Redefined

      Юу до сих пор помнил тот день, когда впервые увидел Койю.       Жизнь может измениться кардинально в любой момент, многие вещи могут подтолкнуть к этому, будь-то спонтанное решение, неудачный разрыв с партнером, просьба родителя. В случае Юу, ему повезло втройне: тогда он довольно болезненно переживал вот уже месяц разрыв с партнером, который причинял ему вред как физический, так и моральный. Вот уже не в первый раз мужчина издевался над Юу, считая его собственной вещью, однако брюнет не сомневался, что подобное могло повториться снова. Широяма встречался со многими мужчинами, проявлявшими к нему токсичные чувства. Впрочем, сам Юу не считал себя «святошей». Он наступал на одни и те же грабли снова и снова, выбирая помешанных на власти, славе и контроле мужчин. За все это время уже стоило бы догадаться, что отношения с такими партнерами заканчиваются одинаково. Возможно, дело лишь в высшем обществе, и довольно трудно найти себе достойного партнера, поэтому Юу выбирал либо тщеславных плейбоев-наследников из богатых семей, либо жадных до власти бизнесменов. Ни один вариант не принес ему ничего хорошего.       Стоял поистине солнечный день, не небе не проплывало ни одного облачка. Юу помнил, как надел что-то весьма яркое, надеясь, это поднимет ему настроение хоть немного, несмотря на полное опустошение в душе. Вот уже несколько недель он не выходил из дома, лишь иногда проводя время в компании друзей, которые навещали его. В тот день, однако, отец особенно настоял на том, чтобы Юу присоединился к нему в загородном гольф клубе. Широяма-старший обычно играл там по воскресеньям, поэтому Юу ничего странного не заподозрил. Наоборот, он даже любил проводить время с отцом иногда, хоть сам и не играл в гольф, а лишь наблюдал за игрой. В конце концов, пришла пора двигаться дальше и забыть мужчину, который в любом случае не заслуживал Юу.       К тому времени как Юу добрался до гольф клуба, его отец уже беседовал с каким-то молодым мужчиной, что разделил с ним игру. Юу не впервые доводилось видеть такое: загородный клуб всегда был любимым местом отца, чтобы завести знакомства и наладить связи; к тому же, клуб являлся лакомым местечком для известных бизнесменов. Устроившись под навесом и заказав у официанта, который уже очень охотно пытался его обслужить, бокал мохито, Юу легонько помахал отцу издалека. Мужчина заметно встрепенулся прибытием сына и махнул ладонью молодому человеку рядом, жестом приглашая его присоединиться и поприветствовать Юу.       «Хм, интересно», — подумал брюнет. Он прежде не видел этого незнакомца. Однако внутри томилось чувство, будто Юу должен был с ним познакомиться, и он был абсолютно уверен, что видел его на первой полосе новостей. Тем не менее, познакомиться им прежде не довелось, хоть Юу и часто бывал на различных мероприятиях высшего общества. Юу знал всех в этом кругу, и этот мужчина либо не любил держаться среди людей, либо иностранец. Впрочем, незнакомец бесспорно выглядел очень привлекательно — точно типаж Юу: он был хорошо одет, ухожен, да и «ролексы» на запястье явно говорили о его финансовом состоянии. Сам факт того, что он проводил время в этот гольф клубе уже сигнализировал о его высоком социальном статусе. — Юу, ты все-таки смог приехать, — довольно прощебетал отец, едва подошел к Юу под навесом. — Мне сегодня довелось познакомиться с этим замечательным молодым человеком, хочу вот представить его тебе. — Разумеется, пап, — проворковал брюнет, никогда не в силах отказать в просьбе отцу.       Так как Юу — единственный сын семейства Широяма, отец постоянно знакомил его со своими деловыми партнерами, так что для парня это стало нечто весьма обыденным. Пускай он и не занимался делами компании, перед коллегами отца Юу все еще представал важной фигурой — он был рожден и выращен, чтобы угождать людям, услаждать их речами, вдыхать жизнь в различные мероприятия и вечера, украшать своим присутствием деловые встречи. Хоть Юу и совершенно не был заинтересован в семейном деле, его связи были невероятно важны для отца. И юноша не сомневался: отец устроил эту встречу, потому что явно познакомился с кем-то, кто представлял для него интерес. Возраст нового партнера по бизнесу отца удивил Юу: мужчина выглядел… уж слишком молодо, чтобы являться важной персоной. — Юу, это Койю, — начал Широяма-старший, после чего повернулся к Койю и приветливо, добродушно улыбнулся. — Койю, это мой единственный сын, Юу. — А, конечно, — Такашима расплылся в улыбке, и некая искорка любопытства в его взгляде заставила Широяму оторопело отвести глаза. Позже, спустя множество свиданий, Юу узнает от Койю, что именно тогда Такашима влюбился в него.       «Еще тогда, по тому первому взгляду, я всё понял, » — рассказал потом Койю. — «Еще тогда я понял, что ты — тот, с которым я бы хотел провести всю оставшуюся жизнь». И эти слова запали в душу Юу. — Приятно познакомиться, Юу, я много о тебе слышал.       Мужчина протянул ладонь для рукопожатия, и Юу мысленно заставил себя ответить взаимностью. — Не думаю, что знаю тебя, — спустя мгновение отозвался брюнет и отдернул ладонь назад, слегка краснея. Голос Койю одурманивал своей сладостью, и он не сводил взор темно-карих глаз с Широямы с тех самых пор, как увидел его — словно мужчина был полностью очарован им. Впрочем, не в первый раз Юу сводил мужчин с ума еще в самую первую встречу. — Да ничего. Я только недавно вернулся из длинной рабочей поездки в Германию. Ты, наверное, скорее больше слышал о моем отце, — вежливо объяснил Койю, стараясь звучать как можно мягче. — Его отец — наш новоизбранный министр финансов, — вмешался отец Юу, неодобрительно кивая сыну. — А Койю недавно занял пост гендиректора компании «Такашима Групп».       Внезапно Юу вспомнил, где же мог видеть Койю раньше. — А, точно, — протянул брюнет. О Койю нынче гудела вся страна. В конце концов, семейство Такашима — одно из самых почтенных в Японии. Любые дела, касавшиеся их бизнеса, широко освещались в СМИ. Юу почти забыл об этом, поскольку за последний месяц редко выходил из дома и совершенно не следил за сплетнями высшего общества. — Прошу прощения. Я мог бы и догадаться.       Вот теперь Широяма точно не сомневался, что отец специально устроил эту встречу. Единственный сын семейства Такашима? При таком раскладе папа явно позвал Юу не для того, чтобы укрепить их семейные отношения, нет. Отец уже не в первый раз знакомил Юу с потенциальными поклонниками — с большинством бизнесменов, с которыми Юу встречался, он познакомился благодаря отцу. — Да не стоит, — Такашима усмехнулся, помотав головой. — Это мне должно быть стыдно. Если б знал, что встречусь с невероятно красивым сыном семьи Широяма, то надел бы что-то более подобающее.       Ага, вот оно: Юу почти завоевал этого мужчину. Временами это давалось ему даже слишком легко.       Но тем не менее, флиртовать вот так легко с Юу прямо на глазах у его отца? Уж очень дерзкий ход со стороны Койю, заставивший Юу сильно рассмеяться в ответ. Похоже, Койю решил воспользоваться возможностью данной встречи, и он понимал, что не пострадает от каких-либо последствий, если пофлиртует с сыном своего потенциального партнера по бизнесу. Очевидно, что отец Юу даже ожидал такого развития событий и был очень рад оставить их двоих наедине, вместо этого присоединившись к старому другу за барной стойкой. — Ну ты и сам ничего такой, — поддразнил Широяма. Внезапно боль в груди, не дававшая ему покоя всё утро, улетучилась. — Знаешь, я тоже о тебе много слышал. За последний месяц я нечасто куда-то выбирался, но все без умолку говорят о невероятно красивом холостяке, что вернулся после учебы из заграницы домой. — О, правда? — старший засмеялся, обнажая белоснежные зубы. Юу задумался: как мужчина мог выглядеть настолько привлекательно? — Что же, а я вот слышал, что мне предстоит встретиться с самим Широямой Юу. Я часто бываю на мероприятиях и вечеринках, но ни на одной не видел тебя. — Да уж, — слабо усмехнулся брюнет. — Нет особо настроения куда-то ходить, наверное.       Почувствовав, как атмосфера изменилась, Койю решил не поднимать, видимо, «больную» для Юу тему и поспешил исправиться. Сделав шаг вперед, мужчина охотно взял Юу за руку, дабы выразить искренность своих чувств. — Нет-нет, это не так уж и плохо, не пойми меня неправильно. Было бы здорово повстречаться с тобой и раньше, но… похоже, ожидание того стоило, — шикарный акцент Койю как человека из высшего общества звучал потрясающе, а в совокупности с убийственно красивым лицом Такашима сражал наповал.       Юу заметно покраснел от внезапного прикосновения и кокетливо заправил прядь волос за ухо. — Ты всегда заигрываешь с любым человеком, которого только встретил? Таков ты, Такашима Койю? — Нет, только с самыми милыми, — отшутился старший, от чего щеки Широямы покраснели еще больше. Он изо всех сил старался скрыть смущение и отмахнулся, делая долгий глоток из бокала. Тем не менее, довольная усмешка на лице Такашимы лишь подтверждала то, что Койю видел его насквозь. — Не против, если мы выпьем вместе? — Не думаю, что могу отказать тебе, — рассмеялся брюнет, и губы Койю изогнулись в очередной теплой, искренней улыбке. Каждый его жест заставлял сердце Юу трепетать: Койю был таким джентльменом. — Что же, надеюсь, что тебе всегда будет достаточно комфортно со мной, чтобы сказать «нет», Юу.       Не думая больше ни о чем, Койю поднес ладонь Широямы к губам, оставляя нежный поцелуй. Юу почувствовал, как по спине пробежали мурашки, а рана на сердце начала медленно затягиваться. Все плохие воспоминания ушли, в груди расцвела надежда на новое начало.       Та встреча полностью изменила жизнь Юу.

***

      Вот она, свобода, томившая прямо на расстоянии вытянутой руки. Юу мог схватить ее, воспользоваться шансом, сбежать. Он мог исчезнуть вместе с закатом, воссоединиться с любимым человеком, оставить позади богатства, поменять имя, жить спокойной и счастливой жизнью. Юу поверил в себя, Юу боролся за свое право на любовь. Он заслуживал счастья после всего того, что пережил. Юу заслуживал той жизни, какой желал.       Но Широяма слишком человечный для этого. Он не убийца, как и говорил Койю, и никогда им не был. Юу убил человека лишь однажды, но только для того, чтобы спасти жизнь Таканори. Брюнет не питал никакой ненависти. На протяжении всей жизни его учили подстраиваться под окружающих, даже если собственный муж нацелил бы на него дуло пистолета, если Юу захотел бы уйти. Тем не менее, Такашима не заслуживал смерти, тем более от руки Юу.       Юу все еще хранил воспоминания о тех временах, когда Койю… был добрым и искренним, когда он был человеком.       В конце концов, Юу нашел в себе силы развернуться и убежать, но назад, откуда и пришел. Возможно, такое решение будет преследовать его до конца дней, однако Широяма не мог вот так уйти. Только не тогда, когда на голову его супругу упала хрустальная люстра, а сам Койю находился… при смерти. — Что с ним? — отчаянно спросил брюнет, продвигаясь через телохранителей, окруживших Такашиму. Они были правы: Койю выглядел невероятно бледным и не мог очнуться. Все тело было испещрено мелкими порезами от осколков люстры. Подойдя к нему, Юу аккуратно положил голову супруга себе на колени. Ужасающее осознание того, что он наделал, медленно накрывало брюнета. — Вы вызвали скорую? — Скорая уже в пути, — сообщил один из телохранителей, в то время как остальные пытались убрать тяжелую сломанную люстру в сторону с ног Койю. Прошла целая минута, прежде чем до Широямы дошло: он виноват в произошедшем. Юу едва ли смог сдержать слёзы. Он не хотел причинять Койю вред — лишь вырваться на свободу. По крайней мере, Такашима не истекал кровью, однако брюнет боялся, что последствия падения люстры на голову могли привести к исходу куда более худшему. Был ли Юу неправ? Ведь Койю точно собирался сделать больно ему.       Все же прямо здесь, прямо сейчас Койю казался таким хрупким, невероятно хрупким, словно труп: с закрытыми глазами, мертвецки бледной кожей, едва уловимым медленным дыханием. Трудно было представить, что мужчина, лежавший на коленях Юу, тот же, что еще пять минут назад собирался в него выстрелить. И когда только Койю стал таким жестоким? — Ко, прошу, очнись, — беспомощно прошептал брюнет, чувствуя, как кровь застывала в жилах. Вся жизнь будто ушла с лица супруга. Юу напряг слух, пытаясь уловить стук сердца, но шум в ушах перекрывал все звуки. — Пожалуйста. Ты же знаешь, я не хотел навредить тебе.       Ответа не последовало. — Прошу, я не хочу, чтобы ты бросал меня, — слезы неконтролируемо потекли по щекам Широямы, а страх стал в разы сильнее. — Я не хочу, чтобы мы ругались. Мы оба совершили ошибки. Очнись, мы можем еще обсудить это. Мы преодолеем трудности, клянусь.       Койю едва ли дышал. — Как я смогу дальше жить, если ты умрешь? — в полнейшей тишине зала Юу держал супруга на руках и слегка тряс его за плечи. Слезы брюнета стекали по лицу Койю, вниз по исхудалым щекам, перекрывая уже высохшие дорожки слез самого Такашимы. — Пожалуйста, ты не можешь вот так сдаться. Я не убежал, видишь? Я здесь с тобой и прошу тебя очнуться.       Внезапно Койю в объятиях Юу показался таким холодным.

***

      День прошел как в тумане. Юу поехал вслед за машиной скорой помощи в больницу, где Койю в срочном порядке увезли в реанимацию. Юу помнил, как с пустым взглядом заполнил все бумаги, едва ли вчитываясь в написанное. На глаза брюнета навернулись слезы. В больницу также приехали родители Койю и Юу. Они пытались поговорить с ним, однако брюнет был слишком ошеломлен, чтобы сказать хоть слово. Телохранители сообщили полиции о том, пара сильно поссорилась, только и всего. Лишь тогда Юу задумался, какое распоряжение Такашима отдал персоналу. Судя по всему, он велел всем молчать о том, что происходило в особняке, и ни при каких обстоятельствах не выставлять Юу в дурном свете. Пускай чувства старшего в последнее время стали токсичными, Юу знал, что Койю на самом деле любил его, хоть и по-своему. Широяма сомневался, стоило ли винить Койю в подобном, особенно, когда именно Юу стал причиной того, что Койю попал в реанимацию.       Врачи подтвердили худшие опасения Юу: прямо как он и подозревал, Койю получил довольное сильное сотрясение мозга и впал в кому. Никто не мог сказать точно, когда он очнется и очнется ли вообще. Судя по результатам обследования, не похоже, что он скоро бы пришел в себя. Такая новость ошарашила и Юу, и родителей: не только потому, что любимый сын слёг, но и потому, что семейный бизнес попал под угрозу — глава обеих компаний стал недееспособным. Внезапно надежда на светлое будущее померкла.       И родители Койю, и родители Юу оставили его ожидать в коридоре перед операционной в полном одиночестве, ведь больше всего был опустошен именно Широяма. Сидя в кресле, брюнет все это время дрожал, горько рыдая. Боль накатывала по всему телу волнами, а всхлипы сменялись тяжелыми вздохами, прежде чем снова захлестнуть его в объятия горя. Мать слегка приобняла Юу, но тем не менее, они ничего не могли поделать. Юу прекрасно понимал, что это его вина. Юу принял неправильные решения, за что теперь и поплатился. Койю такого не заслужил. Разумеется, он мог бы быть добрее и терпеливее к возлюбленному, но Широяма не мог отделаться от ощущения, что именно он свел Койю с ума.       Ведь лишь один человек довел Койю до больничной койки — и это Юу. Никто бы даже и подумать не мог, однако виноват был Юу. Если Койю не очнется, вина ляжет лишь на Широяму.       Как только в отделении разрешили посещения, Юу решил просидеть весь день и ночь возле постели мужа. Их брак едва продлился несколько недель, и брюнет все это время ни разу не относился к Койю как и положено было супругу. Столь короткий и полный боли союз; Юу не проявлял к старшему ни капли доброты. В данный момент было бы правильнее остаться рядом и не пользоваться возможностью сбежать. Ведь Юу мог сбежать запросто: мог использовать коматозное состояние мужа как повод уйти и вместо этого разыскать любимого человека. Однако Юу и так заставил Койю пройти через многое. К тому же, люди в коме на самом деле слышать всё, что им говорят, и Юу не хотел оставлять Такашиму одного. Только не так. Только не в самом худшем одиночестве.       Юу будет ждать, пока Койю не очнется от глубокого сна, а затем они спокойно поговорят как взрослые люди (что стоило сделать еще давно). После чего Широяма сможет наконец-то зажить жизнью, о которой всегда мечтал.       Тем не менее… дни сменялись неделями, недели — месяцами, месяцы — годами. Юу столкнулся к горькой реальностью: не всегда всё идет так, как тебе хочется.

***

— Доброе утро, Ко, — обыденно протянул Юу, зайдя в больничную палату. Брюнет, как обычно, принес один-единственный подсолнух и, поставив цветок в вазу на тумбочку возле кровати, присел напротив Такашимы.       Койю поместили в самую дорогую палату VIP-класса в закрытое отделение с самыми лучшими врачами и медсестрами во всей Японии. Отец Юу не поскупился и проследил, чтобы Койю получил лучшее лечение и уход, даже если это не особо помогало — Такашима так и не вышел из комы, в которой пролежал уже который месяц.       Видеть Койю в таком состоянии иногда казалось нереальным — он будто просто спал и мог вот-вот проснуться в любую секунду. Забавно, но так Такашима выглядел гораздо мягче. Юу не мог поверить, что всего за несколько недель старший настолько обозлился… и это привело к той роковой ссоре. Койю тогда на самом деле слетел с катушек. — Конечно, ты не можешь сейчас меня увидеть, — грустно пробормотал Широяма и протянул ладонь, смахивая отросшие пряди со лба супруга. — Но кое-что изменилось.       Юу не знал, почему вообще умолкал, словно до сих пор ожидая ответа. — Я в костюме. Да-да, ты, наверное, не понимаешь: что же собрался делать Юу, раз костюм надел? Что же, я наконец-то иду на работу. Знаю, я не рассказывал тебе об этом, но подумал сделать приятный сюрприз. Наши семьи… Хм, в общем нам нужен преемник. Твой преемник. Они не один месяц обсуждали, кто же займет твою должность, и выбор дался нелегко. Разумеется, такому человеку, как ты, нельзя найти замену. Ты никогда не ошибался и успешно вёл бизнес. В конечном счете, мы решили, что нашим делом лучше управлять кому-то… кто принадлежит нашей семье. Понимаю, ты, наверное, мучаешься вопросом, стану ли я гендиректором, возьму ли власть в свои руки. «Как же, ты ведь моя «идеальная женушка», тебе не следует заниматься столь серьезными вещами, — подумаешь ты.       Брюнет слегка замялся, невольно предаваясь воспоминаниям, которые так отчаянно хотел выкинуть из головы. Койю ведь никогда особо не верил в Юу. — Родители тоже в меня не верили. Но я взял инициативу на себя и в глубине души понял, как сильно хотел этого многие годы. Я наконец-то… получил шанс проявить себя, Ко. Знаю, ты бы никогда не одобрил, но другого шанса у меня и не будет. Обещаю, я буду работать усердно, прямо как ты раньше. Ты — тот, на кого я равняюсь, знал об этом? С каждым шагом вперед я буду думать о тебе и спрашивать самого себя: а как бы поступил Койю?       Хмыкнув, брюнет почувствовал, как на глаза медленно натянулась обжигающая пелена слёз. Будет лучше, если он покончит с этим как можно скорее. Юу не мог разрыдаться в свой первый рабочий день. — В любом случае, просто хотел проведать тебя по пути в компанию и рассказать правду. Я верю в себя, Ко, и надеюсь, что ты тоже веришь в меня. Всем этим я обязан лишь тебе. Наш бизнес — твоя заслуга. Как мне кажется, будущее будет благосклонно к нам. У меня хорошее предчувствие.       На этот раз Юу впервые самостоятельно примет правильное решение.

***

5 ЛЕТ СПУСТЯ

— Остановите здесь, — скомандовал Юу водителю, и тот медленно подъехал к указанному месту.       Юу впервые оказался за городом, однако ничего интересного там не наблюдалось: только элитная тюрьма и рисовые поля, окружавшие её территорию. Дорога сюда оказалась непростой: час лететь на частном самолете, а затем полчаса езды из аэропорта — целое путешествие, изрядно занявшее время в загруженном расписании брюнета. Однако когда этот день пройдет, уже ничего не будет иметь значения. Тем не менее, Широяма чувствовал, как ассистентка, сидевшая напротив него в машине, была невероятно напряжена — она волновалась, что они не успеют вернуться в город по другим делам. — Широяма-сан, у вас есть всего полчаса, — нервно протараторила девушка. — Не забудьте, вечером еще пресс-конференция. — Знаю, Эми, — шумно выдохнул Юу. Заваленный график Койю не давал ему покоя с тех самых пор, как он взял на себя обязанности Такашимы после того… что случилось одним роковым утром. Жизнь Юу превратилась в бесконечные встречи, нескончаемые бумаги и договоры. Прожив столько лет, ничего особо не делая, он не был готов к такому, однако деваться было некуда. — Я недолго, обещаю. — Охрана уже ожидает вас у входа, я сообщила им о вашем прибытии.       Едва Юу вышел из машины, и тюремная охрана сопроводила его внутрь, брюнет почувствовал, как напряжение слегка сковывало его. Прошли годы с тех пор, как он в последний раз видел Ютаку, а говорил — так тем более. Юу не знал, какие мысли были у Ютаки насчет него. Несмотря на то, что СМИ молчали о произошедшем с Койю — Такашима-сан заплатил приличную сумму, чтобы секреты семейства не просочились в массы, — Широяма не сомневался: Ютака наверняка размышлял о том, через что на самом случилось с братом, учитывая, что Ютака знал о романе Юу с киллером. Койю навестил Ютаку лишь однажды, когда хотел лично услышать подтверждение того, что у Юу с киллером роман. Юу был уверен: младший Такашима питал смешанные чувства относительно того, что Юу занял должность гендиректора. Несмотря на прошлое, Ютака — все еще Такашима по праву. Разумеется, он хотел заполучить все лавры.       Юу понимал, насколько сильно изменился из услужливого слабака, однако прошлое отчасти мешало двигаться дальше. Он осознавал, что в целом совсем не изменился, ведь если он бы действительно изменился, то не ложился бы спать с тревожными мыслями о мужчине с выбеленными волосами, которого мог больше никогда не увидеть. Почему он продолжал засыпать, видя во сне знакомое лицо, губы, что целовали его в номерах мотелей; тело, что дарило ему тепло и любовь на плохо выстиранных простынях? Судьба подарила им столь короткое время на двоих, но воспоминания о тех моментах — единственное, за что Широяме оставалось цепляться. Это единственное напоминание о том, каково это: быть счастливым — по-настоящему, искреннее, бескорыстно. С тех пор Юу повзрослел и получил больше власти, но никакая власть не могла заменить наслаждение, что дарили ему объятия Таканори. Юу все еще думал о Таканори днями и ночами, все еще видел о нем сны, все еще тосковал по нему. Люди меняются, но любовь Юу к Таканори оставалась неизменной.       Широяма задумался, чем занимался киллер теперь. Скучал ли он? Видел ли новости? Видел ли сны о Юу? Или киллер давным-давно забыл о возлюбленном? Или же Юу стал частью неприятного прошлого киллера, которое он предпочел забыть? Вдруг он женился, завел семью, начал жить обычной жизнью, как и всегда мечтал?       Мог ли Юу хотя бы лелеять надежду, что Таканори все еще ждал его спустя столько лет? Разумно ли со стороны Широямы надеяться на подобное? Тем более, когда Таканори наверняка изменился так же, как и сам брюнет.       Мысли Юу внезапно оборвали. Надзиратели жестом указали ему на стул, и взгляд Широямы сосредоточился на заключенном, сидевшим по ту стороны кабинки для свиданий. Шумно откашлявшись, тот скрестил руки на груди и закинул одну ногу на другую, самодовольно ухмыляясь. В тюрьме, очевидно, к Ютаке относились хорошо. Гладко выбритое лицо выглядело отдохнувшим, и Ютака даже набрал пару килограммов: разница между тем осунувшимся, нездоровым видом человека, употреблявшего наркотики, была очевидной. Не стало и выделявшихся во внешнем виде дредов — темно-русые волосы были коротко подстрижены. Такая прическа самому Юу импонировала больше. Ютака был одет в простую тюремную форму, от чего казался менее угрожающим, поэтому Широяма расслабился.       Столкнувшись с Ютакой взглядами на мгновение, брюнет понял: забавно, но он все еще чувствовал себя тем прежним Юу, красовавшимся перед младшим братом Койю, все таким же намеренно «кокетливым» и чересчур услужливым. Однако то время давно прошло — Юу давно изменился. Прошли годы с тех пор, как он притворялся тем Юу из прошлого. Чтобы стать гендиректором, ему пришлось кардинально измениться, надевая маску строгого начальника. Все знакомые и друзья пребывали в шоке; многие сомневались, что Юу потянет должность Койю, но Широяма доказал им обратное — доказал всем, что они были неправы, и что отныне никто больше не посмеет усомниться в его силах. — Юу-Юу-Юу, — протянул Ютака, цокая, и фыркнул, завидев Юу. — Неужели выкроил время в забитом расписании, чтобы навестить своего деверя? — Добрый день, Ютака, — поздоровался брюнет, довольно наблюдая, как младший Такашима оглядел его в ног до головы, словно сравнивая, насколько Юу изменился с тех пор, как они виделись в прошлый раз. — Как поживал? — Всё как всегда, — усмехнулся Ютака, вскидывая бровь. — Ты все такой же красивый, прямо как тогда на корабле. Волосы немного отросли, но красота все не угасает. Наверное, некоторые вещи никогда не меняются, да? — шатен замер для большей драматичности. — Однако в этот раз что-то в тебе изменилось. Выглядишь так, словно знаешь, чего хочешь. Глаза горят. Тебе удалось вкусить власти, и теперь ты знаешь, каково это.       Юу совершенно не нравилось тот факт, что Ютака читал его как раскрытую книгу. — Конечно, и ты прекрасно знаешь, что мне пришлось взять на себя обязанности Койю. — А, ну да, — младший Такашима раздраженно закатил глаза. — Изумительное решение с твоей стороны. Ты уже столько всего сделал для компании, верно? Как-то вычитал, что продажи удвоились с тех пор, как ты заступил на должность. Если бы Койю погиб, то наверняка бы сейчас в гробу переворачивался. Но, разумеется, он еще жив, однако надолго ли? Бедный братец, так и не открыл глаза за эти пять лет. Кстати, как тебе работа и вся эта корпоративная жизнь в целом? Нормально?       Юу прикусил кончил языка, чтобы не сорваться на Ютаку — нельзя было ругаться с ним, Юу не для этого сюда пришел. Ютака вечно язвил, но лишь потому, что жизнь сурово с ним обошлась. Широяма напоминал себе о том, что если бы к нему судьба тоже не была столь благосклонной, он бы вел себя точно так же. Тем не менее, судьба с рождения наградила Юу привилегиями. — Я рад, что наши семьи гордятся мной, только и всего. По крайней мере, я должен Койю.       Равно как и самому себе. Никто никогда не говорил Юу, что однажды он сможет заполучить всё в свои руки, однако Широяма поверил в себя и доказал всем (самому себе в том числе), что они были неправы. Таканори тогда был прав: Юу мог всё. Таканори впервые поверил в него, и Юу никогда это не забудет. — О, не сомневаюсь, ты сейчас наслаждаешься жизнью, о которой я всегда мечтал, — с издевкой пробормотал Ютака. Как только Юу услужливо напомнил ему о том, что украл его мечту, младший Такашима перестал притворяться. — Естественно, ты здесь только для того, чтобы позлорадствовать мне в лицо. Поверь мне, это вовсе необязательно: с тех пор как меня заключили под стражу, я пристально слежу за ситуацией в компании. Знаю, ты прекрасно справляешься. Но если ты пришел, чтобы принять меня с распростертыми объятиями назад домой, в семью, то напомню: я выйду из тюрьмы лишь через месяц. Больно рано ты пришел, и я абсолютно без понятия, зачем ты пришел проведать меня.       Так как Койю лежал в коме, никто больше не мог связаться с Ютакой и сообщить ему о досрочном освобождении. Юу решил оказать ему любезность и взял на себя все незаконченные дела, включая судебный процесс по делу Ютаки. Конечно, шатен пытался однажды убить Широяму. Однако Юу не намеренно отнял у его брата годы жизни, так что было бы честно со стороны брюнета взять на себя ответственность за исполнение самых важных задач. Юу постарался как только мог и добился того, чтобы долгий срок Ютаки сократили до пяти лет — естественно, помогла репутация семейства Такашима, и без щедрых пожертвований не обошлось. Когда ты на верхушке общества, за всё на самом деле приходится платить. — У меня есть всё, о чем ты мечтал, — повторил Широяма, на что Ютака со злостью посмотрел на него, задаваясь вопросом: неужели Юу просто издевался над ним? — Именно поэтому я и пришел к тебе, Ютака. Послушай, знаю, между нами произошла пара неприятных моментов. Ты однажды пытался убить меня, и из-за меня ты попал в тюрьму, а твой брат и мой муж впал в кому… Всё, о чем ты только мог мечтать — я должен отплатить тебе этим. Мы с твоим отцом долго пытались прийти к общему решению, однако нам удалось договориться. Через месяц ты выйдешь из тюрьмы, а мне должность гендиректора совершенно ни к чему. Нет, всё идет прекрасно, и я усердно тружусь, но это не то, о чём мечтал я. Такая жизнь всегда должна была достаться тебе.       Слова Юу ошарашили Ютаку. — Погоди… Что ты сейчас сказал? — Компания твоя, — на выдохе произнес брюнет, чувствуя, словно камень упал с плеч.       Младший Такашима невольно приоткрыл рот в глубоком шоке. — Н-Но… Почему? Мой отец… Ты… Койю… А? — ему было тяжело осознать новость, ведь всю свою жизнь он мечтал лишь об этом, а теперь Юу преподнес ему мечту на блюдечке с голубой каемкой. Ютака был рад, но пребывал в таком удивлении, что даже не мог обрадоваться. Он совершенно не верил в то, что ему так повезло. — Я полагал, что желал жить только так, — честно начал Юу, с толикой вины избегая взгляда собеседника. — Но, думаю, мне хотелось доказать самому себе, что я способен на многое, в то время как остальные не верили в меня. Все это время я не понимал, что жаждал отыскать именно это чувство, которое не купишь ни за какие деньги. Всё дело в человеке — не в семье Такашима, а только… в нём.       Юу много размышлял: каждую ночь за последние пять лет он провёл, не закрывая глаз и пытаясь выяснить причину своего разбитого сердца. В груди будто зияла дыра, которую ничто не могло заполнить, кроме как улыбка киллера. Широяма осознал, что вложил слишком много усилий и времени, приводя всё порядок ради мужа, который мог не очнуться. Разумеется, Юу мог провести остаток своей жизни, мучаясь угрызениями совести и зная, что именно он ответственен за кому, в которую впал Койю. Однако… разве это было честно? Юу не мог дальше жить, чувствуя постоянную жалость к себе — он и так провел жизнь в сожалениях до и после встречи с Койю, так что если Широяма продолжит жить так и дальше, то задохнется в вечном раскаянии.       Когда Юу наконец осознал, что даже не давал себе шанса найти Таканори, упорхнуть из «золотой клетки» на свободу, обрести хоть какое-то счастье, то решил заключить сделку с родителями Койю. Он никогда не желал вмешиваться в дела компании, да и так очень много сделал для её процветания, какого старшие представители семейства прежде не видели. Разумеется, учитывая, что корпорация — совместное детище семей Широяма и Такашима, брюнет будет иметь долю власти в своих руках как номинальный представитель семейства и акционер. Однако Юу принял решение официально отойти от должности генерального директора Такаяма Корпорейшн. Кто идеально подходил ему на замену? Конечно же Ютака. Это была идея Юу: так Ютака мог бы вращаться в семье, получить желаемое и восстановить утраченный имидж, наладить отношения с отцом. Хоть люди и совершают ужасные поступки, но в душе у всех теплится добро. Такашима-старший поначалу воспринял такое предложение неохотно, но доверие, которое выстраивалось к Юу годами, и результат, что окупился спустя годы, вдохнули в него веру в Юу. — Ты делаешь это ради него, — невольно предположил Ютака. Младший Такашима всегда отличался невероятным умом, так что Юу не сомневался: компания будет в хороших руках. Глаза шатена загорелись удивлением. — Руки, да? Его зовут Руки? Значит, ты бросаешь всё ради него? Даже спустя столько времени, спустя столько лет ты вернешься к нему? Как ты можешь любить его настолько сильно?       Юу напряженно усмехнулся. — Любовь поразительна, не правда ли? — Но как же Койю? Отец бы в жизни не позволил тебе развестись с ним, потому что развод плохо скажется на репутации, — Ютака знал об этом как никто другой: всю жизнь его прятали от глаз общественности, поскольку глава семейства считал даже существование Ютаки огромным скандалом, что мог очернить фамилию Такашима. Такой поступок со стороны отца заставил Ютаку долго страдать, поэтому он не верил, что Юу так легко разрешили оставить Койю. — Прошло пять лет, Ютака, — тихо пробормотал Широяма в ответ. В черных радужках прослеживалась боль, озадачивавшая Такашиму. Юу явно печалился из-за Койю, пусть даже и разлюбил его давным-давно. — Они дали мне свое благословение двигаться дальше и прекрасно понимают, что я не могу просидеть возле их сына до конца своей жизни. — Отец все такой же… — в недоумении прошептал Ютака. — Люди меняются, — губы Широямы тронула улыбка, полная сожаления. — Уж я-то знаю.       Больше им нечего было рассказывать друг другу, да и Юу сообщил Ютаке всё, что хотел. Широяма мельком взглянул на часы — они разговаривали вот уже двадцать минут, и Юу понимал, что если задержится тут хоть еще на пару секунд, то ассистентка вновь изойдётся волнением. — Увидимся на свободе, — попрощавшись, брюнет направился на выход. Надзиратели уже открыли ему двери, дабы сопроводить, как вдруг: — Подожди! — в нехарактерном для него отчаянии выкрикнул Ютака, достаточно громко, чтобы привлечь внимание Юу в последний раз. — Это был ты?       У Широямы чуть сердце в пятки не ушло. Он прекрасно понимал, что Ютака имел в виду, и ожидал подобного вопроса, хоть и не представлял, что же сказать в ответ. — Ты это сделал? Прошу, я должен знать. Он ведь мой брат, и… я даже не успел по-настоящему назвать его братом.       Юу знал, что Ютака на самом деле в душе был куда более сентиментален, чем казался на первый взгляд. С другой стороны, Юу мог понять, почему он переживал за брата: Койю всегда заботился о младшеньком, хоть и постоянно отрицал это. Естественно, Ютака желал узнать правду насчет Койю. — Прости, Ютака, — натужено выдал Юу как можно искренне. Что еще ему оставалось сказать? — Я поступил так, чтобы спасти жизнь себе.       Юу столько лет корил себя за то, что не смог предотвратить неизбежное, однако пришла пора двигаться дальше.       Широяма обернулся к младшему Такашиме спиной и ушел — лишь бы не видеть отчаяние, утонувшее в его карих глазах.

***

— Репортеры всё не прекращают названивать, — сообщила ассистентка Юу, Эми, как только брюнет сел в машину. Широяма, теперь уже состоявшийся мужчина тридцати четырех лет, устало потер виски, понимая, что день ему представал тяжелый. — Просят хоть небольшой намек на то, по какому случаю состоится сегодняшняя конференция. Не пора ли сообщить им?       Юу прислонился головой к окну, а затем утомленно помотал ею, как только авто вновь тронулось в сторону аэропорта. Личная встреча с Каем и так порядком утомила брюнета, а публичное выступление, которые затянется на несколько часов, ужасало его еще больше. — Скрывать больше не имеет смысла. Можете перезвонить им и сказать, что я решил отойти от должности. Журналисты и репортеры из крупных каналов точно прибудут на конференцию. — Конечно, Широяма-сан, — отчеканила Эми и тут же поспешила набрать-то в телефоне: видимо, оповещая сотрудников прессы. — Кстати, досье на того мужчину по имени Таканори уже готово. Нашим ребятам понадобилось много времени, чтобы найти его, учитывая, что на него почти нет информации. Однако для нас нет ничего невозможного. Желаете, чтобы я отправила вам всё на почту?       Впервые за долгое время Юу говорил о Таканори с другим человеком. То, каким теплым и живым звучало его имя, заставляло Юу… сдерживать слёзы. Широяма так долго душил в себе любую мысль о нём, что иногда было сложно поверить в то, что… Таканори на самом деле существовал. В последний раз брюнет видел его, слышал, как хриплый голос нетерпеливо и… одиноко звал его по имени уже очень давно. Единственное, что у Юу осталось от киллера — выведенные чернилами ласточка и воробей на запястье. Этой татуировкой Юу дорожил как собственной жизнью — именно она помогла выдержать эти долгие, тяжелые пять лет. Широяма считал, что было бы неправильно бросать Койю и искать Таканори, когда Такашима нуждался в нём больше всего, но спустя целых пять лет Юу осознал, что так больше продолжаться не могло.       Когда Юу решил разыскать Таканори, то прекрасно понимал, что будет сложно. Став частью семейства Такашима, Юу заполучил неограниченный доступ к их связям в мире криминала — единственный плюс. Брюнет особо не пользовался таким преимуществом, поскольку не был из тех, кто стал бы вести бизнес нечестным образом, поэтому если Юу возглавит компанию, то больше всех будет заслуживать похвалы и уважения. Тем не менее, на данный момент, когда нужно было найти человека, который тщательно скрывался, помощь верных псов семейства Такашима пришлась Юу очень кстати. Неделю назад он запросил лишь местонахождение Таканори, а сейчас уже получил довольно объемное досье на него. — Разумеется, отправьте на почту, сейчас же прочту, — как можно спокойнее проговорил Широяма, однако в душе он держался из последних сил, чтобы не заплакать и не закричать.       Уведомление о новом сообщение всплыло на экране, не прошло и минуты, и одним нажатием Юу открыл документ — отчет, составленный его людьми на Таканори.       На экране сразу же высветилось фото Таканори, заставляя Юу шумно сглотнуть ком слез и всхлип. Сколько же времени уже прошло… Много, даже слишком много. Брюнет не мог поверить в том, как всё переменилось. Игнорируя озадаченный взгляд ассистентки, Юу с тоской провел пальцами по фото на дисплее. Сердце забилось болезненно, и Широяма быстро поморгал, смахивая слезы, которые так долго сдерживал — слёзы, которым он давал волю, лишь когда оставался один ночью под одеялом.       Фото, очевидно, было тайно снято издалека, и Таканори, судя по всему, совершенно не подозревал, что за ним следили. Если бы не сильнейшая тоска по киллеру, Юу бы чувствовал себя ужасно за то, что вот так вмешивался в его личную жизнь.       Спустя столько лет, Таканори продолжал и дальше носить блонд, и его глаза сияли гораздо ярче, потеряв тот характерный тусклый блеск, не покидавший его. Во взгляде киллера прослеживалась решимость, и на пухлых губах даже мелькала улыбка — Таканори держал на руках чихуахуа, играя с ней. Они сидели где-то на пляже, среди множества отдыхающих на заднем фоне; киллер никогда не выглядел более счастливым — даже рядом с Юу, когда в крохотные моменты счастья они наслаждались объятиями друг друга по утрам в постели мотеля, в карих глазах Таканори теплилась грусть. Они оба знали: их отношениям придет конец, так или иначе.       Однако на фото… Таканори избавился от маски и вуали скорби, преследовавшей его с детства, и обрел друга в виде самой очаровательной собаки, которую Юу когда-либо видел. Таканори был таким красивым. И Широяма был так рад увидеть его, пускай даже на фото, что слезы лились по щекам. Но Юу не обращал внимания ни на слезы, ни на потекшую подводку, вытирая глаза. В любом случае, перед пресс-конференцией ему поправят макияж и прическу, так что переживать не о чем.       Изящным движением пальцев Юу пролистнул отчет дальше и начал читать, невольно улыбаясь в предвкушении.

Полное имя: Таканори Мацумото Пол: Мужской Дата рождения: 1 февраля 1982 года Цвет волос: Светлый Цвет глаз: Темно-карий Цвет кожи: Светлый

      Юу никогда не осознавал, что все это время ни знал фамилии, ни дня рождения возлюбленного — для него это стало открытием лишь сейчас.

Семейное положение: В браке не состоит

      Широяма не отрицал, что почувствовал невероятное облегчение, узнав это, однако следом задался вопросом: плохо ли с его стороны было радоваться такому факту? Таканори не один раз говорил о том, как хотел обзавестись дружной настоящей семьей, поэтому Юу боялся, что Таканори найдет такую, когда они попрощаются. Ужасно ли было со стороны Юу желать, чтобы Таканори ждал лишь его? Неправильно ли со стороны Юу надеяться, что Таканори все еще верил в их отношения?

Страна проживания: Содружество Багамских островов

      Брюнет едва сдержал радостный визг — значит, Така, так или иначе, все-таки перебрался на Багамы. — Эми, забронируйте мне билет на завтра на Багамы. Полечу первым же рейсом.