Там чудеса, там Шерлок бродит...(||)

Поднявшееся из-за холмов солнце красиво осветило остроконечные башни Баскервиля. Лучи, скользнув по серым стенам, нашли себе лазейку между неплотно сдвинутыми тёмными шторами в окне первого этажа и радостно полезли будить всех, кто попадётся у них на пути. Их абсолютно не волновало, что они могут потревожить сон человека, всю ночь колдовавшего над склянками-пробирками, для них это была игра такая — звездануть прямо в глаз. Шерлок — именно его лицо подверглось солнечному нападению — недовольно заворчал во сне и перевернулся на своей огромной массивной кровати с балдахином. Из-под его правого бока раздался сдавленный писк, и мужчина мгновенно открыл глаза. Откинув одеяло, Шерлок с улыбкой принялся наблюдать за белым кроликом, который, отчаянно толкаясь задними лапами в мягкую перину, пытался вытащить свою ушастую голову из плена. Поднеся ладонь к вздрагивающему хвостику, чародей щёлкнул по нему пальцами. Зверёк тут же замер, но через несколько мгновений решил, что так дёшево он свою жизнь не отдаст и принялся толкаться со всей своей кроличьей силой. Шерлок благосклонно решил, что хватит издеваться над несчастным Джоном и приподнял своё тело. В этот самый момент живность как раз сильно двинула лапами, и белый взъерошенный комок оказался на полу. Шерлок свесил голову с кровати и строго проговорил, глядя прямо на своего подопечного: — В следующий раз не отпущу. Джон, тряхнув головой, злобно глянул наверх и удалился под кровать, фыркая оттуда всё, что он думает об этом долговязом изверге. — Я не понимаю, как тебе удаётся забраться на такую высоту, но, — мужчина спрыгнул на пол, прошёл к креслу, накинул халат и обернулся к ложу, — обязательно это выясню. Грег! — громко позвал Шерлок, и на пороге спальни тут же возник чёртоволк, будто караулил, зараза вездесущая. Он подобострастно уставился было на хозяина, но тут его внимание привлёк высунувшийся из-под кровати вожделенный кролик. Служка сглотнул слюну, облизнувшись. — Новости есть? — спросил ничего не замечающий Шерлок и, не дождавшись ответа, обернулся в сторону двери. — Грегори! — окликнул он мохнатого помощника. Чёртоволк повернул голову на зов, но, удивительное дело, его глаза, не желая двигаться следом, остались прикованными к Джону, таким образом почти уплыв: правый — под височную кость, левый — под переносицу. Зрелище было не из приятных, и Шерлок гаркнул во всю силу лёгких: — Мне нужны твои глаза! Верни их на место и даже не рассчитывай на то, о чём сейчас думаешь! Грег очнулся и завилял, замёл хвостом, сладенько улыбаясь. — Что Вы, хозяин, я просто вспоминал, не случилось ли чего за сегодняшнее утро. Шерлок хмыкнул: — Ну, конечно. Итак? Чёртоволк нахмурился. Было слышно, как скрипят извилины в его рогатой голове — так усиленно он думал. Но все мысли сводились к желанной добыче, пересекающей сейчас спальню, и Грег поспешно отрапортовал, чтобы скорее покинуть комнату, где разгуливает этот жирненький соблазн: — Полный порядок, хозяин. — Хорошо, ступай. Мне нужно закончить эксперимент, поэтому не беспокой меня по пустякам.

***

— Вот, это уже на что-то похоже, — пробормотал Шерлок, разглядывая розоватую жидкость в колбе. Вернув её в держатель над спиртовкой, он протянул руку и, не глядя, взял маленький пузырёк со стола. Выдернул крышечку и уже приготовился осторожно влить реактив, как вдруг произошло настолько неожиданное чудо, что чародей отшатнулся от стола. Из пузырька в его пальцах пошла зеленоватая дымка с удушающим запахом тлена, и раздался противный скрипучий голос: — Я — смс-ка, я прислалась. Шерлок выронил склянку и сделал два шага назад. Он узнает этот голос из тысячи, миллиона, миллиарда! Салли Яга, в девичестве — Донован. «Привет, чудик! Как поживаешь? Всё со зверюшками несчастными экспериментируешь? А я вот по какому поводу. Ты, конечно, не помнишь, но у меня сегодня круглая дата — восемьсот. Да-да, я ещё девушка в самом соку. Раз ты это слушаешь, значит придёшь, без сомнений. И да, пузырёчек почтовый верни, будь любезен. Он мне дорог как память. Презент Филиппа, хе-хе. Дорогу знаешь, подарок не нужен. Ты же сам, как подарочек, бриллиант просто. Будешь украшением вечера. Придут все твои друзья. Ах, да, я же забыла: у тебя нет друзей. Ха-а-а-а…» Шерлок, выслушав это приглашение-издевательство, провёл ладонью по лицу и заорал на весь Баскервиль: — Гре-е-ег! Чёртоволк в это самое время был занят очень важным делом. В своей каморке под лестницей он пожирал, прямо с перьями, голубя, доставившего пузырёк с посланием. Разнёсшийся по замку громоподобный зов хозяина заставил хвост поджаться, и недоеденная тушка выпала из лап. «Беда!» — колоколом ударилось в рогатой голове, и Грег рванул в сторону спальни. Ворвавшись серым вихрем, он увидел зелёное от злости лицо Шерлока. Тот двинулся на него с тихим рыком, сжимая кулаки с такой силой, что пальцы посинели. Задние лапы волка предательски задрожали, он присел и стал пятиться к выходу, тихонько поскуливая: — Что? Что с вами, хозяин? — Ты, — Шерлок просто шипел, почти не раскрывая побледневших губ, — мешок с блохами, ты сказал, что ничего утром не случилось! Поправь меня, дрянь рогатая, если я ошибаюс-с-сь! — Но… но ничего не произошло, правда! — взвизгнул Грег и бросился наутёк, скользя лапами по мрамору, врезаясь в косяки. Его хвост подогнулся так, что кончик вылез на грудь. Ужас помощника был понятен: видеть чародея в таком гневе ему ещё не приходилось. Шерлок рванул за ним, швыряя по дороге все вещи, попадавшиеся под руку, в удирающий серый зад. Замок был огромен и погоня по нему могла продолжаться не один час, если бы Грег не нырнул в лазейку, о которой пронюхал давно. Он замер в темноте, прижавшись к стене и со страхом ожидая, что сейчас его здесь и зажарят, просто метнув в дырку молнию. А то, что хозяин это умеет, Грег убеждался не раз. Шерлок именно это и вознамерился сделать, но потом решил, что уже ничего не исправить, послание-то вскрыто, а вот такого преданного помощника у него не было никогда. Терять кадры из-за вспышки ярости? Глупость несусветная. Да и кросс по замку немного охладил голову. Поэтому Шерлок просто подошёл к укрытию и присел на корточки, примирительно сказав самым ласковым голосом, на который только был способен: — Ладно, выходи, я уже не злюсь. Грегу от этого елейного голоска стало ещё страшнее и он, замотав головой, заскулил: — Нипочём не выйду, хозяин! И… и ничего я не сделал, клянусь! Ну подумаешь, голубя съел. Да этих гадов тучи летают, хоть почтовых, хоть космических, хоть междумирных! Неужели же из-за какого-то пернатого засранца нужно меня жизни лишать? — Грег чуть не плакал от несправедливости его волчьей судьбы. — Я вам сегодня сотню их притащу, если уж так надо! Шерлок устало уселся на пол и с тоской проговорил: — Да не в голубе дело, а в том, что он принёс. Грег, услышав спокойный тихий голос, осторожно высунул морду из дыры. Его хозяин согнул колени, утвердил на них локти и склонил свою кудрявую голову. Чёртоволк тихо спросил, приближаясь к сидящему: — Да там же просто реактив был, который вы давно ждали. Ну я и положил его на стол, пока вы спали. Что, фальшивку подсунули, сволочи? Шерлок горько усмехнулся, тяжело поднялся и медленно направился в свою спальню, поманив Грега за собой. Когда они вошли в комнату, чародей поднял пузырёк и сел в кресло, разглядывая проклятую склянку. Нахмурившись и взглянув на стоявшего рядом помощника, он объяснил: — Это магическое послание. Я приглашён туда, куда у меня нет никакого желания ходить. И мне удавалось избегать этой встречи много лет, просто не открывая флакончик, а сегодня я попался, как последний идиот и придётся идти. Грег, ничего не понимая, но искренне желая помочь, выдал самую логичную версию: — Так не ходите и всё, проблем-то. Шерлок с грустью посмотрел на этого далёкого от магии чудака. — Однажды я так и сделал. Грег весь вытянулся, так было интересно. — И? Маг поморщился, но ответил: — И меня лишили силы, — Шерлок многозначительно посмотрел на свой пах, — на двести лет. У чёртоволка отвисла челюсть: — Ох, ё-ё-о. Жестоко. Тогда лучше сходить. — Вне всяких сомнений…

***

— Нет, не то! — Шерлок метался по гардеробной, расшвыривая вещи, надевая то одну, то другую, и отбрасывая их в сторону. Вот он вышел в великолепном белом костюме и замер перед служкой, вопросительно приподняв брови. Грег удовлетворительно кивнул и расплылся в улыбке: — Идеально, хозяин. — Да, если я пойду вообще без одежды, ты всё равно скажешь, что это прекрасно, подлиза. Чёртоволк глумливо хохотнул: — А это было бы действительно идеально! Наконец они решили, что Шерлок останется в своём повседневном чёрном костюме, и на этом сборы закончились. Выйдя во двор, где уже стоял осёдланный вороной конь, Шерлок легко взобрался в седло. Устроившись поудобнее, он склонился, забрал из цепких лап Грега белого кролика, вымытого и благоухающего, с новой голубой лентой на шее, и, тронув стременами бока сильного животного, выехал со двора. Чёртоволк подождал, пока они скроются из вида, закрыл ворота и направился к себе, ведь там его дожидалась недоеденная тушка несчастного голубя, сложившего свою жизнь во имя пропитания.

***

Шерлок слегка натянул поводья и повернул коня вглубь леса на незаметную для чужих глаз тропу. Здесь ничего не изменилось с тех пор, как чародей проезжал по этим местам последний раз, чуть не тысячу лет назад. Вот и старый взъерошенный филин, сидящий на ветке не менее древнего и потрёпанного дуба. Птица, услышав топот копыт, повернула голову на звук, удивлённо вскинула брови и громко ухнула. Сигналка, твою мать. Теперь в доме, где готовится приём дорогих гостей, всё пришло в движение, ведь по этой тропе мог ехать только один человек — он. Шерлок опустил голову и остановил взгляд на мирно дремавшем в седле кролике. Вдруг его конь резко затормозил и удивлённо всхрапнул. Седок, не понимая, что могло так поразить много повидавшее на своём долгом веку животное, поднял глаза и оторопел. На месте ожидаемой развалюхи, едва державшейся на страдающих ревматизмом культях, стоял двухэтажный каменный дом. У крыльца были разбиты красивые и, нужно признать, не без вкуса украшенные разноцветными фонариками клумбы. «Только фонтана не хватает», — подумал маг и тут же услышал шум воды. Скосив глаза влево, он увидел это чудо-художество. Статуя Яги в полный рост, держащей кувшин, из которого тёк тоненький ручеёк. «Умоляю», — мысленно застонал Шерлок, подъехал к дому, спешился, подхватил проснувшегося питомца на руки и взошёл на крыльцо. Дверь тут же распахнулась и уши взорвал крик: — Шерлок, дорогой, ты всё-таки приехал! Как же я рада! — вопила невысокая женщина, одетая в цветастую лоскутную хламиду до пят. Звеня многочисленными браслетами, кулонами и подвесками, встречающая бросилась с объятиями к поражённому мужчине, застывшему от неожиданности такого горячего приёма. Он с удивлением заметил, что ему действительно рады. Ярко накрашенные губы чмокнули в щёку, оставив на бледной коже алый след. Когда женщина вдоволь наобнимала высокое тело, чародей сделал шаг назад, поднял правую руку к своей груди, раскрыл ладонь и слегка подул на неё. Над дланью зажглось голубоватое свечение, и в воздухе возникла красная роза, которая, качнувшись, медленно подплыла к Яге. Именинница, зардевшись, осторожно взяла цветок и с обожанием посмотрела на Шерлока. Тот шагнул вперёд, склонился, прикоснулся губами к морщинистой щёчке и тихо произнёс: — Поздравляю. Салли шмыгнула носом, но, спохватившись, запричитала: — Ой, да что же это мы на пороге-то? Проходи в дом скорее, осмотришь мои хоромы, пока гостей нет. Шерлок, удивившись, что прибыл самый первый, шагнул следом за семенящей перед ним женщиной, и дверь бесшумно закрылась. Пройдя в залу, он усмехнулся. Если снаружи дом и выглядел современно, то внутри ничего не изменилось со времени его последнего приезда. Всё те же лоскутные покрывала, думки с идиотскими вышивками, половички на полах и печь в углу. Яга не изменит своему стилю, даже если её переселить в Букингем. Она и там развесит пучки трав, а посередине воткнёт большой чугунный котёл для зельеварения. Шерлок уселся на небольшой диванчик, уложил кролика на колени и смотрел, как женщина достаёт вазу и ставит в неё подарок. — Как же давно ты не был здесь, — с укором проговорила хозяйка, повернулась и посмотрела на Джона, спокойно сидящего на коленях. — Я смотрю, ты всё такой же, не меняешься. Маг провёл длинными тонкими пальцами по телу кролика и усмехнулся: — Да и вы, тётушка, совсем не изменились. Хозяйка, хихикнув и кокетливо поправив диадему, сияющую в высоко убранных волосах, кивнула: — А что мне сделается? Я, в отличии от некоторых, — она многозначительно посмотрела на сидящего, — химией не балуюсь, у меня всё натуральное. Да вот, кстати, не хочешь отведать наливочки? — женщина продемонстрировала бутылку тёмного стекла. — Убойная штучка получилась. Коня свалит. Давеча Филька заходил. Он вот вроде и водяной, и пьёт, как насос, а набодался так, что хоть святых выноси. Пришлось его на диванчике уложить. Шерлок на это предложение отрицательно покачал головой. Ему не улыбалось задерживаться здесь дольше, чем того требуют приличия. Вдруг Яга задрала вверх палец и потянула воздух носом: — Чу! Помяни, так сразу и явится, — женщина склонила голову, чутко прислушиваясь, и заулыбалась. — И не один. Посиди, племяш, а я пойду встречать, — с этими словами она выскользнула из комнаты. Шерлок, тяжко вздохнув, простонал: «За что мне всё это?» — и прикрыл глаза. Джон ткнулся носом в его ладонь, вроде как приободрить, потоптался, устраиваясь поудобнее, закрыл свои глазки-бусинки и уже совсем было собрался уснуть, как его буквально подбросило звуковой волной: — Русалочий хвост мне в рот, кого я вижу! Кролик мгновенно поседел, хотя никто этого не заметил, ведь белое на белом не видно, сколько глазюки не ломай, и драпанул за спину мага, застыв в своём укрытии, изображая из себя чудо таксидермии. Шерлок, вздохнув, поднялся, приготовившись к новой порции объятий. Что за вечер сегодня такой, ну все норовят облапать. И он не ошибся. К дивану летел на всех парах старичок в алой рубахе-косоворотке и чёрных шароварах. Его окладистая, густая рыжая борода с проседью и вклокоченные волосы развевались от скорости перемещения. Глядя на это низенькое сухенькое тело, нельзя и подумать, что оно может передвигаться с такой прытью. Завсегдатай этого дома буквально наскочил на Шерлока, недовольно поморщившегося, и сильно сжал его талию, так как макушкой еле дотягивался высокому магу до груди. Довольно ощупав ладную фигуру мужчины, водяной отпрянул и, хитро поблёскивая голубенькими глазками, спросил неожиданно густым басом: — Где же ты пропадал, чертяка? Мы уж думали, грешным делом, что добрался кто-то до смертушки твоей. На Джимку напраслину наводили, не даёт ему покоя твоё бессмертие, в штанах запрятанное, — Филипп гоготнул, но потом сделался серьёзным. — Совсем тётку позабыл, жернов мне в жо… — Филька! — вскричала вошедшая хозяйка. — Ты в приличном доме, поэтому не выражайся! Водяной, буркнув: «Ладно уж, свои все», — уселся на диванчик, едва не придавив Джона, настороженно следящего за всей этой кутерьмой. Кролик дождался, пока Шерлок вернётся на своё место, и забрался на его колени. Филипп улыбнулся, разглядывая зверя: — Дружок новый? Маг медленно кивнул и посмотрел на вход в комнату, где замер вновь прибывший гость. По всей видимости, он и пожаловал вместе с водяным. Высокий статный мужчина в элегантном светлом костюме, с аккуратно зачёсанными волосами пепельного цвета стоял и разглядывал Шерлока, явно ожидая, когда тот поднимется для приветствия. Но чародей не спешил соблюдать этикет, ведь давняя вражда никак не давала забыть о размолвках хоть на сегодняшний вечер, чтобы порадовать хозяйку. — Ну, чего ты? — шепнул водяной и выразительно посмотрел на сидящего. Шерлок поморщился, но переложил Джона на диван и поднялся, медленно подойдя к мужчине с холодными проницательными глазами. Филипп сгрёб кролика и тихо пояснил заволновавшемуся в чужих руках Джону: — Враждует он с Горынычем, никак не может ему простить, что тот, будучи в плохом настроении, спалил целое село, прямо с жителями, — водяной вздохнул, поглаживая успокоившееся и внимательно слушающее животное. — А село то было рядом с замком Шерлока, ну и начались на него гонения, вот и пришлось уехать в глушь, за тридевять земель. Чарльз-то у нас крайне неуравновешенный. Чуть что, сразу огнём плюётся, пироман, поцелуй меня утопленник. В это самое время мужчины уже обменялись ледяными приветствиями и разошлись по разным углам. Чарльз уселся в кресло, закинул ногу на ногу, и принялся сверлить пустыми глазами занявшего своё место мага. — А ты, я смотрю, так и не остепенился, не поменял пристрастий, — усмехнулся змей, кивнув на Джона. Шерлок, не желая оставаться в долгу, парировал: — А ты всё так же предпочитаешь хорошо прожаренных девственниц? Чарльз зло сощурил глаза, приготовившись ответить, но пикировку прекратила новая гостья, визгливо вскричавшая: — Добрейшего всем вечерка! Хлопотавшая у стола хозяйка радостно кинулась обнимать пришедшую, всплеснув руками и воскликнув: — Мэри, кикиморушка моя драгоценная! Какими судьбами? Женщины звонко расцеловались, не переставая охать и ахать, разглядывая друг друга. А посмотреть было на что. Мэри стояла, одетая в какое-то подобие рыболовной сети, сплетённой из разноцветных шерстяных нитей, с трудом прикрывающей тело. Благо на шее её висело шикарное боа, закрывающее прелести от глаз присутствующих. В руках женщина держала непонятное пучеглазое существо, отдалённо напоминающее собаку, противного болотного цвета. Шерстяной покров на зверьке отсутствовал, если не считать нескольких пучков белых жиденьких волосинок, раскиданных по дрожащему телу. — Видал, цаца какая? — тихо гоготнул водяной, склонившись к Шерлоку. — В Европах живёт, елита, гарпун мне в рёбра. Чародей хмыкнул и громко поинтересовался у гостьи: — Прошу прощения, а что за зверь у вас в руках, мадам? Мэри гордо вскинула подбородок, потрепала не перестающее скалиться и мерзко порыкивать существо и благосклонно ответила: — Это новая порода, очень модно в Париже. А зовётся сия прелесть чихуяхуйня, неимоверно многих богатств стоит. Водяной замер, чувствуя, что сейчас будет хохма, и Шерлок не разочаровал старичка: — Чихуя что? — Хуйня! — взвизгнула Мэри, поражаясь глуховатости молодого мужчины. Шерлок, сохраняя каменное лицо, склонил голову набок и констатировал: — Да, мадам, вас не обманули. Это именно она. Филипп не выдержал и повалился на диван, громко хохоча. Чарльз тоже издал приглушённый смешок, даже именинница прыснула в кулачок, лишь только Шерлок сидел с абсолютно серьёзным лицом. Мэри, повернувшись, сузила глаза, и магу стало не до смеха. Он отчётливо почувствовал, что сейчас его бесцеремонно просканировали, влезши глубоко в сознание. Это длилось мгновение, но неприятный холодок пробежал по спине. Он и забыл, что кикиморы могут видеть на огромные расстояния, а при большом желании умеют заглянуть и в душу. Мэри, моргнув, ехидно улыбнулась: — Знаете, молодой человек, в Европе сейчас идёт травля тех, кто ведёт, как и вы, непотребный образ жизни, — она посмотрела на притихшего водяного и закончила: — На столбах вешают, да-с. — Соскучились по мне? — раздался от порога бодрый голос. Шерлок вздрогнул всем телом и медленно повернул голову в сторону входа. Стоящий там мужчина встретился с ним глазами и побледнел. Пространство комнаты наполнилось почти осязаемыми разрядами электричества. — Джеймс, — холодно поприветствовал Шерлок, словно кусок льда бросил. — Здравствуй, красавчик, — расплылся в улыбке гость, но глаза его превратились в два омута, на самой глубине которых сверкали молнии. — Не ожидал увидеть тебя здесь. Вот так подарок. — Не обольщайся, — отрезал Шерлок и хотел отвести взгляд, но тело не слушалось, будто скованное невидимой цепью. Яга решила, что пора разряжать обстановку и радостно провозгласила, указывая на сервированный стол: — Прошу вас, гости дорогие, чем бог послал.