Когда солнце было Богом

      Мир словно замер – вокруг не было движения. Тишина стояла в коридорах и комнатах, от чего дворец, даже с его размерами, казался пустым. Балкон в тронном зале был открыт для света, шторы аккуратно собрали слуги. Солнечные лучи стрелами пронзали как все помещение, так и спинку престола. Императрица сидела, гордо и величественно, свет позади добавлял в ее образ мистический властный ореол.       Правая нога подрагивала в нервозности. Время шло, но ничего не менялось. Цезарь на мгновение решила, что это какая-то дурная шутка ее сестры, но вошедшие гвардейцы, вставшие на страже у дверей, снова напрягли ее нервы.       Алекс пришла чуть погодя и поднялась по ступеням ближе, встав справа от престола. Она молчала, устремляя взгляд на двери. Теперь и левая рука цезаря забарабанила по подлокотнику. Кара ожидала увидеть все что угодно, она уже мысленно готовилась вынести самый жесткий приговор, но когда в тронный зал вошли гвардейцы, ведущие под руки Лену, на ее лице перемешались эмоции негодования, злости и… боли.       Это не правда. Это не может быть правдой.       Из-за спины одного из солдат выглянула ее служанка Ева, которая упав на колени перед ступенями трона, залепетала взахлеб. – Смилуйся, великодушная госпожа, я бы рассказала и раньше, но боялась. Эта коварная женщина замыслила ваше убийство! Она грозилась сварить меня в кипящем масле, если кто-либо узнает! – Это ложь! Кара прошу, ты знаешь, что я не сделала бы подобного.       Лена вырывалась из державших ее крепких рук, но гвардейцы в ярости дернули ее на пол. – Тебя бы стоило казнить уже за подобное непочтительное обращение к цезарю, – язвительно процедил один из них, – И насадить голову на пику на всеобщее обозрение. – Верно говорят, что яд – оружие слабой женщины, – тут же подхватил второй. – Молчать! – Кара взметнулась с престола. Ее руки были сжаты с такой силой, что тряслись от ярости. Она смотрела на солдат холодным взглядом. Голубизна ее глаз покрылась коркой льда. Казалось, внутренний гнев сейчас был визуален и осязаем. Все в зале заметно напряглись.       Но затем она осела обратно на свое место и закрыла лицо рукой. Кара молчала, не понимая, почему ее разорванное в клочья сердце, все еще продолжало биться о грудную клетку.       Она молчала достаточно долго, но никто не смел даже вздохнуть. Гвардейцы у двери искоса поглядывали на происходящее. Императрица взмахнула рукой и голосом тихим и полным боли и разочарования произнесла. – Отпустите ее. – Мой цезарь!       Возмущению Алекс не было предела, но Кара жестом заставила ее воздержаться от гневной тирады. – Я не договорила. Я даю тебе сотню гвардейцев, доставьте Лену в поместье ее семьи. Оставьте стражу. Отныне она под домашним арестом, пока я во всем не разберусь. Это приказ.       Гвардейцы переглянулись, но не смели перечить. На их лицах едва заметно промелькнула злость. Но они сию же минуту отпустили женщину. Лена едва сдерживала эмоции. – Ваше величество, я клянусь, что не причинила бы вам вреда.       Кара взглянула на нее, опустошенная и раненная. Она верила своей возлюбленной, не смотря, ни на что она верила, но так боялась ошибиться.       Сколь много подобной грязи было в прошлом. Дворец и знать жили интригами, и заговоры против неугодных, в том числе и императорской семьи, были для них своеобразной рутиной. Было правилом всего смертного мира. И сейчас репутация Люторов грозилась запятнать даже это великолепное, невинное существо перед ней.       Цезарь тяжело вздохнула. «В империи у стен есть уши. Сенат обязательно воспользуется этим».       Приказ был отдан и подлежал немедленной подготовке к исполнению, императорский дворец зашумел как потревоженный улей. Цезарь возвращалась в свои покои с затуманенным сознанием. Ноги сами принесли ее сюда, прямиком к постели, на которую она рухнула.

***

      Позже в той же комнате, Алекс вышагивала взад и вперед, взвинченная до невозможности. Она пыхтела как загнанная лошадь. – Я предупреждала тебя. Ее семья... – Алекс, прошу тебя!       Темноволосая женщина приблизилась к ней и заглянула в голубые глаза. От нее вдруг повеяло холодом. – Ты слишком доверчивая, Кара. Тебе следует быть аккуратнее, ведь человек рядом с тобой может оказаться монстром.       Затем развернулась и покинула помещение, унося с собой прохладу и оставляя императрицу в полумраке наедине с тяжелыми мыслями.