За нас всë решили

      Он бежал прочь, бежал так быстро, как только мог. Обжигающие слёзы текли по щекам, застилая глаза пеленой. Ему было тяжело дышать. Кислород в лёгких заканчивался. Казалось, ещё немного, и мальчик задохнётся в собственном отчаянии.       Он подвернул ногу и упал. Лицо больно ударилось о землю, но мальчик не спешил подниматься. Слёзы теперь стекали по его щекам на землю, так что через пару минут его щека уже была в грязи.       Мальчик глядел куда-то в сторону, на деревья. Он не знал, что ему делать. Хотелось остаться лежать здесь в лесу на холодной земле, лишь бы не возвращаться домой и снова видеть все эти опечаленные лица. От этих мыслей плакать захотелось ещё больше.

***

      Танджиро уже исполнилось 13 лет. Его жизнь продолжала течь в неизменном ключе, где он не мог покидать родное поместье, брат и сестра постоянно были на уроках, а основным занятием оставалось чтение. Благо отец на день рождения подарил ему много новых книг.       Пожалуй, единственное, что изменилось в его жизни, так это то, что он пока не мог посещать мать. Отец сказал, что она вновь заболела и её лучше вовсе не беспокоить.       Танджиро очень расстроился и долго уговаривал отца, чтобы ему позволили увидеться с ней, но старший Камадо был непреклонен. Он уверял сына, что эта болезнь не продлится долго и скоро мама поправится. Ничего не поделаешь, Танджиро оставалось только ждать, когда мама выздоровеет. Но он всё же решил кое-что предпринять.       Та служанка, которая всегда приносила Киё еду довольно неплохо общалась и с самим Танджиро. Девушка всегда встречала юного господина с улыбкой, интересовалась его делами и иногда могла разделить с ним беседу. Поэтому когда мальчик попросил передать маме письмо по секрету, она согласилась.       Так началась эта тайная переписка. Танджиро вечером отправлял матери письмо, где писал обо всём, что случилось за день, а на следующее утро та же служанка приносила ему ответ.       Судя по достаточно бодрым письмам матери о её здоровье и настроении, мальчик действительно решил, что она скоро выздоровеет. Он даже не выдержал и рассказал об этом Незуко и Такео. Они были очень рады и просили брата, чтобы тот рассказывал им обо всём, что писала мама.       Но со временем Танджиро начал беспокоиться о матери. Письма от неё становились всё короче, а смысл некоторых строчек он иногда не мог понять. Это выглядело так, словно Киё постоянно отвлекалась от написания, а потом начинала переписку с совершенно другой темы.       Вся переписка длилась чуть больше месяца, а затем Киё и вовсе перестала писать письма. Служанка коротко передавала мальчику ответ матери, а на вопросы лишь пожимала плечами.       Танджиро чувствовал, что что-то не так. Он хотел узнать правду. Но стоило ему спросить о матери у слуг, те спешили скрыться. Даже та служанка со временем перестала приходить к нему с посланиями. Отец старался перевести тему или ответить неоднозначно. А Незуко и Такео и сами были в неведении. Так прошли ещё две недели.

***

      Танджиро не мог в это поверить. В его наивном детском уме никак не могло уложиться то, что сейчас происходило. Весь мир как-то внезапно умер, и остались лишь боль и отчаяние. Что же случилось? Множество вопросов терзало его душу.       Почему в доме с утра такая гробовая тишина ? Почему Незуко прибежала к нему сейчас вся в слезах и застыла, не в силах сказать хоть слово? Отчего Такео тут же стоит рядом с ними и дрожит, едва сдерживая слёзы? Почему в груди у него такая тревога?       - Незуко? Такео? - мальчик взволнованно глядел на обоих. - Что случилось? - голос его дрожал.       - М-мы.. - Такео с трудом начал говорить. - Н-но... - тут же он прикусил губу, и по его щеке потекла слеза.       Всё стало ясно, когда в комнату вошёл отец. Стоило Танджиро увидеть его лицо, и самые ужасные предположения стали приходить к нему в голову. Глаза мужчины были влажными от слёз, взгляд его был хмур, руки спрятаны за спиной. Он поднял глаза на растерянного мальчика, который весь трясся, боясь услышать страшные слова.       - Мама..? - тихо, с хрипом едва произнёс Танджиро.       Танджуро стиснул зубы, опуская руки. Его брови задрожали, стараясь не выдать всех его эмоций. Хрипло вздохнув, мужчина вновь посмотрел на сына. Он не хотел произносить те слова, но Танджиро всё ещё ждал ответа. Тогда мужчина хрипло произнёс:       - Ваша мама... умерла, Танджиро.       Всё рухнуло. Мечты, вера, надежды на лучшее — всё рухнуло в одночасье. Холодная волна отчаяния накрыла с головой. Счастье покинуло их дом, как и частичка каждого из них оставила этот мир.       Танджиро не знал, что ему делать. Кричать? Биться в истерике? Обвинять весь мир в несправедливости? Вся жизнь резко потеряла смысл и краски.       Мальчик не понял, в какой момент Незуко уткнулась в его плечо, плача. А Такео закрыл лицо руками, чтобы не было видно его слёзы. Все трое как-то оказались в объятиях отца, который пытался успокоить их, что-то шепча. Однако Танджиро ничего не видел и не слышал: глаза накрыла пелена из слёз, а голова была пуста.

***

      Похороны прошли, как в тумане. Были лишь самые близкие родственники, и всё выглядело достойно. Но Танджиро не обращал на всё это внимание. Мальчик был слишком разбит и шокирован, чтобы его сознание могло запомнить происходящее.       Но он на время опомнился, когда в последний раз увидел лицо матери. Он дрожал, едва не переставая дышать. Киё была не похожа на себя. Кожа её была белее снега, впадины на лице свидетельствовали об ужасном истощении, она выглядела очень уставшей из-за синяков под глазами.       Когда Танджиро коснулся её ладони, он снова вздрогнул. Рука его матери была ледяной и тощей. Сейчас он полностью осознал то, что перед ним было лишь бездыханное тело и что мама больше не проснётся. Наверное, он бы сейчас начал кричать в истерике и рыдать, если бы не младшие брат с сестрой, ради которых он должен был сейчас держаться. Да и отца не хотелось опечалить ещё больше.       Во время процедуры похорон Незуко и Такео стояли рядом с братом. Оба крепко держали его за руки и плакали. Танджиро не знал, что им сказать, как успокоить, поэтому мог лишь сжать их ладони в ответ и держаться, чтобы не заплакать.

***

      Всё изменилось. И без того невесёлая жизнь стала для Танджиро ужасной. Он не видел ни одной улыбки на лице у окружающих. Все были мрачны и серьёзны. Даже поделиться своими переживаниями было не с кем.       Близкие словно отвернулись от него. Незуко и Такео ещё больше погрузились в учёбу, пытаясь отвлечься от печальной реальности. Отец же либо занимался бумагами в своём кабинете, либо уезжал по делам на весь день. Им это немного помогало.       Но Танджиро остался один. Он одиноко сидел в комнате наедине со своими удручающими мыслями. Ничто не могло его отвлечь, никто не мог с ним поговорить. Мама была для него самым близким человеком, который мог его поддержать. А теперь и её не было рядом. Он мог лишь сжимать в руках своё хаори, вспоминая, какая радостная улыбка была на лице женщины, когда она вручила сыну этот подарок.       Хотелось кричать от отчаяния, стиснуть голову руками так, чтобы она взорвалась и все эти печальные мысли не напоминали о себе. Танджиро правда пытался отвлечься, но куда бы он не шёл, чем бы он не занимался — всё напоминало ему об утрате.       Стены дома и пустые коридоры словно давили на него. Да к тому же ещё и слуги постоянно обсуждали произошедшее. Казалось, что из-за каждого угла доносился их шёпот, взволнованные возгласы и тяжёлые вздохи. Но стоило им увидеть юного господина, и они замолкали, спеша скрыться.       Танджиро чувствовал себя жалким ничтожеством. Отцу было тяжело, Незуко и Такео тоже было тяжело, но все они продолжали работать, не смотря на внутреннее опустошение. Поэтому он не мог позволить себе заплакать, нельзя было проявлять слабость, нужно было держаться, как и все остальные.       - Ты такой молодец, Танджиро, - сказала ему Незуко, когда в один из дней решила навестить его. - Ты так стойко держишься... Для этого нужна огромная сила воли, - она печально вздохнула. - А я вот часто плачу ночью, пока никто не видит. Не могу держаться. И Такео тоже, я слышала. Хотя он никогда не признается, но ему тоже тяжело, - она взглянула на брата, стараясь улыбнуться. - Рада, что хотя бы ты держишься.       Танджиро почувствовал, как тошнота подступает к горлу. Он резко стал себе так противен. Незуко действительно верила в него, а он был столь слаб морально, что едва сдерживался от того, чтобы не зареветь прямо перед ней.

***

      Он не мог вечно это терпеть. Детская психика не выдерживала. Он сбежал, сбежал из дома, который напоминал ему о боли. Мальчик не знал: гнался ли кто-то за ним. Он бежал, не оглядываясь. Ему хотелось просто побыстрее и подальше уйти от дома, да так чтобы его никто не нашёл.       И вот он упал. Это произошло так неожиданно, что Танджиро даже на секунду испугался, но затем это чувство прошло. Сил на то, чтобы подняться, не было. Мальчик мог лишь лежать на земле и прерывисто втягивать воздух, пытаясь восстановить дыхание. Хотелось взвыть и выпустить всю боль наружу, но Танджиро всё равно крепко сжимал зубы, сам не зная почему.       Он не знал, как долго пролежал там, но со временем он смог успокоиться. Поток слёз остановился, дыхание восстановилось. Внутренняя тревожность и душевная боль отошли на второй план. Теперь после такого потрясения его клонило в сон. Как никак, но уже приближалась ночь.       Однако вечно лежать там он всё-таки не мог. Танджиро медленно поднялся на ноги и отряхнул одежду. Он попытался вытереть грязь с лица руками, но не вышло, да и ладони теперь были грязными.       Он огляделся по сторонам, прислушиваясь к тому, что его окружало. Из глубины леса доносились звуки течения воды. Недолго думая, Танджиро сошёл с вытоптанной дорожки и через траву пошёл глубже в лес.       Он вышел на берег широкой реки, покрытый крупными камнями. Её воды неслись быстрым потоком, словно стремились снести всё на своём пути. Брызги летели в стороны, и у воды было довольно прохладно.       Танджиро поёжился, но приблизился к воде. Он осторожно встал на скользкие камни и присел, чтобы дотянуться до реки. Его пальцы слегка коснулись потока, и мальчик тут же одёрнул руку: вода была холодной. Он нервно сглотнул и вновь наклонился к воде.       Мальчик неспешно смывал грязь с лица, также следя за тем, чтобы не поскользнуться на камнях. Его пальцы слегка онемели от холода, так что он решил, что с него хватит.       Он услышал шелест травы и резко поднял голову. Мальчик вздрогнул: на другом берегу реки стоял человек, кажется, парень. Танджиро впервые видел человека столь необычной внешности.       Парень имел длинные волосы персикового цвета. Он был одет в яркое зелёное кимоно, с необычным узором. Поверх было надето хаори белого цвета. Но особенно выделялась лисья маска, скрывавшая лицо незнакомца и имевшая рисунок, похожий на шрам.       Танджиро растерялся и не знал, что ему делать. Это был первый человек, которого он встретил вне своего поместья. От него можно было ожидать, что угодно.       - З-здравствуйте, - тихо произнёс мальчик. Он замолчал, ожидая ответа незнакомца. Но парень неожиданно двинулся назад, словно собираясь уходить. - П-постойте! - Танджиро резко выпрямился.       Тогда он поскользнулся и начал падать. Секунда, и мальчик упал в реку. Он стал неумело махать руками в воде, пытаясь вынырнуть. Когда ему удалось, он начал жадно глотать воздух ртом. Но тут же он заметил, что река куда-то уносит его. Ему не хватало сил, чтобы выбраться из сильного потока, а внезапные волны стали накрывать с головой.       Откашливая воду, Танджиро звал на помощь. Он оглядывался по сторонам, но никого не было, тот парень тоже остался где-то позади. Мальчик начал тонуть, так как не умел плавать. Он то погружался в воду, то снова выныривал.       В глазах начало темнеть. Руки уже так сильно не били по воде. У мальчика даже не было сил на то, чтобы кричать. Он пытался хотя бы не потерять сознание.       Однако дышать становилось всё тяжелее. И вот Танджиро уже не мог подняться на поверхность воды. Он закрыл глаза, потеряв сознание, пока река стремительно несла его по своему течению.       Но внезапно послышался громкий всплеск воды: кто-то прыгнул в реку. И спустя пару секунд этот кто-то уже выходил на берег, неся тело ослабевшего ребёнка.

***

      Когда Танджиро пришёл в себя, он почувствовал под собой что-то мягкое, и приятный запах ударил в нос. Он медленно открыл глаза и обнаружил, что лежал на куче травы. Мальчик поднял голову, оглядываясь по сторонам.       Он оказался в огромной пещере со множеством свисающих с потолка сталактитов и поднимающихся с земли сталагмитов. Из одной из стен пещеры бил родник. На потолке была большая дыра, из которой падал лунный свет, освещая всё вокруг. Однако всё это выглядело искусственно, словно к созданию пещеры приложил руку человек.       Стоило ему об этом подумать, и позади себя он услышал шаги. Мальчик резко обернулся и замер, увидев трёх людей.       Тот, что стоял впереди остальных был парень с длинными чёрными волосами. На нём было длинное красное кимоно с орнаментом в виде волн. На правом боку висели ножны с катаной. Синева глаз красиво отливалась в лунном свете. Парень равнодушно смотрел на Танджиро.       Один из стоявших позади него, был тот самый парень в лисьей маске. Но теперь и при нём была катана.       Третьей была девушка. Она была низкая, по сравнению со своими спутниками. Короткие чёрные волосы были собраны в низкий хвост. Девушка носила кимоно с бежевыми цветами. Лицо также скрывала маска лисы, на правой стороне которой были изображены два голубых цветка.       - Ты, наконец, очнулся. Рад, что ты жив, - произнёс парень с синими глазами. Голос его был также равнодушен. - Как ты себя чувствуешь?       - Я в порядке, - ответил мальчик, вскакивая с земли и кланяясь. - Благодарю за то, что спасли меня из реки.       - Что ты, благодарить стоит не меня, а Сабито, - он обернулся на парня в белом хаори. - Это он достал тебя из реки.       - Благодарю вас, Сабито-сан! - Танджиро вновь поклонился уже своему спасителю.       - Был рад помочь, и зови меня просто Сабито, - произнёс он. Сабито был явно пооживлённее другого парня. - Не скажешь ли ты нам своё имя?       Танджиро опустил взгляд, колеблясь. Он не знал, стоило ли произносить своё имя незнакомым людям. Но всё же Сабито спас его, да и на злодеев они похожи не были.       - Меня зовут Танджиро, - всё же он решил не оглашать своей фамилии.       - Сколько же тебе лет, что родители разрешили тебе самому гулять в лесу? - тут заговорила девушка. Её голос звучал очень мягко и успокаивающе.       - Мне 13, но... Мне не разрешали идти в лес, - мальчик решил, что лучше ему не стоит врать. - Я... сбежал из дома.       - Ох, бедняжка! - девушка всплеснула руками. - Неужели с тобой плохо обращались?!       - Нет... Просто...       - Но ты не переживай! - продолжила она, не замечая слов Танджиро. - Можешь остаться с нами! Уверена, Гию будет не против. Я ведь права? - она взглянула на парня с чёрными волосами. Он лишь пожал плечами. - Значит, согласен, - девушка подошла к Танджиро. - Меня зовут Макомо. А этих двоих, как ты уже, наверное, понял, Гию и Сабито. Мы все всего на 2 года старше тебя, так что ты с нами не соскучишься, - она потрепала мальчика по голове, из-за чего он очень смутился.       - Н-но я... - Камадо прикусил губу, не зная, что сказать. Он не хотел беспокоить их своим присутствием, но возвращаться домой желания тоже не было.       - Ты хочешь что-то сказать? - мальчик перевёл взгляд на Гию. - Говори, не стесняйся.       - Ну, я не хочу мешать вам. Так что лучше мне вернуться домой, но... - он задумался.       А нужен ли он своей семье? Все вечно заняты своими делами, в то время как он сидит один в своей комнате. Никакой пользы он семье не приносит и не принесёт. Да и ничего не изменится с его уходом.       - Ясно, ты пока не готов вернуться домой, но и оставаться здесь вечно не хочешь? - Танджиро удивлённо уставился на парня. Гию оказался очень даже проницательным. - Можешь остаться здесь, пока не поймёшь, что тебе пора домой, - он направился прочь, утягивая за собой Сабито.       - С-Спасибо! - только и успел крикнуть мальчик, пока те двое не скрылись в проходе.       Парни молча шли по коридору, не смотря друг на друга. Каждый сейчас был в своих мыслях. Они вышли на улицу, где сейчас шёл дождь. Но капли не касались их тел, парней словно окружал барьер.       - И не обязательно было устраивать дождь, - сказал Сабито спустя пару минут молчания.       - Это для нашей же безопасности, - ответил Гию всё также равнодушно.       - Ну, так что? - он перевёл взгляд на собеседника. - Я был прав насчёт того ребёнка?       - Да, у него на лбу действительно метка Ёриичи-самы. Да и серьги его явно источают его свет.       - Полагаю, это благодаря им он меня увидел?       - Что? - Гию удивлённо вскинул брови, взглянув на Сабито.       - Я скрыл свою сущность на всякий случай. Но мальчик всё равно меня видел.       - Понимаю. Значит, серьги дают ему возможность видеть Богов и Шинки.       - И что это значит?       - Понятия не имею. Но такой дар Ёриичи-сама обычному ребёнку просто так бы не дал. Он какой-то особенный.       - Понятно, - Сабито вновь взглянул на небо. - И что мы будем с ним делать?       - Он так и не сказал, почему сбежал из дома. Возможно, с ним действительно плохо обращались. Я, как наследник Бога Воды, обязан оберегать человека с меткой Ёриичи-самы.       - Ну, а мы с Макомо, как твои Шинки, конечно, будем делать тоже самое. Вот только... Знает ли он сам о своей особенности? И должны ли мы сказать ему о том, что мы не люди?       - Думаю, знал бы он правду, не стал бы один шататься в лесу. А тем более в такое время.       - Значит, он всего лишь невинный ребёнок. Конечно, мы должны ему помочь. Что от меня требуется?       - Для начала выясни, где дом, откуда он сбежал, а также добудь мне информацию о его семье.       - А что же ты будешь делать?       - Придётся наведаться к учителю и всё выяснить. Макомо же пусть следит за ребёнком. Говорить ему правду пока не будем.       - Думаю, и с самим Танджиро стоит ещё поговорить.       - Да, можешь заняться этим.       - Почему не ты?       - Ты лучше справишься.       - Да брось, - Сабито усмехнулся. - Ты что его боишься? Гию, он просто ребёнок.       - Это приказ.       - Как скажите, достопочтенный Бог Воды, - наигранно сказал парень, кланяясь.       Гию лишь скривился, хмуро глядя на него. Сабито засмеялся, но не стал ничего говорить. Парни разошлись в разные стороны.