, испачкала прекрасный костюм госпожи.
Казалось, молодая госпожа очень торопилась и заметила пожилую женщину только тогда, когда подняла свою кисть в кружевной перчатке, чтобы посмотреть время. Она коротко охнула и посмотрела вниз на грязный подол своей юбки, а затем перевела взгляд на пожилую женщину:
— Я была неосторожна. С Вами всё в порядке?
Старушка пугливо взглянула на пятна от воды на её юбке, покачала головой и попыталась подняться, но не сумела твёрдо встать на ноги. Тогда стоявшая рядом Чу Ран протянула руку и помогла ей подняться.
— Спасибо Вам, добрая госпожа, — поблагодарила её пожилая женщина.
Чу Ран подняла глаза на ту девушку и сказала:
— Госпожа, Вы только что ударили эту женщину, Вам следует хотя бы извиниться.
Молодая девушка бросила на неё взгляд, поставила чемодан, и, достав из сумочки несколько банкнот, протянула их старушке:
— Вот, в качестве моих извинений примите эти деньги и купите себе что-нибудь.
Старушка тут же бросилась вперёд, чтобы забрать банкноты:
— Спасибо Вам, госпожа, большое спасибо! — искренне поблагодарила она и, прихрамывая, пошла прочь в радостном настроении.
Девушки уставились на удаляющуюся спину пожилой женщины и молодая госпожа в солнцезащитных очках со вздохом произнесла:
— Иногда деньги ценнее извинений.
Чу Ран возмущённо и немного недовольно посмотрела на девушку, но та гордо подняла голову и ушла, громко цокая каблучками. Не успела она отойти, как какой-то мужчина, похожий на слугу, подбежал к ней и, взяв её багаж, проводил до машины. Глядя ей вслед, Чу Ран вздохнула, забрала свой чемодан и, покинув причал, села в повозку рикши:
— Шифу*, на улицу Хуайнань, пожалуйста.
(*шифу — в данном случае имеется в виду квалифицированный рабочий; также способ обращения к незнакомцу, обладающему определенным навыком, например, водителю такси или рикше)
***
Торжественное открытие международный компании «Дасин»* вызвало настоящий ажиотаж. По этому случаю была приглашена группа танцоров в костюмах львов, а по обе стороны двери главного входа были размещены две длинные ленты петард, свёрнутых в спираль.(*Дасин — заниматься чем-то с размахом; проводить что-то грандиозное. Примечание от анлейта: только такой парень, как Чжао Цзинмин мог выбрать столь помпезное название для своего магазина; -Р)
Бум! Бум! Сегодня это место было оживленным ульем, гудящим от гомона и восторга. Привлечённые этим зрелищем прохожие окружили здание, чтобы понаблюдать, как веселятся дети и играючи бегают за искрами от фейерверков. Вывеску международной компании «Дасин» украшала красная шёлковая ткань, прикреплённая к фасаду атласными бантами, концы которых, свисающие с обеих сторон, придерживали двое мужчин. Недалеко от входа стоял Чжао Цзинмин вместе со своим слугой Чжуном и ожидал приезда важных персон. — Молодой господин, почти наступило время «благоприятного часа», — тихонько напомнил слуга Чжун. — Подождём ещё немного, — посмотрев вдаль, произнёс Чжао Цзинмин, однако на его лице отразилась тревога, а ладони сжались от нервного напряжения. Один из приглашенных на церемонию гостей спросил рядом стоящего соседа: — Кого ждёт начальник Чжао? У кого хватает наглости заставлять его ждать? Неужели он дожидается директора Чжаня из министерства финансов? — Вряд ли, — ответил другой. — Директор Чжань всегда крайне любезен и доброжелателен, он никогда не опаздывает к назначенному времени. — В любом случае, кто бы ни пришёл, и какое бы высокое положение не занимал в правительстве, теперь он покойник, — заметил первый. — А то, что мы, обычные люди, вынуждены его ждать, начальнику Чжао плевать. На самом деле к этому времени Чжань Цзюньбай уже прибыл на место. Его машина припарковалась на другой стороне улицы, и он наблюдал за собравшейся толпой из окна своего автомобиля. Чжань Цзюньбай поднял запястье, чтобы проверить время, и с улыбкой покачал головой: — Конечно же только Цзян Юэлоу способен на такое. Если это кого-то не устраивает, то им не стоит ему потакать. Это всё равно что иметь дело с императором или Лао-цзы. Не будем такими, как он, пойдем. — Да, господин, — Цю Мин тотчас же вылез из машины, подбежал к передней пассажирской двери и открыл её для Чжань Цзюньбая. Сегодня на Чжань Цзюньбае были блестящие кожаные туфли и великолепный костюм, которые идеально подходили его красивому нежному лицу, и придавали более дружелюбный и респектабельный вид. Чжань Цзюньбай направился к двери международной компании «Дасин» на противоположной стороне улицы, и Цю Мин последовал за ним. Завидев директора Чжаня, наблюдательные гости незамедлительно встали со своих мест, чтобы поздороваться с ним. Чжань Цзюньбай улыбнулся и, кивнув им в ответ, сжал ладони вместе в приветственном жесте. Заметив Чжань Цзюньбая издалека, Чжао Цзинмин выдохнул с облегчением и бросился к нему навстречу, протягивая руку: — Я должен поблагодарить директора Чжаня за то, что почтили нас своим присутствием, и извиниться за то, что не вышел Вас встретить. Для меня большая честь видеть Вас здесь. Чжань Цзюньбай пожал ему руку и, улыбнувшись, произнёс: — Брат Чжао, прошу прощения, что так поздно. Чжао Цзинмин, словно приветствуя божество, объявил гостям о прибытии Чжань Цзюньбая. После краткого приветствия он подошёл к Чжань Цзюньбаю и начал тихонько объяснять: — Директор Чжань, благоприятное время было вычислено превосходным мастером, его нельзя откладывать. Изначально планировалось, что во время церемонии Вы с начальником Цзяном презентуете вывеску. Но сейчас… Чжань Цзюньбай усмехнулся и махнул рукой: — Не стоит его ждать. Наверное, его задержали дела. Мы сами её презентуем. Чжао Цзинмин вздохнул с облегчением, расслабленно улыбнулся и кивнул. Он махнул танцорам в костюмах львов, чтобы они остановились, и все замолчали. Танцоры разошлись в стороны, а люди сразу же собрались у входа. Чжао Цзинмин вышел в центр, откашлялся и поприветствовал всех, подняв сцепленные руки: — Уважаемые друзья и коллеги, сегодня международная компании «Дасин» открывает свой второй филиал. Спасибо, что пришли к нам в это замечательный день…***
Цзян Юэлоу совершенно не чувствовал неловкости за своё отсутствие на открытии нового филиала. В это время он всё ещё находился в своем кабинете и сосредоточенно просматривал документы, лежащие на столе. Ёрзающий на стуле Сунь Юнрэнь хотел что-то сказать, но остановился. Видя, что Цзян Юэлоу никуда не торопится, он постоянно косился на настенные часы. Не обращая внимания на встревоженного Сунь Юнрэня, Цзян Юэлоу перевернул ещё одну страницу и продолжил внимательно изучать досье. Но в итоге, Сунь Юнрэнь не смог удержаться и решил напомнить: — Босс, пожалуйста, посмотрите на время, мы опаздываем. Цзян Юэлоу пропустил это мимо ушей и поманил его к себе: — Подойди сюда и взгляни на протоколы об изъятии за прошлый месяц… — Босс! Начальник Чжао — заместитель начальника таможенного управления, — попытался убедить его Сунь Юнрэнь. — Если Вы проявите неуважение, боюсь… Цзян Юэлоу отложил документ, который держал в руке и натянуто улыбнулся: — Ну, и чего же ты боишься? — Вы лучше меня знаете, — с горечью ответил Сунь Юнрэнь. — Сегодня там будет много людей. Не только сотрудники таможни, но и представители промышленности, финансовые чиновники и члены торговой палаты… Цзян Юэлоу бросил на него равнодушный взгляд: — Думаешь, мне стоит пойти и постелить дорожку для их вонючих ног? Сунь Юнрэнь отвернулся и, опустив голову, угрюмо пробормотал: — Мужчине нужно быть готовым идти на компромисс, думаю, Вы всё же должны пойти. Он поднял руки, приготовившись к тому, что Цзян Юэлоу побьет его папкой. Но Цзян Юэлоу отбросил папку в сторону, потянулся и встал: — Ладно, я схожу. — Правда? — удивился Сунь Юнрэнь. В дверь постучали, и на пороге появилась Сун Рун: — Босс, машина ждёт Вас у входа. — Поехали, — бросил Цзян Юэлоу и вышел из кабинета. Сунь Юнрэнь в оцепенении проводил взглядом этих двоих, а затем, опомнившись, поспешил вслед за ними. Он догнал Сун Руна и шёпотом спросил: — Что это с боссом? Он сейчас серьёзно? Он и правда собрался там петь дифирамбы? Сун Рун коротко на него глянул и твёрдо махнул головой: — Это не в духе нашего начальника. Сунь Юнрэнь замер на месте, потирая свою лысую макушку и глупо моргая, но увидев, что Сун Рун вместе с Цзян Юэлоу уже сели в машину, тут же поторопился: — У меня… у меня… Почему у меня плохое предчувствие? В ответ на это на губах Цзян Юэлоу заиграла лёгкая ухмылка, придавая его лицу немного дикое выражение.***
Речь Чжао Цзинмина подходила к концу: — …От имени начальника таможенного управления я гарантирую, что всё, что будет продаваться в этом магазине, это подлинные товары, привезённые из Юго-Восточной Азии, Японии и Европы, по разумной цене. Пожалуйста, поддержите нас, и я сделаю всем скидку! Толпа моментально взорвалась восторженными аплодисментами. Выждав немного, Чжао Цзинмин поднял руку, призывая всех к тишине: — Для меня большая честь, что начальник финансового управления Чжань Цзюньбай почтил своим присутствием церемонию открытия нашего филиала. А сейчас я приглашаю директора Чжаня презентовать вывеску магазина… Чжань Цзюньбай вышел вперёд, улыбнулся и помахал толпе, а затем подошёл к свисающей с вывески красной ленте. Вместе с Чжао Цзинмином они забрали концы ленты у стоявших с обеих сторон вывески мужчин и одновременно потянули вниз. Атласные банты, привязанные к табличке из сосны, ослабли и шёлковая ткань упала на землю, открыв надпись на вывеске: «Международная компания Дасин». Громкий треск от взрывов петард разнёсся по всей улице, и дети, которые пришли посмотреть на представление, возликовав, начали бегать вокруг, создавая оживленную обстановку. Чжао Цзинмин пришёл в восторг и уже собирался попросить Чжань Цзюньбая произнести вступительную речь, как вдруг заметил машину Цзян Юэлоу, припарковавшуюся напротив филиала. Цзян Юэлоу, облаченный в полицейскую форму, вышел из машины, и толпа разошлась в стороны, пропуская его вперёд, чтобы он смог присоединиться к другим официальным лицам на сцене. Мимо Чжао Цзинмина не ускользнуло то, как на лице Чжань Цзюньбая сразу же застыло выражение восхищения и радости, и одновременно непонимания причины появления Цзян Юэлоу. Цзян Юэлоу с улыбкой подошёл к Чжао Цзинмину и без всякого смущения произнёс: — Начальник Чжао, поздравляю с открытием магазина. Я был занят на службе, поэтому опоздал и не подготовил подарок. Начальник Чжао не станет же винить меня за это? Чжао Цзинмин почувствовал облегчение. Он знал, что Цзян Юэлоу не хотел приходить, поэтому предположил, что тот наконец явился из-за страха обидеть людей. Нацепив на лицо лицемерную улыбку, Чжао Цзинмин с подколкой сказал: — Ну, что тут можно сказать? То, что начальник Цзян уже согласился прийти, ценнее любого подарка. Но сегодня так ветрено. Я уверен, что начальник Цзян неспециально опоздал, и, конечно же, все собравшиеся могут подождать, но мне кажется неуместным позволять директору Чжаню дожидаться Вас на ветру. Цзян Юэлоу улыбнулся и повернулся к Чжань Цзюньбаю: — Чжань-сюн, кажется, я обидел тебя. Тогда сегодня вечером я приглашаю тебя выпить за мой счёт. Чжань Цзюньбай очень обрадовался и непринуждённо хлопнул его по плечу: — Ты давно уже мне обещал, так что на этот раз тебе не удастся сбежать, прикрывшись делами или чем-то ещё. Увидев, что его провокация не удалась, Чжао Цзинмин замолчал и повернулся к Чжань Цзюньбаю: — Директор Чжань, раз все в сборе, давайте объявим об открытии… Чжань Цзюньбай уже собирался согласиться, но Цзян Юэлоу внезапно его прервал: — Начальник Чжао, у меня есть несколько добрых пожеланий, которые я тоже хотел бы озвучить. Чжао Цзинмин растерянно посмотрел на Чжань Цзюньбая: — Боюсь, у нас нет на это времени… В глубине души Чжао Цзинмин ненавидел Цзян Юэлоу, но не мог этого явно показывать. Однако он никак не ожидал, что Чжань Цзюньбай с улыбкой произнесёт: — Ничего страшного. Поскольку Юэлоу такой учтивый, не стоит отвергать его благие намерения. И Чжао Цзинмину ничего не оставалось, кроме как попросить Цзян Юэлоу выйти вперёд. Цзян Юэлоу с важным видом бесцеремонно вышел на середину сцены и, улыбнувшись, окинул толпу снисходительным взглядом, привлекая внимание всех зевак. В этот момент молодая госпожа, которая только что приехала с причала, с трудом протиснулась сквозь толпу, прежде чем её заметил Чжао Цзинмин. — Моцин! — выпалил он. Эта девушка была его младшей сестрой Чжао Моцин. Крикнув в ответ «Брат», Чжао Моцин уже собиралась подойти ближе, но Чжао Цзинмин жестом велел сестре пока оставаться на месте и вернулся к Цзян Юэлоу, который собирался выступить с речью. Поставив чемодан на землю и равнодушно оглядевшись по сторонам, Чжао Моцин наконец обратила внимание на Цзян Юэлоу. Он тотчас же завладел её вниманием и заставил остолбенеть. Восходящее солнце освещало профиль этого человека, подчёркивая властные и яркие черты лица, что отличало его от других мужчин, которых она встречала раньше. — Сегодня прекрасный день для открытия филиала компании «Дасин», и я хотел бы сказать несколько слов! — Цзян Юэлоу внимательно оглядел толпу, прежде чем его взгляд остановился на прохожем в одежде рабочего из первого ряда. — Вот этот господин, вы рабочий? Прохожий, не ожидав, что Цзян Юэлоу обратится к нему, взволнованно кивнул: — Да, господин, я работаю на текстильной фабрике Дахуа. — О, текстильная фабрика Дахуа. Я слышал, что в последнее время дела там идут из рук вон плохо? — Да, у нас слишком много нереализованной продукции. В прошлом месяце директор уволил четыреста работников, — возмущённо сказал рабочий. Цзян Юэлоу понимающе кивнул. Чжао Цзинмин понятия не имел, что задумал Цзян Юэлоу, поэтому начал немного волноваться, в то время как Чжань Цзюньбай внимательно и с большим интересом следил за происходящим. Цзян Юэлоу ещё раз пробежался по толпе пристальным взглядом и на этот раз остановился на Чжао Моцин: — Госпожа, у вас довольно красивая юбка. Чжао Моцин была немного удивлена внезапному комплименту, но проведя несколько лет за границей, стала более дерзкой, поэтому нисколько не смутилась и широко улыбнулась: — Спасибо. Цзян Юэлоу перевёл взгляд на рабочего, с которым до этого разговаривал и спросил: — Сколько стоит такой отрез ткани для пошива юбок на вашей текстильной фабрике? Рабочий внимательно оглядел Чжао Моцин с ног до головы и сказал: — Если с наценкой, то не больше пяти юаней. — Пожалуй, этого не хватит даже на то, чтобы купить хотя бы одну пуговицу на одежде этой барышни, — рассмеялся Цзян Юэлоу. — Я прав? Госпожа? Недовольно посмотрев на рабочего, Чжао Моцин повернулась к Цзян Юэлоу и выражение её лица тут же смягчилось. И хотя Чжао Моцин была озадачена тем, что он сказал, она всё равно улыбнулась и кивнула: — Эта юбка импортная. Не знаю, насколько она лучше здешней одежды, но качество отличное, и цена, естественно, выше. Высказывание Чжао Моцин вызвало недовольство окружающих, и множество людей из толпы посмотрело на неё искоса. Чувствуя какой-то подвох, Чжао Цзинмин бросил на Чжань Цзюньбая непонимающий взгляд и тихо спросил: — Что имеет в виду начальник Цзян? Мне это не нравится. Чжань Цзюньбай был по-прежнему невозмутим, он покачал головой и спокойно ответил: — Я не понимаю к чему он ведёт, давайте просто подождем и увидим. Тем временем Цзян Юэлоу продолжал: — Эта молодая госпожа права. Причина, по которой эта юбка намного дороже тех, что выпускаются на Вашей текстильной фабрике, заключается в том, что эта ткань из Японии, где используются станки для печати на ткани, которых у нас пока нет. Цзян Юэлоу повернулся и указала на магазин компании «Дасин»: — А эта компания, за моей спиной, имеет возможность закупить много высококачественных товаров из других стран. Все те хорошие вещи, которые мы не можем найти здесь. Подумав, что это была реклама и похвала, Чжао Цзинмин пришёл в неописуемый восторг и невольно улыбнулся. Но только он вздохнул с облегчением, как внезапная мысль промелькнула его голове. Выражение его лица тут же изменилось и он мысленно закричал: «Дело плохо». — За что заплатите, то и получите. Если у вас есть деньги, вы можете купить зарубежные удобные изделия, которые придадут вам респектабельный вид. Но в то же время большой запас местных товаров, которые никто не покупает, может привести к тому, что ваши друзья, родственники или даже вы сами потеряете работу. Как только прозвучали эти слова, собравшаяся внизу толпа пришла в смятение: все зашумели и начали перешёптываться. В этот момент лицо Чжао Цзинмина перекосило от злости и теперь он едва ли мог улыбаться. Даже Чжао Моцин, которая впервые видела Цзян Юэлоу, была слегка удивлена, но быстро взяла себя в руки и подошла к сцене, взглянув на него с досадой. Но вскоре Цзян Юэлоу снова заговорил: — Я сказал это не для того, чтобы призвать вас отказаться от зарубежных товаров. А наоборот, советую, чтобы в зависимости от ваших потребностей вы оценивали свои возможности. Проблему нельзя решить, только отказавшись покупать зарубежные товары. Мы должны добраться до её корня, а именно до технологий и техники, которых нам сейчас не хватает и которые мы должны создавать здесь, если хотим решить этот вопрос. Вы согласны со мной? Его слова заставили людей задуматься и погрузиться в глубокие размышления. Чжао Цзинмин больше не мог этого выносить и, воспользовавшись моментом, поспешно вышел на сцену. Поскольку Чжань Цзюньбай с большим восхищением смотрел на Цзян Юэлоу, он не осмелился просить его произнести речь и незамедлительно сам объявил об открытии магазина. Но к сожалению, у людей сразу же поубавилось желания заниматься покупками и, войдя в магазин, они уже не были так воодушевлены.
Примечания:
Что-то в этой главе слишком много поклонников на одного Цзян Юэлоу (Чу Ран приехала, Чжао Моцин уже глаз положить успела, да даже Чжань Цзюньбай уж больно радостно на него реагирует), и ни одного доктора, аж сама не рада))
