Между нами

      Крис еле сдержал себя в руках, когда Камилл ответила на этот дьявольский звонок. У него было непреодолимое желание вырвать телефон из её рук — что он, собственно, и сделал. Ещё никогда Кристофер Роберт Эванс не был так зол на кого-то, кого знал лично. В данном случае эта ярость была направлена на «малыша Баки» и его умение звонить в самый неподходящий момент.       Сейчас, сидя за рулём дорогой машины в не менее дорогом костюме, он сжимал руль с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Он припарковался недалеко от дома Камилл, ожидая, когда она спустится, как они и договорились в тот злосчастный вечер, чтобы вместе поехать на «Met Gala».       По сути, можно было взять водителя, как он обычно и делал. Правда, такие мероприятия Крис посещал редко. Но если бы он поехал с водителем, собственные мысли сожрали бы его заживо, как все эти три долбанных дня. Отвлечься на дорогу казалось наилучшим вариантом.       Крис часто задавался вопросом: почему мужчины влюбляются раньше женщин? От этого столько проблем. И почему в свои сорок он всё ещё не перестаёт верить в лучшее? «Блядство», — выругался Крис, прикрывая глаза в пустоте машины, где едва слышно играло радио. — «Пусть меня это всё отпустит. Как же я хочу вдохнуть полной грудью и подумать головой, где не будет этой несносной блондинки».       Глубоко вздохнув, он повернулся к подъезду Камилл и, открыв глаза, увидел её в прекрасном платье цвета лаванды.       Водопад белоснежных волос мягкими волнами ниспадал на её хрупкие плечи. На правом был милый шрам в форме дуги после падения с дерева в детстве. Но человек со стороны вряд ли бы его заметил: шрам умело скрывался под тканью шифона, который нежным слоем обнимал плечи Камилл, переходя в мягкий шёлк от груди до косточек на больших пальцах.       Он видел, как она спускалась по лестнице, ещё находясь в подъезде, в туфлях цвета первого снега, которые идеально завершали её образ.       На мгновение он обомлел. У них всякое бывало. Этот год был насыщенным. Но ещё никогда он не видел её такой утончённой, элегантной и… красивой. Нет, она всегда была для него красоткой. Но сейчас он видел другую красоту.       Придя в себя, Крис тут же вышел из машины, чтобы встретить Камилл. Он подал руку, а она вложила в неё свою ухоженную ладонь. Проводив её до машины и открыв пассажирскую дверь, он обогнул автомобиль и сел за руль, по пути созвонившись с командой, которая уже ждала его в Метрополитен-музее.       Последний раз он был на этом мероприятии с Кристиной Риччи в далёком 2007-м, когда темой бала был Поль Пуаре. Как давно это было — целых четырнадцать лет.       И вот теперь Крис снова в списке приглашённых. Этот выход должен стать для него особенным. Ведь теперь он сопровождал женщину, к которой испытывал нечто большее, чем просто похоть, что была между ними несколько месяцев назад. До того, как они начали смотреть вместе фильмы и сериалы, часами говорить обо всём и ни о чём. Ездить отдыхать в места, которые он ещё никому не показывал.       Но не был бы Крис Эванс хорошим актёром, если бы не сумел сыграть холодность и безразличие. Особенно когда дело касалось женщины, которая ему небезразлична. «Она ещё влюбится в меня», — усмехнулся он про себя, управляя машиной. А там кто знает, чем это обернётся.

***

      Когда Себастьян позвонил Камилл в тот момент, когда она сидела на другом мужчине и собиралась продолжить «любовь» без прикрас, она была чертовски удивлена и раздосадована. С одной стороны, её это заводило, с другой — было очень неудобно перед Крисом.       Ведь если говорить о чувствах и страсти, то к Себастьяну у неё были именно чувства, как ей казалось. А к Крису — чисто сексуальное желание, и на этом всё.       Только физика.       Сила трения, которая не могла перерасти в химическую реакцию. Чего не скажешь про Себастьяна Стэна. Ей нравилось в нём всё: длинные волосы, сильное тело, улыбка, имя, глаза. Даже первое впечатление, пусть оно и бывает обманчивым. Даже если он в итоге окажется мудаком, он ей очень нравился.       Хотя рано было говорить о чём-то большем. За свои двадцать восемь лет она это прекрасно усвоила ещё в России. С кем-то удалось пожить вместе, но всё так или иначе заканчивалось неудачно. Скандалы, иногда слёзы, уход по-английски. Какими-то мужчинами она пользовалась, кого-то любила. Но любовь — слово громкое, и все это знают.       Сложно судить о любви в современном мире.       Поэтому Камилл просто жила и кайфовала от жизни, пока не переехала в Штаты, где встретила всех этих известных людей благодаря своему трудолюбию. Теперь что-то пошло не так, и это её смущало.

***

— Ты грустишь, — заметил Крис, глядя в зеркало заднего вида, когда они остановились на светофоре. — Нет, ничего подобного. Просто задумалась, — улыбнулась Камилл, вынырнув из своих мыслей. — Размышляю о своём уместном присутствии на предстоящем мероприятии. Я ведь не медийная личность, а предприниматель. До сих пор странно, что меня пригласили.       Камилл не переставала удивляться этому факту. Обычно приглашения рассылают за несколько месяцев до события, и она как-то обмолвилась об этом Крису на одной из встреч, но сухо и мимолётно. Да и вообще не считала нужным идти — она не светская львица. Да, в своё время появилась на обложке журнала и заключила контракт с модным домом, но всё это было ради бизнеса.       Взаимовыгодный бартер.       Но весной, ещё до встречи с Себастьяном, Камилл получила письмо с билетом на одного. У организаторов строгие правила. Учитывая, что это в первую очередь благотворительный вечер, она списала всё на то, что у неё есть деньги на пожертвования. За три года в США она заработала достаточно для жизни в Нью-Йорке и вложений. — А я помню тебя на обложке какого-то журнала. Кажется, на тебе было платье от Валентино, — между делом заметил Крис, поворачивая на Пятую авеню, где уже виднелась красная дорожка, ведущая к музею. — Возможно, ты кого-то вдохновила. — Точно, это был Esquire! То, что меня выбрали — фантастика, — обрадовалась Камилл. — На мне тогда был костюм, точнее, несколько видов деловой одежды, и всё от Валентино. — Вот видишь, какая ты удачливая девочка, Камс, — широко улыбнулся Крис. — И очень талантливая. Если мне не изменяет память, за всю историю журнала, а это мужское издание, на обложке было не так уж много женщин. — Да, мне потом пришло письмо, что я кого-то вдохновила на новую коллекцию. — Мы приехали, — сказал Крис, выключая зажигание. — Ты готова? — заинтересованно спросил он, оборачиваясь к Камилл.       Сейчас она казалась ему не такой уверенной и дерзкой, как обычно. Больше походила на маленькую девочку, которая делает что-то впервые и боится, что всё пойдёт не так. Крис отчётливо видел, как она скованно сидит, сжав руки на коленях. Её глаза были слегка прикрыты, а кончики волос подрагивали от дыхания. — Нет, не готова. Но всё равно придётся идти, — улыбнулась она, заглядывая ему в глаза.       На парковке у Метрополитен-музея, глядя на скопившуюся толпу, Камилл испугалась. Там будет столько вспышек и незнакомых людей. Одно дело — знать кого-то из новостей, и совсем другое — знать лично. И на этом вечере у неё был только Крис Эванс. На нём всё начиналось и на нём же заканчивалось.       Камилл до сих пор думала, что это какая-то ошибка. Нонсенс.       Собравшись с духом и глубоко вздохнув, она приготовилась сделать шаг навстречу другой версии своей жизни. Ведь теперь, появившись с Эвансом на ковровой дорожке и попав под вспышки фотокамер, она получит новый статус в обществе. — Хорошо, пошли, — твёрдо произнесла Камилл, в очередной раз взглянув на мужчину в изумительном костюме цвета тёмной фуксии.       Выходя из машины на дорожку, ведущую ко входу в музей, где её уже ждал Крис с протянутой рукой, Камилл проклинала себя за то, что думала не о нём, а о Себастьяне Стэне и его чертовом звонке три дня назад.

Три дня назад

— Мне тут птичка с белокурым оперением наворковала пару слов о тебе и предстоящем мероприятии в Метрополитен-музее, — тихим басом произнёс Себастьян в трубку. — Я поняла, о ком ты. Да, совершенно верно, я иду, — подтвердила Камилл, чувствуя, как её прожигает взгляд серых глаз напротив. — Просто я подумал, может, ты согласишься… — не успела дослушать Камилл, как её айфон резко вырвали из рук. — Ну, здравствуй, «малыш Баки», — не стесняясь, поздоровался Крис с коллегой. — Вау, Крис, какими судьбами? — Себастьян был рад его слышать, хоть они и не были друзьями. — Ох, долгая история. Хотел бы обрадовать, но вынужден расстроить: она идёт со мной, — с наслаждением произнёс Крис последние слова.       Камилл не стала ждать развязки и пыталась выхватить телефон из рук наглеца, но тщетно. Он был силён и упрям. Её попытки защекотать его до смерти провалились. Крис умело пресекал её движения. Он продолжал говорить, а Камилл злилась всё сильнее — ведь звонили ей, а не ему. В ход пошла тяжёлая артиллерия: она сжала его член через ткань спортивных штанов. В ответ слышала лишь: «Ох, ну хватит» и «Хотя, нет, продолжай».       Камилл сдалась и собралась уходить без телефона. — Ты кое-что забыла, дорогуша, — остановила её его фраза. — Нет, это ты кое-что забыл, дорогой! — завелась Камилл. — Какого хрена, Эванс?! Я не твоя собственность, не твоя девушка, у нас даже отношений нет! А ты ведёшь себя так, словно можешь позволять себе такое! — Да, могу! — крикнул Крис. — С человеком, который нужен просто для секса, не смотрят кино, не ходят гулять, не ездят на отдых! — Мы были друзьями с привилегиями! — парировала Камилл, стоя у двери. — Я считала тебя другом в первую очередь! — Ты знаешь, чем заканчивается такая дружба, — Крис пристально посмотрел на неё и протянул телефон. — Я уже не маленький мальчик, чтобы играть в эти игры, Камс. Я устал. — Что ты хочешь сказать? — Камилл направилась на кухню в поисках выпивки. — Ты знаешь, что я имею в виду, — Крис подошёл к шкафчику и достал бутылку белого вина, оставшуюся с его прошлого визита. — Ты не добилась бы всего, что у тебя есть, если бы была глупой женщиной.       Камилл сидела на барном стуле и молча ждала бокал. Она не знала, что сказать. Не хотела терять Криса, но и предложить отношения не могла.       Или могла?       Ох, когда-нибудь дружба с привилегиями с Эвансом вылетела бы ей боком. Похоже, этот момент настал.       Если три недели назад, когда Крис только пригласил её, им удалось более-менее уладить вопрос, то сейчас, после её согласия пойти с ним на «Met Gala», их недоотношения заиграли новыми красками. Как же она боялась дать ему ложную надежду. А тут ещё Блейк со своим «Я в команде Криса» и «Он хороший мужчина».       Камилл сходила с ума от дилеммы, в которой оказалась. — Я больше не хочу просто секса с тобой, Камс, — изрёк Крис, разливая вино. — Хорошо, я это как-то переживу, — улыбнулась она, поджав губы. — Я знал, что ты так ответишь.       Крис достал сигареты, пепельницу и закурил, что делал редко. Ситуация начала его забавлять. — Ох, чего же ты хочешь от меня, Крис? — простонала Камилл, прислонившись к стене. — Я хочу, чтобы ты была моей, — выпустил он дым, приятно обжигающий горло. — Хочу познакомить тебя с семьёй, с родителями. Я просто хочу тебя, Камилл. Всю. — Я… — Камилл не знала, что сказать. В таких ситуациях у неё всегда был ступор. — Ты не уверена, что хочешь того же, я знаю, я всё это слышал, — Крис залпом опрокинул бокал. — Я устал и больше не хочу играть в твои игры. Я играл свою роль, пока был заинтересован, но больше не хочу. — В твоём возрасте, Крис, только и лелеять надежду на любовь… Я в шоке, — Камилл посмотрела на него с укором. — Что ты предлагаешь? — Ну, просить тебя не насмехаться над моими чувствами для начала будет бесполезно, да? — ответил вопросом на вопрос Крис, смерив её холодным взглядом.       В этот раз он выигрывал в их словесной дуэли. — Ладно, ты прав, извини. Просто всё идёт не так, как мне хотелось бы… — Камилл допила вино и захотела исчезнуть из этого лофта, полного воспоминаний. — Сходим на бал, какое-то время послушаем слухи о наших «отношениях», а после делай, что хочешь, — докурив, Крис потушил окурок в пепельнице, которую привёз из Марокко. — Я больше не буду искать тебя ни глазами, ни мыслями, ни даже своим членом.       Он встал и пошёл в ванную, раздеваясь по пути. Камилл осталась сидеть, наблюдая за мини-стриптизом и обдумывая услышанное. Спустя время она выкрикнула: — Я могу зайти к тебе? — Нет, — услышала громкий отказ из ванной.       Но она всё равно встала, прихватив бутылку вина, и направилась туда, как когда-то он — в её ванную в ожидании, когда она вернётся со свидания со Стэном, о котором он тогда и не подозревал.       Крис стоял к ней спиной в прозрачной душевой кабине на фоне красных стен, сверкая мощным телом. По спине стекали струйки воды с пеной. Камилл стояла и смотрела, делая медленные глотки из горлышка.       Когда Крис повернулся и увидел её, он лишь склонил голову набок, ничуть не удивлённый, и продолжил намыливаться, будто был один. Он обязан был сыграть эту партию по своим правилам — где Камилла Кали, русская предпринимательница с итальянскими корнями, в конечном счёте влюбится в него. Даже если понимал, что насильно мил не будешь. Эта надежда в его душе, она все портила.

***

      Камилл и Крис уже вовсю блистали на красной дорожке — своим присутствием, белоснежными улыбками и нарядами, отвечающими теме бала. Сердце Камилл ёкало от страха и волнения. Ладони вспотели, и ей пришлось взяться за руку Криса, согнутую в локте.       Яркие вспышки сверкали со всех сторон, фотографы выкрикивали имя её спутника. Именно поэтому она и не рвалась сюда. Сейчас, в центре внимания, она меркла на фоне актёра, в свое время взорвавшего мир кино в роли Капитана Америки.       Они шли, периодически останавливаясь для совместных фото. Камилл казалось, что эта дорожка бесконечна. Но грех было отрицать, что смотрелись они эффектно и благородно. Костюм цвета тёмной фуксии идеально сочетался с платьем цвета лаванды. Словно они были созданы друг для друга.       Словно Крис не мог существовать без Камилл, и наоборот. — Поцелуй девушку! — крикнул кто-то из фотографов.       Камилл смутилась, но не подала виду. Её сердце бешено колотилось, и ей было плевать на крики за оградой. — Надеюсь, ты готова? — тихо спросил Крис, наклоняясь к её уху.       Не успев понять смысл, Камилл почувствовала, как он развернул её к себе и нежно поцеловал, обняв за талию и положив ладонь на её шею. Для неё это было чертовски неожиданно и приятно. Сейчас она чувствовала себя не женщиной двадцати восьми лет, представляющей бизнес в сфере красоты, а девочкой, ликующей внутри. Потому что её выбрали. Это она целовалась с любимчиком Америки на глазах у всех.       Тёплый влажный язык Криса проникал в её рот, встречаясь с её языком. Ещё никогда он не целовал её так нежно. Страстно — да, жадно — да, но не нежно. Камилл таяла в его объятиях, чего с ним прежде не испытывала.       Как он мог быть таким нежным после того, как она дала понять, что между ними ничего, кроме секса, не будет?       Поцелуй длился всего минуту, но Камилл хотела, чтобы он длился вечно. Она прижималась к нему, обнимая его сильный торс так крепко, ибо не хотела отпускать.       Вспышки фотокамер пытались проникнуть под закрытые веки, но им было плевать. Крис притягивал её ближе, медленно опуская ладонь на её упругие ягодицы, пока вокруг кричали и фотографировали. Ему чертовски нравилось её целовать, но нельзя было выходить из образа. И уж тем более сверкать стояком на публике. Как же хотелось разорвать подол этого платья… Но нужно было держать себя в руках. Эта женщина всегда сходила с ума от секса с ним, он это знал. Пусть пока «поголодает». Если всё пойдёт по плану, в итоге она будет его.       Прикусив её нижнюю губу в завершение, он оторвался и прошептал на выдохе: — Представление окончено, любимая. — Но оно было эффектным, — раздался приятный мужской голос сзади. — Себастьян, — опомнилась Камилл, приходя в себя после нахлынувших ощущений. — Здравствуй, Камилла. Приятно видеть тебя снова, — улыбнулся он. — Позволишь? — спросил Себастьян, протягивая руку.       Она посмотрела на Криста в недоумении, взывая о помощи, но увидела лишь безразличие в его улыбке. Ей ничего не оставалось, как принять предложение Себастьяна.       Порог Метрополитен-музея она переступила в компании двух сексуально-обворожительных мужчин.