Старшая школа Хогвартс | Hogwarts High

"Джингл беллз, джингл беллз, джингл..." Щелк. "Я мечтаю о белом Рождестве..." Щелк. "Это начинает очень походить на..." – О, черт возьми. Гермиона подавила хихиканье, когда Беллатрикс совсем выключила радио. Они обе сидели в машине Беллатрикс и ехали поесть в какую-то не сетевую пиццерию в городе. – Не любишь рождественскую музыку, я так понимаю? Беллатрикс нахмурилась и крепче сжала руль. – У меня нет проблем с рождественской музыкой. Но это первый день декабря. Это просто смешно в данный момент. – Да ладно. Люди просто проникаются духом праздника! – И я присоединюсь к ним. Когда это действительно будет Рождество. Гермиона ухмыльнулась. – Гринч. – Никогда не смотрела, так что это оскорбление ничего для меня не значит, ха. – Подожди. Ты никогда не видела Гринча? Беллатрикс насмехалась. – Гермиона, перестань. Неужели ты думала, что мои родители смотрят с нами рождественские фильмы? В дни после Дня Благодарения Беллатрикс начала немного больше рассказывать о своей домашней жизни – не настолько, конечно, чтобы Гермиона могла составить полное представление, потому что это было бы слишком просто, но достаточно, чтобы понять, что нет, она не ожидала, что Блэки устраивают семейные вечера просмотра фильмов. – Что ж. Теперь мы знаем, что будем делать в эти выходные. Беллатрикс застонала. – Нам обязательно? – Да. От этого никуда не деться. И, хотя Беллатриса нахмурилась от души, Гермиона могла поклясться, что увидела под этим намек на улыбку.

»-———— — ————-«

– Итак, если ты добавишь эту часть к формуле, должно получиться... – О! Хорошо, но тогда это переходит сюда и... – Гермиона прервалась, осознав, что в классе воцарилась полная тишина. И она, и Беллатрикс одновременно подняли глаза, чтобы увидеть высокого, немного неловкого, но явно красивого мальчика, стоящего у двери. – Я ищу класс мистера Слизнорта? – А! Класс, это Виктор, он приехал сюда из Болгарии по обмену – поздоровайтесь со всеми! Виктор получил, пожалуй, самое восторженное "приветствие", которое когда-либо произносил класс старшеклассников. – Хорошо, почему бы тебе не присоединиться к одному из лабораторных столов, я позволю тебе выбрать. – Лаванда Браун и Пэнси Паркинсон оживились и бросили взгляд на Виктора, что было, пожалуй, единственным случаем, когда Гермиона видела их работающими вместе. Конечно, это прошло, как только он прошел мимо их столика, и обе девушки снова стали смотреть друг на друга, как будто во всем был виноват кто-то другой. К огромному удивлению Гермионы, Виктор пододвинул стул и поставил его прямо напротив их с Беллатрикс лабораторного стола. – Здравствуйте. Я Виктор Крам. Они обе на мгновение застыли, прежде чем Гермиона заметила, что он протянул руку и она неловко зависла в воздухе между ними, и протянула свою, чтобы встретить ее. – Гермиона Грейнджер. А это Беллатрикс. – Очень приятно познакомиться с вами обеими, – улыбнулся он. Остаток урока они провели в молчании, пытаясь следить за бреднями Слизнорта – Гермиона была очень рассеянна, Виктор украдкой бросал на нее косые взгляды, а Беллатрикс вернулась в свое обычное положение, с тоской глядя на часы над дверью и вертя в руках карандаш. Когда урок подошел к концу и все начали собирать вещи, Виктор потрепал ее по руке. – Ге-рми-оун-ни? – Беллатрикс поспешно спрятала фырканье за резким кашлем. – Я думаю... не хочешь ли ты пойти со мной в кино в эти выходные? Карандаш щелкнул. Гермиона расширила глаза, чувствуя себя зажатой между обнадеживающим взглядом Виктора и убийственным взглядом Беллатрикс. – Эм. Я... эм... Прозвенел звонок. И, взяв пример с Беллатрикс, она побежала из класса, оставив двоих, сидящих за столом, смотреть на ее удаляющуюся фигуру.

»-———— — ————-«

– Привет, Гермиона. Мы хотели спросить... – Мы видели Блэк, проносящуюся по коридорам... – Выглядела она так, будто собиралась убить кого-то... – И поскольку ты буквально единственный ее друг, мы подумали, что ты можешь знать... – Что происходило? Гермиона застонала и посмотрела между близнецами. – Я понятия не имею. И для протокола, это уже третий раз, когда кто-то спрашивает меня об этом сегодня. Неужели так важно, почему Беллатрикс так разозлилась? – Ну, да, – сказал Невилл. – Я не видел ее такой злой с тех пор, как мы учились в средней школе и она сломала нос Эрни Макмиллану. О, Боже, надеюсь, она не сломает нос Виктору, подумала Гермиона с отчаянным весельем. – Ну, я понятия не имею. – Эй, я видел, как она смотрела на того студента по обмену во время третьего урока, – неожиданно сказал Гарри. – Как его зовут? Виктор, что ли? Я видел, как он пытался с ней заговорить, и она выглядела очень взбешенной. – Да, это связано с Виктором. Он пытался забрать у нее что-то, – рассеянно сказала Полумна, перелистывая страницу в своей книге. Рон нахмурился и направил на нее свою вилку. – Ты что-то знаешь! Что он пытался взять? Она ничего не ответила. Гермиона вздохнула с облегчением – и тут же поймала себя на том, что Джинни бросила на нее веселый взгляд. После обеда она отозвала ее в сторону. – Ладно, что случилось? Гермиона вздохнула. – Виктор пригласил меня на свидание. На химии. Джинни на мгновение уставилась на нее, а затем разразилась смехом. – О, Боже! Она ревнует?! О, это... это слишком хорошо. Это потрясающе. Она хлопнула себя по плечу. – Это не удивительно! Он все еще ждет ответа, потому что я выбежала из класса... – Джинни завыла от смеха. – И теперь она, наверное, собирается убить его! Джинни не ответила, все еще слишком занятая попыткой перевести дыхание. – О, заткнись.

»-———— — ————-«

– Гер-ви-она? – Виктор! Я... здравствуй! Прости, что ушла... – Все в порядке. Мы можем поговорить? – Конечно. Отойдя от Джинни, которая озорно ухмыльнулась, она села рядом с Виктором. У них был французский язык, один из немногих уроков в этот день, который она не проводила с Беллатрикс, и их учительница, мадам Делакур, была занята раздачей тестов, так что у них было немного времени в начале урока. – Твоя подруга – Беллатрикс? Она очень... чрезмерно заботливая. У Гермионы свело живот. – О боже. Что она сделала? – Ничего! Она просто... я не думаю, что нам стоит встречаться. Ее глаза сузились. – Что она сказала? Он бросил на нее виноватый взгляд. – Я не могу сказать. Но... я был бы счастлив быть другом? С тобой и той жуткой девочкой, если она позволит. – О, Виктор, это было бы... да, я бы хотела. Спасибо. Их внимание привлек звук стука. – Bonjour, класс. Я дала вам petit examen (небольшой экзамен), сейчас мы его просмотрим, пожалуйста, переверните его на первую страницу... – Простите? Извините, что прерываю, но я ищу свою сестру. – Билл! – Джинни усмехнулась. – Простите, мадам Делакур. Их учительница подняла на нее бровь, а затем окинула Билла Уизли оценивающим взглядом. Его длинные рыжие волосы были собраны в хвост, в ухе красовалась серьга, из которой, Гермиона могла бы поклясться, торчал акулий зуб, а под кожаной курткой на груди виднелось несколько татуировок. – Да, я получила сообщение, что мисс Уизли покинет нас сегодня рано. Пошевеливайтесь, пожалуйста, чтобы мы могли продолжить урок. Билл усмехнулся. – Простите, мисс Делакур. Я отвлекся на красавицу, стоящую у входа в класс. Класс захихикал, все вдруг стали гораздо более заинтересованными в том, что их учительница скажет дальше. Она лишь поджала губы и бросила на него свой знаменитый взгляд, от которого улыбка Билла немного померкла. – Классная комната – не самое подходящее место для таких отвлекающих моментов, не так ли? – О, вы абсолютно правы. Я бы предпочел отвлечься в той кофейне внизу по дороге. Скажем, в четыре? Джинни, сидевшая за своей партой, выглядела абсолютно ликующей, глядя между братом и учителем с широкой ухмылкой на лице – как и весь класс. Никто не заметил ни легкого румянца на щеках мадам Делакур, ни того факта, что ее акцент стал более тяжелым, когда она сказала: – Возможно. – они некоторое время смотрели друг на друга, прежде чем Делакур прочистила горло. – Да, хорошо. Мисс Уизли, мне нужна контрольная работа к завтрашнему дню. Вы можете идти. Ухмыльнувшись напоследок, Билл схватил свою хихикающую младшую сестру за руку и вышел за дверь.

»-———— — ————-«

– Беллатрикс! Она побежала догонять более короткую девушку, схватив ее за руку как раз в тот момент, когда та начала открывать дверь своей машины. – Что? – Я разговаривала с Виктором сегодня на французском. Он сказал, что ты говорила с ним, и внезапно он очень не захотел встречаться со мной. Беллатрикс прикусила губу и неловко сдвинулась с места, прежде чем отдернуть руку. – Ну, мы поговорили. Не в этом смысле, черт возьми, просто... мы пришли к пониманию. Я же не угрожала ему или что-то в этом роде. Подозрительно изучив лицо Беллатрикс, она пришла к выводу, что та, скорее всего, не лжет. – Хорошо. Эй, я тут подумала... – Я свободна в четыре. – Хорошо. Моя мама спрашивала меня... – Я должна уйти в шесть. У моей младшей сестры какой-то концерт группы, на который она хочет, чтобы я пошла. Гермиона оживилась. – Можно мне пойти? – Я... э... конечно? Конечно, да, конечно, я... да! Пока. – Все еще выглядя довольно взволнованной, Беллатрикс отошла и села в свою машину. – Кажется, она не в состоянии формировать полные предложения, когда ты рядом. Гермиона вздрогнула, но тут же успокоилась, увидев, что позади нее стоит Полумна. – Полумна! Ты меня напугала. Полумна хмыкнула, поправляя лямки своего рюкзака. – Прости за это. – Э... что ты имела в виду, когда сказала, что она не может формировать полные предложения? – Что, ты не заметила? Беллатрикс обычно такая собранная, но она кажется расслабленной, когда ты рядом, тебе не кажется? Это хорошо. Ей бы точно не помешал кто-то, кто заставит ее нервничать. Так она кажется более человечной, особенно для самой себя. – Заставлять ее нервничать?! Я не заставляю ее нервничать! – О, да, заставляешь. Она думает, что у тебя красивые глаза, вот и все. – Что... она... что? – Беллатрикс очень повезло, я думаю. Не каждый день на такое чувство отвечают взаимностью, хотя я сомневаюсь, что кто-то из вас это заметил. – А? – О, мне нужно идти, мой отец здесь! Мягко улыбаясь и, казалось, полностью забыв об их разговоре, Луна побежала в сторону леса. Странно.

»-———— — ————-«

– Итак, твоя сестра в группе? – Да. Играет на флейте. Вообще-то, она не так уж плоха, хотя я не могу сказать того же о других ее одноклассниках. Надеюсь, ты не слишком привязана к своим барабанным перепонкам. Гермиона фыркнула. В последнее время эти шутки звучали все чаще и чаще. В ее голове прозвучал голос Полумны – кажется, она расслабляется, когда ты рядом, тебе не кажется? Она отмахнулась от него. Она понятия не имела, как Полумна догадалась, что у нее есть чувства к Беллатрикс (хотя она не должна была удивляться, либо блондинка действительно хорошо читает людей, либо она действительно ясновидящая), но если она была права в этом – была ли она права во всем остальном? Что... что она нравится Беллатрикс? Она посмотрела в сторону, где Беллатрикс возилась с радиоприемником, тщетно пытаясь найти станцию, на которой играла бы музыка, которая ей нравилась (Беллатрикс не любила большинство популярной музыки и считала, что для рождественской музыки еще слишком рано, поэтому их выбор был крайне ограничен). Ей было интересно, позволяла ли Беллатрикс кому-нибудь, кроме своих сестер, сидеть в ее машине, или приходить к ней домой, или... или все остальное, что они делали вместе. Но это не означало, что она ей нравилась, верно? Верно? – Эй, так, слушай... Сисси... ну, знаешь, люди говорят, что я неприступная? Она еще хуже. Она милая, правда, но никто этого не видит. И она не знает никого за пределами нашей семьи, так что она может быть немного шокирована, увидев тебя там. – О. Э... точно. Сколько ей лет? – Двенадцать. Ребенок в нашей семье. Она милая, правда, она тебе понравится, если только она не станет "Ледяной королевой"... О, вот оно. Гермиона никогда раньше не была в средней школе – она была немного меньше старшей школы, и выглядела не так красиво, но что касается государственных средних школ, то эта определенно могла быть и хуже. Она чувствовала себя странно, когда входила с Беллатрикс в кафетерий, окруженная родителями, скучающими детьми младшего возраста и еще более скучающими подростками старшего возраста. Как только они нашли свободное место, Беллатрикс повернулась к ней. – Я собираюсь взять одну из этих программ, хочешь? – Конечно! Беллатрикс оставила пальто на стуле, чтобы никто больше его не занял, и снова скрылась в толпе. – Гермиона? – Анджелина! О, я забыла, что у тебя есть сестра в средней школе! – Эм, да, она в хоре – что ты здесь делаешь? Гермиона прикусила губу и неловко сдвинулась, глядя в ту сторону, куда исчезла Беллатрикс. – Я здесь с подругой. – О, – нахмурилась Анжелина. – С какой подругой? – Эй, взяла несколько, там... ох. Привет. На мгновение все трое застыли на месте: Гермиона на своем месте, а Беллатрикс и Анджелина стояли по обе стороны от нее. Гермиона нарушила тишину, спросив, немного слишком громко: – Анджелина! Не хочешь ли ты сесть с нами? – Я не могу, вообще-то, я сижу с мамой, эээ... приятно было увидеть вас. – Так... ты ей не нравишься? Беллатрикс усмехалась. – Я не нравлюсь всей школе. Гермиона хмуро посмотрела на нее. – Я уверена, что это неправда, Белла. И кроме того, даже если бы это было так, они не... Почему ты так смотришь на меня? Все тело Беллатрикс напряглось, лицо покраснело, и она выглядела так, будто только что проглотила целый мяч для гольфа. – Ты... назвала меня Беллой. – О. О, думаю, да. Прости? – Нет! Я... нет, все... все в порядке, я не... я не против или что-то в этом роде, просто... я... ну... – Беллатрикс остановилась, похоже, решив, что лучшим вариантом действий будет заткнуться, пока она совсем не потеряла способность говорить. Похоже, она не в состоянии формировать полные предложения, когда ты рядом, – сказала Луна в ее затылке. Заткнись, – сказала она ей. Они сидели в неловком молчании, пока не начался концерт, и тогда Белла подтолкнула ее локтем и указала на младшую сестру, которая сидела в первом ряду и выглядела гораздо более собранной, чем остальные ее одноклассники. Группа начала играть одну из рождественских песен, которые Белла всегда так старалась избегать по радио, что заставило другую девушку слегка хныкать и драматично прижиматься к Гермионе. Тем не менее, когда песня закончилась, она зааплодировала с наибольшим энтузиазмом, который Гермиона когда-либо видела, и заметила, что Нарцисса, которая выглянула сбоку и заметила их, слегка улыбнулась после этого. И, конечно, она заметила, что Белла оставалась прижатой к ее боку до конца вечера, и что в какой-то момент их руки переплелись.