Между нами

      Наступил сентябрь. Нью-Йорк медленно, но верно укутывался в осень: местами дороги в переулках и дворах становились мокрыми от дождей и появлялись лужи, город не терял атмосферы уходящего лета, а воздух пропитался той особой прохладой, которая так напоминает о необходимости купить новый уютный свитер. Камилл обожала это время года — уже не жарко, но еще и не холодно, идеальный период, чтобы носить свои самые стильные пальто.       С тех пор, как Крис пригласил ее на Met Gala, прошло несколько недель. И ровно столько же они не виделись. Все, что у нее было за это время — милые, но редкие переписки с Себастьяном, который был занят на съемках. И Камилл сама не понимала, почему это ее так радует. Себастьян стал для нее каким-то спасательным кругом, сам того не ведая. А от этой мысли на Камилл накатывала легкая тоска. Она никогда не любила играть чувствами.       Да, тот ночной разговор с Крисом после бенефита в душе состоялся. Он вышел каким-то скомканным, немного болезненным и до неприятного честным. И теперь Камилл пребывала в полной прострации, не понимая, как она умудрилась вляпаться в эту классическую хуйню… Чувствовала себя предательницей, хотя перед кем и за что — было совершенно неясно. Никаких обязательств-то и не было.       С одной стороны — симпатичный, свободный мистер Стэн. С другой — ее великолепный друг и любовник, мистер Эванс. Они не ругались, не ссорились. Просто у них внезапно начался «перерыв».       Камилл устала от всего этого. Единственное, чего ей хотелось — абстрагироваться. Устроить себе киномарафон, съездить за город. Хотя бы просто вылезти из кровати и продолжить зарабатывать на жизнь. И учитывая её статус, она могла себе позволить несколько лет безработной жизни. Но просто не хотела ставить свой бизнес на «стоп».       К счастью, у нее была Карина — двоюродная сестра из Питера и совладелица бизнеса. Узнав о творческом и личном кризисе Камилл, та мигом согласилась взять на себя бумажную работу. Благо, с финансами она была на «ты», да и без работы сидела уже несколько месяцев. Так что Камилл смогла переключиться на маникюр и педикюр — творчество всегда помогало ей прийти в себя.       Выкроив пару свободных часов, она отправилась на обед с Блейк, чтобы наконец выговориться. — Ну, наконец-то мы встретились! — Блейк, сияя улыбкой, встретила ее у столика в их любимом кафе. — Ты вся в каких-то облаках. Рассказывай, что там с твоими красавцами? Райан, кстати, недавно видел Криса. — Он не «мой Крис», — тут же отрезала Камилл, с силой захлопывая меню. — Все как-то запутанно, Блейк. Он позвал меня на Met Gala. — Так это же чудесно! — подруга всплеснула руками. — Он замечательный мужчина, и я совсем тебя не понимаю. Куда подевалась та девушка, что грезила о большой любви? — Я… Мне нравилась сама идея любви, понимаешь? — Камилл грустно ухмыльнулась. — Как в «белом воротничке» — я была влюблена в саму концепцию, а не ждала ее в реальности.       Она сделала глоток ванильного рафа, отодвигая тарелку с салатом. Аппетита не было. — Ты же понимаешь, что все это время ты была влюблена в образ Стэна, да? — пронзительно посмотрела на нее Блейк. — Ты про то, что я не знаю его как личность? — уточнила Камилл. — Да, понимаю. — И ты не можешь быть уверена, что он тебе действительно нравится. Вы были всего на одном свидании, Ками! — Просто… Все так сложно. Крис, к которому я привыкла. И Себастьян, возникший из ниоткуда. — Знаешь что, — Блейк полезла в сумочку. — Старый добрый способ — монетка. Я, конечно, за Криса — он веселый, умный, добрый. Но решать тебе. Это твоя жизнь. — Ох, Блейки, ты знаешь их лучше! Скажи хоть что-нибудь! — Они оба хорошие парни. Но если сравнивать… Крис — это как яркое, веселое солнце. А Себастьян — как спокойная, глубокая ночь. Решай, что тебе нужнее.       С этими словами Блейк протянула ей блестящую монетку в один цент.       Глубоко вздохнув, Камилл подбросила ее, загадав: «Да» — Крис, «Нет» — Себастьян. В душе что-то екнуло, когда она вспомнила, какой была раньше. И очень надеялась, что выпадет «да».

***

      До одного из главных событий года оставалось всего три дня. Крис уже решил: если эта несносная русская блондинка не примет его предложение, он пойдет один. Черт возьми, этот Стэн! Как же он бесил его. Как же он был зол, что «малыш Баки» нарисовался на его пути.       Крис так долго отрицал тот факт, что он начал чувствовать к Камилл что-то большее, чем просто секусуальное влечение. Рандеву, которое должно было стать единичным случаем, растянулось на год. Целых двенадцать месяцев он играл роль мужчины, который хочет только разовые, ничего не значащие, свидания и больше не нуждается ни в каких продолжениях. Это была его самая сложная роль. «Ебать, мне почти 40 лет, что я делаю, блять?», — начал разговаривать Крис с собой. — «Я уже давно вышел из того возраста, когда гармоны брали вверх над разумом. Мне уже давно не 15 лет. Я уже в том возрасте, когда могу говорить, что «я в том возрасте». И в этом возрасте есть только я и эта квартира. Ахуеть, ну и тафталогия, дружище».       От злости Крис сжал пустую банку из-под пива и швырнул в мусорку. «Надо заканчивать с этим. Хватит быть дураком», — проворчал он в пустоту своей квартиры.       Крису было не привыкать быть одному, далеко не все женщины выдерживали его долгое отсутствие из-за съемок и разъездов по странам. Он не был готов к тому, чтобы отказаться от работы, ради которой так много работал и старался, из-за женщины. Даже сам признался как-то на одном из интервью, что все его романы заканчиваются неудачами. Это было уже привычной закономерностью, которая не могла не огорчать. Пора уже давно перестать лелеять надежды на что-то большее, но он все равно не терял веру в свой счастливый конец. «Да, Эванс», — начал он разговаривать сам с собой, снова, как истинный алкоголик, ну или заложник ситуации. — «С каких пор ты себя так жалеешь и строишь из себя жертву? Аж противно».       Сделав глубокий вдох и плавный выдох, он собрался духом и хотел позвонить своему агенту, чтобы уточнить пару деталей насчёт «Met Gala». Внезапно в дверь позвонили, что немного удивило Криса: он никого не ждал, да и был не совсем в лучшем виде, к тому же выпил. «Кого черт принес в такой паршивый вечер?» — пробурчал Крис, направляясь к входной двери.       Открыв ее, он опешил. На пороге стояла эта самая несносная блондинка — в черном пальто, на каблуках, как в самых пафосных голливудских мелодрама.       Крис ещё долго смотрел на этот образ и её длинные стройные ноги, татуировку на щиколотке — ветка сакуры, сбрасывающая часть лепестков, словно по ветру. Она была вроде миниатюрная, а в то же время покрывала значительную часть гладкой кожи, эта часть её тела ему нравилась даже больше, чем грудь или попа. Его воображение, конечно же, рисовало под этим пальто одно белье, но… — Я знаю, о чем ты подумал, но оставь свои фантазии при себе. Я могу войти? — ее губы тронула едва заметная улыбка, да и она начинала чувствовать себя неловко от такого долгого ожидания на пороге. — Конечно, — Крис пропустил Камилл в свой холостяцкий лофт.       Она прошла внутрь, цокая каблуками, пока он пожирал ее взглядом. Двадцать дней без нее. Двадцать долгих дней. — Итак, мисс, с каким визитом вы почтили мое скромное жилище? — с напустной холодностью спросил он.       Если бы перед ней был кто-то другой, она бы повела себя совсем иначе, но почему-то с Крисом она не могла себе этого позволить. Камилл понимала, что обидела его в тот день, и, пока что, она еще не до конца растеряла свою человечность на пути по карьерной лестнице. — Я насчет твоего предложения. Если оно, конечно, еще в силе, — голос Камилл дрогнул.       Крис снова оглядел Камилл с ног до головы. Пояс на её пальто слегка ослаб, и сильная мужская рука потянулась к этим двум лоскутам, что свисали с женской талии в ожидании того момента, когда их полностью развяжут. — Если хотел меня раздеть, мог бы просто попросить, а не это вот все, — начала возмущаться Камилл, плавно сняв с себя пальто и бросив его на диван, где сидел Крис. Она не была уверена, что между ними ничего не произойдет, сядь она рядом. — В большинстве случаев, дорогая, мужчины любят раздевать женщин самостоятельно, — сжав губы в тонкую линию и не долго думая, а может вообще не думая (пива в его организме было достаточно), Крис потянулся в сторону Камилл, взяв её за руку и потянув на себя. Камилл плавно упала в его объятия, совсем не сопротивляясь. — И да, моё предложение в силе. Ты пришла вовремя, я уже был готов тебя бросить. — Какая жалость, — с огоньком в глазах и грустью в голосе ответила Камилл, прижимаясь своей грудью к лицу мужчины.       Его ладонь скользнула по ее бедрам, обтянутым красной тканью платья. И это мини задиралось до её живота каждый раз, когда та двигала ногами, плотнее обжимая бедра мужчины. — Я скучал, — тихо сказал Крис на ухо Камилл, ещё крепче прижимая её к себе, будто боялся, что она исчезнет. — Я знаю, — так же едва слышно ответила Камилл, целуя его в губы, которые изрядно обросли бородой. — И у меня есть крутое платье цвета лаванды, Блейк помогла мне с выбором. И все для того, чтобы пройтись в нем рядом с тобой. — М-м-м, — что-то непонятное промычал Крис в шею Камилл, нежно её облизывая своим влажным языком. — Я с радостью сниму твоё платье после этого торжества. — Только не порви его, как ты всегда это делаешь в порывах страсти, — Камилл уже запустила свою руку в спортивки Криса, где в боевой готовности её ждал горячий и твёрдый пенис.       Она собиралась опуститься на колени, чтобы сделать очередной крышесносный минет в жизни Криса Эванса. И опять поступиться своими принципами — ведь она не была до конца уверена, что хочет провести свою жизнь с этим человеком, как вдруг...       Раздался звонок телефона. Из кармана ее пальто. — Не отвечай, пожалуйста, — умоляюще прошептал Крис.       Но она уже доставала телефон. На экране — знакомый номер. — Алло, кто это? — спросила она, глядя в глаза Крису.       Выбор был сделан. В пользу ее эгоизма. — Привет... — послышался голос Себастьяна. — Камилл, ты свободна? Я в городе.