Старшая школа Хогвартс | Hogwarts High

Три дня прошли без проблем, по крайней мере, ни одной, которую Гермиона могла бы почувствовать. Насколько она могла судить, Белла большую часть времени проводила в своей комнате, Энди постоянно либо разговаривала по телефону с Тедом, либо гуляла с Тедом (вопрос с Тедом Тонксом все еще находился в состоянии разрядки, как считала Белла – ей это не нравилось, хотя Энди бесчисленное количество раз указывала, что она почти все часы в день проводит с Гермионой, но она не могла запретить сестре общаться с ним), а Нарцисса – она не знала. Белла прислала ей на Пасху фотографию откровенно нелепого шоколадного кролика, которого она купила сестрам (как они собирались его доесть, она не знала, но, учитывая провозглашенную Энди и сдержанную страсть Нарциссы к шоколаду, она не удивилась бы, если бы им это удалось). И все же. Она не могла не беспокоиться, потому что Белла абсолютно ничего не говорила о своих родителях и иногда пропадала на несколько часов подряд (и она знала, что утверждения Беллы о том, что она дремлет, на самом деле не были правдой – Белла любила спать, да, но никто не может так много дремать и при этом получать восемь часов ночью). Во время одного из таких периодов, когда она не получала от нее вестей около трех часов, она начала беспокоиться (и, да, это звучало навязчиво – но слова Нарциссы звучали у нее в ушах, а еще был тот факт, что они были в середине разговора, а Белла, как только вы ее заводите, просто так не замолкает). Поэтому она прибегла к крайней мере. Она написала Нарциссе. Гермиона: - Привет! Как там дела? От Беллы давно не было вестей, она в порядке? Она очень, очень надеялась, что с ней все в порядке. Нарцисса ответила не сразу, но она ожидала этого. У большинства тринадцатилетних подростков (она спросила, и Нарциссе на самом деле было не двенадцать, а тринадцать исполнилось пару месяцев назад) телефоны были при себе почти постоянно, но Нарцисса, как уже выяснилось, не была похожа на большинство тринадцатилетних подростков. Наконец, спустя пятнадцать минут, она ответила, и сердце Гермионы подпрыгнуло в горле. Нарцисса: - Ты можешь заехать за нами? Гермиона: - Я сейчас приеду

»-———— — ————-«

Нарцисса написала ей направление в место, расположенное примерно в полумиле от их дома. Она нарушила почти все законы о превышении скорости в городе, чтобы добраться туда. Она нашла Энди и Нарциссу, сидящих на скамейке возле кафе-мороженого, и немного сбавила скорость, чтобы не напугать их (хотя, на самом деле, Белла вела машину гораздо более безрассудно, если это могло успокоить их), прежде чем заехать на парковку. Они обе встали и направились к ее машине, она открыла ее и подождала, пока они заберутся внутрь. – Девочки, вы в порядке? Где Белла? Энди открыла рот, чтобы заговорить, но закрыла его, когда на пассажирском сиденье (Нарцисса забралась туда с минимальным протестом со стороны Энди) Нарцисса разрыдалась. Они с Энди посмотрели друг на друга широко раскрытыми глазами, а затем снова посмотрели на Нарциссу. Когда Энди так и не сдвинулась с места и застыла, глядя на сестру (то ли не зная, что делать, то ли просто в шоке), Гермиона немного подвинулась на своем сиденье и обхватила ее руками. Нарцисса напряглась, и слезы на мгновение прекратились, а затем вернулись с новой силой, и она обняла ее, напомнив Гермионе ее сестру в том, как та, казалось, не знала, как ее обнять, но все равно отчаянно в этом нуждалась. Они просидели так некоторое время, в какой-то момент Энди выбилась из сил и достала несколько салфеток, чтобы протянуть ей. Примерно через полчаса плач прекратился, и Нарцисса, казалось, расслабилась. Гермиона проверила, не заснула ли она, и ее грудь сжалась. Она заснула или, по крайней мере, выглядела так. В любом случае, ее глаза были закрыты (с покраснением), а дыхание замедлилось. Но Гермиона не стала долго на этом задерживаться – ее внимание привлек синяк, образовавшийся на ее щеке. – Что случилось? – пробормотала она. – Не знаю, – вздохнула Энди, прислонившись спиной к окну. – Я была в своей комнате, но внезапно Белла торопила нас покинуть дом, и они с Сигнусом кричали друг на друга. Но, вероятно, он разозлился на Цисси, и Белла вмешалась, прежде чем он успел причинить ей слишком много вреда. Она всегда так делает. Она всегда так делает. Прежде чем он успеет причинить ей вред. Ее нутро сжалось от беспокойства. Она знала, что их родители были ужасны, но не подозревала... ну, она подозревала. На каком-то уровне она знала, что Белла иногда вздрагивала от неожиданных прикосновений, вскакивала от громких звуков, носила длинные рукава буквально все время и закрывалась при любом упоминании о своих родителях, но это никогда... никогда не осознавалось в полной мере. Она никогда не задумывалась об этом, просто Белла была для нее такой, потому что она просто... просто так себя вела. Но теперь, когда она задумалась об этом, что ж... – Как давно это было? – Около трех часов назад, я думаю. – Три часа? – Я должна была вытащить Сисси, – пробормотала Энди. – Я не могла, она сказала мне вывести ее. Она положила голову на плечо Нарциссы и закрыла глаза, Энди все еще с тревогой смотрела на нее. Как бы ей ни хотелось пойти и помочь Белле, что она могла сделать? Ворваться в их поместье, ударить Сигнуса по лицу и убежать вместе с Беллой, как рыцарь в сияющих доспехах? Какой бы интересной ни была эта идея, она не смогла бы справиться с Сигнусом Блэком. Белла как-то сказала ей, что он всегда держит при себе пистолет, а также один в своей комнате. Не говоря уже о том, что у нее был тринадцатилетний ребенок, прижавшийся к ее груди, и она не могла просто оставить ее в машине, а Энди, которая все еще изо всех сил пыталась скрыть свои дрожащие руки, была не в состоянии позаботиться о ней. (А Белла, которая всегда подвергала себя опасности, чтобы защитить своих сестер, никогда не простит ей, если она бросит их, чтобы позаботиться о ней). – Хорошо. – она подняла голову и посмотрела на Энди. – Ладно. Как насчет этого. Я отвезу нас обратно к себе домой, и мы можем остаться там на некоторое время, пока Белла не позвонит нам, хорошо? Энди вытерла глаза. – Я... хорошо. Спасибо. Она не ответила (ей и не нужно было отвечать). Она лишь осторожно сняла Нарциссу со своей груди и прислонила ее к окну. Та немного пошевелилась, но так и уснула. Она проснулась только тогда, когда они вернулись в дом Гермионы.

»-———— — ————-«

– Не могла бы ты принести пакет со льдом из морозилки? Энди быстро кивнула и убежала на кухню. Они усадили Цисси на диван Гермионы (ее родители были на работе), она все еще немного теряла сознание и раздражалась из-за того, что ее внезапно разбудили. Однако ее щека начала опухать, и Гермионе нужно было посмотреть, где еще она пострадала, так что со сном придется подождать. – Ты больше нигде не пострадала? Нарцисса молча подняла рубашку, чтобы Гермиона смогла увидеть несколько синяков, разбросанных по ребрам. Энди вернулась в комнату с охапкой пакетов со льдом. – Я не знала, сколько их нужно и какого типа, поэтому просто принесла их все. И несколько полотенец, если ты хочешь их завернуть. – Отлично, спасибо. Не могла бы ты передать мне самый маленький? – Конечно. Она поднесла его к щеке и попросила держать его на месте. Она обернула полотенце вокруг одной из больших упаковок, которыми ее мама выставляла холодильник, когда они отправлялись в путешествие, и обернула все это вокруг ребер. – Вот. Это будет держаться сзади. Она заправила рубашку обратно и опустилась на диван. Нарцисса ничего не сказала – если бы это были Энди или Белла, которые почти никогда не умолкали, как только вы узнавали их получше, она бы забеспокоилась, но Нарцисса была молчаливым человеком по натуре, а Энди не выглядел слишком обеспокоенной – только немного сдвинулась, чтобы приспособить пакет со льдом, и откинулась на спинку дивана. Каким-то образом за следующие полчаса ей удалось пробраться к месту, где сидела Гермиона, и прислониться к ней. Пакет со льдом был холодным. Она обняла ее покрепче.

»-———— — ————-«

На удивление, Белла позвонила только через час. Честно говоря, она ожидала, что придется ждать несколько часов, прежде чем они получат от нее хоть какую-то весточку. Но, опять же, прошло уже несколько часов, когда она забрала Энди и Цисси (которые начали дремать и проснулись от звука звонка). И, что еще более удивительно, она позвонила Гермионе, а не одной из своих сестер. Откуда она могла знать, что они с ней? – Алло? – Приветик! – Эм. Белла? – Это... это я! А ты Гермиона. Гермио-моина. Гермиона Грейнджер. – Белла, ты в порядке? – Энди и Сисси обеспокоенно посмотрели на нее. Она безнадежно пожала плечами. – Белла, ты все еще там? – Да! – Ты в порядке? Послышался тихий звук хихиканья. – Я в порядке. Так легко, я словно плыву. Уииии! – Белла, о чем ты, черт возьми, говоришь? – Ощущение парения. Знаешь, как будто плывешь по воздуху. – Белла, ты пьяна? – Динь-динь-динь, у нас есть победитель! Ураааа! Пять очков Гриффиндору! – Что, черт возьми, такое Гриффиндор? – Я не знаю! Что это вообще такое? Кто знает! Не я, это точно! – Что... где ты? Я еду за тобой. – Я не уверена. Кажется, я в лесу. Там, вроде, много деревьев. И о боже, Гермиона, там олень... о, он убежал. Черт побери. – Где она? – спросила Энди, наклонившись вперед. Гермиона провела рукой по лицу. – Эм. Она говорит, что думает, что она в лесу. Но я думаю, что она может заблудиться. И... Очень, очень пьяна. – С кем ты разговариваешь? И я не заблудилась! Я точно знаю, где я. Я в лесу! – Где в лесу, Белла? – Зачем мне это знать? С ее губ сорвался слегка истерический смех, и Энди вздохнула. – Подожди. Я найду ее местоположение в своем телефоне. – Спасибо. Эй, Белла? Я собираюсь найти тебя, хорошо? А ты оставайся на месте. – Как ты меня найдешь? Ты ведьма? Боже мой, ты прячешь палочку в волосах? Поэтому они такие кустистые? – Нет, Белла, Энди скинет мне твое местоположение по своему телефону. – О, Энди там! Передай ей привет от меня! Эндиии! О, Господи. – Ты сказала ей? – Энди, Белла передает привет. – Ура! Ты лучшая. – Ммм. Энди, почему бы тебе не отправить мне скриншот, я поеду найду ее. Вы двое можете остаться здесь. Поменяйте пакет со льдом, если он растает, хорошо? – Хорошо. – Увидимся через некоторое время. Гермиона вышла к своей машине и посмотрела на место, которое ей отправила Энди – слава богу, оно было недалеко от дороги, так что ей не пришлось пробираться через лес в поисках очень пьяной Беллы, а потом возвращаться с ней. Дорога заняла около десяти минут, в течение которых Белла дала ей очень подробное и захватывающее описание дерева, возле которого она сидела, вплоть до цвета краски, которую она бы использовала, если бы покрасила его. (И, несмотря на обстоятельства, Гермиона не могла не найти ее бредни восхитительными, и втайне подумала, что Белла, вероятно, будет очень смущена этим – если она это вспомнит – когда немного протрезвеет). – Все в порядке, Белла? Ты можешь стоять? – Ух-х-х, охренеть. – она услышала грохот в телефоне и немного справа от себя. Должно быть, она рядом. – Ты упала? – Хмпф. Ага. Ой. – Хорошо, просто оставайся там. Я приду за тобой. – Спасибо. Ух ты, мир накренился. Должен ли мир быть наклонённым? Что если мир накренился, а мы даже не знаем? – Белла, мир наклонен. К солнцу, помнишь? – О Боже, ты права! Но что если на самом деле он прямой, а наше правительство не хочет, чтобы мы об этом знали?! – Белла, с какой стати правительство не хочет, чтобы мы... О, я вижу тебя. Я повешу трубку, хорошо? – Нет, нет, нет, не оставляй меня, пожалуйста? – Я не ухожу, Белла, я здесь. Ты ведь видишь меня, правда? Фигура на земле поднялась в сидячее положение. – О. Ты пришла за мной? – Да, Белла, я же говорила тебе, что приду. – Но я не была уверена, что ты действительно это сделаешь. – Ну, я здесь. И я собираюсь повесить трубку, хорошо? – Хорошо. Она спустилась с холма, на котором стояла (было бы невесело подниматься с пьяной Беллой), пока не спустилась к Белле. – Привет. – Привет, Миона. Она опустилась на колени рядом с ней, и ее руки сжались. Честно говоря, она выглядела как дерьмо – порез на лбу кровоточил, глаз опух, губа была разбита, а на щеке образовался длинный темный синяк – и это только лицо. – Ты злишься на меня? – Что? – Твои руки сжаты. Ох. Она расслабила их. – Нет, Белла, я не злюсь на тебя. Я просто... то, что тебе больно, заставляет меня злиться. Мне не нравится видеть, как тебе больно. Она икнула. – Правда? – Да, правда. Теперь пойдем, отнесем тебя в машину, хорошо? – Хорошо. К огромному удивлению Гермионы, им удалось подняться на холм почти без происшествий – Белла споткнулась всего пару раз – и они забрались в машину всего через пять минут. – Гермиона? Гермиона остановилась на пути, чтобы вставить ключ в замок зажигания. – Да? – Может быть, мы останемся здесь ненадолго? Белла посмотрела на нее своими лучшими щенячьими глазами, и Гермиона почти сразу же уступила. – Конечно. Хочешь сесть сзади? Ты сможешь немного лечь. Белла кивнула, и они обе перебрались на заднее сиденье, Белла нырнула внутрь и прижалась к Гермионе. – Скучала по тебе. – Я тоже скучала. – Правда? – Конечно, скучала. Какое-то время они сидели в тишине, Белла обнимала Гермиону за шею, уткнувшись лицом в ее плечо. – Гермиона? – Да? – Спасибо, что пришла за мной. – Забудь, Белла. Я здесь всегда, когда тебе нужна помощь, ты ведь знаешь это, правда? Белла не ответила. – Белла? Ты... Белла приподнялась, положила руки по обе стороны головы Гермионы и наклонилась для поцелуя, который был настолько же небрежным, насколько и страстным. Они целовались мгновение, прежде чем Белла отстранилась. – Для чего это было? Белла глумливо ухмыльнулась и прижалась к ее плечу, а Гермиона напомнила себе, что она очень пьяна, и что Белла даже в трезвом состоянии не часто делает что-то по какой-то причине. – Миона? – Mм? – Мы можем поехать к тебе? – Конечно, Белла. Ты хочешь остаться сзади? – Нет. С тобой. – Хорошо. Тогда со мной. Белла, казалось, устала – она смотрела в окно всю дорогу до дома Гермионы, и оглянулась на Гермиону, только когда они въехали на подъездную дорожку. Она зевнула. – Я хочу спать. – Да, я знаю. Мы уложим тебя спать, хорошо? Ты можешь остаться в моей комнате. – Мм. Она практически затащила ее в дом, на мгновение отмахнувшись от беспокойства Энди и Цисси, когда они вошли, а затем поднялась по лестнице в свою спальню. – Вот. Ложись спать, поговорим утром, хорошо? – Да. Гермиона? – Что? – Я люблю тебя. Она замерла. Она... что? Гермиона замерла на мгновение, а затем посмотрела на Беллу, как бы проверяя, действительно ли она говорила, и не было ли это ее воображением, но к тому времени, как она это сделала, Белла уже заснула.